46 глава. Амир/Юна

– Амир —

Как только вопрос с жалобой официально разрешился, поднялся другой. Собственно, который я и поднял на самом совете, но в тот момент всем было интересно уличить принца. Не имело значения, что и как… главное, за что!

По приказу короля Совет передал все собранные документы полиции, включая написанную от руки жалобу некой Сабры Бинта Мурси. Когда полиция приехала по месту жительства Сабры, им открыл дверь ее муж. Шокированный мужчина, который работал сапожником, был не в курсе, что его жена подала жалобу. А когда узнал на кого, у бедняги стало плохо с сердцем. Узнали только то, что Сабра уехала к племянникам недели как три назад, если не больше, и несколько дней уже не выходила на связь. И как утверждает мужчина, ранее такого не было. Получается, практически сразу, как подала жалобу. По адресу, где проживают племянники, ее не оказалось, собственно, как и самих племянников, которых по всей видимости не существует. Она мужа водила за нос. Женщину искали, пока безрезультатно. Меня ввел в курс всего происходящего старший следователь, который попросил личной аудиенции. Стража порядка, однозначно, надо уважать. Мы встретились в моем офисе, и сегодня у нас также состоится встреча, но уже по моему приказу. Хочу решить вопрос с первой женой отца, слишком долго он остается открытым. Когда я был ребенком, ко мне не прислушивались. Стал старше и до сих пор получаю тычки с ее стороны. Ради отца я прикрывал глаза и часто глумился над ее потугами. Но сейчас надо сделать то, что не смог сделать мой отец много лет назад, дабы не замарать свое имя. Я не стану рисковать своей семьей, даже ради имени своего отца. Зная, что больная Бария на многое способна. Меня отвлек стук в дверь, после чего дверь открыли:

– Добрый день, Амири* (мой принц).

– Добрый день, следователь, проходите, присаживайтесь, – я ждал именно в офисе, дома не стоит пугать беременную жену и волновать ее родственников. – Скажите, есть новости?

– Определенно есть, но мы в растерянности.

– Могу я узнать какие? – спросил, нахмурившись.

– Мы нашли женщину… к сожалению, тело женщины.

– То есть… она мертва?! – подался я вперед напряженным телом.

– К сожалению, да. Задушена. Сабра была нашей зацепкой, следствие зашло в тупик.

– Угу-угу… Вы – старший следователь и я, ни в коем случае, не сомневаюсь в вашем профессионализме. Но я спрошу у вас, готовы ли вы прислушаться к своему принцу? – он еще более выпрямился, мне показалась, что готовится честь отдать.

– Я верен своей стране, королю и всем членам королевских семей эмирата, в котором живу.

– Слова истинного иламинца. В таком случае я поделюсь своими подозрениями. Я вам даю зацепку, проверьте за последние два месяца эта убиенная посещала ли первую жену шейха.

– То есть, вашего отца?

– Именно.

– Амири, вы хотите сказать…

– Я ничего, пока, не хочу сказать, – перебил я его. – Чтобы никого не порочить, для начала нужно проверить. Сможете сделать это, неофициально. Во всяком случае, пока?

– Так не получится.

– А как получится?

– Исключить, только то, что и кого мы с вами здесь обсуждаем.

– Я даже не сомневался, что у вас достаточно опыта, чтобы все грамотно проверить, – я встал и следователь тут же поднялся со своего места. Подошел, протянул ему руку и пожал на прощание. – Рад был нашей встрече.

– Спасибо, Амири, это взаимно…

– Юна —

– Дочка… ну что ты, мы только с отцом начали привыкать к тигрице, с которой ты живешь. После вашей свадьбы полетим к себе домой, нам там спокойнее.

– Ой, мам… это поначалу, а потом… – я мечтательно улетела в свои мысли.

– Юшенька… ты счастливая такая.

Я прильнула и обняла мамочку.

– Мамуль… очень… очень счастлива, и здесь я дома.

Поглаживая меня по голове, мама сказала:

– Девочка моя… это он тебя делает счастливой, и с ним ты другая… рядом с ним ты везде будешь себя чувствовать дома. Мы с отцом очень рады твоему счастью.

– Спасибо, ма.

– Я бы хотела потанцевать на твоей свадьбе, но раз такое дело…

– Мамуль никах – это не свадьба, а просто бракосочетание. И никах не гуляют, его читают. Но я буду красивой невестой, увидишь.

– И нравятся тебе, вот эти абайи?

– Даже очень, у меня в них только глаза и видны. А знаешь, какие у меня абайи: и со стразами, и перламутровые, и просто белые ,и никаб, что на голову, есть такие, что загляденье. Так что, я модная. И потом, удобная штука.

– Ну чем она удобна, Юш?

– Ну-у… например, надеть на пижаму сверху и в магазин за хлебом сходить.

Мама внимательным взглядом посмотрела, спрашивая:

– Да?

– Ну, да… – с округлившимися глазами утверждала я.

– А-а-а… Ясно тогда. И часто ты за хлебом ходишь? – спросила с прищуром.

– М-м-м… ни разу еще не ходила, – сказала я, и мы обе прыснули от смеха.

– Девочки… ваш смех на весь этот дворец слышно, – зашел к нам отец.

– Проходи, папуль.

– Иду-иду, дочка.

Тами выбежала из своего укрытия и пошла ластиться к ногам папы.

– Да-а… кошечка у вас, однако…

– Она ласковая.

– Я вижу, но одно то, что это тигр.

– Это тигрица, она небольшая, не обижай ее. Смотри, как к тебе ластится Тами. Не ко всем идет.

– Да-а? Ну иди ко мне, – папа взял ее на руки и сел в кресло. – А к твоему Амиру идет?

– Идет, она его очень любит, как и я. Может уже «зароете топор войны»?

– Да какая «война», дочка, – говорил папа, поглаживая Тами. – Я его просто в стимуле держу, чтобы не расслаблялся. Он мне нравится, но поступил неправильно, и не говори, что ты сама уехала, я тебя растил и знаю своего ребенка. Конечно, в какой-то момент, я поддался твоему рассказу, но…

– Ну, мы снова к началу вернулись, па?

– Нет, дочка, ты счастлива. Я же вижу, как ты с ним расцвела, моя маленькая… скоро станешь мамочкой.

– Мы с отцом будем к сроку здесь, я не позволю чтобы там какие-то няньки нянчили моего внука, – тут же влезла в разговор мама.

– Амир девочку хочет, – улыбаясь, ответила, приложив ладонь к животу.

– Ну, Амир может и хочет, но родится внук! – сказал папа.

– Ну, что ж… тестя надо уважить, – услышали мы приближающегося к нам Амира.

– Амир… – я встала и пошла. Тами, спрыгнувшая с рук папы, пошла встречать со мной. Он меня обнял и поцеловал в лоб.

– Как себя чувствуешь?

– Замечательно.

– Хорошо, сладкая.

– Молодец зять, что уважаешь тестя, старших и нужно уважать.

– Ну, а как же, – улыбнулся Амир, а папа ему вторил. Пожали руки в приветствии. – Раз хочешь внука, будет внук, но только после дочери, лет так, через восемь.

– Мам пошли, это надолго, оставим их, пусть спорят, – мы с Амиром решили не узнавать пол ребенка.

– Пойдем, дочка.

– Через полчаса ждем вас на ужине.

И мне синхронно ответили, папа с мужем:

– Хорошо.

Я люблю даже их споры, есть в этом, что-то семейное… ну, как в семье и без споров…

Амиру интересно мое мнение в некоторых рабочих вопросах, мне приятно, особенно, когда он садится в кресло и усаживает меня к себе на колени. Ненавязчиво так спрашивает, как я думаю о том либо ином, чтобы я сделала, если он мне даст такую возможность. Тем более, что мы говорили ранее с ним о строительстве в городе. Ему интересен мой женский взгляд, он со мной считается, а значит, есть уважение. Хочу сказать: «Одной любви недостаточно в семейной жизни, уважение, как и любовь, – очень важный фактор».