ГЛАВА 13

Ювелирный магазин специализировался на обычных украшениях и артефактах и принадлежал известному во всем СНГартефактору Полине Макаровой. Из двух залов, уютный, он был частью разветвленной сети. Когда переступала порог, я надеялась на чудо, что смогу купить нужное кольцо.

Увы, блокираторы ментального дара Макарова и ее мастера делали только под заказ и с разрешения ВОК, которая бдительно отслеживала всех менталистов.

По просьбе обаятельно улыбающегося Максима, консультант Инна все же поискала в электронном каталоге, а затем, настороженно глядя на меня, покачала головой:

— Извините, ни в одном магазине нашей сети нужного вам артефакта нет.

Пришлось смотреть обыкновенные кольца с агатами. Их было несколько и все желтого цвета.

— Облом, — подбила я итог поисков.

— Рано говорить, что все пропало, — возразил Максим. — Мы только начали поиски, десятки простых ювелирок еще не проверены.

Ρыскать по городу не пришлось.

К нам подошла Инна и, стреляя густо подкрашенными глазами в сторону Максима, радостно сообщила:

— Пока вы смотрели кольца на витрине, я успела связаться с владелицей. Давайте запишем нужные параметры камня, снимем мерки — и к пяти часам украшение будет готово. А позже госпожа Макарова лично превратит заготовку в артефакт. Естественно, после того как принесете разрешение ВОК.

— Спасибо, Инна, — улыбнулся Максим.

— Это моя работа, — с притворной скромностью опустила глаза девушка. — Кстати, у нас есть услуга доставки. Сами заберете или пусть курьер привезет?

И столько надежды было в ее голосе, что я не удержалась и обрубила мечты на корню:

— Курьер. Адрес доставки — Управление полиции, точнее, Контора Чистильщиков.

Посмотрев на меня, как на досадную помеху, девушка предложила Максиму:

— Оставьте свой номер и возьмите нашу визитку.

Готова поклясться, на белом прямоугольнике приписан и личный телефон Инны. Не боится рассердить менталиста, невероятно смелая магичка!

Или по уши влюбленная.

Я ощущала всей кожей чужое желание, направленное на оборотня. Руки мои покрылись мелкими пупырышками, настолько это было неприятно.

И ведь ничего предосудительного: незамужняя магичка и урсолак без обязательств. Но отчего-то мне было не по себе. На миг даже мелькнуло желание внушить девице диарею, чтобы сладко не улыбалась. Но… я не врежу невинным, не нарушаю закон и, вообще, не имею права ревновать Максима.

Стоп, ревновать?

Ох, демон! А я таки ревную. Но это не ревность влюбленной женщины, нет. Это боязнь утраты значимого для меня объекта, и я уже сталкивалась с подобным чувством в шестнадцать лет.

Вера влюбилась и стала отдаляться, предпочитая проводить время не со мной, своей лучшей подругой, а с парнем. Вдобавок мне он не нравился — казался злым, хитрым и противно-скользким. Я хотела, чтобы он оставил мою подругу в покое, но не знала, как это сделать. В шестнадцать я толком не умела внушать.

Когда Вера ушла на вписку, которую организовал ее парень, я не могла найти себе места. Она выбрала тусовку вместо вечера перед телевизором и не позвала с собой! Ревнуя подругу, я ужасно переживала, как она, домашняя девочка, впишется в чужую компанию. И не сдержалась — отправилась за Верой.

Дверь была открыта, и я беспрепятственно прошла на угарную вечеринку, где парней было больше, чем полуобнаженных девушек. Стресс поспособствовал первому скачку моих способностей — приказа «отвали от нее» хватило, чтобы невменяемую Веру отпустили. Я вытащила ее без последствий и вызвала полицию.

Позже меня ненавидела подруга, ее несостоявшийся бойфренд и часть его друзей, получивших условный срок за хранение и употребление незаконных веществ. К счастью, Вера дулась недолго, пока не осознала, от чего я ее уберегла.

Восемь лет назад ревность оказалась спасительной. Сейчас же она неуместна. Я успела привязаться к Максиму, раз боюсь, что его у меня отнимут? Недополучив внимания и заботы матери, я пытаюсь компенсировать ощущение обделенности, прикипая душой к тому, кто рядом? Неужели я все тот же незрелый подросток, который боится остаться один?

Печально, что у ментальной магички настолько серьезные психологические проблемы, впору поверить гранд-дамам, что я бомба с часовым механизмом, у которой неизвестен срок срабатывания таймера…

Так, Рита, не раскисать. Мозг создал проблему, он же ее и решит. Самое главное сейчас — почаще повторять, что Максим мне не принадлежит, я не могу присвоить все его внимание.

Минутка самоанализа помогла, и я вернулась к обсуждению заказа.

К чести Максима, он понял, что нравится консультанту, но стиль общения не изменил. Ни капли флирта, все то же добродушие и дружелюбность. Как будто не его пожирали глазами.

— Спасибо за покупку! — с долей разочарования произнесла дежурную фразу Инна, когда мы совершили сделку. — И хорошего вам дня!

— И вам, — искренне пожелала в ответ.

Все, можно расслабиться и настраиваться на встречу с гранд-дамами.

— А волчонок — резвый парень, — вдруг сообщил Максим одобрительно, глядя поверх моей головы.

— В смысле?

Я посмотрела в ту же сторону и увидела недавних знакомых по происшествию в арт-пабе «Блэк». Землевичка Наталья и вервольф Илья рассматривали кольца, притом обручальные.

Влюбленная парочка тоже нас заметила, а оборотень еще и, наверняка, слышал беседу с консультантом, что не страшно, ведь о моей потери, похоже, знал весь город.

Я вздохнула и вымучила улыбку, когда радостная пара поспешила к нам.

— Здравствуйте, Маргарита! Здравствуйте, Максим!

— Здравствуйте.

Переполненной счастьем Наташе хотелось обнять весь мир.

— А мы с Ильей приехали присмотреть подарок на день рождения его сестры, — затараторила она весело. — Но выяснилось, что он заманил меня сюда, чтобы выбрать кольцо. Представляете? Илья сделал мне предложение!

— И Ната согласилась, — добавил счастливый парень.

— Поздравляем. — Максим одобрительно хлопнул вервольфа по плечу.

Магичка внимательно всмотрелась в мое лицо, будто ища что-то, и провокационно поинтересовалась:

— А вы тоже подарок покупали?

Илья взял ее под руку, выплескивая в мир порцию смущения. Ага, подслушал наш разговор с консультантом, знает, что я ищу блокиратор, и ему неловко из-за вопроса подруги.

— Типа того, подарок, — хоть на душе скребли кошки, я постаралась искренне улыбнуться. Юные влюбленные не виноваты, что у меня проблемы, не заслужили ловить эмоции менталиста в стрессе.

— Маргарита, — Наталья посерьезнела, — спасибо, что помогли тогда в баре.

— Не за что, это моя работа.

Девушка упрямо повторила:

— Спасибо! Я сразу не поняла, что вы для нас сделали.

Я растерялась, не зная, что говорить.

И в очередной раз Максим пришел на выручку:

— Когда свадьба?

— Ната решила сначала получить диплом, так что я пока только застолбил территорию, — с легкой грустью признался вервольф.

— Помолвка для магов — почти что свадьба, — горячо заверила Наталья. — Я же объясняла, что это очень серьезно.

Они вновь заспорили. Не согласные в чем-то, но, несомненно, влюбленные и счастливые.

— Ладно, мы пойдем, — Максим потянул к выходу. — Хорошего дня!

— И вам, — в унисон отозвалась увлеченно препирающаяся парочка.

Когда вышли на улицу, солнце ослепило, и я на несколько секунд зажмурилась. Затем сделала глубокий вдох и распахнула глаза. Какие соблазнительные ароматы! Ветер принес запах ванили и шоколада.

— Неподалеку пекарня?

— Да, при кафе «Шафран». Хочешь перекусить? Ехать сюда повторно не придется, у нас полно времени, можем отдохнуть.

— Не откажусь.

Через пятнадцать минут мы сидели на летней площадке — шесть столиков на овеваемой ветерком террасе. Самый дальний заняла громкая компания студентов, ещё один — влюбленная парочка. Два каштана-великана давали дополнительную тень и защищали от зноя, делая место отдыха уютным.

— Ну как, Рит?

Максим убедил попробовать имбирный чай с медом и мятой, отказавшись от кофе. И как я повелась? Смешно, но не устояла перед просьбой в синих глазах. Это даже приятно — забота о моем здоровье.

— Приятный вкус и, как ты и пообещал, бодрит.

— В напитке правильно подобранные ингредиенты и капелька магии.

Я поставила чашку.

— Кафе принадлежит полуночнику?

— Семье полуночников. Магия разрешенная, не волнуйся, и попала в чай вместе с медом.

Ого, оборотень настолько тонко чувствует магию? Хотя, о чем я? Наверняка, нет, просто повторил слова того, кто в свое время рекомендовал напиток ему самому.

Шоколадный рулет с клубникой и нежным кремом таял во рту, поднимая настроение и примиряя с действительностью. Ладно, нет кольца, что теперь поделать? Преспокойно, с наглым выражением лица пойду на тестирование. Просто не буду думать, что его у меня нет, — и гранд-дамы ничего не заподозрят.

Максим вдруг шумно выдохнул. Я посмотрела в ту же сторону, что и он.

Возле «Шафрана» припарковался ультрамариновый кроссовер, из которого райской птичкой выпорхнула пепельная блондинка в розовом платье и вышли без спешки, вальяжно, как два здоровенных бурых медведя, молодые мужчины.

Девушка была прекрасна: длинные волосы натурального цвета, стройная и грациозная, с ярко выраженной славянской внешностью. Мужчины внушали трепет своими габаритами и мощью: белые рубашки-поло подчеркивали рельеф торсов и ширину плеч, джинсы облепили крепкие ноги.

Прислушалась к эмоциональному фону… Ой, а ведь троица, действительно, оборотни! Урсолаки…

Перевела взгляд на Максима. На его скулах играли желваки, глаза почернели от ярости. Ох, Небо. Неужели это Шуваловы?!

Девушка заметила нас, точнее, уставилась она потрясенно на Максима, и застыла.

— Медвежонок?.. Это ты? Мать моя медведица, это ведь ты!

Медвежонок?.. Серьезно? Она назвала Максима медвежонком?!

Варвара Шувалова отмерла и сделала несколько шагов к своему обращенному, улыбаясь блаженно, как дурочка. Ладно, в своей восторженной радости она не выглядела глупо, скорее была похожа на белокурого ангела — невесомо-воздушная и трогательная.

— Мой медвежонок, — нежно прошептала блондинка, жадно рассматривая поднявшегося со стула Максима.

— Вар-вар-ра! — прорычал Любомир Шувалов, смазанной тенью скользнув к террасе. — Стой!

Он преградил собой путь блондинке и с ненавистью уставился на Максима. Будь взгляды Любомира мечами, обращенный сестры уже напоминал бы стального ежа.

Варвара попыталась высунуться из-за спины брата — второй урсолак, грубо схватив, оттащил ее назад, к внедорожнику.

— Мир, позволь мне поговорить с моим медвежонком! — Голос девушки надтреснуто звенел.

— Мы уже уходим.

— Любомир, пожалуйста!.. — Ноющая Варвара была безжалостно засунута в салон автомобиля.

Шувалов же задержался. На лице застыла брезгливая гримаса, а в глазах полыхала злоба, как будто Максим разрушил его жизнь.

А ведь все было наоборот. Это Шуваловы перечеркнули жизнь обычного парня! Шувалов безжалостно убил его, когда понял, что перерождение пройдет успешно!

Я не могла читать Максима, артефакт все так же не пускал, но вся поза, напряженная линия плеч говорили, что он сейчас бросится на своего убийцу.

Сама не заметила, как оказалась рядом с Максимом и коснулась его локтя. Я всего лишь хотела вернуть к реальности, напомнив, что драка сейчас неуместна. И мне это удалось.

Максим выдохнул, тело все еще готовилось к обороту, но напряжение будто уменьшило градус наполовину.

Шувалов мазнул взглядом по моим кольцам и ухмыльнулся:

— Очередная менталистка в защитниках? — Он заметил кулон в виде волчьей головы. — О, и сам Хемминг в придачу? Самому слабо разобраться с проблемами?

— Заткнись, пока все зубы на месте, — холодно произнес Максим.

Шувалов оскалился:

— Ты не тот, кто может их пересчитать!

— Проверим? — предложил Максим спокойно, не обращая внимания на мои знаки прекратить.

Я уже откровенно повисла на его локте, тщетно стараясь остановить.

Максим мягким, текучим движением высвободился из моего захвата — я даже не поняла, как! — и оказался нос к носу с Шуваловым. Продвинься кто-нибудь из них на сантиметр вперед — и столĸновение лбами неминуемо.

Они точно медведи, а не бараны?..

— Что вы творите? Воĸруг люди! — восклиĸнула я в отчаянии.

— Не проблема, вызовем чистильщиĸов, — небрежно отозвался Шувалов.

Ох, он уже предвкушал драку! Бой со смертельным исходом. Он планировал доделать начатое несĸольĸо лет назад! Его мнение не изменилось: обращенный сестры не имеет права на жизнь.

— Максим, — позвала я тихо, — ты еще планируешь сопровождать меня вечером?

Миг напряженной тишины… и Максим сделал шаг назад. Затем еще один и еще.

За его борьбой с собой я следила ĸраем глаза, стараясь сосредоточиться на Шувалове и возможной подлости. Не зря.

Когда Максим пересилил жажду схлестнуться с убийцей, тот расплылся в паĸостной улыбĸе и открыл рот, чтобы выдать глумливую вдббивв ĸолкость.

Я пошла на опережение:

— Прощайте, господин Шувалов! Было неприятно вас увидеть здесь.

Урсолак захлопнул рот и резко повернулся ĸ нам спиной. Как пьяный, прошаркал половину пути, обернулся и, посмотрев на меня, как на голодного демона, побежал к кроссоверу. Как только запрыгнул в салон, автомобиль уехал.

Я… прогнала его? А хотела всего лишь сбить с настроя сказать гадость!

По губам сползла теплая капелька. Я мазнула по лицу тыльной стороной ладони — кровь.

— Рита, зачем?! — Максим схватил меня за плечи, разворачивая и притягивая к себе. — У тебя кровь!

Он как-то растерянно достал из кармана джинсов пачку салфеток и попытался поухаживать.

— Я сама.

К счастью, серьезное кровотечение не началось, и мы даже ещё некоторое время провели в кафе.

Максим молча смотрел куда-то вдаль, благо открытость террасы позволяла. Я пила вторую чашку имбирного чаю и доедала безвкусный рулет, всем своим видом демонстрируя, что ничего не случилось. Блеф до последнего — порой единственный способ спасти жизнь.

Камеры, удачно расположенные по периметру террасы, при случае подтвердят, что во время разговора с наследником клана Шуваловых я не снимала кольца. Точнее, на мне было семь блокираторов из восьми, но этого достаточно, чтобы поверили мне, а не сбежавшему урсолаку.

Менталист в кольцах не может внушать — это всем известно. Как я смогла повлиять на Шувалова, поищу разгадку потом.

— Домой? — спросил Максим, когда я поставила пустую чашку на блюдце.

Я просто кивнула.

Пока шли к автомобилю, вели незначительный разговор на отвлеченную тему: что нужно взять с собой в дорогу.

— Кстати, кому доверишь хомяка, пока не вернемся? — Максим вдруг вспомнил о моем питомце. — И корм ему нужно купить, я нигде не нашел, когда утром хотел насыпать в мисочку.

— А Жужику ничего не надо, кроме заряженных артефактов, — со вздохом призналась я.

— В смысле? — Максим сбился с шага.

— Как-то в дружеской беседе я пожаловалась, что с режимом чистильщиков не могу завести питомца без боязни, что с ним что-то произойдет в мое отсутствие. И один замечательный некромант подарил мне Жужика.

— Замечательный некромант случайно не Велигор? — прозорливо поинтересовался Максим.

Мне показалось или он… ревнует? Сомневаюсь, что второе, но…

— Велигор, кстати, счастливо женат, а ещё уже много лет входит в команду Хемминга.

Максим вскинул бровь, будто спрашивая, для чего я это рассказываю. М-да, лучше бы молчала.

Уже в салоне внедорожника оборотень мрачно спросил:

— Рита, твой дар растет? Ты прогнала Шувалова, не снимая блокираторы.

Смелый Максим. Высказал мысль, которую я игнорировала в надежде, что все обойдется.

Спрятав лицо в ладонях, тихо призналась:

— Я не знаю. Это может быть одноразовая вспышка. Я хочу в это верить, очень.

— А если нет? Если ты стала сильнее? Придется носить десять колец, как у гранд-дам?

Будь все так легко, я бы не переживала. Боюсь, меня просто не отдадут сумасшедшему вампиру, когда завершится срок наказания. И нет, не освободят от привязки, а уничтожат, как потенциальную угрозу. Вероятно, сам Хемминг и ликвидирует.

— Ага, десять колец, притом из особого цельного агата, — я через силу улыбнулась и растопырила пальцы на обеих руках. — Как два кастета, представляешь?

Максим шутку не оценил, задумался и молчал почти до самого дома.

Звонок Глеба застал нас в подъезде.

— Будьте осторожнее, Макс, в городе младшие Шуваловы, — напряженно предупредил он.

— Мы уже в курсе, даже мило побеседовали.

Выставив громкость телефона так, чтобы и я слышала, урсолак зорко оглядывался по сторонам.

— Все живы? — встревожился бригадир.

— Живы и даже целы, — с явным разочарованием в голосе сообщил Максим.

Уже в квартире он чуть расслабился и коротко рассказал Глебу о столкновении, не акцентируя на том, как именно Шувалов нас покинул. Точнее, что из-за меня.

Послушав немного разговор мужчин, я ушла в душ смывать пережитое.

А ведь самое сложное предстоит вечером.

* * *

Курьер приехал ровно в пять часов, и у меня было предостаточно времени, чтобы привыкнуть к новому кольцу. Одинаковая форма камня, размер, ширина ободка, вес металла, но я знала, что это фальшивка. Казалось, что кольцо слишком тяжелое и холодит палец.

На самом деле, оно было идеальным, просто без магии.

— А как реагировала Шувалова на Максима? — полюбопытствовала Лия.

Удобно устроившись на кровати, она ела крупную, красную, как жар, клубнику.

Несмотря на аппетитный вид, предложенная чуть ранее ягода мне в рот не полезла. Я нервничала и пыталась успокоиться, раскачиваясь на стуле. Держать равновесие на двух ножках — еще та задача, отлично отвлекает.

Еще повезло, что в выходной в комнате отдыха были не все из бригады. Глеб не сказал остальным, что меня вызывают на допрос — это мероприятие и не назовешь иначе — и провожать пришел только с женой.

— Шувалова злится на брата, очень злится. Но при это она напоминает куклу, которой вертят, как пожелают.

— Согласна с тобой, девица зависит от мнения семьи, делает то, что приказывает брат. И может только ныть, требуя своего.

Такую девушку жалеть сложно: выбор, подчиняться или жить своим умом, она сделала сама.

Лия села на кровати и тоненьким голосом пропищала:

— Мой медвежонок!

Я вздрогнула — вышло похоже — и стул приземлился на все четыре ножки.

— Ага! Шувалова продолжает так называть Максима, — чему-то обрадовалась коллега.

Ну да, типа мамаша великовозрастного сына…

Я вновь откинулась на спинку стула, наклоняя его своим весом.

— Знаешь, Рит, я не увидела там материнского инстинкта. Она гордится тем, каким стал ее обращенный, но…

— Да, симпатия, несомненно, есть, — согласилась и я, мысленно добавила, что там нет родственных чувств.

— В последний раз, когда я видела Шувалову рядом с Максом, — продолжила рассказ Лия, — я поймала с ее стороны ноты вожделения.

Чего?.. Ножки стула звонко стукнули по полу.

— Что ты смотришь круглыми глазами, Рит? — Лия рассмеялась. — Да, обратившая Максима вермедведица запала на него. Что тут удивительного?

Она права. Обращение — не кровное родство. Кто-то относится к своим обращенным, как к детям, кто-то создает себе слуг, а то и рабов. Те же вампиры, например, редко обращают из высоких побуждений, только из выгоды.

— Да как-то не вяжется обращение «медвежонок» со страстью, — я объяснила свое удивление.

Лия съела очередную ягодку и покачала головой:

— А ласковые прозвища, которыми женщины называют своих мужчин? Малыш, котик, зайка, кукусик, гиппопотамчик…

— Гиппопотамчик? — я рассмеялась, чувствуя, как отпускает внутреннее напряжение.

— Сама слышала. — Лия оставалась серьезной. — Притом «гиппопотамчиком» был худощавый, жилистый вампир. Ласковые прозвища выше всякой логики.

— Это точно. — Я оставила многострадальный стул и налила себе кофе, пока бдительный урсолак не видит.

Проводив голодным взглядом мою чашку, Лия вздохнула и накинулась на клубнику.

— Варваре не повезло, что Макс ее едва терпит, впрочем, как и всю ее семейку.

— Это он сам сказал? Или ты прочитала его мысли?

Лия пожала плечами.

— Зачем читать мысли? Когда узнаешь Максима ближе, его лицо можно читать, как книгу.

— А я его почти не знаю, так что и второе мне тоже недоступно, — невольно пожаловалась я. — Порой дико не хватает возможности узнать, что он думает.

Коллега нахмурилась и не донесла до губ ягодку.

— Постой, мысли Макса для тебя тоже закрыты?

— Как я поняла, сквозь его мощный артефакт пробиться могут разве что гранд-дамы?

Удивленная Лия тряхнула головой и вспомнила о клубнике в руке. Быстро ее съев, призналась воодушевленно:

— Мне впору загордиться, что в голове Макса побывала лишь я, пусть и один только раз, когда он был при смерти.

Мысли путались, я не совсем соображала, о чем она. И Лия, поняв это, с удовольствием просветила:

— Рит, нет никакого артефакта.

— А почему тогда?.. — я недоговорила, боясь поверить, что столкнулась с живой аномалией.

Лия подтвердила мою догадку:

— Наш Макс из так называемых твердолобых, принадлежит к редким счастливчикам, которые не по зубам менталистам. До твоего признания я думала, что хоть тебе его мысли будут доступны, но… Если и гранд-дамы не смогут пробиться, я точно возгоржусь! Даже в момент смерти у него были очень четкие, чистые образы и ясная мыслеречь.

Из уст менталиста это о-го-го какой комплимент!