Глава 18

Тесная палата, заставленная древними, еще времен первого Катаклизма приборами совсем не походила на кабинеты частных клиник, где стерилен каждый угол, а редкие пылинки летают ровным строем. Николь лежала на кушетке и не знала, куда ей смотреть — не то на Дарка, находившегося в смежной палате под присмотром Айса, не то на поджимавшую губы Нору. Пышногрудая волчица внимательно следила за приборами, а выражение лица кислое такое, словно лимонов наелась.

Шоковая терапия удалась Дарку на славу. Сначала оглушить ее новостью о детях, а потом оставить под присмотром той, что наверняка дышит неровно — вон как глазами стреляет. И от этого кушетка под задницей тихонько превращается в раскаленную сковородку, хотя как будто не должна.

— Не сопи так, — внезапно раскрыла рот волчица. — Дарк с половиной свободных волчиц мутил, не только со мной.

Отлично вообще! Ей достался кобель! То есть не достался… он вообще не ее! Даром не нужен.

— Мне все равно, — вызывающе вскинула подбородок.

Смешно, наверное, смотрится, с учетом того, что волчица явно выше, да и лежание на спине с кучей датчиков по телу не располагает к принятию гордого вида.

— Конечно, все равно, сладкая. Только зубками так не скрепи.

Все, хватит! Но ее попытка слезть с кушетки была остановлена крепкой хваткой за плечо.

— Лежать, дорогуша. Лучше перевари это сейчас. И… — тут Нора все же поморщилась, — и будь уверена — он ничего никому не обещал, кроме секса.

А ей вот про детишек вдруг вывалил. Просто царский подарок, оказывается.

— Какой джентльмен, — пробормотала, пытаясь стряхнуть с себя наманекюренную лапку. Волчица отпустила.

— Во всяком случае это лучше, чем брехать о светлом будущем. Дарка сложно назвать образцом морали, но он никогда не вешал лапшу на уши. Готово, — ткнула пальцем в допотопный пульт. Прощелкала на компьютере диаграммы и едва слышно цокнула. — Так себе нервишки. Тебе сейчас в постельке поваляться надо. Ну, Дарк это с радостью организует…

— Завидовать — плохо, — огрызнулась, застегивая рукава комбеза.

Нора не ответила. Щелкала один слайд за другим, и на фоне сине-зеленого мерцания мониторов строгий профиль выглядел идеально холодно. Как у каменной статуи.

Да уж, опускать без слов волчица умела мастерски. Николь кое-как поправила одежду и вышла в тесный коридор. Буквально через несколько секунд рядом материализовались Дарк и Айс.

Последний не отрывал взгляда от ручного компьютера.

— Ваши показатели лучше, чем я ожидал, Николь, — все так же смешно растянул «о» в ее имени. — Неделя отдыха — и порядок. А затем, если хотите, я с радостью жду вас в клинике. Вакансия на место ассистента еще в силе.

Она бы очень хотела! То, о чем мечтала с детства, вдруг оказалось на расстоянии вытянутой руки и все равно невообразимо далеко. Нет у нее шанса жить собственной жизнью. Отец скорее взорвет весь нижний Нью-Йорк, чем выпустит ее из лап. А заодно похоронит тут и маму…

— Спасибо, Айс. Я… подумаю.

Мужчина будто и не услышал ее заминки. Обогрел теплой улыбкой и направился дальше, на ходу что-то записывая и помечая.

— Идем, — Дарк схватил ее за руку и поволок на выход.

На выходившую из кабинета Нору даже головы не повернул. А вот она их очень долгим взглядом проводила. Николь поежилась. Сколько еще волчиц будут мысленно рисовать ей на спине крестик, чтобы метнуть злое словцо? Хотя о чем это она… Долго тут задержаться не получится.

Мужчина молча вышагивал по улице, явно что-то обдумывая. Николь попыталась вытянуть ладошку из широкой лапищи, но оборотень, казалось, не заметил ее попытки сбежать.

Мимо скользили тени зданий и оборотней. Все тяжелое, тесное, темное… И у нее в голове мрак. Густой кисель из самых разных мыслей.

— Перестань себя накручивать, — вдруг очнулся Дарк, — иначе Айс велел колоть успокоительное.

Николь чуть не споткнулась.

— Не надо! Ох!

За спиной вдруг очутилась стена здания, а оборотень навис сверху. Мягко ухватил за подбородок, не давая опустить голову, и посмотрел так, что под ложечкой сладко екнуло.

— Не помогают, да? — проурчал тихо. — Или делают хуже?

— Последнее, — призналась, безуспешно пытаясь хотя бы прикрыть глаза, но золотые омуты держали крепко.

Черный зрачок дрогнул и стал шире, почти перекрывая радужку. Дарк коснулся скулы, где не так давно был синяк. Волк всегда пытался лизнуть именно эту щеку…

— Все будет хорошо, Карамелька.

И ей бы со слезами бросится на мужскую шею и позволить унести себя в мир полный счастья и солнечного света, но вместо облегчения внутри шевельнулась горечь.

— Напоить не вышло, решил с другого бока зайти? — усмешка вышла кривой и нервной. Но на ее выпад ответили очень серьезным взглядом.

— Решил. Только не знаю, как. А Оржевски сдохнет очень скоро, не сомневайся.

* * *

Карамелька вяло фыркнула. Не верит. Устала от всего и всерьез считает, что у него с головой не порядок. Так и есть. Он тоже устал держать волка на коротком поводке и врать себе, как легко сможет выставить Николь приманкой.

Дарк еще раз провел костяшками пальцев по высокой скуле, и девушка поспешно отвела взгляд. Легкий флер возбуждения стал ярче. Волк в полный голос зовет, старается ближе к паре подобраться. Против физиологии не пойдешь, и у Николь нет шанса не ответить. Но чертовски приятно было бы, чтобы она сама первый шаг сделала.

Буквально заставив себя отлипнуть от стены, Дарк повел Карамельку обратно к логову. Пусть пока отоспится и в себя придет. Можно было бы волка пустить рядом побегать, но дел по горло, и в первую очередь с вожаком надо встретиться. А потом можно и на дуэль. Сегодня одним махом и решит проблемы.

До логова добрался без приключений. Девочка тоже вела себя тихо. Он чувствовал хорошо замаскированную опустошенность. Вести серьезные разговоры в таком состоянии не стоит.

— Если получится — поешь, — достал из хранилища две порции концентрата. — И постарайся уснуть.

Карамелька недоверчиво хмурилась и явно ожидала, что он набросится на нее вот прямо с порога. Нет. Хватит уже напролом. Итак дров наломал — оглянуться страшно.

— Вернусь… надеюсь что скоро. Ты сама справишься?

Вопрос девочка проигнорировала. Под толщей показного равнодушия завертелась тревога.

— Надеешься?

— Нужно разобраться с теми тремя обмудками. В Стае запрещено насилие. Даже над ловцами.

Карамелька глаза округлила.

— Она — ловец?

— Другие в рабство не попадают.

По крайней мере, он на это надеялся. Надо проверить. Волк тихонько поддакивал, он давно метил на место вожака. В природе альфы — быть первым, но сильнее инстинктов в нем горело желание расквитаться с Оржевски.

— Так ты сама тут справишься?

Девушка совсем растерялась. Оглянулась зачем-то, неловко дернула плечами.

— Справлюсь…

А на мордашке такое выражение беспомощное… Все-таки Дарк не вытерпел. Перехватил Карамельку за талию и запустил пятерню в роскошную гриву. Уткнулся носом между шеей и плечом, да так, что в штанах на раз все окаменело.

Черт, какая же она охрененно сладкая! Аромат такой, что все мозги отключает, оставляя только обжигающе-яркое «хочу». Проклятье! Еще несколько глубоких вздохов — и свежая метка готова.

Под протестующий ор волка Дарк оторвался от искушения и выскочил за дверь. Не сейчас. Хотя, видит Луна, это стоило прорву сил — зверь ничего не желал слушать, требуя скорее заклеймить истинную.

Пытаясь осадить хлещущий по венам адреналин, Дарк буквально бежал по улице. Но через сотню метров барабанные перепонки больно кольнуло. И звон поднялся такой — чуть на ближайший столб не залез.

— Дарк! — рявкнули за самым плечом, как кувалдой по темечку огрели.

Круто развернувшись, он хотел коротким ударом выбить из наглеца воздух вместе со способностью орать, но рядом никого не оказалось. Только Рольф, спешивший к нему с противоположного конца улицы. Что за чертовщина?! Но звон исчез, как будто выключился.

Дарк потряс головой, прогоняя остатки эха. Надо будет заскочить к Айсу. Когда-нибудь…

— Какого хрена? — рыкнул вместо приветствия. — Еще раз хочешь полутрупом поваляться?

Выглядел муж Ивет неважно. Осунувшийся, с перемотанной рукой, а под комбезом наверняка швы во весь бок. Человек бы при таких повреждениях в отключке еще валялся, а этот на лапы вскочить решил. Кто его вообще из кровати выпустил?

Рольф смотрел хмуро, словно готов был грудью встречать попытку отправить обратно.

— И поваляюсь, — бросил с вызовом. — Но сперва к вожаку загляну. Кто-то пытается проникнуть сюда в обход охраны. Жизнь Стаи под угрозой.

* * *

Щенок. Наглый безродный сученыш, который вдруг решил взять на себя слишком много. Ярость разъедала изнутри, но Конрад не позволял волку не то что рявкнуть, а вообще показываться. Нельзя напортачить сейчас — в двух шагах от сытой и спокойной жизни.

— Ловцы проделали лаз в обход сторожевых пунктов. Куда ты смотришь, вожак?!

Ублюдок провоцировал его. Нарочно выводил на возможность дуэли, прекрасно зная, что одержит верх.

Действительно, куда он смотрел? Позволил прихоти превратиться в угрозу. Послушный волчонок, таскавший с нижних ярусов ценности, разожрался в матерого волка, не желавшего сидеть на цепи.

— Проход обрушим. Охрану удвоим. И прекрати скалить клыки, это единичный случай.

Ложь, но щенок ее не почует. Оборотни умели скрывать свои эмоции от собратьев достаточно хорошо, а уж ему в этом нет равных.

Дарк замолчал. Медленно повел головой, будто принюхивался и мог различить обман, уколол пристальным взглядом, но на этом попытки сыграть в самого умного закончились.

— Ты уверен? — проворчал, сбавляя обороты.

— Да.

А лаз все-таки придется обрушить. Жаль, хороший был проход, близкий. Надо будет вызнать, кто из ловцов попался, а затем перегрызть идиоту горло.

— Я приму в этом участие, — продолжил тявкать щенок. — И еще кое-что… Пара останется со мной.

На мгновение Конраду показалось, что он ослышался. Все это чертова игра воображения! Но ублюдок опять раскрыл пасть:

— Николь — моя. Не подлежит обсуждению.

Мышцы рефлекторно напряглись, но каким-то чудом Конрад заставил себя сидеть на заднице ровно. Ну… сука, мать его! Слабак, не сумевший заткнуть пасть волку. А под кожей крохотными разрядами пробивает дрожь. Если девку не вернуть — можно ставить крест на планах обжиться в Верхнем Секторе. Оржевски лично шею свернет.

— Ты идиот! — прорычал, маскируя страх под привычной яростью. — Решил оставить — валяй! Хватай ее и убирайся из Стаи! Мне не нужна бомба под боком!

Дарк прищурился. Напрягся весь, вспух, даже комбез на плечах треснул, а за желтым зрачком зверь требует дуэли.

— Мы уйдем, — прорычал в ответ. — Позже. Как только я решу все вопросы.

— У тебя неделя, — обошел явную провокацию.

Надо срочно сообщить Оржевски. Сегодня же!

— Мне этого хватит, — кивнул оборотень, явно нарываясь. Но, не дождавшись ответа, развернулся и пошел к выходу.

— Сука, — прошипел Конрад, едва дверь закрылась. — Прикончил бы сразу… И нет проблем.

Активировав мобильник, быстро набрал нужный номер и пошел прочь из кабинета в комнату, где специальная аппаратура прятала от посторонних ушей разговор.

А Дарк за дверью не спеша поправлял рукава комбеза, очень внимательно прислушиваясь к тому, что происходило за дверью.