Глава 35

Влад

Роберто Диаз. Богатый, наглый, беспринципный делец из США. Один из основателей проекта «Колизей», в котором собираются лучшие бойцы различных видов единоборств со всего мира и сражаются до последней капли пота. А порой и крови. За время моего управления этим проектом случилось лишь несколько смертей. Мне удавалось сдерживать бесчеловечные аппетиты богатых, жаждущих самых жестоких зрелищ. Но Диаз всегда держал нейтралитет. Что же заставило его приехать именно сейчас?

— Здесь очень красиво, Влад, — произносит мафиози на грязном английском с жутким мексиканским акцентом.

— Благодарю, Роберто.

Мы проходим вниз, к пирсу. Вода шипит, неистово разбиваясь о бетонные опоры. Она словно чувствует напряжение между мной и моим собеседником. Диаз очень опасен несмотря на образ простого парня. Обычный мексиканец бы не смог построить подпольную империю такого уровня. Его лапы дотянулись даже до России. Мне наше сотрудничество приносило немалую прибыль. Гораздо больше, чем сеть журналов и остатки бизнеса Орлова. Именно «Колизей» позволяет жить так, как живу. Но теперь с появлением Юли все изменилось.

— Что заставило тебя бросить дела в штатах и прилететь аж в Тайланд? — спросил его, доставая сигарету.

С Диазом нельзя показывать страх. Он как настоящий хищник, чует неуверенность и слабость оппонента. На первый взгляд добродушный, но его улыбка напоминает оскал акулы. А глаза такие же темные и пустые. И сейчас Диаз хочет меня сожрать, не оставив и косточки.

— Услышал, что ты встретил потрясающую hermosa ninfa*, — усмехается раритет и вслед за мной тянется к дизайнерскому портсигару.

— И от кого же? — меня нервирует то, что Диаз знает о Юле.

— Слухи в обществе разлетаются как fuego*, — Роберто не очень хорошо говорит по-английски и постоянно вставляет слова на родном испанском.

Я привык к этому. Гляжу на волнующееся море, уходящее прямо в темный горизонт. Никогда не думал, что все повернется именно так. Мы молчим, каждый думает о своем.

— Я хочу уйти. Найди того, кому можно передать дела, — первым нарушаю напряженную тишину.

— Это из-за милой синьорины в твоей спальне? — Роберто даже не поворачивается в мою сторону.

Чувствую, как напрягаются его охранники, немыми тенями следящие за каждым моим действием. Одно неверное слово или движение и мое бездыханное тело навсегда останется в Краби.

— Думаю, оставлю твой вопрос без ответа, — поднимаю взор на луну, которая вполне может стать последним, что увижу в моей жизни.

— Женщины нашего круга любят кровь, Влад. Ты б поделился, чем занимаешься. Ее отец был несговорчив, однако милая Julia может заинтересоваться.

— Откуда… — быстро беру себя в руки.

Он знает, что Юля — дочь Орлова и это — огромная проблема. Черт! Думай! Нужно отгородить маленькую пленницу от всей этой грязи.

— Я много чего знаю Влад. Или ты думаешь, что Роберто Диаз не собрал всю информацию о тебе и твоих подельниках?

— Не вмешивай ее в это.

— Ты рассказал милой ninfa o том, кто она и насколько богата?

— Ее наследство украли.

— Но ты же планируешь его вернуть? — он глубоко вдохнул, — прекрасный аромат.

— Найди мне замену, — повторяю свое требование.

— Mi querido Vlad, — Диаз качает головой, — из этого бизнеса не уходят. По крайней мере живыми. Мы знаем о тебе все, и в любой момент можем решить, что ты больше не нужен. Но сам такое решение принимать не вправе.

— Какова цена?

— У меня слишком много денег. Так что откупиться не получится. Я подумаю над твоим предложением и дам знать в ближайшее время.

— Понял.

Лишь когда Диаз с охраной покидает мою территорию, понимаю, насколько напряжен. Возвращаться в бунгало не хочется. В голове роятся нехорошие мысли. Теперь Юля под ударом и нужно сделать все, чтобы защитить ее. Если моя пленница ничего не вспомнила, значит пока рано. Лучше бы память к ней вообще не возвращалась. Это моя вина. Нужно было следить, чтобы она никогда не столкнулась с наследником Левина. Гуляю по пляжу почти всю ночь. Думаю, анализирую, курю. Но есть кое-что еще. Понимание, словно червь прогрызающее путь к сердцу. Ведь я предал ее отца. И Диаз знает об этом.

Внезапно ощущаю вибрацию. Звонит Стас.

— Да? — гаркаю в трубку, — в чем дело?

— Босс. У нас началось нездоровое движение.

— Какого рода?

— Сеть ресторанов, выкупленная после смерти Орловых, попала в эпицентр скандала.

— Что? — не верю своим ушам.

— Там обнаружили подпольные казино и публичный дом. А еще что-то, связанное с наркотой. Акции групп компаний Левина резко рухнули вниз, и он открыл торги. Именно на те, которые ему достались от Орлова.

— Их должны были арестовать.

— В этом и беда. Думаю, все было сделано намеренно. Он знает, что Юлия Владимировна рано или поздно все вспомнит. И потребует наследство. Собрать его в случае подобной продажи не удастся. Часть арестуют, что-то заберут себе конкуренты.

— Черт. Ублюдок, — выругался я.

Но я догадывался, что паскуда Игорь попытается лишить девочку последнего. И у меня есть на такой случай инструкции.

— Диаз здесь, — говорю коротко.

— Мне прилететь? — голос Стаса звучит нервно.

— Нет. Он пока прощупывает почву. Но теперь владельцы Колизея знают о Юле. И мне придется принять крайние меры. Она не должна попасть в их лапы.

— Понял. Вы готовы к такому?

— Да. Я лишь хочу, чтобы ты сделал все, что необходимо. Чем бы ни пришлось поступиться.

— Вы спасли мою жизнь босс, — усмехается он, — я выполню задачу.

— Спасибо.

Верно. Мне придется поступить самым жестким способом. Прости, моя любимая девочка. Но так будет лучше для тебя самой.

​

Юля

​

С утра я просыпаюсь необычно рано. Осматриваюсь и вижу собранные чемоданы. В чем дело? Когда я ложилась вечером, мы с Владом планировали поездку на острова Пхи-Пхи, где снимали фильм «Пляж». На сердце неспокойно и я буквально скатываюсь с постели и бегу вниз. Волков сидит за столом, читает планшет. Его движения собранные и холодные.

— Доброе утро, — подбегаю и целую в небритую щеку.

— Доброе Юля. Сейчас позавтракаем и поедем в аэропорт.

Он не смотрит на меня. Взгляд сероглазого тирана снова напоминает ледяную бездну. Я что-то сделала не так? И тут до меня доходит. Сегодня же мое двадцатилетие! Наверняка приготовил сюрприз, поэтому такой отрешенный. И хочет отвезти меня на острова на самолете или как-то так. Ладно, мой властный миллионер, подыграю тебе.

— Хорошо, господин Волков, — еле давлю улыбку, — как скажете.

Он допивает кофе и уходит, долго обсуждая что-то с Винаем у машины. Я надеваю красивое платье, аккуратно собираю волосы и слегка крашусь. Сажусь ждать своего сероглазого тирана. Как же с ним рядом спокойно и уютно! Не думала, что мужчина может быть таким родным. В девять утра таец заходит в спальню и берет мои чемоданы. Волкова нет, его джипа — тоже. На сердце становится неспокойно. Ладно, наверняка поехал покупать подарок. Тешу себя этими мыслями, но праздничное настроение улетучивается.

— Винай, — говорю мужчине, когда мы вдвоем садимся в машину, — а где Влад?

— Он встретит вас в самолете, — отвечает тот.

Блин, да что ж такое? Ладно, Овечкина, Волков просто не умеет делать сюрпризы. Обязательно скажу ему, чтобы поработал над актерской игрой. А то все выглядит так, будто решил меня бросить. Только это невозможно. После всех наших ночей и того, что он шептал мне в моменты страсти и не только. На небе светит солнце, а я размышляю, что же такое мне подарит Влад. Наверняка что-то безумно милое. А вдруг какой-нибудь сексуальный наряд? Краснею и хихикаю сама с собой. Мы приближаемся к зданию аэропорта и паркуемся рядом. Винай подхватывает багаж, затем ведет меня в зону посадки. Вижу самолет Влада и не могу сдержать улыбки. Ну точно решил похвастаться. А вдруг устроит романтический обед прямо в салоне? Ммм! Предаюсь сладким мыслям, пока таец оформляет документы и проводит меня на взлетную полосу.

Волков сидит внутри, в его руках вновь пресловутый планшет. Плюхаюсь напротив, улыбаясь во все тридцать два.

— А куда мы летим? — кокетливо строю глазки.

— Домой, — отрезает мужчина, затем вновь утыкается в девайс, — пристегнись, скоро взлет.

— Но мы же… у нас еще неделя. Почему именно сейчас? — сердце стучит так сильно, что я слышу его даже через шум двигателя.

— Появились неотложные дела, — не отрывается от экрана.

— Почему ты на меня не смотришь? — мне вдруг становится очень холодно.

— Я смотрел на тебя две недели, — равнодушно произносит мужчина.

Фраза бьет в самое сердце, буквально вышибая воздух из легких. Да как он смеет? Надуваюсь, но мужчина не реагирует. Мы взлетаем, и я убеждаюсь в том, что Влад не обманывает. Но сегодня мой день рождения! Почему он так себя ведет? От брошенных им слов очень больно. Смотрю в иллюминатор и понимаю, что мой мучитель просто обязан извиниться. И обязательно это сделает! Нужно лишь подождать. Видимо, попала под горячую руку.

Может снова Регина что-то испортила и нам пришлось прервать чудесный отдых? Ладно. Но с каждой минутой мои надежды тают. Волков ведет себя также, как и в нашу первую встречу. Он будто не знает меня. Вновь чувствую себя лишь использованной вещью. В Москву мы прилетаем глубоким вечером. Небо затянуто тугими низкими тучами, моросит неприятный дождь. Нас встречает Стас. Все десять часов полета Волков молчал. Еле держусь, чтобы не заплакать. За что он подвергает меня такой жестокой пытке? Ничего не понимаю и жду объяснений. Влад должен объясниться! Наверное, все расскажет в особняке.

Мужчины тихо переговариваются, пока Стас грузит чемоданы в черный тонированный седан. Тут ловлю на себе взгляд водителя Волкова. Это что, сочувствие? Мужчина открывает мне заднюю дверь, а сам тиран садится на переднее сидение. Мы трогаемся. На языке крутятся сотни обидных слов, но он будто проваливается в горло. Мне дико больно. Не понимаю, что такого сделала или сказала. Почему все так? Мы едем по неизвестной мне дороге, как вдруг сворачиваем на знакомую улицу.

И я вижу свой дом. На лавочках никого нет, дождь усиливается. Сердце сильно кровоточит, но я все еже жду объяснений. Когда мы останавливаемся, Стас гасит мотор и выходит.

— Спасибо тебе за все Юля, — холодно произносит мужчина, — на этом я хотел бы закончить наши отношения.

Глухие слова, словно хлесткая пощечина. Я поднимаю взгляд и вижу лишь его плечо. Спокоен, как и всегда. Сероглазый тиран. Даже не глядит в мою сторону. Хочется схватить его и рвануть на себя, потребовать объяснений, но меня душит обида. Пожалуйста, скажи, что это все шутка. Прошу тебя! Сейчас я еще прощу… пока сердце окончательно не разбито.

— Что я сделала не так? — говорю тихо.

— Ничего. Ты была великолепна. Не только в постели, но и вообще, — он закуривает, — я отлично провел время.

Что этот изверг несет?

— Но как же, — давлюсь словами, словно сухим песком, — я же…

— У меня нет времени девочка, — тон мужчины становится ледяным, словно айсберг, — твой дядя вернется завтра утром. Я доставлю его домой и еще месяц он будет находиться под присмотром моих врачей. Операция прошла успешно, так что…

— Что ты такое говоришь? А как же наши чувства? Ты врал все это время? — не верю до последнего.

— Влюбленная игрушка обычно куда качественнее удовлетворяет мои потребности. А тебя влюбить оказалось проще простого. Пара ласковых слов, внимание и красивые шмотки. Напомню, о чем мы договорились в самом начале. Я отпущу тебя, когда наиграюсь. Вот, радуйся. Ты свободна.

Он лжет! Нет! Каждое жестокое и едкое слово, будто удар под дых. Но молчу, понимая, что по щекам в две струи текут слезы. Влад рвет мое сердце на куски каждым словом, буквально сжимает его пальцами и режет без ножа. После слов Волкова в душе становится пусто. Я на автопилоте вылезаю из машины и плетусь в подъезд. Мокну, понимая, что вся дрожу от холода и страха. Живот начинает сильно болеть. Ледяные капли в миг пропитывают красивое платье, подаренное любимым мужчиной. Волосы давно уже растрепались. Обнимаю себя руками, оборачиваюсь и вижу лишь черную тонировку окон машины. Владу плевать, что я замерзла и промокла. Как же поверить в такое… все кончено? Так вот просто? Поиграл и выбросил?

Поднимаюсь на этаж, там ждет Стас. Он открывает дверь, затем вручает мне ключ. Смотрю на него невидящим взглядом. На секунду кажется, что этот сухой мужчина хочет что-то сказать, но быстро давит этот порыв и уходит. А я остаюсь одна. Никому не нужная. Одинокая. Использованная кукла богатого мужчины, которого люблю больше жизни. Наружу рвутся рыдания и позволяю себе выпустить эмоции, накопившиеся за этот страшный день. Сажусь прямо в прихожей, подтягиваю ноги к подбородку и плачу. Вокруг меня стелится темнота, ночь ложится на Москву. Задыхаюсь от боли, сдавившей грудь. Нет сил встать. На языке крутится фраза, которую Волков мне так и не сказал. Шепчу ее сама себе.

— С днём рождения Юля.

* милая нимфа

* лесной пожар

* мой дорогой Влад