Глава 43
Крепко сжатые руки, взят на поруки, новый крутой маршрут,
Кто-то хочет сразиться, кто-то боится, третьего дома ждут.
Стержень — быстрые спицы, жизнь колесницей движется к пропасти,
Распахни свое сердце, если ты хочешь душу свою спасти.
Я не знаю, но чувствую, я не вижу, но верую,
Если вырастут крылья за спиной —
Я хочу, чтобы были белыми… они.
@После 11
Кирилл.
— Вот за что я всегда любил тебя, Лева, так это за твое умение завершать любое дело не тупой пьянкой, а приятным и, что немаловажно, своевременным отдыхом! — прокричал, выбегая из парной, раскрасневшийся Навалов, один из дружной дюжины, собравшейся накануне в доме Загорского. Оказавшись у края бассейна, мужчина издал звук, напоминающий вопль павиана в брачный период, и рухнул в ледяную воду.
— А ты чего не паришься, Кирилл? — спросил хозяин дома, и с наслаждением, смакуя, отпил из своей кружки нефильтрованный темный "Гиннесс".
— Я не люблю баню, Лев Иваныч, — не глядя на Загорского, соврал Кир.
— Забавный ты человек! — усмехнулся старый вор. — Когда мы на рыбалке были, ты рыбалку не любил. К охоте ты тоже, насколько я помню, равнодушен, если, конечно, это не охота на прямоходящих… — засмеялся Лев Иваныч. — Теперь выясняется, что и баня тебе безразлична. Складывается впечатление, что ты вообще ничего не любишь…
— Это неверное впечатление, я много чего люблю, — спокойно произнес Чертанов. — А чего не люблю, так это — откровенничать, с кем попало.
— Ну, так — то раньше было, Кирилл, а то — теперь, — многозначительно произнес Загорский. — При определенных обстоятельствах и враги становятся близкими друзьями…
— Как знать, как знать, — вздернув к верху правую бровь, резонно заметил Кир. — Остается, надееться, что улыбки и вчерашние согласные кивки за столом, не превратятся в хищные оскалы… и мне не придется ходить, озираясь через плечо.
— Ты слишком осторожен для своих лет, — с улыбкой проговорил седовласый мужчина. — Кстати, сколько тебе?
— Тридцать пять, — с усмешкой скривившей губы произнес Кирилл, не уточняя, что тридцать пять ему "стукнуло" сегодня утром…
Кир не любил справлять свои дни рождения. Не потому, что боялся старости, для этого Чертанов был достаточно молод, просто все громкие даты для него были пустым звуком. Но, тем не менее, все праздники проходили пышно, с торжеством. Потому что так было принято….
Вот и сегодня вечером его ждет банкетный зал в "Доме Берга" со всеми вытекающими отсюда последствиями…
— Тридцать пять! О! Разве это возраст?! — с такой же улыбкой на губах парировал ему Загорский. — Совсем ничто, по сравнению с моим. К тому же у тебя есть качества, с лихвой покрывающие этот недостаток, — засмеялся Лев Иваныч.
— Даже интересно. Это, какие же? — плеснув на дно стакана коньяк, шутливо уточнил Кир.
— В тебе есть смелость, граничащая с дерзостью и остроумие в сочетании с немногословностью, — с улыбкой проговорил Загорский, чокаясь с Чертановым.
— Забавная характеристика, — делая глоток, криво усмехнулся Кир.
— Кирилл, дай им возможность пустить трафик по области, — вдруг став очень серьезным, пристально посмотрел Киру в глаза "дед Лева". — Они на поклон ко мне идут, — поморщился он. — А я…
— А ты свои руки марать не хочешь, — перебил его Кир. — И отказать им напрямую не можешь…, переводя все стрелки на меня. Так, кто ты после этого, Иваныч? Стрелочник?!
— Я бы так грубо себя не называл, — с усмешкой ответил "вор в законе", в который раз убеждаясь, что "озираться через плечо" придется Завьялову и Беркутову, а сидящему напротив него молодому мужчине это вовсе не к чему.
Ох, и остер на язык, новый "смотрящий". А еще умен, не по годам.…
Сейчас Лев Иваныч, был готов, расцеловать руки этой девчонки, — жены Кирилла, и похер, что дочка мусора, ведь именно любовь к ней, стала определенного вида катализатором для Чертанова, и подтолкнула его к тому, чего так долго и упорно, допивался от Кирилла сам Загорский. Практически шесть лет, старый авторитет, ждал, когда же этот парень созреет до того, чтобы перенять у него не только теневую власть в области, которая в принципе и так фактически находилась в руках Чертанова, но еще и номинально станет хозяином всего того, от чего за последние двадцать лет порядком устал сам Лев Иваныч.
Нет, надо потихоньку отходить на покой, передав все в руки более молодого и сильного…
— Я — реалист, Кирилл, и прекрасно понимаю, что без их поддержки и без их денег меня не будет.… А еще, я — вор, а значит — должен выполнять решение "сходняка", каким бы оно не было.… И меня определенно волнует — смогу ли я и дальше сдерживать все это?! И понимаю, что — нет, не смогу.… По крайней мере, ни так долго, как мне бы этого хотелось.… Но ты… Ты другое дело, Кирилл…
— Да, Иваныч, неожиданно это все для меня, — хмыкнул Кир, достал из пачки сигарету и, прикурив ее, с удовольствием затянулся…
Никотин, наполнивший его легкие, на мгновение, заглушил работу нервных импульсов, расслабляя Кирилла.
Как же это здорово, покурить в-первый раз за неделю….- реально, понимаешь, в чем вся соль, после такого длительного воздержания…
— Я, не хуже тебя знаю, что пускать в область трафик — это утопия…, которая потом тяжким грузом ляжет на мои плечи. И точно так же, как ты перечислял мои главные "недостатки", я могу перечислить "достоинства" "Завьялова энд Co" — это непомерное честолюбие и безумная жадность…
— Смотрю не один я, умею, ковыряться в человеческих пороках, — улыбнулся Лев Иваныч, потом опустил голову, явно, размышляя. — Мне нужны гарантии, Кирилл, — все так же, не поднимая глаз, прохрипел он.
— Никаких гарантий я тебе не дам, Иваныч, — холодно обрубил Кир Загорского. — Если они решат умыться своей кровью, — почти неощутимо пожал он плечами, поморщившись. — Так и быть, я помогу им…
Кирилл мысленно перенесся на несколько часов назад, и вспомнил, как из-за уже захлопнувшейся за ним двери гостиной Загорского, до его слуха донесся хриплый вопль Беркута:
"Это война, Черт!!"
Война.…
Только этого ему и не хватало!
Начато было столько дел:- легальный бизнес, к которому так стремился Чертанов, только-только начал приносить ему моральное и материальное удовлетворение; младший брат больше радовал, чем огорчал; любимая женщина ждала от него ребенка.…
Неужели опять придется заниматься разборками? Перетряхивать город и делить сферы влияния? А без этого, если не одумаются Степа и Петрович, не обойдется.… Это вам не Паршина-младшего под шумок убрать, или шушеру, какую наказать…
Завьялов и его помощник, были опасными и сильными конкурентами…, но еще жестче был воровской закон — нетерпящий беспредела. А Чертанов, хотя многие и видели в нем беспридельщика, сам терпеть не мог отморозков, на которых никакие слова не имели воздействия. С ними он расправлялся безжалостно, уничтожая без колебаний, без всякого трепета душевного, зная, что этой падали нет места на земле…
— Чувствую я — стоим мы перед лицом больших перемен… — взяв со стола изящный пластиковый пульт и выключив кондиционер, проговорил глуховатым скрипучим голосом Лев Иваныч, выводя Кирилла из его раздумий.
— Не боись, Иваныч, — криво усмехнулся Кир, наблюдая, как белая коробка под потолком тихо заурчала и погнала прохладные струи воздуха. — Прогнуть нас у них не получится. Будь уверен.… Объявить мне войну было их основной ошибкой. Потому что я всегда выигрываю… — произнес он, и, не дожидаясь ответа хозяина дома, поднялся из-за стола…
Уже в машине, у Чертанова зазвонил телефон — один из двух, тот, что был с прямым номером, о существовании которого знали только близкие люди, и который точно не мог стоять "на прослушке".…
В голове Кирилла будто стрельнуло — Не к добру!
— Да, Тох? — отрывисто пробормотал Кир, наблюдая как за окнами его внедорожника, мелькают красоты знаменитого курортного городка, засыпанного в данный момент снегом.
— Слушай, Кирилл, я на счет того ДТП с Оксаной, — ни капли не смущаясь явного недовольства прозвучавшего в голосе Чертанова, начал Смирнов. — Всплыли наши документы… — хмыкнул он. — Не все, правда, и с большими переделками, но все же…
— Где? — выпрямился на сидении Кир.
— В "Стройсервисе"… — второй раз хмыкнул Антон. — "Агентура" Макара нарыла, — хохотнул начбез, хотя Чертанов ничего смешного в этом не видел и поэтому досадливо поморщился, вспоминая Оксану, молодую и довольно симпатичную девушку, занявшую должность начальника финансового отдела, после объединения СК Вавилон и "Афоса".
Жалко девку… — ее нелепая смерть в ДТП, с самого начала навела Кирилла на мысль, что неспроста все это.…
Сейчас же вывод кому это было выгодно, был очевиден…
— Я вот думаю, — послышался в трубке озабоченный голос начальника службы безопасности. — Мне это операм нести, что гуманнее, или мы своими силами справимся с этой мразью вонючей?
— Сами, Тох, — коротко бросил Кирилл, устало потерев пальцами переносицу. Значит все же война?! — Но документы в ментуру завести стоит — пусть работают, — даже не пытаясь скрыть скепсиса в голосе, сказал Чертанов помощнику.
— Да, еще тут… — замялся Смирнов. — Паршин че-то бухтеть пытается, в прокуратуру поперся. Не нравится ему ход расследования.… Совсем видимо с катушек съехал…
— Так поговорите с ним, — раздраженно бросил Кир, начиная злиться. Вот они — первые звоночки от Завьялова… — Мне, что ли тебя учить, как это делается?!
— До какой степени нам с ним "разговаривать"- то?
— Лишь бы потом с ментами вопросов не было, — ответил Кир. — Остальное на твое усмотрение.
— Понял.
— Макару позвони. Пусть на Пестовскую подъедет со всеми документами и ребят своих прихватит, я его там ждать буду…
— А, Макар… это… с Лерой в тату-салоне у Кота… — неожиданно для Кира, произнес Антон. — Кирилл? Ты меня слышишь? — позвал Чертанова начбез, но тот был настолько огорошен, что даже не сразу нашелся, что ответить помощнику.
Странно…
Лерка ни слова не упоминала о том, что собирается посетить подобное место, и поэтому сейчас у Кира не было ни одной мысли в голове разве что только:- Какого х#я спрашивается, происходит?!
— Давно они там?
— Третий час, — "обрадовал" его Антон. — И вчера пол дня там протусили, — добавил Смирнов.
— Бл#дь!
Учитывая время проведенное девушкой в салоне, надо было быть полным кретином, чтобы не понять, чем именно она там занимается.…
— Твою ж мать!
Сам факт, что Лера что-то делает со своим телом — очень не понравился Кириллу, вернее даже не так, он просто вывел его из себя…
Потому что Лерка была совершенна! Идеальна… Божественна! И тот "пистолет" на ее запястье — не в счет…
Да и слишком стойко в сознании Кира любые наколки или татуировки были связаны с "той" стороной жизни, в которую окунать жену мужчина не хотел. Он вспомнил многочасовые сеансы у мастера, бившего его "крыло" и вздрогнул…, не от того что ему было тогда больно, а от того, что больно может быть сейчас его девочке…
— Прибью, зараз…! — ругнулся Кир, имея в виду своего младшего брата, любителя "забиться", и его дружка, которому принадлежал тату-салон на Корсунова. — Руки оторву, чтобы не было больше желания, страдать х#етой!
— Ой-ли! — хохотнул Антон в трубку.
— И тебе оторву, за то, что не среагировал вовремя! — пригрозил Кирилл начбезу.
— Интересно…. И что же я должен был сделать? — открыто смеясь, спросил Антон. — За волосы их оттуда вытащить?
— Хотя бы! — буркнул Кир. — Ладно. Макара сам наберу. А тебя минут через сорок жду на Пестовской…
Брат ответил на звонок только с четвертого гудка…
— Да? — послышался его веселый и бодрый голос, сопровождающийся на заднем плане заливистым смехом Лерки.
Отлично, бл#дь, он тут себе места не находит, а им там весело…
— Макар! Я сейчас приеду и тебя в землю закапаю! — прорычал Кир в трубку, и понял, что переборщил, когда встретился глазами с хмурым взглядом своего водителя в зеркале заднего вида. Но Макар, это не Мишка — его "рык" брата, ни капли не впечатлил, чему свидетельствовал ироничный "хмык" долетевший до ушей Чертанова. — Ты что вытворяешь, мать твою? — процедил Кирилл, сквозь стиснутые зубы. — Что за дурацкие идеи, бродят в твоей голове?
— Уже донесли? — раздосадовано фыркнул парень.
— Представь себе!
— Ну, это полный пизд#ц! — послышался свистящий выдох на том конце провода.
— Тебе виднее, — заметил Кир, и тон его был резким и холодным.
Нет, что не говори, а на брата он очень злился, полагая, что сама малышка до такой ерунды никогда бы не догадалась…
— Накажешь?
— Всенепременно, — заверил Кир Макара, хотя, чего уж скрывать, раздражение стало отступать.
Ну, в самом деле… — не убивать же их за это?! Да и потом, что он не понимал, что Макар и Лерка считай ровесники — брату двадцать пять, а девушке пару месяцев назад — двадцать три исполнилось, а в этом возрасте и не такое в голову стукнуть может. Так что если и сделала она татуировку, то, слава Богу, что у Кота…. В профессионализме Василия, Чертанов как раз не сомневался… Лучше, конечно, посоветовалась бы с ним, Кириллом, для начала… так сказать, в известность поставила…. Нет, разумеется, он бы запретил ей, заикнись Лерка о чем-то подобном. Да, определенно — запретил. Так что в молчании малышки тоже был свой резон…
— Она с тобой? — спросил Кир у брата, заранее зная ответ на свой вопрос.
— Да я с ней, — на свой манер буркнул Макар.
Филолог, твою мать!
— Хорошо, — произнес Кир, чувствуя непреодолимое желание, начихать на все дела и поехать к своей девочке… Заказать из "Дома Берга" каких-нибудь вкусностей и усевшись перед камином в гостиной провести вечер наедине с Лерой — "отпраздновать" свой день рождения, хотя, если честно, настроение до праздничного ну никак не дотягивало. С другой стороны, перспектива, положить в рот хоть что-то, кроме сигарет, определенно радовала — последние дни он провел на таком стреме, что "мама не горюй", и только сейчас понял, что толком ничего и ни ел с позавчерашнего утра.
Да, он голоден… очень.… И не только в плане еды…
Вид, разморенной, уставшей после секса Лерки, промелькнувший в его голове, за какую-то миллисекунду, заставил почувствовать Кириллу неудобную твердость, которая, похоже, навсегда готова была поселиться в его штанах, только при одной мысли о жене.
— Паршин на пересмотр дела документы подал, — хмуро произнес Кир, открутил крышку на бутылке "Боржоми" и сделал глоток, старательно пытаясь, переключиться на дела. — Меня пока с этим делом никак не связывают…, так что мне там светиться ни к чему, но у них есть вопросы к твоим амбалам из клуба, которые этого урода с Vertigo выставляли. Так что в охапку их и на Пестовскую…, я буду ждать тебя у здания Управления… минут… скажем… — отогнув край манжет на сорочке и, посмотрел Кир на часы. — Через двадцать… — добавил он. — Да, еще… Лерке ни слова, — поморщился Чертанов. — Ни к чему это…
Ровно через двадцать пять минут, как только за Макаром и его ребятами закрылись двери отделения полиции № 1, перед глазами Кирилла сидящего в своей машине предстала воистину удивительнейшая картина.
— Ни хрена себе! — впечатлено произнес Антон, сидящий на пассажирском сидении "мерса", и это были ровно те слова, которые Смирнов буквально сорвал с уст Чертанова. — Ты видишь, тоже, что и я??
— Похоже… — еле-еле проглотив комок в горле, охрипшим голосом произнес Кир.
Что. Это. За…??
Кирилл потрясенно смотрел на замершие под дулом пистолета лицо Сергея, в только что притормозившем напротив них BMW.
Лерка?!
Именно в ее руках был зажат маленький, но от этого не менее опасный, Baby Desert Eagle.
— Твою ж дивизию! — выругался Кирилл, реально пожалев, о своем спонтанном решении, "порадовать" жену, когда, видя ее неподдельную заинтересованность от их занятий в тире, приобрел ей маленькую копию боевого "Пустынного орла".
— Вот-вот, — хмыкнул Антон. Ведь именно он, доставал эту "игрушку" по настоятельному требованию Кира, и кажется, они с Темным даже предупреждали его о чем-то подобном:
На кой черт? — крутил у виска Стас. — Нахер тебе это уперлось??! Не боишься, что она тебе потом яйца отстрелит?!
— Лучше молчи… — тихо процедил сквозь зубы Кирилл, увидев, что Смирнов уже готов открыть рот, чтобы вовсю над ним поприкалываться.
— Как скажешь, — хохотнул начбез, и, заметив полный иронии взгляд Чертанова, примирительно выставил руки вперед, не забыв перед этим провести пальцами по своим губам, показав тому жестом… — Все-все. У меня "рот на замке".
Кир перевел взгляд на Леру, уже выпрыгивающую из внедорожника и замер.
Она улыбалась?!
Твою мать! Она действительно улыбалась! Бесбашенно, по-детски.…
И от этой ее улыбки в груди Чертанова предательски защемило…, а поток ругательств готовых сорваться с его языка, заметно поиссяк.… Наверное, с его психикой действительно было что-то не так, потому что единственное, что он смог вымолвить, едва сам выбрался из машины это — "Сладкая…". На большие Чертанова просто не хватило…
— Ты… живой, — сделав глубокий вдох, охрипшим голосом произнесла Лерка. — Господи…
Секунда. Вдох. Удар сердца. Тишина.
Кир с ошеломленным неверием, затаив дыхание, смотрел на свою девочку…, а потом она… разрыдалась, судорожно хватая распахнутым ртом воздух.… И, черт возьми, это было как лезвием по нервам…
— Тш-ш, все хорошо, милая, — прошептал Кир, привычным жестом, зарываясь в ее волосы и шею, как только притянул всхлипывающую девушку к себе. — Теперь все будет хорошо… — наслаждаясь моментом близости ее тела, и молясь, чтобы это чудо никогда не покидало его, тихо произнес мужчина. — Как ты, девочка? Ждала меня?
— Угу, — буркнула Лерка, пряча свой холодный нос где-то в районе ворота его рубашки…
И от этого ее смешного, детского "угу" и от мокрого, сопящего носа, по лицу Кира растеклась широченная улыбка, немало удивившая, и стоящего рядом с "бехой" Серегу и вылезших из машины вслед за начальником Тоху и Миху.
Ну, и наср#ть, что они думают, будто я идиот, — по-прежнему улыбаясь, подумал Чертанов, сильнее сжав хрупкую фигурку жены в своих руках.
Она напряженно вздрогнула и стремительным, дерганым движением практически впечаталась в его тело…, со вздохом, зарываясь в шею Кира…
Твою ж.… Значит, на спине… — отметил про себя мужчина, аккуратно спуская свои ладони на талию девушки.
Имея опыт наколок, Кир подозревал, что место, где сделана татуировка очень саднит, вот Лера и старалась не двигаться…., будто замерев в его руках. Неожиданно Кириллу захотелось длинно и смачно выругаться…, но он сдержался, и вместо этого прижавшись своим лбом ко лбу жены, прошептал:
— Лерка! Девочка моя, глупая… — обхватив, затылок девушки ладонью, Кир заставил ее посмотреть на себя…
Нет, Чертанов, знал, что эта потрясающе красивая малышка, его жена, влюблена в него.… Ее чувство, хоть и не ставшее за эти два месяца для Кира привычным, не являлось секретом.… А вот пистолет, зажатый в ее руке, — вышибал дух из легких…, наводя на определенного рода мысли:
"Я готова убить за тебя… не раздумывая"…
— Дай-ка сюда эту штуку, — хмыкнул Кирилл, осторожно разжимая заледеневшие пальцы Леры. — Бедный, Йорик, небось, наделал в штаны, — усмехнулся он, нажимая на кнопку на пистолете, ставя его на предохранитель. — Жив, Серый? — обратился Чертанов к немного смутившемуся парню, стоящему столбом у машины.
— Жив, Кирилл Алексеич, — отрапортовал тот.
— Ну, и отлично, забирай пугалку, — скомандовал Кир, протянул Desert Сергею, а затем, повернувшись обратно к жене, осторожно приподнял ее лицо. — Сладкая, тебе придется извиниться… и перед ним, и передо мною…
— Э… — нервно облизав пересохшие губы, произнесла Лера, явно опешив, и состроив самое невинное выражение лица, на какое только была способна, поинтересовалась. — А перед тобой-то за что?
— Считаешь не за что?? — выразительно выгнул бровь Кир, изо всех сил пытаясь сдержать свой смех, потому что в голосе малышки не было ни неуверенности, ни вины… — Во-первых, за то, что не веришь в своего мужика. Обидно, милая, — пояснил он, с достаточной силой шлепая жену по пятой точке.
— Ой! — вскрикнула Лерка, не ожидая от Чертанова такого подвоха.
— Я, категорически против того, что бы ты совала свой носик, куда не следует — сказано ехать домой, значит — так надо! — отчитал он ее, во второй раз, прикладываясь к ее аппетитной попе. — А это, за то, что безрассудно прыгаешь с пистолетом в руках. Ты же беременна, Лер! О себе не думаешь, так хотя бы о ребенке бы вспомнила. Неужели так трудно на два дня выключить свою неугомонность и безбашенность, а не вести себя, как идиотка?! — изо всех сил стараясь не рассмеяться, выдал Кир.
— Да ничего подобного! — возмутилась девушка, обиженно надув губы. — Знаешь что, дорогой, Кир Алексеич! Я целыми днями только тем и занимаюсь, что выполняю предписания врача! Но, как ты не можешь понять…, что я переживала за тебя??! Да я места себе не находила! Вот, почему?! — ткнула она его пальцем в грудь и гордо вскинула голову. — Почему вы мужики все такие несносные…?! То папка… мной командовал, теперь вот ты! Может, хватит за меня решать, что хорошо, а что плохо?! Я давно не ребенок, и я не хочу…
— Закончила? — перебил ее Кир, чувствуя, как от Леркиной "претензии" его настроение резко поползло вверх.
Да, это было именно то, что ему всегда в ней нравилось и приводило в восхищение… — ее абсолютное бесстрашие перед ним, зацепившее Кирилла с первых же секунд их знакомства…
— А теперь слушаем внимательно, Валерия Андреевна, мне до одного места, что ты хочешь или чего ты не хочешь, если это хоть как-то угрожает тебе или ребенку! Лучше бы ты с таким энтузиазмом книги там разные читала, вязать начала… — деланно равнодушно протянул он. — Потому что, видит Бог, еще один такой фортель и я, в самом деле, запру тебя под замок, лишь бы с тобой все было в порядке…
— Ну, ты… и козел, Чертанов! — прищурившись, всхлипнула злючка, сжимая свои ладошки в кулачки…
И, черт, она была настолько прекрасна в своем праведном гневе и решительности, что у Кирилла резко, как от удара под дых, потяжелело в животе, и следом накатило острое желание…
— Малышка… — взяв ее за руку и переплетая пальцы, тихонько позвал девушку Кир. — Признавайся, какую ты там херню себе "набила"? — спросил он, целуя ее в висок, одновременно с этим осторожно проходясь свободной рукой по девичьей спине…
Она молчала… Долго. Минут пять, наверное, а потом будто вся вскинулась…
— Ты сердишься?
— Нет, — покачал головой Кир, отметив про себя, что сказал жене почти правду… — А надо? Там что-то, что может не пройти мою цензуру? — уточнил он, уже не скрывая улыбки.
— Нет, — засмеялась Лерка. — Ну… я думаю, что нет… — глядя на него с каким-то сомнением, запинаясь, добавила девушка. — Это… просто… — облизнула она губы, заставляя мысли Кирилла, крутится, где угодно, но только не над темой татуировки…
Господи, да хоть — череп, хоть знак анархии, зная вкусы Макара и Васьки, хоть листок анаши, пусть… Ему вдруг стало без разницы…, лишь бы поскорее добраться до ближайшего места, где можно будет принять с ней, с Леркой, горизонтальное положение.…
В машине, может быть?!
— Ничего такого… просто…
— Что, просто? — разыграл заинтересованность Кир. — Что ты там "набила"? Признавайся.
— Я… — снова помедлила Лерка. — Я просто хотела сделать тебе подарок, — вдруг выпалила она на одном дыхании, огорошив своими словами Чертанова. — На день рождение…
— Подарок? — отчего-то вмиг охрипшим голосом, спросил Кирилл, чувствуя, как что-то нехорошее шевелится в его душе… — Подарок мне?
Лерка кивнула.
— Татуировка?
Снова кивок. От которого в горле Чертанова пересохло. Разом…
Нет. Нет!!! Нет, не допусти Боже, того, о чем он думает!!
— В машину, — рявкнул Кир, хватая Лерку за руку, и буквально силком таща ее к своему автомобилю.
— Кииир??? — возмутилась девушка его такой бурной реакцией.
— Я, вот, бл#дь, совершенно, не догоняю, каким образом могут быть связаны между собой "наколка" и подарок…,- сквозь зубы прошипел Чертанов, запихивая активно брыкающуюся жену на задние сидение "мерса", мимоходом отмечая вытянутые лица Антона, Сереги, Михи и выходящего из здания Управления Макара. — Но предполагаю, что это гов#нная идея принадлежит этому недоумку, — кивком головы, указав на брата, выругался Кирилл. — Только в его башке могут шевелиться подобные мысли…
— Кир, — чуть ли не со слезами на глазах, прошептала Лера. — Макар не причем… Абсолютно не причем.
— Сладкая, предупреждаю, если там то, о чем я думаю…,- будто вовсе не слыша девушку, продолжал рычать Чертанов, усаживаясь рядом с женой на сидении, и впопыхах расстегивая на ошарашенной Лерке шубку. — Если только…. Я, бл#ть, точно тогда его закапаю!!
— Кирилл!
— "Подарок", твою мать! — выразительно вздернув бровь, шипел мужчина, стремительно стаскивая со своей жены свитер, разворачивая ее к себе спиной и перекидывая длинные распущенные волосы девушки наперед… — А я тебя просил о таком пода… — осекся он на полуслове, как только отлепил наложенную на ее правую лопатку повязку. — О, черт! — прочистив горло, выдавил он, внимательно вглядываясь в выбитый на коже жены рисунок. — Черт! — Кир открыл рот, набрал полные легкие воздуха. Выдохнул… и… ничего больше не смог произнести.… Потому что вместо, предполагаемых "крыльев" на спине Лерки было другое изображение.…
И… это было так… сильно?! И так… неожиданно.
— Кииир, — заглядывая через плечо и внимательно глядя на него, позвала девушка. — Тебе не нравится? — осторожно с изрядной долей неуверенности в голосе спросила она.
— Не нравится…?! — словно на автомате повторил Чертанов, зачарованно смотря, туда, где было то, что шандорахнуло его посильнее ТТ Смирнова.
— Так не нравится или нравится? — нахмурилась Лера, похоже, решив всерьез занервничать.
— Черт! Я не уверен, что слово "нравится" это то, что я должен сказать… — произнес Кир, осторожно касаясь пальцами немного припухшей и чуть покрасневшей кожи, обводя конторы татуировки…
Откуда бы Кот или Макар не взяли этот рисунок, они на сто процентов, уловили его, Кира, отношение к этой девушке… к его жене.…
Этот рисунок… Он.… Зацепил.
Что юлить — он буквально резанул по душе и сердцу Чертанова, врезаясь в его вены. Потому что, хлебнув в детстве и юности кучу дерма, Кирилл четко осознавал, в какой именно момент он изменил свое отношение к жизни.…
Откуда??!
Это было дико и непонятно…, потому что об этом не знал никто.…
Разве что только…
— Лер…??? — хрипло прошептал Кир, чувствуя, как осознание и понимание чего-то очень важного, значимого, чего-то такого, что он до сегодняшнего дня, вот до этой самой секунды упускал из виду, или просто не хотел видеть… буквально обрушилось на него…. — Как давно? Как давно ты… знаешь? — не в силах заглушить накрывшую его бурю эмоций, спросил Кирилл.
— С тех пор, когда ты, глумясь надо мной, сказал, что я могу "легко возглавить хит-парад "Кто на свете всех ужасней…", — улыбнулась Лера, огорошив Чертанова своим признанием еще больше.…
Хотя куда уж больше, казалось бы?! Значит, с того вчера в "Дворянском собрании"…??! Черт!
Теперь Кир понимал… — почему же так повернут на этой девочке.… Почему так сильно… с каким-то безумием, невероятной потребностью и силой любит ее.
Он догадывался об этом.… Нет, не так… — он чувствовал это… на каком-то интуитивном уровне…
— А потом наш поход в кино… — улыбнулась Лера. — Я не имею привычки гулять по ночам с незнакомыми мне мужчинами, Кир Алексеич. Но ты, мое исключение… — с тихим выдохом прошептала девушка, прижимаясь спиной к его груди. — Ты мой ангел, Кир, — всхлипнула она. — И я не могу без тебя существовать…
— Лерка! — впервые без усмешки, отреагировав на эпитет которым Лера частенько награждала его, выдохнул Кир, по-прежнему не отрывая своего взгляда от татуировки, на которой был изображен силуэт двоих — мужчины и маленькой девочки… идущих, взявшись за руки.… И все бы ничего, но в левой руке мужчины был пистолет, а за спиной широкие, черные крылья.… Одно, из них было сломанным, а второе раскрытое, словно куполом укрывало ребенка, так, что казалось.… Нет! Почти реально ощущалось…, что для этого падшего ангела, коим, несомненно, являлся мужчина на картинке, нет ничего важнее и драгоценнее, оберегаемого им сокровища… — маленькой, хрупкой девочки с длинными черными волосами…
— Ох, Сладкая… — наклонился и прижался к губам Леры Кир, целуя жену с такой жадностью, словно "дорвался" до нее, словно не видел два года, а не два дня… — Девочка, моя драгоценная… — шептал он между поцелуями, касаясь руками ее обнаженной груди, плеч, живота… — Это ты мой ангел… Мое сокровище.… Если бы ты только знала, как я обожаю тебя, как боготворю…, как люблю… — обжигая ее губы, глотая воздух и снова требовательно прижимая к себе хрупкое тело жены, вздохнул Чертанов, пытаясь подобрать слова, чтобы выразить все то, что чувствовал к своей малышке… — Черт! Я готов дать тебе все. Все, что ты только пожелаешь. Потому что меньшего ты не заслуживаешь… — пробормотал он, лихорадочно гладя Леру по спине, старательно избегая участка, где была травмирована кожа. — И пусть мне не дано раскаянье, да я на него и не рассчитываю…,- с нескрываемой горечью хмыкнул Кир. — И у меня никогда не будет двух крыльев, и с каждым днем мне придется падать все ниже и ниже… — любовь к тебе, это все, что есть в моей душе.… И этого больше, чем достаточно, Сладкая! Больше чем достаточно, для того чтобы и в моем аду был рай.… Лишь бы только ты меня любила…