Глава 12_ Варя

Отражение в зеркале бледное, испуганное, но в глазах горит огонь. Я включаю воду в джакузи и наблюдаю, как она наполняется. В голове уже был план, рискованный и безумный, но единственный, который мог принести мне хоть какое-то удовлетворение. Но до этого момента я сомневалась в его исполнении.

Достав из шкафчика пузырек с аромамаслом, выливаю в воду все содержимое. Затем добавляю горсть соли для ванн и заранее заготовленный красный перец. Наклоняю баночку с содержимым и немного отсыпаю, потом ещё чуть-чуть. Пусть почувствует на себе всю остроту моего гнева.

Он приходит, когда джакузи уже наполнено до краев, а воздух пропитан терпким ароматом. Его взгляд скользит по моему лицу, ища следы раскаяния или страха, но находит лишь пустоту. Я отворачиваюсь, делая вид, что проверяю температуру воды.

– Готово, – произношу ровно, поднимая на него взгляд.

Он начинает медленно расстёгивать рубашку с каким-то нарочитым спокойствием, словно желая доказать мне свое превосходство.

– Я пойду, – срываюсь с места, но он успевает схватить меня за локоть.

– Останься, – шепчет, притягивая к себе.

Освобождаю руку от его захвата и отворачиваюсь. Стараюсь не смотреть на него, сконцентрировавшись на пузырьках, кружащихся в воде.

Когда он погружается в джакузи, я замираю, ожидая реакции. Сначала ничего не происходит. Он расслабленно откидывается на спинку, прикрывая глаза.

– Помассируй мне плечи, – говорит тоном, не терпящим возражений.

Я медленно подхожу и, без лишних слов, начинаю массировать его напряженные плечи. Мои пальцы скользят по его коже, ощущая каждый мускул, каждое напряжение. От его тела исходит обжигающее тепло, которое волной передаётся мне, проникая вглубь и вызывая странные, волнующие спазмы внизу живота. Прикрываю глаза, пытаясь прекратить эти незнакомые ощущения, что пугают меня больше, чем сам этот мужчина.

– Что это? – шипит он сквозь зубы.

Амир резко хватается за край джакузи, поднимаясь на ноги. Его ягодицы и бедра пылают, словно обгорели на солнце. Прикрываю рот ладошкой, тщетно пытаясь сдержать смех. Еле удерживая равновесие из-за добавленного мной масла, он выбирается из бурлящей воды и несётся в душевую. Включает воду и намыливает тело гелем.

А я, как завороженная, неотрывно слежу за каждым его движением, каждым изгибом его тела. Взгляд скользит по широкой спине, по каждому рельефу, каждая мышца играет под струями воды. Капли стекают по накачанным плечам, по шее, исчезая в темных волосах. Он поворачивается, и я сталкиваюсь с его лицом, искажённым от злости.

Он выходит из душевой, обматываясь полотенцем, и смотрит на меня испепеляющим взглядом.

– Что это было? – спрашивает он с нажимом, указывая на джакузи.

– Я не знаю, может, масло испортилось, – пожимаю плечами, стараясь сохранить невозмутимый вид.

– Масло испортилось…, – тянет он, надвигаясь на меня. – Ну что же, придётся тебе ответить за свою оплошность.

Я отступаю назад, упираясь спиной в прохладную плитку стены. Сердце бешено колотится в груди, отчего дышать становится трудно. Его приближение ощущается как нарастающая волна жара, обволакивающая меня с головы до ног. Он словно хищник, загоняющий добычу в угол, а в его глазах пляшут опасные огоньки.

– Оплошность… – шепчу я, пытаясь выдавить из себя хоть каплю уверенности, но голос предательски дрожит.

Он останавливается в опасной близости, так что я чувствую его горячее дыхание на своей коже. Проводит пальцем по моей щеке, оставляя за собой мурашки.

– Ты действительно думаешь, что я поверю в эту чушь про масло? – его голос звучит как бархатный рык.

Я молчу, не зная, что ответить. Его взгляд проникает прямо в душу, словно сканирует все мои мысли и намерения.

Он резко хватает меня за руку и тянет за собой. Я спотыкаюсь, едва успевая за ним, пока он не останавливается посреди комнаты. Одним движением срывает с себя полотенце, и я невольно отворачиваюсь, заливаясь краской.

Амир берет мое лицо в свои руки и заставляет смотреть на него.

– Раз уж ты испортила мой отдых, то теперь ты обязана его исправить. – Он притягивает меня к себе, и наши губы сливаются в жарком, требовательном поцелуе.

Я пытаюсь сопротивляться, колочу его по плечам и пытаюсь укусить, но его сила слишком велика. Руки, наглые и властные, скользят по моему телу, вызывая дрожь и волнующие спазмы, те самые, которые я пыталась подавить в джакузи. Он притягивает меня к себе ещё теснее, и я чувствую, как его плоть твердеет и увеличивается. Вмиг волна возбуждения отступает, сменяясь ледяной паникой, которая душит меня, лишая воздуха.

– А теперь возьми в аптечке мазь от ожогов и намажь меня всего, – цедит он сквозь зубы, отстраняя за плечи.

– Где она? – пищу, пытаясь освободиться, но он ещё крепче сжимает мои плечи.

Его взгляд прожигает меня насквозь. Я отчаянно пытаюсь собраться с мыслями и сделать глубокий вдох.

– В шкафчике под раковиной, – чеканит он, не сводя с меня глаз. Его пальцы сильнее сжимают мои плечи, оставляя болезненные следы.

Я киваю и направляюсь к указанному месту.

Дрожащими руками открываю дверцу шкафчика. Внутри царит хаос из пузырьков, тюбиков и баночек. Паника нарастает, я не могу сосредоточиться на поиске нужной мази.

Чувствую его пристальный взгляд, прожигающий спину.

Наконец нахожу нужную мазь и возвращаюсь к нему, стараясь не смотреть на его обнаженное тело. Он по-прежнему стоит посреди комнаты, словно статуя, излучая силу и властность.

Подхожу к нему и выдавливаю небольшое количество мази на ладонь. Холодный крем касается его кожи, и он вздрагивает. Начинаю осторожно втирать мазь в его ягодицы.

Мои движения неуверенные, дрожащие. Каждое прикосновение вызывает волну мурашек по всему телу. Чувствую, как его взгляд прожигает меня. Он наблюдает за мной, словно хищник за жертвой.

Тишина становится невыносимой, ее нарушает лишь наше сбивчивое дыхание. Закончив с ягодицами, робко поднимаю глаза на него.

– Дальше, – коротко приказывает он. Я опускаю взгляд и продолжаю свою унизительную задачу, стараясь ни о чем не думать.

Опускаюсь на корточки и наношу мазь на заднюю поверхность его бедер. Мышцы под моими пальцами напряжены, словно стальные канаты. Кажется, он сдерживает себя, чтобы не издать ни звука, но я чувствую его внутреннее напряжение. Он – воплощение силы и доминирования, а я – лишь инструмент в его руках, исполняющий его волю.

Закончив с бедрами, замираю, ожидая следующего указания. Сердце бешено колотится в груди, готовое вырваться наружу.

Поднимаю взгляд и вижу, что он пристально смотрит на меня, словно оценивая. В его глазах нет ни сочувствия, ни жалости, лишь холодный расчет и властное желание.

– Спереди, – произносит он, и волна жара и стыда пронзает мое тело. Я опускаю глаза и делаю глубокий вдох, стараясь успокоиться. Медленно поднимаюсь и выдавливаю дрожащей рукой еще порцию мази на ладонь.

Подхожу ближе, стараясь не смотреть на его пах. Холодный крем касается его живота, и он невольно вздрагивает, от чего мои пальцы мимолетно касаются пульсирующей, налитой кровью головки. Резко одёргиваю руку, прикрывая глаза. Дыхание сбивается, и, чтобы не выдать себя, замираю, стараясь не дышать.

– Продолжай, – хрипит он, и этот звук прожигает меня насквозь.

Сделав глубокий вдох, начинаю осторожно втирать мазь, избегая повторных прикосновений. Движения становятся более уверенными, но сердце по-прежнему колотится, словно птица в клетке.

Я чувствую его близость, его запах, его силу, и это сводит меня с ума. Закончив с животом, поднимаю взгляд и встречаюсь с его взглядом, полным нескрываемого желания.