Глава 23

Судебный процесс над Егором Ковалевым тянулся несколько месяцев. Это было время изматывающего ожидания, бюрократических процедур и периодических встреч со следователем. Катя научилась воспринимать это как неприятную, но необходимую работу. Она давала показания, отвечала на уточняющие вопросы и каждый раз чувствовала все меньше эмоций, а все больше отстраненности. Егор был для нее уже не источником боли, а просто неприятным воспоминанием, одной из страниц, которую нужно перевернуть.

Все это время Саша был рядом. Он не вмешивался, уважая ее желание пройти этот путь самой, но его молчаливая поддержка была ощутима. Он встречал ее после каждого заседания, привозил ужин, когда она была слишком уставшей, чтобы готовить, или просто сидел рядом, пока она молча смотрела в окно. Он стал ее тихой гаванью.

И вот, спустя почти три месяца с момента его задержания, наступил день финального слушания. Катя сидела в зале суда, рядом с Лесей, и чувствовала, как напряжение достигло своего пика.

Судья зачитывал приговор монотонным, бесцветным голосом. Катя не вслушивалась в юридические формулировки, она просто ждала. Ждала одного, главного слова. И оно прозвучало.

— … признать Ковалева Егора Сергеевича виновным по всем пунктам обвинения в мошенничестве и приговорить его к реальному сроку лишения свободы.

Катя крепко сжала руку Леси. Она не посмотрела на Егора. Ей было все равно, что он чувствует.

— Суд также удовлетворяет все иски потерпевших о возмещении ущерба, — продолжил судья. — Имущество подсудимого будет арестовано и выставлено на продажу для погашения долгов.

Выходя из здания суда, Катя сделала глубокий вдох. Весенний воздух, пахнущий свежестью и молодой листвой, наполнил ее легкие. Она не почувствовала ликования, не почувствовала злорадства. Было лишь глубокое, всепоглощающее спокойствие. Это была не радость мести, а тихое удовлетворение от того, что справедливость, пусть и с опозданием, но восторжествовала. Глава под названием «Егор» была окончательно закрыта.

— Ну что, подруга, поздравляю! — Леся крепко обняла ее. — Этот ублюдок получил по заслугам! Надо отпраздновать!

— Обязательно, — улыбнулась Катя.

Она достала телефон и набрала номер Саши. Он взял трубку после первого гудка, его голос был обеспокоенным.

— Кать? Ну что? Ты в порядке?

— Да, — выдохнула она, и в ее голосе звенела такая неприкрытая легкость, что он тут же понял. — Егор. Его приговорили. И кредит погасят. Все.

На другом конце провода повисла короткая тишина. А потом Саша издал низкий, довольный смешок.

— Ну наконец-то! Я так рад, Кать. Наконец-то этот кошмар закончился. Ты этого заслужила.

— Я знаю, — ответила она. — Теперь точно знаю.

В его словах было столько облегчения за нее, столько гордости и тепла. И Катя чувствовала, что это именно тот человек, с которым она хотела разделить эту победу. Не кто-то, кто жалел бы ее или спасал, а тот, кто понимал ее силу и радовался ее победам, как своим собственным.

В тот вечер Катя чувствовала себя неимоверно свободной. Она больше не была связана ни прошлым, ни призраками обмана. Вкус пепла наконец полностью исчез. Егор был навсегда вычеркнут из ее жизни. Остались только новые горизонты, ее любимая работа и обещание будущего с Сашей, которое теперь казалось ярким и безграничным. Она закрыла глаза, и на ее губах играла тихая, счастливая улыбка.