Глава 41

Леся разбирала вещи в своей комнате и все волновалась, что Миша придет узнать, как прошла поездка. После того, как она побывала в объятиях Руслана, ей было противно даже думать о том, что муж снова будет ходить по ее комнате, словно хозяин. Будет предъявлять свои права, ведь согласие Олеси купил его отец, и теперь она никуда не денется.

Михаил пришел поздним вечером. Тихо поднялся в комнату, приоткрыл дверь.

Тимурчик уже спал у Леси на кровати, а она сама сидела перед зеркалом в одном халате и задумчиво расчесывала волосы.

— Привет, — тихо шепнул Миша и осторожно сел на край кровати. — Как прошла поездка?

— Никак. Нас отказались принять, — солгала Леся. — Я ничего не смогла сделать.

— То есть, ты потратила кучу денег впустую? — раздраженно приподнял бровь муж.

— Получается, что так, — она избегала смотреть ему в глаза. Просто не могла.

— Отлично! — всплеснул руками Михаил. — Покаталась по Москве в свое удовольствие и вернулась домой ни с чем!

— Возможно, я действительно получила от поездки удовольствие, — медленно проговорила Леся. — А ты мог бы поехать со мной!

— Мне, по-твоему, заняться больше нечем? У нас ресторан на грани банкротства!

Мне сейчас не до развлекательных поездок!

— В том, что ресторан на грани банкротства, виноват только ты один! Когда бизнес контролировала я, он процветал! То, чем ты там занимаешься вместо работы, никак не ведет к привлечению новых клиентов!

— Да, давай, начинай обвинять меня! Кто замкнулся на ребенке и забросил наши отношения?!

— А что мне оставалось делать?! Бросить его?! Тимурчик наш сын, Миша! Нет ничего важнее его состояния! Мое желание поставить его на ноги никак не оправдывает твое скотство и измены!

Муж вспыхнул, но не нашелся, чем ответить.

— То есть, на перемирие идти ты не собираешься, — сквозь зубы процедил он.

— А что ты сделал для того, чтобы загладить свою вину?! Попросил прощения?! Ты даже ни разу не позвонил мне, пока я была в Москве!

— Говорю же, я был занят в ресторане! У нас серьезные проблемы!

— Настолько серьезные, что они важнее родного сына и его здоровья?

— Ты просто непробиваема! Зациклилась на одном и том же, и не видишь ничего вокруг!

— Да мне плевать на твои проблемы! Расскажи о них шлюхам, которые удовлетворяют тебя в бухгалтерии!

Михаил резко поднялся. С яростью посмотрел на жену. Кулаки сжимались и разжимались. Она знала, ему очень хочется ударить ее. Чтобы заткнулась и не говорила такую некрасивую правду.

— Давай, Миш. Ударь меня еще раз! Прямо здесь, в доме у родителей!

— Сука, как же ты меня бесишь! — схватив ее за волосы, прошипел он. — Хочешь спровоцировать?!

— Нет! Хочу, чтобы ты убрался из моей жизни! — бесстрашно заглянула в синие глаза она. — А денег на операцию сыну я и через социальные сети соберу! Есть организации, которые помогают нуждающимся в средствах!

— Не дождешься, тварь. Я всегда буду рядом, и очень скоро твоя жизнь станет невыносимой! — он дернул ее еще сильнее, а потом резко отпустил и вышел, громко хлопнув дверью.

Голова запрокинулась, на глазах выступили слезы. Леся судорожно сглотнула. Ее трясло. Нет, она никогда не привыкнет к жестокому обращению. Пора начинать бракоразводный процесс.

Утром ее и сына разбудил звонок сотового телефона. Номер высветился незнакомый, но она инстинктивно почувствовала, что это Руслан. Подскочила на постели, нажала кнопку «принять вызов».

— Привет, родная, — такой родной голос с легкой хрипотцой в трубке. По коже сразу побежали мурашки. — Как дела?

— Я так рада тебя слышать… — на глаза снова навернулись слезы, на этот раз от радости.

— Я тоже. Безумно хочу тебя увидеть. Крепко прижать к себе и больше никогда не отпускать… Скажи, ты виделась с мужем?

— Да. Мы повздорили. Впрочем, как и всегда… Ресторан на грани банкротства.

— Я знаю. Сегодня в ресторан нагрянет инспекция. Кстати, костромские следователи очень живо заинтересовались тем происшествием в ресторане, когда твоего мужа застали рядом с рассыпанным кокаином. Думаю, Михаила выпустили совсем ненадолго.

— Мне все равно, как он будет выкручиваться перед следователями, Руслан! Я подам документы на развод. И плевать, что со мной сделает его отец за невыполнение договоренностей! Я продам машину и верну ему все потраченные на поездку в Москву деньги!

— Не горячись, Леся. Завтра утром я пришлю тебе своего адвоката. В суд пойдешь только с ним.

— Хорошо… — она сжала сотовый телефон и почувствовала, как тело дрожит от напряжения. — Я устала, Руслан. Я никогда не думала, что мне придется одной биться за здоровье ребенка и попутно отбиваться от собственного мужа!

— Как же я хочу поскорее забрать тебя отсюда, Леся!.. Ну, ничего, постараемся провернуть дело с разводом как можно быстрее. Думаю, Михаил не станет упираться.

— Мне плевать на Мишу! После всего, что он натворил, я не хочу иметь с ним ничего общего. И я хочу увидеть тебя, Руслан. Где ты остановился? Я могу приехать к тебе сегодня?

— Конечно, можешь… — его голос смягчился, и она почувствовала, как он улыбается на другом конце провода.

Понимая, что предлагая Руслану встретиться, уже в открытую изменяет мужу, Леся ничего не могла с собой поделать. Они с Русланом так долго прожили друг без друга, что теперь она не могла дождаться, когда снова окажется в его объятиях. Он был нужен ей, как никогда раньше. Ей казалось, она задохнется, если не увидится с ним снова.

К вечеру стало известно, что Михаила повторно арестовали за хранение наркотиков. Удивительно, он настолько привык к собственной безнаказанности, что не потрудился замести следы после того, как его выпустили. Следователь на этот раз попался резкий и жесткий, из центрального управления, не терпящий никаких пререканий и панибратства с местным криминалом. Мишу не отпустили под залог и категорически отказались идти на сделки с его отцом.

Воронцовы, напуганные неожиданным поворотом сюжета не в их пользу, не знали, что и думать.

Еще через пару дней под руководством опытного адвоката Олеся подала документы на развод.

Спустя две недели после ареста Михаила к Воронцову-старшему нагрянул адвокат, занимающийся делом о разводе.

— Если ваш сын незамедлительно подпишет документы, касающиеся его отношений с женой, следователь из центрального управления будет снисходительнее, — вальяжно развалившись в коричневом кожаном кресле, протянул бумаги Евгению Валентиновичу он.

— Насколько снисходительнее? — придавленный со всех сторон, прохрипел отец.

— Настолько, что даже позволит ему оказаться на свободе. До следующей оказии с наркотиками, разумеется, — поблескивая оправой дорогих очков, ухмыльнулся адвокат. — Но тут уже от нас ничего не зависит. Сами контролируйте своего отпрыска.

— Когда его отпустят?

— Сразу же после того, как он поставит свою подпись на документах.

— Так чего мы медлим? Поехали в СИЗО!

— Как вам будет угодно.

Олеся никак не могла поверить своему счастью — Миша вдруг подписал все документы! Переполняемая чувствами, она порхала по комнате, напевая себе под нос какую-то песню. На миг останавливалась, чтобы погладить нежные орхидеи, которыми был заставлен весь подоконник, а потом, снова прижимая руки к сердцу, медленно таяла от счастья. Она свободна! Свободна от жуткого брака, который давил на нее на протяжении четырех лет. А главное, вечером за ней наконец приедет Руслан, и они вместе с Тимуром отправятся в Астану, в ее любимый дом, который она когда-то мысленно назвала храмом стекла и света.

Почти все вещи уже были собраны, два объемных чемодана стояли у двери.

Руслан сказал, что Лесе ни к чему везти за собой много вещей — он все равно купит ей и Тимуру новые. Еще он сказал, что в комнате напротив их общей спальни вчера установили детскую, оформленную в соответствии с потребностями и интересами сына, и это тоже радовало Олесю до слез.

Сегодня вечером все в доме ждали появления Руслана.

Мариса приготовила праздничный ужин в честь отъезда. Правда, на ужин собрались только мачеха и отец. Игорь переехал к жене и дочери, и категорически отказался от общения с сестрой. Леся даже не расстроилась. Она тоже никак не могла его простить. Игорь знал, как жестоко Миша поступил с Русланом, и не сделал ничего, чтобы остановить его. Ему было проще предать сестру, чем перестать плясать под дудку лучшего друга. А теперь, когда Руслан был официально приглашен на ужин к родителям Леси, Игорь просто сбежал из дома.

Впрочем, этим он тоже никого не удивил.

— Леся! — крикнула у лестницы Мариса. — Иди сюда, Леся! Я никак не могу решить, какие тарелки лучше достать. Мы же будем принимать у себя миллионера, Леся! Боже, за что мне такое наказание… Как бы я не старалась, мы не сможем выглядеть в его глазах достойно.

— Что за глупости, мам? Нам ни к чему пускать пыль в глаза. Руслан знает меня слишком хорошо для того, чтобы я притворялась перед ним, — улыбаясь, спустилась вниз Олеся. По случаю прихода Руслана она принарядилась. Ситцевая рубашка с широкими рукавами цвета спелого миндаля выгодно оттеняла цвет глаз, а выбеленные джинсы подчеркивали стройность и привлекательность.

Папа с Тимуром тихо сидели на диване в холле и что-то собирали. На миг сердце сжалось от грусти — папа больше никогда не будет сидеть с Тимой на этом диване.

Они уезжают.

Леся присела рядом с отцом.

— Мне будет не хватать тебя, пап.

— Глупости, дочка! Мы сможем перезваниваться, а на новый год обязательно приедем к вам погостить. Сейчас самое главное — добиться операции для Тимы.

Чтобы он пошел на поправку и начал твердо ходить двумя ножками.

— Это верно. Даже не знаю, что бы со мной сейчас было, если бы я не столкнулась с Русланом в Москве.

Раздался звонок в дверь.

— Я открою, — поспешила к дверям Олеся.

Руслан стоял на пороге с огромным букетом белоснежных роз и бутылкой сухого вина в руках. Светлая рубашка-поло, мягкие брюки из твида — образ легкости и практичности, присущий только ему одному. Голубые глаза горели радостью встречи.

— Привет! — Леся заулыбалась, потянулась, чмокнула его в гладко выбритую щеку.

Взяла за руку и потянула за собой в холл.

— Папа, познакомься, это Руслан.

— Очень приятно, молодой человек, мы много о вас наслышаны… — папа крепко пожал Руслану руку. — Спасибо за помощь Тимуру.

Из кухни вышла Мариса. Руслан протянул ей букет роз и бутылку сухого вина.

— Подарок хозяйке дома, — улыбаясь, проговорил он. — И еще у меня есть подарок для вашей дочери. Я могу преподнести его ей, пока все здесь?

— Подарок? — приподняла тонкую бровь Леся. — Разве ты мало сделал для меня подарков за последние три недели?

— Ну, без этого подарка я просто не смогу увезти тебя в Астану, — он усмехнулся, полез в карман брюк и достал оттуда золотистую бархатную коробочку. Улыбаясь, опустился на одно колено перед любимой.

— Моя маленькая леди, я очень хочу, чтобы ты поскорее стала моей женой. Ты выйдешь за меня замуж?

— Конечно, — все это уже было оговорено заранее, но Леся все равно не смогла сдержать слезы. Кинулась Руслану на шею. Он надел кольцо ей ан палец, поднялсяс пола и только тогда крепко поцеловал свою невесту.

Никто не заметил, как маленький Тимур слез с дивана и проковылял к матери.

— Доктор, — внимательно посмотрев на Руслана, проговорил мальчик. — Ты — доктор.

— Нет… Я не доктор, — смутившись, попытался протестовать тот.

— Доктор, — уверенно кивнул Тима, и все рассмеялись.

— К сожалению или к счастью, но вместе с моей дочерью вам достанется и ее сын, — вытирая глаза, сказал отец.

— Это к счастью, — Руслан погладил мальчика по черным волосикам. — Мне очень не хватает большой, дружной семьи. Малыш никогда не будет лишним в нашем доме.

— Давайте же к столу! — всплеснула руками Мариса. — Ужин давно остывает!

За столом разговоры не умолкали. Руслан умел поддержать беседу с родителями Леси, и ей даже не пришло ни разу сглаживать неловкие паузы. Их просто не возникало.

Ужин пролетел, словно один миг. Пришло время прощаться. Руслан понес дорожные сумки невесты в прибывшее такси. Леся со слезами на глазах в последний раз посмотрела на родительский дом. На мгновение стало жаль, что с Мишей они так плохо расстались.

— Пап… Передай Мише, что если он захочет навестить сына, наш дом в Астане для этого всегда открыт.

— Леся, горбатого могила исправит! Вот увидишь, он даже не вспомнит о вас.

Хотел бы сохранить семью, делал бы что-то для сына. А так…

— И все же, я бы хотела, чтобы у Тимы был родной отец, — покачала головой она.

Вошел Руслан. Отец крепко обнял Лесю, прижал ее к себе.

Подошла Мариса, подняла на руки Тиму. На мгновение прижала его к груди и передала матери. Все четверо крепко обнялись, и Леся с мальчиком на руках шагнула к выходу.

Руслан помог ей сесть в такси. Сел вперед, и машина тронулась с места.

Родители все стояли у ворот, до тех пор, пока Леся и Тимур не скрылись за поворотом. Их дочь начинала жизнь с чистого листа.