Глава 24

Маша

Открыв утром глаза, практически сразу поняла, что его рядом нет. Несколько минут приходила в себя, раздавленная воспоминаниями вчерашнего вечера. Я не ожидала, что смогу быстро простить обиду, туго стягивавшую грудь с момента, как слова сорвались с языка, но именно так произошло. Стоило ему оказаться за моей спиной и обнять.

Предательское чувство, что испортила вечер, начав дурацкий разговор о помощи. Зря. Мужчины они такие. Принять помощь, да еще и от женщины… мне нужно было все сделать тихо, не спрашивая позволения. Тогда бы он просто не смог отказаться, а я дура, напором решила взять. Ага… допрыгалась… и получила правдой в лицо, наотмашь.

Ну и за что его винить? За то, что не стал врат? За то, что не приукрасил действительность? Так я и сама подсознательно догадывалась. Вряд ли он прям полюбил меня за пару дней. У мужчин с этим сложнее.

И все же… я небезразлична ему. Иначе бы так не извинялся и не переживал. А значит… есть, есть шанс добиться… взаимности. Потом, наверное, не сейчас… когда все закончится. Или мы просто расстанемся…

Нет, не хочу об этом думать. У нас есть время… хочу получить все, что он готов мне дать в данный момент.

Окончательно успокоив себя, я поднялась-таки с кровати и решила поискать, куда пропал мой мужчина, почему не будит сладким поцелуем.

Но в доме оказалось пусто, лишь на кухне меня ждала яичница и записка: «Уехал в деревню звонить друзьям. Готовься к возвращению к обычной жизни».

Как у меня все упало внутри, трудно передать словами. Он решил вернуть меня? Своим друзьям? Ну уж нет! Ярость поднималась из глубин души… даже большая, чем вчера. То есть сегодня она еще и подпитывалась вчерашней.

Сволочь! Мало я ему по морде съездила! Надо было бить сильнее, больнее! Козел. Попользовался и решил сбросить ношу. Ну что ж, сам напросился.

Я бросилась искать то, что давно хотела, но руки не доходили, да и возможности не было. Свой телефон и, если повезет, живую симку. В кожаной куртке, которую он не взял с собой из-за хорошей погоды, ничего не нашлось. Я попыталась вспомнить, куда мог сунуть. Может, в гараже?

И вообще, есть ли смысл искать? Связи-то нет в любом случае. Но мне жуть как хотелось хотя бы попробовать, а вдруг.

Я бросилась вниз. Гараж по-прежнему был не заперт. Никита так и не исправил замок, видимо, уже точно знал, что не сбегу. А вот зря. Вошла внутрь. Надеюсь, он не так давно уехал. Машины нет, а жаль. Все, что я ищу, вполне могло оказаться в ней. Вдруг в углу заметила совсем забытый нами пакет с грязной одеждой, той самой, в которой он выталкивал машину. Рванула к нему, вытаскивая наружу.

Какое счастье, я сразу нашла и то, и другое — симку в кармане футболки, телефон в заднем кармане джинсов.

Трясущимися руками открыла заднюю панель, вставляя карту, и включила аппарат. Зарядка практически на нуле, а связи вообще нет.

Вспомнила, как в фильмах люди пытаются подняться повыше. Перепрыгивая через ступеньки, бросилась в спальню. Но увы — та же история. Открыла окно и высунула руку. Никаких изменений.

Тогда выбралась из дома и, глядя в лес, припомнила, как мы с Никитой бегали. Там в глубине была возвышенность. Точно.

Преодолела расстояние за несколько минут, прыгая как горная коза. В итоге все же поймала одно деление и набрала Ника.

— Абонент временно недоступен, — сообщил автоответчик. Выругалась. Это издевательство какое-то! Как же так!

Карина! Эх, не то, вряд ли сейчас они рядом. Юра! Вот ему можно набрать на удачу.

Эх связи опять нет. Может на дерево взобраться? Нет, вряд ли поможет. А вот на те камни можно. Бросилась к большим валунам с меня размером. Взобралась на них. Есть!

— Машка! Ты? — вопль в трубке.

— Юра! Где Ник? Мне нужно с ним поговорить! Срочно!

— Он занят на переговорах! Маш, ты где? Маш, с тобой все хорошо? Маш, жива? Скажи что-то!

Да как сказать, если он не дает слова вставить.

— Юра, все в порядке, мне бы Ника! Я все объясню. Тут такое сложное дело!

— Сказать можешь, где ты? Мы тебя вытащим! — орал Юрка, не слушая меня.

— У меня туго со связью. Юр!

— Маша! Стой на месте не двигайся! Ни с места! — рявкнул еще громче.

Что?.. Откуда это ощущение, что делаю что-то не то? Понимание возникло не сразу, а когда появилось, я бросилась вниз с камней и вообще с холма. К черту! Никита меня убьет, если узнает. На ходу разбирала телефон и вытаскивала карту, надеясь, что Юра не успел ничего сделать. Он ведь хотел вычислить мое местонахождение. А я… я не хотела этого, пока не поговорю с братом…

Тяжело дыша, подбежала к дому. Лишь бы за несколько секунд он ничего не успел, хотя мог, да. У Юры супер крутые и не совсем законные программы в телефоне. Он показывал.

Сердце бешено колотилось о грудную клетку, пришлось остановиться и отдышаться. Так, Никита не должен ничего заподозрить. Надо немедленно успокоиться.

Бросилась в дом. Заняться бы чем-то для расслабления. На кухню. Там наверняка что-нибудь найдется.

Однако оказалась не права. Даже посуды грязной нет. Словно вчера вечером кому-то тоже было нечем заняться. Все перемыл, все убрал.

Значит, готовим обед. Суп какой-нибудь простенький, а то креветки, отбивные. Надежда Петровна сказала бы, что кишки скоро ссохнутся.

Заглянула в холодильник и нашла мясную косточку. Недоеденную сырокопчёную колбасу. Вот! Сделаю рассольник. Огурчики соленые тоже есть. И оливки. И лимончик. Отлично.

За приготовлением время пролетело незаметно. Вскоре услышала, как к дому подъехала машина.

Выбежала на встречу, но у порога резко становилась. Нет, не стоит так радостно встречать. Что еще за эмоциональные порывы? Ему это не нужно… наверное… мы просто спим вместе…

— Привет. Вернулся? — постаралась не показывать, как соскучилась. Хотя на самом деле очень хотелось броситься целовать, обнимать.

Но мне не ответили. Просто сгребли в объятья и заткнули рот упоительным, нетерпеливым поцелуем. Словно ему самому не хватало меня.

— Голоден? Там обед готов, — выдохнула, когда мне позволили, но с таким трудом, словно пробежала стометровку на скорость.

— Голоден. Плевать на обед. — Меня подхватили под ягодицы и прижали к стене, проводя губами по подбородку, скулам.

— Не надо плевать, — улыбнулась в ответ, — я старалась для тебя.

— Ммм…

— Ну правда!

— Отлично, но сначала другой голод утоли… постарайся для меня… — чувствую, как губы растягиваются в ответной улыбке. Но руки не шутят. Забираются по пояс джинсов и расстёгивают пуговку, стаскивая их.

Не устоять мне перед ним никогда… эти руки, губы… они слишком привыкли соблазнять, куда уж мне противостоять их умелому влиянию на мою чувственность…

До супа добирались ещё не скоро, когда он уже почти остыл.

Никита с удовольствием поглощал мой первый в жизни самый вкусный рассольник. При этом все еще смотрел на меня с нескрываемым голодом. Я краснела, смущалась, и довольно сверкала глазами. Так хорошо мне никогда в жизни не было. Разговор о поездке не заводила, боясь снова все испортить. И тем более не собиралась признаваться в той глупости, что совершила без него.

А зря…

Когда мы почти доели обед, с улицы послышались странные звуки.

Никита напрягся, прислушиваясь. Лицо перекосило, когда понял, что звук двигателей.

— Оставайся здесь, Маш, не выходи., — приказал грозно, явно не понимая, что слушаться сейчас точно не буду. — Кажется, меня вычислили. Неужели телефон Соколовского прослушивается? Или Андрюхин?

Я замерла, услышав свою фамилию. В груди зажгло. Он знаком с Ником?

— Соколовского? — пробормотала тихо, пытаясь понять, что это значит для меня… для него… для нас…

— Да, — не глядя на меня, ответил Никита, направляясь к двери. Он хмурился и матерился сквозь зубы. — Мой друг, Ник.

— Ник? — снова повторила за ним. Судорожно рассуждая в уме. У Ника только один друг Никита… Туманов!

Он вышел на улицу, и я бросилась следом. Рядом с домом стояли несколько джипов, из которых уже выбрались мужики неприятной наружности. Кто они? Как сюда попали? Действительно ли отследили звонок Никиты, или мой номер отпилинговали? Вопросов целый рой в голове… не считая странного ощущения, что мой Никита и есть Туманов…

— Что? — в замешательстве произнес один из них, увидев вышедшего на порог. — Туманов? Ты? Какого хрена?