20

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя небо в тёплых, золотисто-розовых оттенках. Я шла вдоль узкой улочки коттеджного посёлка, пытаясь немного проветрить голову после беспокойной ночи и утреннего разговора с Эваном. Райан остался с няней, которая всегда находила способ развеселить его и дать мне хоть немного времени для себя.

Я не планировала идти далеко, но услышала шум неподалёку от одной из главных аллей. Голоса, смех, и среди них один, который я узнала бы из тысячи.

Мои ноги остановились сами собой.

Его голос. Глубокий, чуть ленивый, но всегда обжигающий своей самоуверенностью. Он был ближе, чем я ожидала, и я, не думая, укрылась за высоким кустом, чтобы он меня не увидел.

Нет, я не боялась. Но вот после того, что произошло к следующей встрече и разговору была не готова.

Дамьен стоял под светом уличного фонаря, прислонившись к чёрной машине. Его поза была расслабленной, но я знала, что это обманчиво. Он был напряжён, как всегда, готов к любому развитию событий.

Рядом с ним стояла девушка. Высокая, изящная, с густыми волнами волос, которые блестели в лучах заходящего солнца.

Её лицо я узнала сразу. Мы с ней столкнулись не так давно на тропинке. Она явно была из тех, кто умело выводит из себя, но сейчас я не могла отвести глаз.

— Ты правда думаешь, что я здесь ради себя? — её голос прозвучал мягко, но в нём угадывалась нотка грусти.

— Думаю, ты любишь драму, — ответил Дамьен, его тон был колючим, но не злым.

Она усмехнулась и качнула головой, её волосы скользнули по плечам, как в кино.

— Знаешь, ты никогда не был честен до конца. Даже со мной.

— Это не твоё дело, — коротко бросил он, отворачиваясь от неё, но она быстро шагнула ближе, будто боялась упустить что-то важное.

— Не моё? — переспросила она, и её голос дрогнул. — А ты хоть понимаешь, что я ради тебя…

Я напряглась. Её слова звучали так, будто она пыталась напомнить ему о чём-то важном, о чём-то из прошлого, что оставалось между ними.

— Дами, — вдруг произнесла она, и я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Её зовут Дами.

Это имя я слышала раньше. Имя той самой девушки, ради которой он подписал со мной контракт несколько лет назад. Девушки, которой он пытался помочь, даже когда её не было рядом.

Я сжала пальцы в кулаки, чувствуя, как по венам разливается смесь странного, гнетущего интереса. Так вот она какая. Та самая.

— Хватит, — резко сказал Дамьен, его голос стал твёрже. — Я сделал всё, что мог. Всё, что нужно было сделать.

— Ты меня бросил, — ответила она тихо, её слова были пропитаны болью. — И ты продолжаешь это делать.

— Это было ради твоего же блага, — отрезал он, и в его тоне не было ни капли сомнения.

Я смотрела на них, не в силах сдвинуться с места. Впервые я видела его таким — более открытым, почти уязвимым. Он действительно заботился о ней.

Но почему тогда он здесь, со мной, втягивает меня снова в свою жизнь?

— Ты никогда не спросил, чего хочу я, — её голос прозвучал тихо, почти шёпотом, но я услышала каждое слово.

Он отвёл взгляд, стиснув челюсть, и на мгновение между ними повисла тишина.

— Ты должна была свыкнуться с этим за столько лет, — наконец сказал он, и в этих словах было что-то окончательное.

Она не ответила. Просто посмотрела на него с той тоской, которая могла сломить любого. Но не его.

Я почувствовала, как внутри поднимается гнев. Он прячет её от своей семьи, от своей жизни, спасает, но при этом тянет меня в эту же воронку. Почему?

С этим вопросом я развернулась и пошла прочь, пока они отвернулись,не дожидаясь конца их разговора. Но теперь я знала одно: эта женщина — не просто часть его прошлого. Она всё ещё где-то глубоко внутри него.

Я ушла, но каждый шаг отдавался гулким эхом в моей голове. Их разговор продолжал звучать, даже когда я уже перестала слышать слова. Но любопытство, смешанное с раздражением, заставило меня замедлить шаги. Я остановилась за углом, где меня точно никто не заметит, и всё-таки осталась. Слишком многое хотелось понять.

— Всё изменилось, — голос Дамьена прозвучал неожиданно чётко, будто он решил прекратить этот фарс раз и навсегда. Я осторожно выглянула из-за угла, и его выражение лица, холодное и непроницаемое, меня не удивило. Он был абсолютно серьёзен.

— Изменилось? — переспросила Дами, её голос дрожал, но она пыталась казаться уверенной. — Ты действительно это говоришь? После всего?

Он поднял на неё взгляд, который мог бы обрушить стены. Без единой эмоции, просто стальная маска.

— Да, Дами. После всего.

Она замерла, её плечи чуть поникли, но она тут же попыталась взять себя в руки.

— Ты не можешь просто так… — начала она, но он перебил её, шагнув ближе, так что она вынуждена была отступить.

— Могу, — резко сказал он. — И уже сделал это. Давно. Просто ты в упор этого не видишь.

— Но… — её голос сорвался, и она сжала кулаки, будто старалась удержать остатки гордости. — Ты любил меня. Ты делал всё ради меня.

— Любил, — он произнёс это слово так холодно, что оно прозвучало почти как обвинение. — Ключевое слово в прошедшем времени.

Её лицо изменилось, словно она не ожидала услышать такой откровенности.

— Ты не можешь так просто… перечеркнуть всё, — её голос снова дрогнул, но она не отступала. — Ты же знаешь, что я была частью твоей жизни, частью тебя.

— Была, — его голос звучал ровно, без единого намёка на теплоту. — Но больше не будешь. Я правда старался быть с тобой мягче. Но, кажется, так только хуже.

Её глаза расширились, и на секунду мне стало жаль её. Она выглядела сломленной, но не переставала бороться.

— А кто тогда? — выпалила она, её голос стал резче, будто она пыталась ранить его словами. — Кто теперь занимает моё место?

— Никто, — спокойно ответил он, не моргнув глазом.

Она отвернулась, словно хотела скрыть слёзы, но я видела, как её губы дрожат. Она хотела сказать что-то ещё, но, видимо, не нашла слов.

— Дами, — продолжил он, смягчив тон, но не настолько, чтобы это можно было принять за утешение. — Ты заслуживаешь лучшего, чем то, что я могу дать. И главное, что я ничего не хочу давать. Я больше не твоя проблема. И ты — не моя.

Она вскинула голову, пытаясь сохранить достоинство.

— Ты ошибаешься, — резко бросила она, развернувшись на каблуках. — И однажды ты это поймёшь.

Её шаги затихли вдалеке, но он не двинулся с места. Стоял, глядя куда-то вдаль.

Я не могла оторвать взгляд от его лица. Холодного, бесчувственного… и всё же в нём была какая-то странная опустошенность.