Глава 36

Если внутри Валениума еще хоть как-то сохранилась цивилизация, то за его пределами царил сплошной хаос и пустота. Разрушенные города утопали в обледенелых железобетонных руинах. Ничего живого не осталось на планете, включая нас. Если Высшие существуют, то, увидев этот крах, сразу поймут, что сохранять здесь нечего. И тогда мы застынем вместе с глыбами навсегда. Чего мы добьемся, если переждем истребление в бункере? Выйдем на поверхность и разведем руками? Чем будем питаться? Как будем жить дальше?

Меня постоянно терзали вопросы, на которые я не могла найти ответов. А тем временем вайралет завис над одной из развалин, и Ардан открыл шлюз вместе с выдвижной лестницей.

– Прилетели, господа, – объявил он.

На землю я спустилась первой, следом за мной Трент и остальные. Похоже, мы стояли на руинах некогда шикарного особняка. Это стало понятно по обломкам дорогой утвари, разбросанной по периметру.

– Ждите здесь. Я спрячу вайралет.

Ардан улетел, и мы принялись поднимать куски стен в поисках входа в бункер. Казалось, каждый из нас подумал о том, что если сейчас мы его найдем, то вампиру придется сразиться с Высшими, благородно спасая свой народ. Но посол вернулся слишком быстро, махнул рукой и повел нас к соседним развалинам. Мы с Трентом переглянулись. Оборотень заулыбался и покачал головой, взглядом указывая на Ардана. Да уж! Редкий экземпляр даже для вампира. Все просчитано до мелочей.

Откинув в сторону лишь одну плиту, нашему взору явился большой круглый люк. Ардан склонился над ним так, что из-за его спины не было видно, какую комбинацию цифр он набирает на циферблате. Из люка выдвинулась металлическая ручка. Вампир провернул ее два раза по часовой стрелке, и дверь в бункер со скрежетом отодвинулась. Теперь уже мы все склонились над черной, довольно узкой, дырой. Я заметила лестницу, состоящую из прутьев, приделанных к боковине тоннеля.

– Прошу, – протянул мне руку Ардан.

– Я пойду последней.

Вампир ухмыльнулся и начал спускаться вниз. За ним Этне с Ойсином. А вот Трент смотрел в тоннель и не решался сделать шаг вперед.

– Чего ты ждешь? – прошептала я.

– Мэл, мы еще можем передумать.

Я огляделась по сторонам, с печалью осматривая руины. Даже если отказаться и уйти. Куда идти? Обратно в Валениум?

А если просто бежать? Мы ведь уже выживали в нереальных условиях. Не с тем успехом, как хотелось, конечно, но если еще раз попытать счастье? Сейчас я готова была на любой исход этой вылазки. Посмотрела в фиолетовые глаза оборотня и застыла на месте с немым вопросом на устах. Пусть Трент решает, как поступить. Я вспомнила, как он управлял целой бандой, которая ни в чем не нуждалась даже в те времена, когда это было невозможно. Я смотрела на него и понимала, что он знает, как нам выйти сухими из воды. Уже в который раз я вручала свою жизнь в его руки и знала, что она будет надежно укрыта от бед. Даже Ардан, обладая властью и мощью, не мог дать мне такой уверенности в завтрашнем дне.

– Чего ты хочешь? Как чувствуешь? Я пойду за тобой, – проговорила я вкрадчиво и тихо.

В ответ Трент подмигнул мне и прикусил губу. Посмотрел на дыру, ведущую в бункер, а потом захлопнул крышку и пальцем указал вперед, в темную неизвестность.

– Беги, Мэл! Беги так, как никогда! Беги вперед, а я не буду отставать!

И я понеслась, словно вихрь, на пределе своих сил, не замечая ничего вокруг. Только пустошь впереди, только я одна наедине с холодом и сумраком планеты. Никогда еще не чувствовала себя настолько свободной, будто вырвалась из тюрьмы, из которой невозможно сбежать. Будто оставила позади пожизненный срок и расправила крылья, паря над мертвым миром и ощущая себя живее всех живых. Пусть мое сердце не билось в груди, но я точно знала – оно наполнено любовью и безграничной свободой, что она несла.

Обернувшись, я поняла, что Трента нет. Замешкалась и врезалась в объятия оборотня, который умудрился незаметно меня обогнать. Со смехом мы кубарем покатились на землю, разбивая телами ее лед. Оборотень остановил наше скольжение, нависнув сверху, уложив меня на лопатки. Его глаза блестели так ярко, как звезды на небе, меняя все мое представление о статичности и матовости мира. Я видела каждую мимическую морщинку его божественно красивого лица. Оно казалось мне идеальным, без единого изъяна, вызывая трепет внутри от трогательных ямочек на щеках. Никогда образ смазливого мальчишки не вязался с его дерзким характером. Подумать только! Меня прижимал к себе парень, который всегда казался недосягаемой кометой. Он касался моих губ, и я млела под его напором и страстью. Прикрыла глаза от удовольствия, стараясь всеми фибрами души почувствовать наслаждение и окунуться в забвение. Я перестала думать обо всем на свете в его крепких объятиях. Вот оно счастье, о котором так долго мечтала. Ардан бы не смог мне его дать.

Стоило вспомнить о вампире, как Трент медленно отстранился и шепнул:

– Надо идти дальше. Курчавый наверняка уже идет за тобой следом.

Я привстала на локтях и посмотрела поверх спины оборотня. Погони не наблюдалось, но это ненадолго. Я так же, как и Трент была уверена в том, что Ардан так просто меня не отпустит.

Трент подхватил меня на руки и аккуратно поставил на землю.

– Бежим? Надо найти укрытие.

Я кивнула, игриво ему улыбнулась и сорвалась с места, не сдерживая возможностей тела новообращенного вампира. Каждый раз, когда оборотень с легкостью меня обгонял, я удивлялась его скорости и мощи. Укус Ойсина сотворил с Трентом невозможное, объединив два враждующих вида в одном организме. Как Ардан мог позволить свершиться подобному? Зачем он создал существо, превосходящее его самого? Что-то здесь не так. Посол не мог просчитаться. Я мало знала Ардана, но за то время, что прожила с ним бок о бок, поняла главное – вампир умен и опасен. Пока я буду жить на этой планете, он никогда от меня не отстанет. Появление Трента подогрело в нем дух игрока. Он захочет победить любой ценой и получить трофей в моем лице. Нельзя этого допустить! Пусть сейчас я совершенно не знала, что делать дальше и как выпутаться из клубка, сплетенного вампиром, но верила, что мы с Трентом найдем выход. А сейчас мне просто хотелось отпустить эту ситуацию и наслаждаться близостью с любимым.

Заброшенная хижина у подножия заледенелого озера, как нельзя лучше подходила для того, чтобы расслабиться. Остановиться и поговорить с оборотнем без спешки, как раньше, когда нам никто не мог помешать, как в госпитале.

Я указала пальцем в сторону хижины, и Трент одобрил мой выбор улыбкой. Дверь была выбита вандалами еще до обледенения планеты. Она валялась на пороге, припорошенная снегом. Внутри я ожидала увидеть хаос и разрушение, но нас встретило пустое совершенно безжизненное помещение без мебели и окон. Дощатый пол покрылся коркой льда, а от кровати остался лишь затвердевший матрац, рассыпающийся при прикосновении. Крыша прохудилась, пропуская через дыры темноту звездного неба. Я опустилась на пол, прижимаясь спиной к стене, с улыбкой наблюдая, как Трент сооружает из обломков подобие двери, но ничего у него так и не вышло. Мне нравилось наше временное убежище таким, как оно есть.

Оборотень присел со мной рядом и обнял за плечи. Я опустила голову, прижимаясь к его груди, и прошептала:

– Хижина напомнила мне о доме у озера, куда мы ездили с отцом отдыхать. Рыбачили и плавали. Мне так хочется вспомнить те ощущения, которые испытывала, погружаясь в прохладную воду.

– Знаешь, Мэл, я тоже всегда любил плавать. Обещаю, придет то время, когда мы войдем в воду и вновь ощутим, как нежно она обволакивает тело.

– Так и будет. Когда-нибудь, – зажмурила я глаза, пытаясь представить эту сцену в голове. Стало так блаженно и хорошо, что все тревожные мысли улетучились.

Трент находился так близко, что тело отреагировало волной странного жара. Я посмотрела на него, любуясь необычным цветом глаз. Он тоже не сводил с меня взгляда, осматривая с ног до головы, будто видел впервые. Я чувствовала, как между нами метались искры, но боялась их, словно дневного света. Здесь совсем не место для откровенных разговоров и объятий – всего лишь заброшенная хижина. Не место для поцелуев и ласк, но нас тянуло друг к другу магнитом. Я даже не поняла, когда успела положить руку на его колено и прислониться головой к плечу. Трент обвил мою талию рукой, и я утонула в горячих объятиях. Мир переставал существовать. Мы находились в крохотном помещении, где кроме стен и старого матраца на полу ничего не было. Оборотень взял меня на руки и уложил рядом с собой.

Мы лежали так близко друг другу, как никогда. Наконец одни. Наконец вдвоем. Рядом ни единой души. Я заворожено смотрела в необъятные глаза оборотня и утопала в темном блестящем омуте. Он прижимал меня к себе одной рукой, а другой гладил по волосам, плавно, будто невзначай, касаясь кончиками пальцев шеи. От нежных прикосновений я ощущала странную дрожь во всем теле и с каждым поглаживанием все сильнее выгибалась дугой ему навстречу. Прикрыла глаза, отдавая себя в руки мужчины, о котором мечтала столько лет.

Я не ощущала от него дикого напора, к которому привыкла в постели с Арданом. Трент дарил мне настоящую нежность и ласку. Такую обволакивающую и поглощающую любовь, что хотелось ликовать от радости. Я больше не чувствовала себя мертвой оболочкой искалеченной души. Я жила каждой клеточкой своего тела. Только Трент мог воскресить меня, вдыхая жизнь мягким и сладким поцелуем. Он целовал меня коротко и нежно, не проникая языком вглубь, не заставляя раскрыть стиснутые зубы. Я так привыкла защищать свой рот от наглых вторжений, что привычка осталась до сих пор. Но сегодня я хотела поджечь стереотипы, выработанные Арданом. Я хотела начать заново, оставляя далеко позади все то дерьмо, что окружало меня каждую секунду моей никчемной жизни.

Я обхватила его шею руками и облизнула теплые и мягкие губы кончиком языка. Трент обрел силу вампира, но не превратился в ледяную статую. Он так и оставался теплым, мягким, манящим.

Он начал медленно снимать с меня одежду и на меня обрушился шквал ощущений. Коктейль чувственности расползался по венам, приятно обжигая и расслабляя. Я впервые собиралась отдаться мужчине с таким наслаждением. Подарить себя, как в первый раз, который у меня безжалостно украли. Трент был создан для того, чтобы стать моим первым мужчиной, и сейчас я исправляла ошибки судьбы.

Я раздевала его томительно нежно, любуясь идеальным телом. Когда мы избавились от одежды, то снова обнимали друг друга и смотрели в глаза, будто не решаясь продолжить, будто боялись причинить друг другу боль. На секунду замерла, почувствовав твердое упирающееся мне в бок мужское желание. Он хотел меня не меньше, чем я его. Но почему медлил, продолжая вглядываться в глаза?

– Как во сне, – шепнул он, отвечая на мой немой вопрос. – Никак не могу поверить, что ты моя.

Я положила ладонь на его щеку и улыбнулась.

– Теперь так будет всегда.

Смяла его рот требовательным и властным поцелуем, давая понять, что готова на все рядом с ним. Готова всецело отдаваться и подчиняться его рукам. И только тогда Трент осмелел и крепко прижал меня к себе, ощупывая мою спину пальцами, спускаясь все ниже к ягодицам. Я провела ладонью по кубикам на его торсе и издала приглушенный стон. Какой же он сильный, крепкий, сексуальный. Я хотела быть пленницей его рук навсегда. Ноготками провела по его груди и поцеловала в шею. Жаль, что в комнате не было кислорода, и я не могла полной грудью вдохнуть его запах, но помнила аромат леса так четко, что уже наслаждалась этим воспоминанием, как реальностью.

Сознание покидало меня. Я забыла о том, где мы находимся. Весь мир остановился, даря невесомость божественной близости одиноких душ. Это казалось сумасшествием. Безумно приятно сходить с ума вместе с ним.

– Мэл, моя Мэл, – шептал он, как молитву, посасывая мочку моего уха.

И я не удержалась от нового стона. Стона облегчения. Будто моя душа обрела долгожданную свободу. Его тихий голос, урчащий тембр, с которым он произносил мое имя, погружали в страстный жар. Томление между ног перерастало в пожар дикого возбуждения. Такого никогда со мной не происходило. Наваждение, от которого я плыла, таяла, растворялась. Я больше не мертвая статуя. Меня оживил опытный скульптор. Теперь я просто женщина, которая заслужила счастье быть с ним рядом.

Влажным языком он проходился по соскам, которые непривычно покалывали. По телу пробежала волна дрожи. Я томно выдохнула, прикусив губу. Трент подмял меня под себя, нависая сверху. Провел горячей ладонью по ключице, по ложбинке между грудей, по животу, плавно опуская руку ниже. Нежные пальцы касались моих изнывающих от вожделения складочек, но он не погружал их внутрь, лишь дразнил, распаляя внутренний пожар.

Мгновение и Трент вошел в меня сладострастно и медленно. Я поглощала его плоть, словно земля в пересохшей пустыне каплю воды. Я застонала громче прежнего, и он подавил мой стон необузданным, горячим поцелуем. Мы сплелись воедино, начиная безумный страстный танец возбужденных тел. Каждый новый толчок я чувствовала до агонии дрожи. Сотрясалась, не в силах справиться с эмоциями. Трент не отводил пристального взгляда от подернутых туманом глаз, от моих, исторгающих странные звуки, губ. Я проваливалась в черные расширенные зрачки, словно в пучину тьмы. Той приятной тьмы статичного неба над головой, в которое так часто всматривалась. Теперь оно не казалось мне мертвым полотном. Теперь я поняла, почему так любила в него смотреть. Оно напоминало мне глаза оборотня, того кто заполучил сегодня мою душу навсегда. Заполучил то, чего так жадно желал получить Ардан. Но послу всегда доставалась лишь оболочка, поэтому он так бесился, пытаясь меня сломать.

Больше не существовало преград между нами с Трентом и каждый, кто посмеет нас разлучить, будет выглядеть смешно.

Я отдавалась ему страстно и нежно, обхватывая его бедра ногами, пытаясь впитать всю длину и толщину его плоти. Казалось, мы идеально подходили друг другу. Две половинки одного целого. Два ярких цветка в серости бренного мира, который померк на нашем фоне, как никогда.

Я едва не взорвалась от волны дикого оргазма. Закричала так, что сама не узнавала свой голос в этой агонии. Влажные губы Трента тронула улыбка, и он вышел из меня, резко уложив меня на живот. Ворвался в лоно страстно и властно, силой сжимая ягодицы пальцами. Я попятилась ему навстречу, прогибая спину до предела, пытаясь вобрать в себя всего его без остатка. Ухватившись за плечи, он мощно вдалбливался в меня, издавая урчащие стоны наслаждения. Я вторила его звериным звукам. Изнывала от желания поскорее получить новую разрядку.

Трент взял виртуозный, фантастический, настолько быстрый темп, что я только и успевала, что исходить соками. Неугомонный, красивый, сексуальный и дерзкий мужчина! Он мог иметь меня сутки напролет, доставлять истинное удовольствие, но я безумно ждала, когда он исторгнет из себя семя прямо в меня.

Припечатав меня к полу своим крепким телом, он продолжал сладострастную пытку. И я хотела еще и еще. Как игра, в которой должна дойти до финиша любой ценой.

Трент вертел меня, будто куклу, и тело подчинялось, слушалось его во всем. Сверху, сзади, на коленях, боком, стоя. Мы пробовали все, что рисовала фантазия. Наши бессмертные тела не знали усталости и боли, но как только я оседлала его, повернувшись спиной к его лицу, он излился таким продолжительным и бурным оргазмом, что его семя растеклось по полу, выливаясь из меня стремительными потоками.