Глава 31
Алексей, как и предсказывали друзья стилисты, действительно слегка растерялся, когда я вышла к нему. Погода стояла отличная, поэтому мне не пришлось надевать куртку и прятать красоту. Просто прихватила ее с собой на всякий случай. А воздушное короткое платье, как ни крути, привлекало внимание, мне самой оно весьма приглянулось. С другими аксессуарами, например, с джинсовкой или кожаной косухой, в сочетании с кроссами, будет неплохо смотреться.
Не знаю, чем именно его так впечатлил образ, но рада произведенному эффекту — тому, которого и добивались. После разговора со стилистами мне вдруг стало совестно. Ника только-только перевели из больницы в СИЗО, а я уже помчалась на свидание, еще и умудрилась сто раз засомневаться в нем, в нас.
В общем, я бы с радостью отменила эту встречу, но не смогла. Я хочу потихоньку выведать у Алексея, как там обстоят дела? Понимаю, мне вряд ли расскажут что-то важное, но я уже несколько дней словно в информационном вакууме. Ник заявил, что на данную тему больше говорить со мной не намерен, и опять безапелляционно потребовал, чтобы не лезла. Андрея я больше не видела, и номера его у меня не было.
Попробую как-нибудь ненавязчиво затронуть тему, а там, может, он и сам ее разовьет.
Алексей тряхнул головой.
— Чудесно выглядишь.
— Спасибо.
Интересно, под словом «чудесно» он имел в виду хорошо или в прямом смысле, как в сказке? Я и сама себе напоминала этакую девочку-ромашку или какую-нибудь феечку, только радужных крылышек не хватало.
Меня усадили в машину и велели пристегнуться. Ух, еще один «папочка». Да что ж их всех так и тянет со мной нянчиться.
Однако, что удивительно, наш ужин в хорошем уютном ресторане, не отпугивающем излишним пафосом и кричащей роскошью, оказался намного интереснее, чем я ожидала. Спустя некоторое время Алексей привык ко мне, и у нас завязалась непринужденная беседа. Мне и самой стало комфортно с ним, но нужную тему все никак не удавалось завести — не было повода. По всей видимости, он реально заинтересовался лично мной, а не моим участием в деле Туманова.
Повод поговорить о Никите появился внезапно и совершенно не тот, которого я с нетерпением ждала. В ресторан вошли очередные посетители, случайно подняв глаза, наткнулась на уже знакомую мне пару — Воронцов и его Таня.
Черт! Как нехорошо! Что они обо мне подумают? А ведь Андрей наверняка видится с другом. Расскажет ему?
Вот и он меня увидел, узнал. Бровь дернулась, выказывая удивление. Бросил быстрый взгляд на моего спутника и нахмурился. Ему явно не понравилось увиденное. А я… мои щеки как всегда заполыхали огнем под его вопросительным выражением лица.
Тут еще и Алексей заметил мое смущение, оглянулся. Увидев Андрея, махнул ему рукой, как старому знакомому. Они не могли пройти мимо и оказались у нашего столика.
— Маша, ты в порядке? — любезно спросила Таня. Ничего не оставалось иного, кроме как кивнуть. Не могу же я здесь и сейчас рассказать, насколько мне на самом деле паршиво. Пролепетала что-то в благодарность и уткнулась в тарелку. Смотреть им в глаза просто не было сил. Не хочу видеть осуждение. Но увы, даже если они и не допустят подобного, я все равно буду убеждена в обратном. Потому что сама знаю — виновата.
— Лёш, как дела? — обратился Воронцов к моему спутнику. — Не ожидал встретить.
Тот явно был не в курсе моих отношений с Тумановым и его друзьями. Пока не в курсе. Поэтому как ни в чем не бывало перекинулся несколькими дружескими фразами о том, о сем.
Когда они отошли, решила хотя бы воспользоваться неприятной ситуацией и вытянуть из Алексея какие-никакие крупицы информации.
— Вы с Андреем хорошо знаете друг друга?
— Да, когда-то давно занимались в одной секции кикбоксинга. Потом и в студенческие годы общались. С твоим похитителем тоже, кстати, но больше все-таки с Андреем. На некоторое время потеряли друг друга из виду и недавно снова встретились. Женой вот обзавелся… а я все никак не решусь.
Это был совершенно определенный намек сменить направление беседы. И если бы я собиралась по-настоящему избавиться от своей болезненной привязанности к Никите, обязательно воспользовалась бы отличным моментом, чтобы переключиться, начать легкий флирт, пошутить. Но я вернулась к интересующей теме.
— Значит, ты знал Туманова раньше?
Алексей явно разочаровался, что я отказалась и пошла не по той дорожке.
— Было дело. Поэтому сейчас и не стремлюсь тупо принимать слишком очевидные доказательства его вины. Не думаю, что он настолько изменился. Подстава идет мощная. Даже ты это чувствуешь, да?
Пожала плечом. Откуда мне знать? Деталей Никита не рассказывал. Я просто верила любимому. Но я не спешу отрицать данное предположение. Пусть думает, что согласна с ним и что-то знаю. Вдруг выдаст мне нужные сведения.
— Туманов был более, чем убедителен, — объяснила свою позицию. — Он считает Андрея своим другом и никогда бы не навредил ему. Я так думаю. И Андрей ему верит, что тоже показательно.
— И твой брат верил. Они друзья? Мне тут доложили, что он пытался ему помочь своими методами, пока тебя не похитили.
Я вздрогнула, ощутив, что ступила на очень зыбкую почву. Мне сначала даже в голову не пришло, что не одна я могу желать выведать что-то новое, но и он тоже. Подцепила салат и сунула вилку в рот, чтобы хоть как-то скрыть эмоции.
— Во-первых, меня не похищали, — начала медленно, взвешивая каждое слово. — Не надо клеветать. И да, Ник считал Туманова другом. Какими методами он ему помогает, мне не известно.
— Не помогает — помогал, — уточнил Алексей и тоже продолжил трапезу.
— Он просто зол на меня, что я не позвонила. И на Туманова. В том доме не было связи.
— Эх, Маша. Не умеешь ты врать. — Он мягко улыбнулся. Какая ж это была улыбка! У женщин должна напрочь отбивать мозги. — Пытаешься выгородить обоих, но так неумело путаешься.
Стоило догадаться, что не мне бороться с ним в хитрости. У него явно немалый опыт в своем деле. Он просто с виду молод, а на самом деле ровесник Воронцова или Туманова.
— И что? Вы меня привлечете за дачу ложных показаний? — произнесла с иронией.
Он рассмеялся, взял бокал с вином и отсалютовал мне. Я тоже схватила свой, чтобы спрятать панику, вызванную его словами.
— Разумеется, нет. Не бойся. Но честно признаться, не отказался бы узнать, как все было на самом деле.
— Поэтому вы решили приударить за мной?
Хотелось психануть, топнуть ножкой и убежать. Но я молча пригубила вино.
— Опять не угадала, — его глаза излучали тепло, такое снисходительное, но совсем не неприятное. Как ни крути, Алексей вызывал доверие, и я боролась с желанием все ему рассказать. — Мое приглашение никак не связано с Тумановым, поверь. Я и без тебя докопаюсь до правды.
— Тогда зачем вам знать? — недоумевала я, путаясь в своих эмоциях.
— Чтобы понять, что между вами. Он тебе интересен как мужчина? Или у меня еще есть шанс заполучить твое внимание?
Я смутилась под его довольно жарким взором. Эй! А как же мой невинный образ? Он уже не отпугивает?
А я сама… мне, кажется, приятно слышать подобные слова от столь симпатичного мужчины. Нет, это не значит, что я сейчас же собираюсь переключиться на него и забыть Никиту… но… я же женщина, улыбаюсь в ответ.
Не могу придумать, как уйти от прямого ответа. Но и пока опасаюсь признаваться в своих чувствах к подозреваемому. Я не настолько доверяю человеку перед собой. И отшутиться не получается. Поэтому просто беру и нагло перевожу стрелку:
— А что сам Туманов говорит обо мне? Он уже давал показания после больницы?
Алексей щелкнул языком, принимая мои правила.
— Показания-то давал. И по делу, и по своему укрывательству от правосудия. Но на любые вопросы о тебе молчит. Просто отказывается отвечать, пользуясь правом хранить молчание. Не буду скрывать, меня это заинтриговало еще до того, как ты появилась в моем кабинете. Но сегодня все встало на свои места, когда тебя увидел. Туманов к тебе явно неравнодушен. Я прав?
Я опять краснею. Ничего не могу поделать с пунцовыми пятнами на щеках.
— Если он молчал, как вы узнали это?
— Он бесится. Просто дико бесится, когда произносят твое имя. Думаю, пытается уберечь тебя.
Сердце ухает и летит в бездну. Неправильно ты, Лёша, все понял. Он бесится из-за моего предательства, а вовсе не потому, что оберегает. Он меня ненавидит…