Глава 10. Яна

Выходные. Их ждут все, от мала и до велика. В выходные принято отдыхать, расслабляться, веселиться. Причем начинать можно прямо с вечера пятницы, никто не осудит. Наоборот, так два дня ничегонеделанья превращаются в неполные три.

Наши выходные начались с празднования. Весь департамент, полный состав детективного агентства "ВалерьЯна", сам Бишполь и Гордон Рединг отправились на грандиозный пикник за город. Закрытое дело Кло требовало не только отпраздновать победу, но и залить вину перед жертвами и их родственниками, ведь преступник оказался из наших. По парку, где организовали застолье, сновали туда-сюда защитники правопорядка. Люди общались, делились впечатлениями и перемывали косточки начальству. А как без этого?

Валерия чинно прогуливалась в месте скопления верхушки Пятого края и активно продвигала идею создания нового ордена инквизиции. Если дословно, то втирала бедным бюрократам и политикам, что мы обречены вырастить еще одного Кло, если не организуем новое подразделение, которое будет неуязвимо для магии иных. Гледшир ее во всем поддерживал, на удивление собственного департамента, а Бишполь прятался по кустам, только завидев черную макушку Линсбрук. Уж с главы департамента защиты Валерия бы не слезла, пока не добилась бы своего. Он это чуял.

Джо все свое время проводил с Руби, помогая ей побороть истощение. Все руки девушки были покрыты ожогами от полыни. Мы нашли того, кто делал ложе из очищающей травы для убийцы. Заметить травмы ранее не получилось бы, ведь Руби все время таскала свои многочисленные браслеты, полностью скрывая кожу от плеча и до запястья.

Что до Влада, то он не отлипал от меня. Нам все еще было противопоказано находиться рядом, но не нашлось желающего это проконтролировать, поэтому вампир просто крепко обнимал меня со спины и что-то напевал себе под нос. Счастье и идиллия. Даже Ричард нашел о чем поговорить со своим сыном, только взял с него слово, что тот ни за что не сдаст его матери. Бедному почившему главе инквизиции хватило брака с Летицией Рединг при жизни. После смерти он хотел покоя.

– Я смотрю на воркующую Валерию и даже не верю, что все это игра, – прошептал мне на ухо Влад, слегка прикусывая мочку. По телу тут же прокатилась волна удовольствия. Повар научился мастерски пользоваться своим очарованием.

– Она не притворяется. Когда рядом ведьмак, у куратора просто нет и шанса остаться серьезной. Просто ты не видел, каким настырным и открытым может быть Вольфган, когда влюблен.

Я положила свои руки поверх мужских и еще крепче стянула их на своей талии. Мне нравилась эта принадлежность. Я чувствовала себя желанной и любимой. Джо больше не всплывал в моих мыслях. Стоило Владу раскрыться, и все, что отталкивало от него, просто исчезло. Мы осознали, что созданы друг для друга. Свое видение возможного будущего я оставила при себе. Пусть это останется моим маленьким секретом.

– А почему этот зеленоглазый ведьмак все время улыбается, когда Валерия называет его своей самой страшной ошибкой в жизни? – Вопрос прозвучал одновременно с несколькими поцелуями в шею, поэтому мыслить здраво было трудно.

– Ты тоже моя самая большая ошибка, – выдохнула, ощущая улыбку вампира кожей.

Вот я и ответила на его вопрос.

– Смотрю, ты обзавелась парнем, Карли?

Я даже не заметила, как к нам подошел Лимакс. Он оставался все таким же противным и склизким, несмотря на произошедшее. Вот кто не менялся никогда. К нам уже спешили Валерия с Гледширом, чтобы отпраздновать всем вместе, поэтому я могла позволить себе немного внимания к следователю.

– Да, это так.

– Надеюсь, это не повлияет на твою работу. Женщин у нас в департаменте и так не жалуют. Начнешь косячить, мигом уволят. – Он криво улыбнулся, вынуждая меня передернуть плечами от неприязни.

– Карли все еще моя подопечная, и со своей работой она справляется прекрасно. – Валерия подоспела как раз вовремя.

– Сказала еще одна женщина. – Новая противная усмешка.

Я переглянулись с куратором, а потом легонько ущипнула своего парня за бок. Сигнал достиг адресата. Влад широко улыбнулся, отпустил меня и сделал шаг в сторону Лимакса.

– Да ладно тебе, друг. Что плохого в женщинах? Без них мы ничто. – И Влад приобнял сородича за плечи. Тот тут же зашипел и вырвался, но этого краткого контакта хватило.

– Кровь у меня! – победно закричал мой парень, отбегая подальше с полным пузырьком красной густой жидкости, который только что вытащил из-за пазухи Саттела.

– Барьер костей! – Я не стала медлить. Стоило моему голосу затихнуть, и заклинание тут же вступило в силу. Я заранее подготовила три возможных места появления Лимакса и захоронила там по десятку скелетов. Вампир как раз стоял в середине одной из ловушек.

Десять скелетов в одночасье поднялись и сформировали сильный, практически непробиваемый некромантский барьер. Для любого другого иного этого было бы достаточно, но остановить Лимакса было сложнее. Мы учли, что Саттел уже мог быть накачан чистой кровью под завязку, когда явился на праздник, поэтому дальше в игру вступал Гледшир.

– Сила земли, воды и света. – Глава приложил обе руки к земле, пропитывая ее своей магией. – Барьер лозы!

Как только ведьмак договорил, под ногами все затряслось, а из-под земли начали появляться тугие побеги лиан. Они крепко оплетали стоящие кольцом скелеты, блокируя Лимаксу не только возможность создавать обычные заклинания, но и любые ведьминские заговоры.

Мы долго пытались понять, что не давало нам покоя во всем этом деле. Первой зацепкой стали слова Валерии о том, что подобный путь более характерен для вампира, чем для оборотня. Получалось, что Кло не подходил под портрет убийцы. Если бы именно он был преступником, то почему выбрал именно кровь в качестве источника энергии? Для других существ чистая человеческая кровь не значила ровным счетом ничего. Стоило нам разобраться в ритуале, который мы нашли в фолианте, все встало на свои места. Сразу за «Кругом сердец» мы обнаружили еще одну пометку на странице с названием «Очищение». Там говорилось, как можно очистить кровь от любой магии и других примесей. Фактически этот ритуал делал из иного чистокровного человека, а их в нашем мире давно не осталось. Сама по себе кровь обычного смертного ничем не ценна, разве что способна лишать антимагических способностей представителей инквизиции. А вот для вампира с непереносимостью крови магов и иных она просто драгоценна.

На примере Влада мы убедились, что он спокойно мог употреблять подобную пищу и при этом развиваться в десятки раз быстрее, чем это происходило с животной кровью. И тогда назрел вопрос: почему Кло пожелал именно такую способность, когда мог попросить у призванного демона что-то посерьезнее?

Ответ напрашивался сам. Наш убийца был вампиром с непереносимостью крови разумных, но при этом скрывал свою слабость. Он должен был быть не слишком силен, замкнут и всегда в тени чьей-то славы. Под это описание подходил всего один иной – Лимакс Саттел.

Нам понадобилась целая неделя, чтобы все разузнать, убедиться в правильных выводах, а потом подготовить и спланировать операцию по нейтрализации особо опасного преступника. Расследование началось с кривого почерка Влада на полях страницы из фолианта. Мы сразу догадались, что дело было нечисто. Когда расспрашивали повара об этих заметках, он ничего не помнил. Причем неважно, что мы спрашивали или говорили, о древней книге и записях на полях Влад был ни сном, ни духом. Тогда мне вспомнился похожий случай с Руби и с охранником архива. По странному стечению обстоятельств инспектор тоже был вампиром. Вспоминая, как не могла его дозваться, поняла, что на охраннике тоже практиковали внушение. Тот, кто вырвал страницу из дела, усыпил мужчину и тихо, без свидетелей, сделал свое темное дело. А единственные, кто способен творить такое с вампирами, это их высшие сородичи – древние. Кло не был древним и не был вампиром. Пазл не сходился уже тогда.

Тогда мы начали рыть дальше и поняли, что Кло до сих пор молчал. Его никак не удавалось разговорить. Прошло четыре дня, прежде чем дознаватели выяснили: бедняге подрезали связки. Мы об этом так бы и не узнали, ведь старший следователь не хотел общаться с теми, кто считал его маньяком, даже письменно, но вмешался Гледшир. Именно он понял, что со здоровьем Аргона что-то было не так.

Что касается Руби, то девочка сознательно молчала. Ей грозило заточение в Кварро за использование темной магии. Если Влада Лимакс заставлял переписывать ритуалы из древней книги с помощью внушения, то Руби осознанно пошла на сотрудничество. Медиум хотела вернуть нюх Джо. Из-за нее он когда-то лишился его, а вампир пообещал, что легко может исправить несовершенство оборотня. Однако бедная Руби не знала, что ей придется убивать, да еще и черномагическими ритуалами. Когда осознала, было поздно. Лимакс уже не отпустил ее, наложив ту самую печать безмолвия, которой владеют только высшие вампиры.

Девушка пыталась дать нам понять, что с ней приключилась беда, поэтому соврала о закрытии салона и перебралась в Лайтхолл, но мы были слишком заняты и ничего не поняли.

С Владом была немного другая история. Как-то раз Лимакс заметил нашего Ричарда в городе, когда умертвие закупало продукты. И все бы ничего, но Саттел оказался именно тем злодеем, что когда-то превратил главу инквизиции в нежить. Уже тогда он пытался найти способ убрать свое несовершенство, но ему нужен был подробный ритуал. Без книги ничего не выходило. Тогда он проследил за Ричардом, убедился, что это именно умертвие Рединга, которого он воскресил тридцать два года назад, и начал строить планы. Нам неизвестно, когда Лимакс повстречал Влада и как давно воздействовал на него, главное, что он добился своего: заставил повара переписать для него нужные ритуалы.

Теперь мы с уверенностью могли сказать, что именно Лимакс Саттел, вампир с изъяном, которого давным-давно выгнали из клана, был нашим убийцей под кодовым названием «Кровавый иней». Все празднество было организовано только для того, чтобы наконец поймать его. На совете Валерия настаивала на казни, причем на месте, поскольку здраво опасалась скрытых способностей следователя. Несмотря на множественные разногласия в прошлом, совет дал добро и назначил экзекутором леди Линсбрук.

Куратор играла важную роль в нашем плане. Именно она, и только она могла нейтрализовать Лимакса раз и навсегда, чтобы этот негодяй не смог манипулировать другими и убивать невинных.

– Хоуп! – В ладонь Валерии лег верный тонкий меч, делая вид детектива не просто внушительным, а величественным. В тот момент я поняла, почему лорда-командора Линсбрук так сильно боялись в свое время. Чудовищная аура, давящая на само естество.

– Вы что творите?! Я жертва! – бился о барьер бывший следователь, но все тщетно. Мы знали правду. – Это был Кло!

– Это был ты! – И костлявый палец Ричарда указал точно в грудь Лимакса. – У старого ведьмака, которого я убил, был ученик. Именно ты был тем, кто воскресил меня через тридцать восемь лет после моей кончины. Тебе нужен был фолиант! Ты обманул Руби и заставил ее убить последнюю девушку, чтобы замкнуть Круг трех сердец. И это ты воспользовался внушением старшего вампира, чтобы управлять Владом!

– Ра-а-а! – в бессилии рычало древнее чудовище, порожденное темной магией. Ему не было места среди нас. За столько десятилетий вражды мы научились сосуществовать, а он нет.

– Виновен. – Приговор. Валерия вынесла его осознанно. Больше никаких ошибок. Все единогласно приняли его.

Рука слегка ушла назад, толчок, и женщина молнией сорвалась с места. Она легко проломила двойной барьер из ведьмовской и некромантской магии, ворвалась в середину и одним точным ударом вонзила острие Хоупа прямо в центр груди Саттела. Она поразила сердце насквозь. Хрип, неверие в глазах и обмякшее тело.

Валерия не промахивается и не щадит. Там некого было жалеть. Приговор исполнили.

С того дня прошел год. Мы все изменились в лучшую сторону. Не повезло только медиуму. Сейчас Руби переживает последствия использования черной магии и ждет своего печального конца. Джо ни на секунду не оставляет ее, исполняя любые желания и поддерживая девушку во всем. Пожалуй, это было самой печальной частью нашей истории.

Мы раскрыли дело, покончив со злом, что преследовало нас из прошлого. Я отомстила за родителей, Ричард за себя, а Валерия просто закрыла очередную страницу в свое прошлое.

Если говорить о нашем бизнесе, то дело процветало. Как только мы сообщили герцогу Ранвису, что его спасителем из детства был не кто иной, как наш Джо, от клиентов было не отбиться. Оборотень в тот страшный день спас не только маленькую Руби, но и маленького Френка Ранвиса. Забавное совпадение.

А виной всему случайность. Наш Джо решил сбрить бороду по желанию Руби и так щеголял по Лайтхоллу несколько дней, когда к нам на огонек заглянул Ранвис. Стоило оборотню открыть дверь, как герцог тут же узнал его и рассыпался в благодарностях, обнимая матерого рыжего волка. По крайней мере, он пытался это сделать.

Все, что оставалось нам с Валерией, это подтвердить, что мы выполнили заказ и нашли спасителя для нашего уважаемого герцога. Мы получили деньги и наплыв клиентов, а Джо путешествие. В оплату долга Френк организовал поездку Руби к целебным источникам на юге, и оборотень не смог отказаться. Это могло продлить жизнь медиума, поэтому мужчина недолго раздумывал.

Ричард остался с Валерией и продолжил служить дворецким. Марта забрала бабушку в Первый край к океану, но обещала навещать детектива. Лайтхолл опустел. Сама же владелица особняка долго ходила на собрания советов и с пеной у рта отстаивала свои интересы. Несколько раз место встречи советов пытались менять, но для детектива это не было проблемой, поэтому они сдались. В результате было принято решение создать орден теней и назначить Валерию его главой. Правда куратор до конца не поняла, как попала. Все одаренные инквизиторы были неучами и раньше просто не принимались в академию, поэтому советы создали новый, закрытый факультет и дали леди Линсбрук должность декана и преподавателя по совместительству. Не сказать чтобы Валерия была против, но стонала по этому поводу громко. Бар опустошила за ночь подчистую. У Ричарда случился воображаемый инфаркт, как он и предупреждал.

К слову, от создания нового ордена выиграла не только леди Линсбрук. Джинн получил должность официального водителя главы ордена и смог, наконец, запатентовать свою разработку новейшего маг-кара. Слышала, «Маг-техно» предложило Шейну крупную сумму, но наш баловень судьбы пока раздумывает. Видно, цену набивает. Ему виднее, насколько готова раскошелиться корпорация.

Все текло своим чередом.

– Валерия, у нас для тебя замечательная новость. – Я стояла посреди кабинета куратора, крепко держа за руку Влада, а хозяйка дома пряталась за очередной стопкой документов, которым в этом месте не было конца и края. Сразу вспомнилась наша первая встреча. Тогда я тоже не сразу смогла найти Валерию за кипой бумаг.

– Ну и зачем вы приперлись с утра пораньше? У меня приемка на носу, куча абитуриентов, еще и вы тут, – простонала хрупкая брюнетка, выныривая где-то сбоку от бумажных башен.

Я вдохнула поглубже и быстро произнесла, пока не передумала:

– Мы с Владом решили съехаться!

И мы оба замерли, ожидая реакции Валерии. Она была предсказуема.

– Ну уж нет! Не-ту-шки! Не бывать этому! А теперь пошли вон из моего кабинета! – И она активно замахала на нас руками.

Если не знать нашей ситуации, то несогласие куратора вводит в тупик, однако все гораздо проще. Влад переезжает ко мне, у меня просторнее. А живу я на первом этаже Лайтхолла, и мы с Валерией делим одну стену на двоих. Вся беда близко расположенных спален налицо.

Теперь недовольство куратора становилось очевидным.

– Я принес чай. – В кабинет вошел Ричард, лавируя с подносом в руках и дымящейся чашкой на нем между завалами по всей комнате.

– Ставь сюда. – И Валерия одним движением смела со стола половину заявок на поступление в академию. – Представляешь, эти двое решили жить вместе у меня под боком. Хотят обеспечить меня не только кошмарами, но и психологической травмой на всю жизнь!

– Вот распутники!

Мы решили не мешать старым друзьям общаться и просто вышли. Все равно Валерия сдастся. Каким бы сложным и твердым ни был ее характер, к своим она всегда добра и снисходительна. Нужно лишь стать «своим» для нее.

– Ричард! Ты снова уронил свой палец в мою чашку! Хоть раз бы принес конфет к чаю, а не кость в прикуску!

– Ты просто огорошила меня новостью о наших голубках. В моменты волнения я не в состоянии контролировать свои кости.

– О, смотри, Харли Веббер. Одаренная девочка. Взять?

– Ты пролила на эту девочку чай, – пробурчал дворецкий.

– Тогда придется взять. Не верну же я ей заявку в таком виде.

А дальше мы не слышали. Нас ждала широкая, мягкая кровать на втором этаже – и никаких соседей до поры до времени.

– Мяу!

– Демоны! Когда Гледшир заберет своего фамильяра?

– Боюсь, фамильяр скоро заберет сюда Гледшира. – И я громко рассмеялась, выталкивая за дверь наглого Цербера. А мне вторил чудесный смех моей пары.

Все же мы, женщины, склонны совершать ошибку всей своей жизни, но сколько радости и счастья она в итоге нам приносит.

Конец книги