3. Армила

На дворе стояло жаркое лето и раскаленный сухой воздух, пропитанный пылью, еще не успевший остыть после захода солнца, накрыл удушливой волной.

В горле запершило, стоило вдохнуть.

Да, лето в этом году выдалось знойное.

— Иви Армила, вы когда-нибудь путешествовали временными тоннелями?

На меня внимательно, ожидая ответа, смотрел самый старший мужчина из сопровождающих. Я не заметила в его взгляде неприязни или высокомерия. Одно пустое безразличие.

— Нет. Только слышала. Наш город слишком далеко находится от столицы и такие спецы здесь не живут.

— Что ж, сегодня вам выпадет возможность воспользоваться им.

Я слышала про эти тоннели. Ходили слухи, что только сильные миаро умеют их правильно выстраивать, чтобы человек беспрепятственно мог оказаться в нужной точке, не исчезнув где-то во временном отрезке.

— Я бы предпочла воспользоваться обычным транспортом. Говорят, такие переходы могут неблаготворно повлиять на людей. У нас ведь нет такой защиты, как у миаро.

Не то чтобы я трусила, но мне отчаянно хотелось, чтобы момент, когда я предстану перед тем, кто за мной послал, подольше не наступал.

— Это все надуманные домыслы, не имеющие ничего общего с правдой, иви. На самом деле человек при таком перемещении испытывает лишь легкий дискомфорт и тошноту. Вам нечего бояться.

— А я и не боюсь! — вздернула нос, задетая замечанием мужчины. — Но вы замедляете ход времени. Разве подобное не имеет последствий?

— Я их вам уже озвучил.

Силах с угрюмым выражением лица стоял рядом.

Я понимала, что спорить с ними бесполезно и вряд ли мое мнение кто-нибудь станет учитывать. Эти люди всего лишь выполняют приказ.

И тут мне в голову пришла сумасшедшая мысль! Нет, я понимала, что это может стать для меня приговором, что последствия могут быть непредсказуемыми, но в тот момент этот вариант показался для меня лучиком солнца в кромешной тьме. И реальной возможностью избежать встречи с таинственным заказчиком.

— Прошу прощения, но я не могу так рисковать.

Мужчина подозрительно покосился на меня.

— И в чем проблема?

— Я беременна!

Всевышний, я произнесла это! Сумела. Язык повернулся очернить саму себя при незнакомых высокопоставленных свидетелях.

Силах дернулся как от удара плети, меняясь в лице, но я взглядом пригвоздила его, чтобы не смел сдавать меня. Или он тоже поверил?

Наверное, я была слишком убедительна.

Миаро скривились, окинув меня уничижительным взглядом, нисколько не скрывая, хотя бы ради приличия, какого они теперь обо мне мнения. И, если до этого на их лицах читалось равнодушие и незаинтересованность, то теперь от них фонило презрением.

Конечно, молодая незамужняя девушка, поправшая законы морали! Что может быть хуже?

Теперь мужчины засомневались. Неуверенность четко проявилась на их красиво очерченных лицах.

Все-таки что бы не говорили, а миаро красивая раса.

— До сих пор уверены, что я нужна вашему заказчику? Не придется ли отвечать потом за порченый товар?

Старший из них нахмурился. Значит, сработало?

У меня в душе все возликовало, радуясь скорому освобождению. Представила как вздохнет с облегчением мама, когда увидит, что я вернулась домой!

— Это не меняет сути дела! — отрезал миаро, буравя меня недобрым взглядом. — О вашем недопустимом положении для молодой девушки будет доложено отдельно.

Вот так одним махом убил все мечты о свободе.

— Но, пожалуй, вам действительно не стоит рисковать. Вы поедете с сопровождающим отрядом. Где в вашем городе можно нанять экипаж?

Я обернулась на Силаха. Его семья занималась этим бизнесом и кому как не ему было лучше знать.

— Я провожу, — угрюмо отозвался он, явно не одобряя мою идею.

Но деваться было некуда.

Когда транспорт был выбран, осмотрен на предмет прочности и комфорта, главный из наших конвоиров отозвался:

— До ближайшего большого города день езды. Если сейчас выехать, то к обеду будете на месте. А оттуда можете добраться до столицы железной дорогой. Всего у вас уйдет два дня. Это, конечно, долго, но раз вскрылись такие обстоятельства… кхм-кхм, — он многозначительно покашлял, снова давая понять насколько не одобряет мое положение, — то безопасней будет ехать так. Сопровождать вас так долго мы не сможем, поэтому оставляем вам охрану. И, конечно, деньги.

Протянул мне увесистый кошелек, не оставляя сомнений, что сумма в нем была внушительной.

— Этого должно хватить с лихвой. Нигде не останавливаться надолго. Мы будем ждать вас в столице.

Мы едем без миаро! Чудо свершилось! Их присутствие означало бы тотальный контроль, без каких-либо возможностей сбежать, а так хоть какой-то призрачный шанс!

Я еще не понимала как и куда, но интуиция набатом била внутри, голося на всю мощь, что ничего хорошего по приезду меня не ждет. Недаром мама так кричала и плакала! Она что-то знала, но утаивала от меня. И они не дали ей мне это сообщить.

Нам наняли самый комфортабельный экипаж, какой только имелся в наличии. С откидным верхом, четырехколесный, с двумя удобными широкими диванами где вполне можно было спать.

Отряд, что должен был сопровождать нас, поехал верхом на лошадях. Десять человек.

Мда. Не завидую им. Всю ночь и половину дня трястись в седле. Видимо, им хорошо платят, раз согласны терпеть!

— Иви, я надеюсь на ваше благоразумие, — обратился в конце, когда мы уже расположились внутри фиакра, их главный, — не забывайте об ответственности. В противном случае могут пострадать ваши родные. Вы понимаете о чем я?

А вот это как удар под дых. Сволочь! Мне сейчас прямым текстом угрожают?

Я не выдержала его тяжелого взгляда, понимая, что меня раскусили еще до того, как я попыталась что-то предпринять. Он однозначно знал куда стоит бить!

— Я все поняла, — тихо выдавила из себя, не замечая как крепко сжимаю руку Силаха.

Еще одна надежда похоронена.

Но никогда не знаешь какие сюрпризы приготовила тебе судьба. Если бы я тогда знала, если бы хоть немного догадывалась во что выльется моя поездка, я бы, наверное, умоляла миаро провести меня этим чертовым временным тоннелем к тому, кто меня ждал в столице. Но, увы, мы не умеем предсказывать будущее, поэтому часто совершаем кучу глупых ошибок в настоящем.

Наша компания двинулась в путь сразу же. Путешествие предстояло долгое и откладывать его не имело смысла.

Я видела как люди с удивлением провожают взглядом наш экипаж и едущих рядом вооруженных охранников, с грустью понимая, что завтра поползут самые немыслимые слухи о моем отъезде. И как будет стыдно родителям!

Учитывая летнюю жару, мы не стали использовать крышу у фиакра, предпочтя наслаждаться видом звездного неба и свежим воздухом. Силах сел рядом со мной, обняв за плечи.

Я положила голову на его плечо, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы, что стали душить сильнее, стоило нам выехать за черту города.

— Не переживай, Мила, прорвемся! Я уверен, что произошло недоразумение. Ты не подписывала никаких договоров с миаро, твои родители тоже не могли так поступить — они для этого слишком честные люди и искренно любят тебя. Так что поводов для волнений не вижу.

Он нежно гладил мне плечи, прижимая к себе, нашептывая слова поддержки. Его губы целовали кожу у виска, кончик уха, перебирая дыханием волосы, но легче мне все равно не становилось.

Наоборот, стало еще тоскливее и, не выдержав, я все же разрыдалась, утыкаясь носом в его рубашку и оставляя на ней мокрые пятна от слез.

Заснула как-то незаметно, убаюканная теплыми объятиями жениха. И я, дурочка, еще недавно сомневалась стоит ли мне выходить за него замуж? Когда так тепло и уютно в его руках.

Проснулась я рано утром, когда край неба только-только начал светлеть.

Сначала тёмно-синие облака наполнились внутренним светом, а после появилась розовая кайма.

Словно завороженная смотрела, любуясь, как небо покрывается румянцем, слушала, как просыпаясь, щебечут вдалеке птицы и умиротворенно дышит под мерный стук колес Силах, все так же крепко сжимая меня даже во сне.

Было что-то невероятно-нежное в происходящем, что я не смела пошевелиться, боясь нарушить волшебство момента.

Ровно до того момента, когда кучер вдруг не натянул поводья, резко дернув лошадь в сторону и не стал заваливаться вбок. Животное испуганно заржало, уходя с дороги и понеслось в лесную чащу, что приветственно распахнула свои объятия, смыкая их за спиной стволами деревьев.

Сзади раздались крики людей, шум, звон оружия. Повозка стала подскакивать на кочках, скрипя и грозя разлететься на кусочки. Лошадь летела вперед не разбирая дороги.

— Силах! — я затрясла жениха дрожащими руками, пытаясь разбудить.

По доносящимся звукам было ясно, что на нас напали. Но меня в данный момент волновало не это, а то, что мы могли разбиться, влетев на всей скорости в какое-нибудь дерево.

Я только сейчас заметила, что из крупа животного торчала стрела.

Силах вскочил, озираясь вокруг ошалелыми глазами, пытаясь понять что происходит.

— Лошадь! Кучер! Ранена!

Собрать мысли воедино и внятно объяснить у меня не получилось, но и того, что вышло хватило.

Он разом перемахнул на место теперь уже мертвого кучера, выдергивая у того из рук поводья и пытаясь остановить раненое животное, что неслось вперед, гонимое диким страхом и болью.

А по обеим сторонам, мелькая среди деревьев и пришпоривая коней, нас окружали незнакомые мужчины.

Остановить животное Силаху не удавалось ровно до тех пор, пока впереди не показалось огромное поваленное дерево на краю оврага.

— Мила, прыгай! — скомандовал он, понимая, что остались считанные секунды до того момента, когда наш транспорт разлетится на куски.

Понимала это и я. А жить еще хотелось!

Подобрав подол платья, открыла дверь, вдохнула полной грудью побольше воздуха, задерживая дыхание и отталкиваясь от подножки экипажа, прыгнула в прошлогоднюю листву, мокрую, холодную от утренней росы, чувствуя как всеми ребрами пересчитываю все неровности земли, покатилась куда-то в кусты. Лишь бы руки, ноги и голова остались целы! Царапины — ерунда.

Заживут.

— Девка где? Черти! — заорал кто-то совсем рядом.

А я лежала притаившись, боясь пошевелиться, чтобы не обнаружить себя, наивно полагая, что ветки и листва кустарника надежно скрывают меня от глаз преследователей.

Позади раздалось испуганное ржание лошади, жуткий треск и я, зажмурив крепко глаза, поняла, что очень вовремя успела выпрыгнуть из фиакра.

Надеюсь, Силах тоже.

— Сбежать пытался. Пшел, я сказал, отродье!

Голоса звучали рядом и я молилась, чтобы меня не заметили. Даже дышала через раз.

— С ним девка была. Прыгнула куда-то сюда. Далеко уйти не могла. Обыскать каждый куст!

Я поняла, что шансов мало. И мой друг детства у них. Хотя, может в разговоре они имели в виду кого-то из нашей охраны?

— Пошли братьев обыскать их экипаж. Раз ехали с отрядом, значит, везли что-то ценное.

Из ценного там только кошелек миаро с деньгами.

Разбойники. О них рассказывали страшные байки, пугали детей.

До нашего города доходили разные слухи, но в них всегда фигурировала изощреная жестокость и беспринципность таких вот отбросов!

То, что они вытворяли, какие казни чинили над попавшими к ним людьми, страшно было даже слушать, не говоря уже о том, чтобы представлять или, не дай бог, оказаться в их лапах.

— Оп-па! Вот она, пташечка, где притаилась! — заржал мерзкий голос почти над самым ухом. — Думала не заметим.

Да, думала и надеялась! Хоть и понимала, что поступала нечестно по отношению к Силаху. Но разве он обрадуется, когда увидит, что я тоже в руках у этих преступников?

— Девка — это хорошо, это живой товар, — поглаживая густую черную бороду, задумчиво выдал самый старший на вид среди них, когда меня чуть ли не волоком вытащили из моего убежища.

Темное обветренное лицо, потрескавшиеся губы, густые, нависшие брови и жестокий, пронзительный взгляд карих глаз. Ростом, наверняка, под пару метров, я уже молчу про груду мышц, перекатывающихся под рваной грязной рубахой. Он мне напомнил медведя.

Такого огромного, мощного, свирепого. Такой одним ударом зашибет — мокрого места не останется.

Он однозначно был среди них лидером. И это сквозило даже не во внешности, а во взгляде, в движениях, в голосе.

Грубый, безжалостный, страшный хищник.

Мамочки!

— Не трогайте девушку! Пожалуйста!

Силаха держали два коренастых паренька, заломив ему руки за спину. Вернее, один держал, другой связывал веревкой сзади.

— Твоя баба? — кивнул бородатый в мою сторону.

— Невеста! Жена!

— Так невеста или жена? Ты мне врать-то не пытайся, все равно пойму. Дар у меня такой: я ложь за километр чувствую, как зверь добычу. И не прощаю, — переходя на зловещий шепот закончил главарь.

— Вам какое дело? Она ни в чем не виновата. Вам нужны деньги? Они были в нашем фиакре, можете поискать. Больше у нас ничего нет.

— Мм, деньги, говоришь? И как много? Если вас сопровождал целый вооруженный отряд, значит, немалая сумма.

— Вы не имеете права нас задерживать! Отпустите лучше, пока не поздно.

Всевышний, помоги! Он что, реально считает, что сможет уговорить или запугать разбойников?

Медведеподобный громко, басом расхохотался, запрокинув голову. Его явно повеселило требование.

— О каких правах ты пытаешься толковать мне здесь, сопляк? — резко став серьезным, взглянул на него бородатый. — О каком "поздно" речь? Ты что, так и не понял к кому ты попал? Так я расскажу.

Он шагнул к Силаху, резко ударив того в живот и тут же хватая его согнувшегося за лицо, опрокидывая ударом в челюсть.

У меня внутри резко все оборвалось.

А когда мой жених, пытаясь встать со связанными руками, начал отплевываться кровью с налипшей грязью, ему прилетел еще один удар носком ботинка в голову.

— Прекратите! Вы его убьете!

Я сама не поняла как рванула к лежащему на земле Силаху. Слезы градом покатились, застилая глаза.

— Сволочи! Ублюдки! Мы же не сделали вам ничего плохого! За чтооо?

Меня перехватил кто-то за пояс, затыкая грязной шершавой ладонью рот, а затем я почувствовала сильный удар по лицу, от которого зазвенело в ушах и перед глазами поплыли круги. Тот, кто меня держал разжал руки и грубо швырнул на землю.

— Не трожь ее, Лек! Она еще пригодится! — раздался сбоку чей-то недовольный голос.

— Эта тварь прокусила мне руку!

— Приложи подорожник! И заткнись! Она — баба! А у бабы главное — товарный вид!

Ушибленная челюсть горела и ломила, но это сейчас было не так важно. Кое-как поднявшись и отряхнувшись, я снова искала взглядом Силаха.

— Теперь, надеюсь, понятно, что вы не у тетушки в гостях и никто церемониться с вами не будет?

В грудной клетке жгло от осознания своей беспомощности, что нас могут убить сейчас вот так, ни за что! А все из-за меня! Из-за меня Силах поехал с нами, из-за моих заморочек мы отправились в столицу обычным способом вместо временного перехода.

— Не трогайте его, пожалуйста! Мы не сделали никому ничего плохого! Не убивайте нас! — закричала я, понимая, что если их не остановить, то последствия могут быть еще хуже.

Для разбойников наши жизни ничего не значили!

Бородач оглянулся, разыскивая меня глазами. Злой, страшный, нечеловеческий взгляд из-под заросших бровей.

Меня затошнило от накрывшей паники, но взгляд не отвела. Разбойник с пару секунд смотрел прямо, а потом и сам двинулся в мою сторону.

— А почему я должен это сделать? Назови хоть одну причину? — пощипывая мочку уха, спросил он, останавливаясь в двух шагах напротив меня.

Высокий, косая сажень в плечах, вблизи казался просто огромным.

— Вы казните только за общечеловеческие преступления, — едва ворочая языком от страха, выдала я, — так рассказывают про вас. А мы никому ничего плохого не сделали.

Разбойник молча разглядывал меня, думая о чем-то своем.

— Вы ехали с охраной. Куда? Зачем?

— В столицу. Я не знаю зачем. К нам заявились миаро. Они потребовали, чтобы мы собирались в столицу и заявили, что не имеем права отказаться. Дали нам отряд и отправили в путь. Не трогайте Силаха, умоляю!

Последние слова выдавила с трудом.

— Предположим, я поверил. Ты и он не высокородные. Но зачем вы мне? Какой прок от вас? А свидетели мне не нужны…

Холодный взгляд сверлил, проникал в душу, замораживал.

— Мы никому ничего не скажем! Клянусь!

— Правда? А как вы объясните смерть ваших сопровождающих? Скажете, сами перерезали?

Значит, они все мертвы.

Он явно издевался, а у меня в голове резко зашумело. Но его отвлек другой разбойник, подошедший внезапно и что-то прошептавший на ухо. Здоровяк повел бровями и кивнул.

— Вяжите этих и поехали, — гаркнул он остальным и, развернувшись, размашистым шагом пошел прочь.

Я выдохнула! Оставалось молиться и благодарить Всевышнего, что мы еще живы и, похоже, причина для этого нашлась веская.