Глава 60

Сменив ипостась на волчью, я мчался изо всех сил, что были во мне. Лена у них. Я пробежал по строкам книги лишь беглым взглядом, но понял, что это связано со стеной и жизнью моей супруги.

Если с ней что-то случится, я буду виноват в этом. Я должен был догадаться, понять, что это не Лена писала. Она была другой, не стала бы так поступать.

Чувство вины гнало вперед. Я никогда не обращался с Леной хорошо, отвергал, подозревал, а теперь решил, что она бросила меня и убежала с украшениями.

Бросила, после того как снова и снова открывала мне свою душу, а я в нее плевал, боясь потерять свою свободу.

Сейчас мне свобода не была так важна — ведь от нее никакого толку, если Лену убьют. Девушка с красными волосами стала самым ярким моментом в моей жизни.

Она смогла выделиться среди множества других женщин. Она не притворялась, была собой и смогла покорить даже неприветливую герцогиню.

Когда я добрался до назначенного в книге места, был уже вечер. Я крался, прислушиваясь к каждому звуку.

На опушке возле леса собралось много людей, больше, чем жителей деревни. Все эти люди хотели одного — сломать стену.

Я выбирал момент, пытался рассмотреть среди присутствующих Лену, но ее нигде не было.

Наконец, на середину этого сборища вышел служитель, тот самый, который венчал нас, а следом вышли девять девушек, и еще одна — особенная.

Она единственная сопротивлялась, пыталась бороться, упиралась, за что ее подгоняли толчками в спину. Это была моя Лена.

***

Меня силой выволокли из клетки. Шон так и не пришел. Значит, надежды больше нет. Поэтому я сопротивлялась, пыталась укусить мужчин, которые вели меня, но все было без толку. Меня кинули в ноги служителю.

Какая глупая смерть! Я прошла такой долгий путь, смогла спастись от гончих и даже от Айры. А теперь со мной сделают непойми что оккультные фанатики.

— Мы собрались здесь, чтобы увидеть, как пройдет ритуал, и наши братья и сестры станут свободными. Займут полагающееся им место в этом мире!

Сквозь толпу раздался лай, рычание, птичий клекот.

О, Богиня, они все имели духов. Все эти люди людьми себя никогда не считали. Они прятались и жили надеждами сломать стену и выпустить всех чудовищ наружу.

— А теперь время кровавой жатвы. Все десять дев принесут себя в дар и окропят эту землю кровью.

Я подняла голову и увидела, как они раздеваются, скидывая свои ночные рубашки. Девять девушек, среди которых была и Брит, стояли с блаженным лицом и ждали свою судьбу. В это время меня всю трясло от вопроса, какая же именно участь нам уготована, и ответ не заставил себя долго ждать.

Через несколько секунд вместо людей передо мной стояли звери. Помнится, Рик говорил, что они с каждым годом вырождаются, и звери становятся слабее, что ж, они просто не там искали.

Дикие, злые и намного больше обычных животных: лисы, волки, барсы, койоты. Они грозно рычали и облизывались, я вскочила на ноги. Не стану стоять здесь на коленях и ждать, пока меня сожрут! Я буду бороться!

Кажется, я была главным блюдом на их столе, ведь на остальных девушек они так не облизывались. Все звери кругом обступили меня, из их пастей капали слюни, а я кружилась, готовясь отбиваться.

Как именно буду бороться, не знала, но знала, что не умру без боя.

Звери расступились, пропуская вперед огромную белую пуму, словно давали ей право на мою жизнь. Пума начала ходить вокруг, ее хвост бил по земле, а я пыталась держать зрительный контакт с диким животным, превозмогая дикий ужас, охвативший меня.

Пума фыркнула — видно, ей надоело играть в кошки-мышки, и прыгнула на меня. Шансов не было: ловкое гибкое животное быстро бы разделалось со мной, но нападение отбил огромный черный волк.

Рик появился внезапно, и меня охватила радость, а после — страх уже более сильный. Мы умрем здесь вместе!

Гул в голове разбил поток несвязных мыслей.

— Беги, Лена! — раздался приказ. — Беги!

Я точно помнила, что вокруг меня было кольцо из диких животных, но оно вдруг поредело и разомкнулось. Пума оказалась практически погребена под телом огромного волка, но дикая кошка была не единственной, желавшей отведать моего мяса, и следом пошел койот, а за ним — еще несколько животных.

Я хотела помочь. Рик раскидывал нападавших, как мелких шавок. Но я понимала, что одного его надолго не хватит.

В этой суматохе и битве я почувствовала, касание мужских рук.

— Уходим! — священник схватил меня за руку и поволок.

Остальные животные рычали, отступали, но не нападали.

— Отпусти же! — закричала я, пытаясь вырваться. Я толкнула священника и получила удар. Он бы свалил меня, если бы я не была прижата к хлипкому телу.

— Не будь дурой, он уже считай сдох! А вот ты должна выполнить свое предназначение.

Мои мысли были настолько заняты Риком и собой, что даже не задумалась о том, что случилось с остальными девушками, но сердцем чувствовала, что ничего хорошего.

В глазах помутилось от удара, и я поймала взгляд волка, которого повалили на землю несколько животных. Это придало мне сил бороться, я снова попыталась вырваться.

— Угомонись! — зарычал священник, он бы ударил еще раз, но его опередили.

Служитель упал от сильного удара по голове: неожиданно и не вовремя появился Шон.

— Рик… — обессилено пролепетала я.

— Уходим, Лена, уходим, пока нас не увидели.

Но я вырвала свою руку и из последних сил подалась к волку. Тело словно загорелось, и я почувствовало, как оно меняется. Я почувствовала силу, и в этот раз я чувствовала не только свою волю, но и волю своего духа, он рвался, пытаясь спасти свою пару, и я позволила ему захватить контроль.

Ветер ласкал мои крылья, когда я летела, а острые когти быстро хватали добычу — нападавших на Рика.

Волк был весь в крови. Она была не заметна на черной шерсти, но от крови шерсть слиплась, а в некоторых местах яркими пятнами виднелись рваные раны. Куски мяса свисали клочками с одной из самых обширных ран, а снег вокруг был забрызган алыми каплями. Но волк продолжал бороться, а я помогала ему.

Мне было легче биться — крылатых среди духов почти не было. Все, кто пытался нападать были меньше, а нападавшие с земли не могли добраться до меня. Тем не менее их было много. Белая пума, пришедшая в себя после столкновения с Риком, с ловкостью кошки преодолела расстояние между нами, подпрыгнула и сбила меня вниз. Не дав опомниться, она в один прыжок оказалась рядом и прижала меня лапами к земле.

Из ее рта капала кровь. Она не спешила убивать меня, наслаждаясь моим страхом. Я пыталась вырваться, но мои крылья были придавлены слишком сильно, и все, что мне оставалось — это кричать.

Но я не доставлю такого удовольствия этой твари. Я знала, что мы с Риком больше не жильцы, и кинула последний взгляд на лежавшего в снегу волка, придавленного другими животными. Это конец, но я еще могу уйти достойно.

Волк тихо выл, все еще пытаясь бороться, но это было бессмысленно, у него не было сил даже встать, об этом свидетельствовал снег, окрашенный в ярко-красный.

«Я люблю тебя», — раздалось в голове, так тихо, словно шепотом.

«Я тоже!»

Я хотела кричать, но раздался лишь громкий птичий крик. Казалось, он разнесся эхом по всей деревне, и мне понадобилось время, чтобы понять, что так громко рычала не я.

Почувствовав опасность, пума подняла голову. Ее взору предстало то же, что и моему. Огромное, прекрасное животное, о котором я могла лишь читать в сказках. Серебристый дракон издавал боевой клич, рычал и выпускал пар из огромных ноздрей.

Он выпустил огромные когти и с легкостью, словно птица, пошел на снижение. Пума быстро отскочила, поняв, куда именно устремляется чудовище. Но избежать столкновения не смогла — дракон схватил ее своими лапами. Подняв пуму над землей, дракон швырнул животное в сторону. Та белым комом полетела вниз, но, не успев сгруппироваться на такой скорости, приземлилась не на четыре лапы, а на спину, приложившись о дерево. На землю упало уже человеческое тело. Вокруг разлилась лужа крови, впитываясь в снег и окрашивая его алым.

Я почувствовала, как силы покидают меня, и через секунду смотрела уже не на мощные крылья, а на руки.

В суматохе оставшиеся звери начали разбегаться, они уже не волновали и даже не пугали. Я поднялась на босые ноги и кинулась к единственному животному, которое беспокоило меня на этот момент.

Я практически упала рядом с Риком, прислушиваясь, дышал он или нет. Я положила руки на кровоточащий бок и услышал хрип.

— Рик, — я гладила волка по его шкуре, стараясь не касаться ран, но все равно руки были в крови.

Я не знала, что делать, и просто прилегла рядом, поглаживая его и вдыхая этот страшный запах смерти. Он умирает, твердил мозг, но я не могла это принять, пытаясь сделать все, что могу, чтобы продлить последние мгновения рядом с Риком.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала я. — Люблю твой смех, твой вредный характер, твой голос и твою улыбку. Люблю, как влезаешь ко мне в голову, как танцуешь и как заставляешь меня думать о тебе круглыми сутками. Люблю тебя всего, со всеми недостатками, только прошу, не уходи…

Вкус слез смешался со вкусом крови. Я уже не чувствовала, как Рик дышит, и не знала, жив ли он еще, но мне не хватало храбрости посмотреть в его глаза, боясь, что они остекленели.

— Не уходи, — тихо умоляла я.

Будь у меня возможность, я бы отдала все силы, чтобы он дышал. Стоило об этом подумать, как я почувствовала слабость, словно тогда, в башне. Неужели так можно? Неужели я еще могу помочь Рику. Я закрыла глаза пытаясь расслабиться и чувствуя, как меня клонит в сон.

Шумный вздох волка вызвал во мне улыбку. Да, я точно улыбнулась, прежде чем провалиться в темноту.