Эпилог

— Да вы издеваетесь! — возмутилась Даша, глядя на нас с мамой. — Я, значит, ради них на верную гибель, а они меня под какого-то недоношенного демона подложить собираются!

— Эвриал, — уточнила мама, — Первый демон после Владыки.

Рыжая зыркнула на неё такими глазами, что обладай она лазерным зрением, от нас остались бы только угли.

— Вы там ещё личный рейтинг каждого выродка ведёте? Совсем кукухой поехали?!

Она выдохнула, скрестила руки и снова зашагала, отмеряя три метра туда обратно. Знаю, потому что шаг широкий, а помещение в подвале тесное. Ковен решил пока не выпускать Дашу, закатившую скандал, когда ей сообщили на что мы пошли ради сохранения мира. Верховная считала, что лучше пойти войной и перебить всех обитателей нижнего, чем так низко пасть.

— Нет, я понимаю она, — ткнула в меня ведьма наманекюренным пальчиком, — у неё выбора не было, но ты-то?

— У меня побочка, — рассмеялась мама. — Ты же этому так завидовала, Даш.

— Нет, одно дело, когда у тебя за спиной ходит демон, который богу душу за тебя отдаст, но быть с ними на равных?! Я на такое не подписывалась!

— Он идеально тебе подходит, — настаивала мама. — Тебе достаточно просто познакомиться, и ты поймёшь, что это действительно так.

В моём кармане завибрировал телефон и я, мельком глянув на взъерошенную рыжую, решила самоустраниться из временной тюрьмы верховной ведьмы, пока та не принялась разносить всё вокруг.

— Когда мне тебя забрать? — прозвучало настойчиво в трубку.

Эдлад уже третий день звонит с этим вопросом, пока мы готовимся к сделке. Здесь он присутствовать не может, и вынужден ждать, когда меня отпустят.

— Мы ещё не все вопросы уладили, — улыбаюсь в ответ.

Я знаю, что он уже злится, не в силах что-либо сделать, но и сорваться так просто не могу, хотя, признаюсь, уже очень хочется всё бросить и сбежать на границу. И это, между прочим, было бы хорошей идеей, если бы кое-кто не пообещал меня при первой же встрече утащить домой и приковать цепью к кровати. В шутку, конечно, же. Но все мы знаем, что в каждой шутке есть доля шутки.

— Я могу собрать полк, взять с собой Креакийона и пойти в наступление на ваш ковен?

— Если ты спрашиваешь моего разрешения, то нет. Как там, кстати, малыш Креа?

Да, огненный познакомил меня с этой «страшной зубастой тварью» размером с кошку и взглядом оленёнка Бемби. Я влюбилась в это существо с первой встречи. Даже на руки взяла, когда Эдлад оставил мне Креа в качестве компаньона на время выполнения своих военных задач. Играть с ним бантиком было сплошным весельем… Пока я не узнала, что именно представляет из себя это маленькое обманчивое чудовище. Мама показала запись на телефоне, где это чудное создание откусывает низшему демону голову.

Да, после этого играть с ним пропало всякое желание. У меня. Сам же Креа обожал такие штуки.

— Лежит на твоей стороне кровати и скучает, — ответил демон. — Я устал ждать, Алиса, и просто места себе не нахожу.

Я вздохнула, прекрасно понимая его чувства.

— Тебе стоит попрактиковаться в самообладании. Уверена, раньше ты не был таким подкаблучником.

— Ещё слово ведьма и я действительно соберу армию, чтобы тебя отвоевать.

Я только хмыкнула, представив полк растерянных у границы поселения демонов. Дальше-то всё равно не пройдут.

— Ладно, молчу. Мне пора бежать, иначе есть риск, что одна рыжая повыдергивает в порыве злости маме волосы.

— Трудности принятия нового порядка? — усмехнулся Эдлад. — У нас тоже есть некоторые… трудности.

И вот как только он это сказал, я услышала мужской вопль на заднем плане.

— Эта рыжая?! Да лучше в Коцит! Где некрономикон?! Дайте мне некрономикон!

Мда. Эти двое реально созданы, чтобы встретиться.

— Уверена, они понравятся друг другу.

— Даже не сомневаюсь, — протянул демон. — Ладно, дуй контролировать порядок. Мне тоже нужно вразумить этого гордеца.

Я первая положила трубку, хотя очень не хотелось, и вернулась в комнату, где застала рыдающую на коленях мамы Дашу. Даже пожалела сначала, и подумала, что это вообще-то не очень-то и к спеху, и можно отложить знакомство, пока не услышала причины этих рыданий и не увидела, как мама закатывает глаза.

— Он же всегда хорошим был! Ну, почему просто нельзя договорится и выпустить его на свободу, может, он и не станет ничего делать?

— Ты сама-то в это веришь? — мама погладила ведьму по встрёпанным волосам.

Даша вскинула голову и посмотрела на неё, как на врага народа.

— Молчи, Анжи! Я ничего не хочу слышать. Кейсертан никогда и ничего не делал нам плохого, даже заботился.

— Он делал это только чтобы вы так думали, Даш, — вклинилась я. — Впрочем, ты же ведьма. Сама всё чувствовать должна была. Не было у него к вам всепоглощающей любви.

Она повернула голову так, чтобы я могла видеть её зарёванное лицо.

— Ещё одна отступница, — выдала обиженно.

— Должна признать, что это несправедливое замечание. Мой демон меня не предавал, не обманывал, а я от него не отступалась. Более того, мы будем друг другу верны до конца своих дней. Это больше, чем просто связь демон-ведьма, Даш. Мы предлагаем тебе отречься от силы Кейсертана и обрести своё счастье в лице того, кто тебе это счастье будет лить голову, как воду из ведра.

Она несколько долгих секунд смотрела на меня, а потом кивнула.

— Только на голову не надо. Надо прямо в душу.

— Да хоть в тапки, — усмехнулась я. — Там сами договоритесь.

Рыжая поднялась на ноги, утёрла щёки и с гордым видом посмотрела на нас с мамой.

— Ведите.

Куда вести и зачем мы поняли сразу. Не поняли только, с чего она взяла, что демон где-то здесь прячется, ожидая её появления, как маны небесной.

Она просто не оставила нам с мамой выбора. Смеялись мы ещё долго, припоминая ей этот славный момент. Вот что нетерпение делает с мозгами некоторых ведьм.

***

Я жевала попкорн, сидя в кресле и меланхолично глядя на уже шестое знакомство отобранной пары.

— Я не собираюсь связываться этой тварью! — рычал один из приближённых демонов Владыки, глядя на него. — Я согласился, но она же неконтролируемая! Не могли другую в пару подобрать?!

Сам Владыка с грустью наблюдал, как разбирают его преданных солдат, будто невест на выданье. Уверена, для него это позор, но куда деваться, если на кону стоит мирная жизнь всего населения обоих миров.

— Эта тварь, между прочим, и уши имеет, и нехилую такую магическую зарядку, которой шарахнет так, что на века забудешь, как рычать! — осклабилась Даша. — Так что, давай своё обещание и пошли уже.

— Ведьма, я тебя сожру!

— Рискни здоровьем, кобель!

Мда, пожалуй, это знакомство выбило десять из десяти баллов по зрелищности. Искры так и летят. Я даже не представляю, как они будут проводить ритуал, учитывая, что нужно соблюдать правила и делать это, скажем так, в горизонтальной плоскости.

— Они на самом деле друг друга стоят, — улыбнулась мама, протягивая мне стакан с газированной водой.

Ну, конечно, кому как не ей об этом знать. Никриаст, как выяснилось, был тем ещё подарочком. А учитывая, что у них была только односторонняя связь с побочкой, маме, вообще, было с ним непросто. Однако, это не делало её менее счастливой, чем меня. Они часто бывали здесь, но основное время проводили дома, чтобы не оставлять Ольку одну. А на счёт Стаса… Оказалось, что между ними уже давно ничего не было. Поэтому-то, мама не так часто бывала дома. Она хотела, чтобы мы были в безопасности под присмотром человека, которого знали, как отчима. Сам же Стас маму искренне любил, но понимал, что она птица не его полёта и мне было искренне его жаль, но что тут можно было поделать?

С того дня, как я провела первую беседу с Владыкой прошло больше двух недель. Очень много ушло времени на подготовку и сбор данных о его подчинённых, которые, к слову, очень скверно восприняли эту идею.

Эдлад признался, что и сам не очень желал проводить такой ритуал со мной. Его бесила одна мысль, что я смогу воздействовать на него хоть как-то. Благодаря этому признанию, мы поняли, как работает двустороннее подчинение.

Больше всего, конечно, было плохо, когда связь ослабляли. Я прекрасно помню эти жуткие ощущения, когда тебя ментально забивают едва ли не до смерти. Радует только, что в скором времени образованная связь крепнет настолько, что появляется идиллия в отношениях, за которую и душу продать не жалко. А ещё, это отвязка от Кейсертена, за которую рано или поздно пришлось бы дорого заплатить.

Кстати, о нём благодаря этому забыли. Некрономиконы отдали Владыке в день его согласия и заключения договора. Мама постаралась, чтобы ковен не надули, поэтому составила договор, от которого у него в прямом смысле глаз ещё неделю дёргался. Эмма и Виктория не хотели так поступать с «отцом», но мы доходчиво объяснили, что он сделает, когда выберется наружу. Ему будет глубоко плевать на наши жизни. Ковен для него лишь средство к спасению из Коцита.

— Убери от меня свои грабли! — возмутилась Даша, когда демон схватил её и забросил на плечо.

— Уберу, ведьма. Когда исполню волю Владыки!

— Знаешь, где я тебя видела вместе с твоим Владыкой?! Убери руки, я сказала!

Осталось порадоваться за демона, что в этом мире Даша бессильна. К слову, мы выбирали наименее агрессивно настроенного против неё персонажа, ибо, как выяснилось, рыжая таких дел успела тут натворить, что среди местных обитателей нейтрально к ней относящихся можно было пересчитать по пальцам… одной руки.

Мы дружно проводили их весёлым взглядом, и только сам главный демон всея нижнего мира имитировал знаменитый мем из «стартрека».

Когда все знакомства завершились, я поднялась из кресла в тронном зале Владыки и весело помахав ему рукой, направилась навстречу со своим демоном, который ещё с утра отправился в земной мир, чтобы решить вопрос жилья. Проводить всё своё время здесь я категорически отказывалась, потому что возможности выходить из его апартаментов не было. Огненный очень опасался, что на меня кто-то точит зуб.

Добравшись до нашего гнёздышка, я открыла дверь и тут же попала в жадные объятия, которые сулили самые сладостные минуты этого дня.

Всё до боли привычно: пальцы в волосах почти до боли и горячие губы, от которых сносит крышу. Но я ни на что не променяю эти мгновения и ощущения, когда по венам струится лава.

— Скучала? — спросил, едва разрывая поцелуй.

— Ни капли, — ответила хрипло, а сама обхватила его крепкую шею руками и едва не запрыгнула, чтобы теснее прижаться к горячему телу. Эдлад хрипло рассмеялся в мой рот, медленно стаскивая с меня лямки сарафана. Обхватил грудь грубой ладонью и прокатил тугую горошину между пальцами, заставляя застонать от сладкого спазма, прострелившего до самого дна.

— Лгунья, — упрекнул он, и повалил на мягкую перину.

А дальше каждое движение, как нестерпимая пытка. Влажный горячий язык на коже и пальцы, мнущие ягодицы. Я снова забылась в себе, отдаваясь его пламени, сжигающему меня до обугленных костей. До яркого белого света, застилающего сознание. До безумия.

Жадные толчки, обжигающие меня изнутри и мой крик, когда я сжимаюсь на пике слепого удовольствия.

Эдлад выдохнул в моё плечо, поцеловал в губы и перекатился с меня, чтобы прижать к себе и привычно уместить мою голову на своей груди, пока я прихожу в себя, слушая стук его сердца.

Думала ли я когда-нибудь, что мне будет настолько хорошо с кем-то? Всю свою короткую жизнь, я считала, что отношения это просто. Двое выбирают друг другу и идут по жизни, решая любые проблемы вместе. Но я даже представить себе не могла, что есть на свете такие чувства, от осознания которых сердце забывает, как стучать, а к глазам подступают слёзы. Потому что любить до боли — это не метафора, а истина. Потому что желание, одеть человека, как вторую кожу — нечто естественное, когда обнимаешь его вот так и понимаешь, то тебе этого недостаточно.

— Почему это так… Ярко? — спрашиваю его через пару минут. — Я каждый раз будто умираю и возрождаюсь, чувствуя себя фениксом, не меньше.

— Я тоже задавался этим вопросом, — хмыкнул он, перебирая пряди моих волос. — Ещё в первый раз, у меня снесло крышу. Я готов был тебя съесть, лишь бы никогда не расставаться, — я вспомнила сколько раз он грозился это сделать и улыбнулась. — Будто психическое отклонение какое-то. И я долго пытался осознать свою новую нормальность, пока не понял, что именно произошло… пока не понял, что дело в тебе.

— Во мне? — я вскинула голову и удивлённо посмотрела на него, отмечая нежную улыбку, которую никогда до этого не видела на этих губах.

— В тебе, Алиса. Просто в тебе скрыто всё, что мне нужно от этой жизни.

Конец