Глава 2

Неделя после фиаско в «L’Éclat» прошла как в тумане. Катя взяла на работе несколько отгулов, ссылаясь на плохое самочувствие, что было недалеко от истины. Она чувствовала себя опустошенной, выпотрошенной. Дни слились в один серый, тягучий ком: она спала до обеда, бесцельно бродила по квартире, пересматривала старые фильмы и почти не выходила из дома. Телефон разрывался от звонков и сообщений Егора — сначала требовательных, потом умоляющих, потом снова злых. Она не отвечала, но и не блокировала его, испытывая какое-то мазохистское желание видеть, как он бьется в закрытую дверь.

Сегодня был первый день, когда она заставила себя встать и попытаться вернуться к жизни. Время близилось к вечеру. Катя сидела на диване, завернувшись в плед, и смотрела на свое отражение в темном экране ноутбука. Измятая домашняя футболка, растрепанные волосы, потухший взгляд. Унижение больше не было острым, оно превратилось в тупую, ноющую боль где-то в груди.

Звонок домофона прозвучал неожиданно и резко. Катя вздрогнула. Она никого не ждала. Снова настойчивый треск. Поморщившись, она нехотя поднялась.

— Кто? — ее голос был хриплым от долгого молчания.

— Катюха, открывай! Это я, продовольственная инспекция с гуманитарной помощью! — раздался в динамике до боли знакомый, жизнерадостный голос.

Леся.

Катя нажала на кнопку. Сердце предательски екнуло. С одной стороны, она была рада. С другой — ей меньше всего на свете хотелось, чтобы кто-то видел ее в таком состоянии. Особенно Леся, у которой всегда все было хорошо, солнечно и правильно.

Через минуту в дверь позвонили. Щелкнул замок. На пороге, в ореоле света из подъездного окна, стояла Леся. Белокурые волосы сияли золотом, голубые глаза искрились энергией. В руках она держала два больших бумажных пакета, от которых пахло свежей выпечкой и апельсинами.

Она шагнула в темный коридор, и ее обычная улыбка тут же слетела с лица. Она окинула взглядом Катину сгорбленную фигуру, застиранную футболку и темные круги под глазами.

— Так, понятно, — тихо произнесла она, и в ее голосе уже не было прежней беззаботности. — Я чувствовала, что дело плохо. Ты неделю не отвечала на сообщения. Что стряслось? Свидание с твоим «принцем» прошло не по плану?

Катя молча отошла в сторону, пропуская подругу в квартиру. Она чувствовала себя разбитой вазой, которую неумело склеили, и любой неосторожный звук мог заставить ее снова рассыпаться на тысячу осколков.

Леся поставила пакеты на пол, сняла пальто и решительно прошла в гостиную. Она не стала задавать лишних вопросов. Она просто подошла к Кате и крепко ее обняла.

— Тшшш, все хорошо, — шептала она, гладя Катю по спутанным волосам. — Я здесь. Дыши.

И Катя послушалась. Она сделала глубокий, судорожный вдох, вдыхая свежий, морозный запах Лесиных волос, и ее, наконец, прорвало. Она зарыдала — беззвучно, горько, сотрясаясь всем телом в объятиях подруги. Она плакала о своей глупости, о разбитых мечтах, о несправедливости, о своем бесконечном, казалось, одиночестве.

Леся молча держала ее, давая выплеснуть всю боль. И только когда Катины плечи перестали дрожать, она осторожно отстранилась и заглянула ей в глаза.

— Ну что, рассказывай, какому козлу на этот раз посчастливилось увидеть тебя во всей красе? — мягко спросила она, и в уголке ее губ появилась тень знакомой улыбки.

Катя шмыгнула носом и устало махнула рукой в сторону дивана.

— Пойдем, сядем. История длинная и до тошноты банальная.

Они устроились на диване. Леся принесла с кухни стакан воды для Кати и налила себе сок из пакета.

И Катя рассказала. Про идеальный ресторан, про идеального Егора, про свои глупые надежды и про женщину, которая ворвалась в зал и разрушила всю эту картонную декорацию.

— … и самое ужасное, Лесь, — закончила Катя, глядя в пустоту, — что я ей поверила. Сразу. Без единого сомнения. Потому что где-то глубоко внутри я с самого начала знала, что все это — фальшь. Что так не бывает.

— Конечно, не бывает, — кивнула Леся. — Настоящее — оно не такое блестящее. Оно теплое. Иногда колючее. Но оно никогда не рассыпается от одного слова правды. — Она сделала глоток сока. — Я даже рада, что так получилось.

— Что⁈ — Катя удивленно уставилась на подругу. — Рада?

— Ну да. Лучше узнать сейчас, чем через год, с ребенком на руках и его кредитами на шее, — Леся говорила абсолютно серьезно. — Считай, что Вселенная послала тебе очень своевременное предупреждение. Ты избежала большой беды, Катюш.

Слова подруги были до боли логичными. Но от этой логики не становилось легче.

— А что это ты тогда грустишь? — Леся прищурилась. — Ты не очень-то похожа на женщину, счастливо избежавшую катастрофы.

Катя тяжело вздохнула.

— Да я тут подумала… может, хватит? Все эти поиски, свидания, надежды… они никогда не заканчиваются успехом. Каждый раз одно и то же, просто декорации меняются. Я просто хочу жить. Спокойно. Не ждать звонка, не анализировать каждое слово, не наряжаться как на выставку достижений. Хватит с меня. Если суждено быть одной, значит, так тому и быть. Буду сильной и независимой женщиной с сорока кошками.

— Не говори ерунды! — Леся даже стукнула кулачком по дивану. — Тебе всего двадцать четыре года! Вся жизнь впереди. Ты что, хочешь поставить на себе крест из-за одного лощеного придурка?

— Он не один, Лесь. Он просто… последняя капля.

— Все равно, — не унималась Леся. — Это не повод сдаваться. Это повод встряхнуться. И у меня, кажется, есть для этого одна интересная новость. Совершенно случайная, но, возможно, сейчас она очень кстати.

— Какая новость? — насторожилась Катя.

Леся загадочно улыбнулась.

— Ну, помнишь, в школе был такой Виталик Ковалев? Который потом в IT подался? Я на него в профессиональной сети наткнулась, добавила в друзья. А он сегодня пост выложил. Мол, ребята-одноклассники, кто в городе, давайте соберемся в следующую субботу, вспомним былое. Чисто дружеская посиделка, без пафоса.

Катя с сомнением посмотрела на подругу. Встреча выпускников. Сейчас ей меньше всего этого хотелось.

— Лесь, я не хочу. Чтобы что? Прийти одной, как дура?

— А вот тут самое интересное, — в глазах Леси заиграли хитрые огоньки. — В комментариях под этим постом отметилась Наташка Романова, помнишь ее? Она написала: «Отличная идея! Обязательно передам Саше, он тоже будет рад всех видеть!»

Имя. Простое мужское имя. Но для Кати оно прозвучало как удар гонга, вибрации от которого разошлись по всему телу. Леся внимательно наблюдала за ее реакцией.

— Я никуда не пойду, — твердо сказала Катя, но голос ее дрогнул.