6

Двойной капкан

Расталкивая друг друга локтями, люди сновали туда-сюда, создавая хаос возле прилавков. Было очень шумно. Крытый павильон рынка внутри напоминал купол цирка: высокие потолки, широкое пространство, много воздуха и посетителей.

Прокладывая путь возле лотков с выпечкой и деликатесами, я вдруг ощутила, насколько голодна. Ноги начинали подкашиваться от бессилия. Остановившись возле пластикового столика, насобирала по карманам мелочи, купила шаурму и присела.

Быстро проверив телефон, ответила на сообщения и перезвонила Кате. Подготовила подругу к тому, что в квартире брата в засаде ее может ожидать злая фурия, способная плевать ядом на километр. Мы поговорили, и мне стало немножечко легче.

Заприметив в глубине павильона добротное здание приличного размера, я торопливо зашагала туда. На табличке значилось «Администрация».

Толкнув дверь, вошла. В помещении играла приятная музыка.

В приемной сидела пышногрудая девушка в облегающем платье. По-хозяйски развалившись в кресле, она листала журнал. На вид ей было 22-23 года. Широкий вырез платья позволял видеть почти всю ее грудь и кружевное белье. - Здравствуйте, мне нужен Усик, - несмело начала я.

Отложив журнал, она оценивающе уставилась на меня:

- Вы кто?

- Лейтенант Патракова, - и мой лоб сразу покрылся испариной.

Девушка указала взглядом на дверь.

В ту же секунду из соседнего помещения показался высокий брюнет крепкого сложения. Загорелый, кучерявый, стройный. Из ворота рубашки виднелась волосатая грудь, на ногах пестрели ярко-красные мокасины. Он широко улыбнулся мне и одарил загадочным жарким взглядом. Понятно, почему женщины с ума сходят от горячих восточных мужчин.

- Полиция, - махнув в мою сторону головой, подсказала брюнетка.

Взгляд Усика сразу превратился в холодный и осторожный. В моей голове созрела подходящая к случаю речь. Я прокашлялась.

- Усик? – вдруг обойдя меня из-за спины, с папкой наперевес, проследовал вперед, откуда ни возьмись взявшийся следователь Донских. – Мне и.. – он бросил на меня уничтожающий взгляд, - и лейтенанту Патраковой нужно задать вам несколько вопросов.

Вот черт! Я готова была провалиться под землю. Сергей встал впереди меня, закрыв обзор своей мощной спиной, и продемонстрировал им удостоверение. Брюнетка, качаясь в кресле, заинтересованно таращилась на парочку странных служивых.

Неожиданно Усик просунул руку под пиджак.

Я почувствовала, как напряглись мышцы стоящего передо мной следователя. Его пальцы готовы были в любую секунду потянуться к кобуре под курткой.

Неосмотрительно было явиться к предполагаемому преступнику, не предупредив никого. Я сильно впилась ногтями в свои ладошки. Вдруг послышался звук мобильного телефона.

Усик достал мобильник:

- Секунду, - бросил он в нашу сторону.

Сергей кивнул. Усик внимательно выслушал звонившего, глядя на нас.

- Эм, простите, - он растерянно пожал плечами и облокотился на кресло, в котором восседала брюнетка. – Налоговая. Позвольте, отвлекусь на минуточку.

Донских снова кивнул. Несколько секунд мы слушали дежурную телефонную  болтовню, потом Сергей вполоборота повернулся ко мне, так чтобы посторонние не видели его губ:

- Какого черта ты здесь делаешь? – процедил он сквозь зубы, хватая меня за рукав. Кажется, он был в бешенстве. Да что там кажется... В приступе почти неконтролируемой ярости...

- Ты за мной следил?! – прошептала, нахмурив брови. Главное, вовремя перевести стрелки.

- Что?! – он еще сильнее потянул меня за рукав.

- Прости, но я не могла сидеть, сложа руки. – Постаралась аккуратно освободиться от его хватки.

- И поэтому ты нарушила все законы, какие возможно? – Он наклонился к моему уху. – Лейтенант Патракова значит? Да ты чокнутая на полголовы! Как можно шариться по рынкам, представляясь представителем закона? Ты хоть понимаешь, что дискредитируешь своего брата, когда суешься к предполагаемым свидетелям по делу об убийстве?! Они заявят на тебя, и всё. Какого, мать твою, хрена ты путаешься в ногах у следствия?

Закончив фразу, он посмотрел мне прямо в глаза.

Запах его одеколона волной зимней свежести ударил в нос. Опять этот дурманящий аромат, от которого подгибаются коленки. Захотелось вдруг притянуть его лицо к себе и коснуться губами. Бедная, истосковавшаяся по мужской силе женщина...

Я не двигалась, просто стояла и смотрела. Можно было рассмотреть каждую черточку и морщинку на его коже. Дыхание следователя стало прерывистым, глаза потемнели. Манящее зрелище, однако...

- Прости, но насколько продвинулось следствие за эти дни?! – Я боролась с собой, пытаясь оставаться невозмутимой и спокойной.

- Ты просто глупая девчонка, которая совершает идиотские поступки. Подвергаешь себя опасности, подставляешь меня. Тебя здесь быть не должно. Чуть всё не испортила! Тебе не пять лет, ты должны понимать, что не игрушки. Займись своей работой, а мою -  оставь мне. Я делаю всё, чтобы выяснить обстоятельства этого дела. Если твоему брату будут предъявлены официальные обвинения, ты первая об этом узнаешь. В деталях! Мы все ждем, когда он очнется и сможет дать показания.

- Что-нибудь выпьете? Чай? Кофе? Что-то покрепче? – Закончив разговор, Усик отбросил телефон и уставился на нас.

Брюнетка встала и, покачивая бедрами, отправилась к бару, чтобы изящной тонкой ручкой наполнить свой бокал шампанским.

- Вы знаете Марию Яковлеву? – Сергей сразу перешел к делу.

Самодовольная улыбка на секунду исчезла с лица Усика, но тут же появилась снова. Казалось, вопрос испугал его.

- Дайте-ка подумаю…

От меня не укрылось, какой возмущенный взгляд бросила в его сторону брюнетка, резко обернувшись.

- Знаете? – Повысил тон Донских.

- Да… - замялся Усик, - старая знакомая, эти отношения давно в прошлом.

- Три дня назад её убили.

Усик настороженно посмотрел на нас по очереди и покачал головой:

- Нет, боже… Кто мог такое сотворить? Что случилось?

Его реакция не произвела на меня впечатления. Он явно не слишком расстроился.

- Где Вы были с 21 на 22 число ночью?

- Я? Вы меня подозреваете, - усмехнулся Усик.

- Не тяните время, я могу повторить вопрос.

- Где я был 21го? Хм, - он подошел к брюнетке, отхлебнул из ее бокала и обнял за талию. – Стелла, малыш, мы с тобой были у тебя, верно?

Убрав руку, она задумчиво посмотрела ему в глаза. Он с тревогой ждал ее ответа.

- Правда? – Наигранно сказала она. – Откуда мне знать, где ты был в ту ночь.

- Ну, вспомни, - он притянул ее к себе.

Мне показалось, что мужчина с трудом справляется с эмоциями.

- Ну, как же, сначала я приготовил тебе ужин, потом мы посмотрели фильм про того забавного парня, который родился старичком. Помнишь?  Про Бенджамина Баттона. Потом приняли вместе ванну, долго занимались любовью. Ты кончила пять раз, и мы легли спать.

Мы с Донских переглянулись.

- Ах, это было тогда?  - Она поставила бокал на стол. - Ну, да, незабываемо. Точно.

Усик сделал победный жест рукой в нашу сторону:

- Вот, видите, я был с ней. А что там произошло с Машей?

Донских явно не устраивало такое алиби:

- Кто-то еще Вас видел? Кто может подтвердить ваши слова?

- Мм, думаю, нет.

- Тогда думаю, девушка, вы должны понимать, что за дачу ложных показаний Вы можете пойти под суд как соучастница? Вас посадят. Еще не поздно отказаться от показаний.

Спокойно посмотрев на своего приятеля, она перевела взгляд на Донских:

- Я не умею врать.

- Отлично, тогда не говорите, что я Вас не предупреждал.

Сергей добавил скорости и стремительно понесся в сторону центра. Он вымещал свою злость на моторе автомобиля, выжимая из него последние силы. Минут пять мы ехали в полной тишине. На душе было гадко.

У меня была  жизненный принцип рассчитывать на саму себя, а этот мужчина хотел, чтобы я ему доверилась и пустила всё на самотёк. Как могла я бездействовать и просто ждать в такой ситуации? Чего ждать?

 И все равно было стыдно.

Я повернулась и украдкой посмотрела на Донских. Его сильные руки сжимали руль, глаза были устремлены на дорогу. Он был в диком гневе. Это выражалось в его позе, в том, как жадно вдыхал воздух и нервно цедил через нос.  

Нестерпимо захотелось попробовать его губы на вкус. Что ж со мной такое?

- Закинь меня на Островского...

- Ты – сумасшедшая. – Он прикусил нижнюю губу. – Я не видел еще более сумасшедшего человека, чем ты. Как знал, что не нужно с тобой связываться. Тебе бы хорошего ремня! Не помешало бы...

- Давай оставим между нами только деловые отношения. Ты можешь и дальше мне ничего не рассказывать, я не стану обижаться. Подумай о своей карьере прежде, чем сядешь и поедешь ко мне в следующий раз.

- У меня к тебе еще куча вопросов. Ты мне многого не договариваешь. Откуда ты знаешь про этого мелкого мошенника с рынка? Может, ты просто подчищаешь концы? Почему я должен тебе верить после таких выходок как сегодняшняя. – Он в ярости ударил по рулю.

- Сама на него вышла. Неужели ты думаешь, что я смогу спокойно сидеть дома, когда брат в больнице на волоске от смерти? Да еще и подозревается в убийстве? Я Арсения знаю. Уже скоро тридцать лет как знаю. Если бы была хоть малейшая вероятность того, что он может быть виновен, я бы тебе об этом сказала!

- Хорошо, я тебе верю. Предположим, в своих умозаключениях я могу опираться на то, что он невиновен. И в расследовании исходить из этого. Но есть еще факты. А факты - вещь упрямая. У нее нашли кольцо твоего брата с гравировкой и его водительские права. На его одежде обнаружены частички ее крови. Это очень серьезно. Большего я не могу тебе сказать, придется верить мне на слово. И доверять.

Новые подробности заставили меня задуматься.

- Останови здесь.

Когда машина остановилась, я открыла дверцу и вылезла, не оборачиваясь, но Сергей окрикнул меня:

- Я заеду вечером.

Медленно повернувшись, прикрыла дверь и устало посмотрела на него через полуприкрытое окно:

- Чтобы записать показания?!

Он выругался. Машина тут же сорвалась с места и исчезла за поворотом.

На двери кабинета значилось: «Частное сыскное агентство».

Я нерешительно вошла. Небольшая комнатка вся утопала в зелени. Цветы на подоконниках сменялись большими напольными кадками, кактусами на полках, а завершал ансамбль китайский фонтанчик. В помещении играла легкая непринужденная музыка. За стойкой меня встретила милая девушка лет двадцати:

- Чем могу помочь?

- Я к Тимофееву.

-Придется подождать минутку, - она указала на диванчик в углу. Зазвонил телефон, девушка сняла трубку и принялась мило болтать.

Присев, я продолжила разглядывать убранство приемной. Веселенькая атмосферка. Ужасно захотелось спать. Все это журчание и трепетание расслабляло, заставляя забыть о реальности. Я откинула голову на спинку дивана.

 Вскоре, с улицы в помещение вошел высокий мужчина в удлиненной спортивной куртке и белоснежных фирменных кроссовках. Словно только что с пробежки. Оглядела его с головы до ног. Сам того не желая, он производил на окружающих особое впечатление.

Молодой, крепкого телосложения, светловолосый, с ямочкой на подбородке. Он был коротко острижен, зеленые глаза с длинными ресницами широко распахнуты. Что-то в его походке говорило о недюжинной силе и притаившейся необузданности. Он двигался уверенно, но бесшумно, ступая легким пружинистым шагом боксера.

По мне пробежал ток.

- Простите, а Вы не…- промямлила, вскочив ему вслед, но он не обернулся. Пришлось сесть обратно.

Я смотрела, как он раздевается и убирает одежду в шкаф. Каждое движение почему-то действовало на меня магнетически.

Не будь я скептиком, решила бы, что это любовь с первого взгляда. Ну, когда смотришь на человека, и тебе хочется его сожрать.

Нет. Когда смотришь на человека и понимаешь, что если не переспишь с ним, то просто взорвешься.

Нет. Когда смотришь на человека и не хочешь его отпускать.

Нет. Нет. Нет.

Мысли начинали путаться. Как тяжело быть одинокой, мерещится всякое... Реагирую на людей неадекватно...

Мужчина кивнул девушке за стойкой, затем повернулся и приветственно поклонился мне, одарив сдержанной полуулыбкой. И скрылся за дверью с табличкой «Тимофеев». Его глаза... Они показались мне невероятно грустными. А взгляд... Глубокий, полный скрытых эмоций.

 Я тотчас покраснела как рак. По крайней мере, мне так показалось. Жар, поднявшийся снизу вверх, готов был просто взорвать мою голову.

Через минуту из той самой двери вышел кудрявый худой парнишка лет восемнадцати и направился ко мне. Его каштановые волосы были всклокочены и торчали в разные стороны. Вязаный свитерок цвета топленого молока  был явно ему великоват и собирался в складочку на талии. В руках он нес почирканный блокнот размером с хорошую книгу.

- Тимофеев? – С надеждой спросила я, спрыгнув с дивана.

- Нет, - рассмеялся он, - А Вы Александра?

- Да.

- Ваш отец звонил сегодня, предупредил о вашем приходе. Алексей Львович ждет Вас. А меня зовут Артем.  Я буду стенографировать ваш разговор. Вы не против?

- Нет. Но мне, как бы это лучше сказать.. Мне нужна просто консультация.

- Алексей Львович обязательно поможет, он у нас мега-мозг. Главное, садитесь, смотрите прямо на него и старайтесь говорить, четко проговаривая слова.

Он указал рукой на кабинет.

Я шагнула в сторону двери. Та была приоткрыта. На кожаном кресле за столом, просматривая какие-то бумаги, сидел тот самый светловолосый незнакомец. Спина его была прямой как струна, взгляд внимателен и сосредоточен. Тончайшая футболка из легкого хлопка, обтягивающая мускулы, отлично дополняла голубые джинсы из грубого денима. И всё это каким-то странным образом гармонично вписывалось в деловой классический стиль оформления кабинета.

Я обернулась к парнишке:

- Простите, не поняла, а зачем проговаривать? Он что, иностранец?

Парень вдруг ужасно смутился:

- Вас не предупредили? Простите, моя вина. Алексей Львович… Он просто глухой, и будет читать по вашим губам.