Глава 9_ Варя

Дом Амира Дамировича потрясающий. Горизонтальные линии преобладают, повторяя контуры окружающего ландшафта. Широкая выступающая крыша словно парит над домом, защищая от палящего солнца и непогоды. Фасад облицован натуральным камнем песчаного оттенка. Окна, огромные, во всю стену, стирают грань между внутренним и внешним пространством, впуская в дом щедрый свет и живописные виды.

А самое потрясающее – это терраса. Она простирается вдоль всего фасада, а по периметру тянутся геометрические клумбы. Летом, наверняка, в них высаживают разнообразные цветы. Мебель из натурального дерева, плетеные кресла-качалки, диванчики с мягкими подушками.

– Дом с сигнализации снял. Можете проходить, – голос водителя отрывает меня от разглядывания.

– Хорошо, – шепчу, качая головой.

Поднимаюсь по ступенькам и слышу, как машина начинает отъезжать от дома. Обернувшись, провожаю её взглядом, и как только мышеловка захлопывается, захожу в дом.

На первом этаже просторная гостиная, которая объединена с кухней. Кухня расположена вдоль панорамного окна и дополнена островной частью. Обеденная зона находится между кухней и гостиной и служит своеобразным переходным пространством от одной части большой комнаты к другой. В гостиной установлен камин, над которым висит телевизор, а напротив него – огромный угловой диван.

Ещё на первом этаже тренажерный зал с бассейном, кабинет и две пустые комнаты. Я так понимаю, это гостевые спальни.

На втором этаже четыре спальни со своей гардеробной и ванной. Но только одна из них, самая большая, была жилой, видимо, это комната хозяина дома. В ней стоит огромная кровать и две прикроватные тумбочки.

– Отлично, и где же мне спать? – топаю ногой, осматриваясь по сторонам, словно из ниоткуда появится хотя бы софа.

Подхватив сумку, захожу в ванную. Ванная комната оказалась под стать спальне – просторная, с джакузи, душевой кабиной и двумя раковинами. Зеркало над раковинами отражало мое растерянное лицо. Да, шикарно, конечно. Но где, черт возьми, мне спать?

– Ладно, с этим разберёмся позже, – достаю из сумки баночку с кровью, проделываю задуманное и выхожу из ванной.

Снова окидываю взглядом спальню. Может, в гардеробной? Открыв дверь, замечаю забитые полки мужской одеждой. Дорогой, несомненно. Костюмы, рубашки, галстуки – все аккуратно развешано. Ни намека на подушку или одеяло. Чёрт!

Развернувшись, выбегаю из спальни, как из преисподней.

– Зачем ему такой огромный пустой дом? – бубню, спускаясь по лестнице.

В гостиной падаю на диван, утопая в мягких подушках. Камин, холодный и молчаливый, словно намекает на одиночество, царящее в этом доме. Большой телевизор на стене казался чужеродным элементом в этом царстве минимализма.

Притягиваю к себе пальто, которое кинула на диван, когда зашла в дом, и достаю сотовый.

– Ты уже приехала? – спрашивает Поля, как только отвечает на звонок.

– Да, – отвечаю, прикрывая глаза.

– Он дома?

– Нет. Я пока одна, – выдыхаю с облегчением.

– Варь, пиши мне. Я очень переживаю.

– Ладно, – нехотя отвечаю. Раньше нужно было переживать.

В животе предательски заурчало. На кухне я нахожу лишь несколько фруктов и бутылку минеральной воды. Съедаю яблоко, запиваю его прохладной водой и наблюдаю за тем, как солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в багряные и золотые оттенки.

В доме постепенно темнеет, и я начинаю ощущать тревогу. Тишина давит на уши, каждый шорох кажется подозрительным. Включаю телевизор, чувствую себя немного спокойнее.

В конце концов, сворачиваюсь калачиком на диване и пытаюсь заснуть. Но мысли о хозяине этого странного дома не дают мне покоя.

Внезапный хлопок двери вырывает меня из сна, пугая до мурашек. Сердце колотится в груди, словно птица в клетке. Сколько я проспала? Услышав медленные шаги, подскакиваю с дивана и судорожно натягиваю рукава водолазки на ладони, прихватывая их пальцами.

В гостиную не спеша скользит чёрная тень, становясь всё больше при приближении. В полумраке не сразу удается разглядеть очертания фигуры. Замираю, боясь пошевелиться, словно мышь перед удавом.

Теперь я вижу его. Высокий, широкоплечий, в чёрном пальто, которое идеально сидит на его мускулистой фигуре. Его взгляд пристальный и изучающий. Он молчит, и это молчание давит еще сильнее, чем тишина всего дома.

– Привыкаешь? – его голос низкий, бархатный, с едва уловимой угрозой. От него по коже бегут мурашки, и я невольно съеживаюсь.

– Стараюсь, – выдыхаю, пытаясь придать голосу твердость, но выходит лишь жалкий писк.

Он усмехается, и этот звук эхом разносится по гостиной. Он делает шаг вперед, и я инстинктивно отступаю назад, упираясь ногами в диван.

– Старайся лучше, – произносит он, и в его голосе слышится сталь.

С каждым его шагом я чувствую терпкий запах с примесью грейпфрута и чего-то неуловимо знакомого. Он обволакивает, заполняет собой все пространство, заставляя дрожать еще сильнее.

Он останавливается в паре шагов от меня, возвышаясь, словно темная скала. В его глазах пляшут тени, и я не могу понять, что в них отражается: гнев, презрение или… интерес? Я чувствую себя мышкой, попавшей в когти хищника, и не знаю, как вырваться из этой ловушки. Мой разум лихорадочно ищет выход, но находит лишь тупик.

Молчание затягивается, и я чувствую, как пот скатывается по спине. Он смотрит на меня, словно сканирует, пытаясь проникнуть в самую душу. И мне кажется, что ему это удается. Я чувствую себя обнаженной под этим взглядом, беззащитной и уязвимой.

Неожиданно он протягивает руку и касается моего лица. Его пальцы холодные, словно лед, но от этого прикосновения меня словно прошибает током. Я вздрагиваю и смотрю на него снизу вверх.

– Ты очень красивая, – шепчет он, и его голос звучит уже не так жестко, как раньше. – Но красота – это лишь маска. Что скрывается под ней?

Я не успеваю ответить, как он отдергивает руку и отворачивается, направляясь к лестнице. А я остаюсь стоять на месте, не в силах пошевелиться. Его слова эхом отдаются в моей голове, заставляя задуматься о том, кто я на самом деле.

Буквально через двадцать минут он спускается в гостиную, успев принять душ и переодеться в серые домашние штаны и белую футболку, которая обтягивает каждый мускул.

Он молча проходит мимо, направляясь к кухне. Достаёт из холодильника бутылку воды, откручивает крышку и делает несколько глотков. Я так и продолжаю стоять на месте, боясь пошевелиться. Мне нужно собраться с мыслями и понять, как себя вести дальше.

– Ты порезалась? – спрашивает он, облокачиваясь бёдрами о столешницу.

– Нет, – кручу головой. – С чего вы взяли?

– На ободке унитаза была кровь.

– Вот чёрт, – запускаю пальцы в волосы и начинаю почёсывать затылок. – Я даже не заметила.

– Что, порезалась?

– Нет. У меня… женские дни, – произношу, опуская взгляд вниз, и начинаю рассматривать свои белоснежные носки. – Это, видимо, произошло, когда я…

– Достаточно, – усмехается он. Оттолкнувшись от столешницы, идёт к лестнице.

– Где мне спать? – задаю самый волнующий меня на сегодня вопрос.

– Как ты уже успела заметить, выбор у тебя не большой, – произносит он с усмешкой, останавливаясь у лестницы.

– А есть подушка и одеяло?

– Есть, – улыбается.

– Где?

– В моей кровати, – приподнимает бровь.

В груди что-то болезненно сжимается. Я знала, что другого ответа не последует, но надежда, глупая и упрямая, жила во мне до последнего. Кажется, он наслаждался моей растерянностью, тем, как я пытаюсь подобрать слова, чтобы возразить, но в итоге молчу.

Он стоит на ступеньках, слегка наклонив голову, наблюдая за моей реакцией. В его глазах играет темный огонек, обещающий далеко не самые приятные последствия.

Стараюсь сохранить видимое спокойствие. Ничего другого и не стоило ожидать. Поднимаю подбородок, стараясь придать лицу выражение безразличия.

– Что ж, спасибо, что дали время привыкнуть к вам, – произношу я, стараясь, чтобы в голосе не звучала дрожь. Развернувшись, опускаюсь на диван.

– Ты правда думаешь, что буду тебя принуждать? – прозвучал его голос у меня за спиной.

– А у меня есть выбор? – тихо спрашиваю, не поворачиваясь.

–Всегда есть выбор, – говорит он, словно отвечая на все мои вопросы. – Вопрос в том, насколько ты готова заплатить за свой комфорт.