Глава 19

Всю ночь ее тревожили какие-то сны, их обрывки, и в каждом присутствовал ее муж. Даже не целиком, а какие-то отдельные его части: руки, сильные, слегка покрытые темными волосками, дотрагиваются до её тела, и от этих прикосновений все внутри замирает, а кожа покрывается колкими мурашками; его грудь, мускулистая, с коричневатыми сосками, к которым так хочется прижаться... губами. Лера ворочалась во сне, пробуждаясь от собственных стонов, снова засыпала — и все повторялось сначала.

Наверное, она больная на голову, иначе как можно расценить то, что она хочет этого ненавистного ей человека? Между ног было влажно и невыносимо жгло. Сбросив одеяло, девушка села на кровати. За окном было темно — слишком долго ждать утра, а сна ни в одном глазу. Стараясь не шуметь, она встала и, накинув халат, открыла дверь. Потихонечку спустилась вниз. Не стала включать свет, нащупала свою сумку и вытащила пачку сигарет. Посидит на крыльце до тех пор, пока не придёт в себя.

Расположившись на крыльце, Лера едва успела затянуться, когда скрип двери позади заставил ее вздрогнуть.

— Не спится? — спросил Миша, держа в руках плед. Набросил его ей на плечи и сел рядом. — И у меня сна ни в одном глазу. — Рука мужчины скользнула ей на талию. Впервые ей не хотелось сопротивляться — так тепло и уютно. — Знаю, что ты переживаешь из-за отца. Я разговаривал вчера с его доктором — операция прошла успешно, все будет хорошо… — Его губы были так близко, что Лера чувствовала горячее дыхание. — Если хочешь, поедем к нему вместе. Перенесу пару встреч на другой день.

— Не надо. Я сама. У меня достаточно времени.

Лера выпустила струйку дыма. Зачем он такой нежный? Черт...

— Смотри, сегодня небо на удивление чистое. Видишь — вон Кассиопея.

— Кассиопея? — Лера тихо рассмеялась. — Я только и знаю Большую медведицу, вернее — вижу одну маленькую звездочку.

— А, это Мицар. А вот рядом совсем маленькая, не все ее видят — Алькор. В переводе с арабского «Всадник». Если мысленно проведешь черту от Мицара через Полярную звезду, самую яркую, то увидишь Созвездие Кассиопеи. Оно состоит из пяти звёздочек. Видишь? — Лера кивнула. Но она ничего не видела — мужская рука на ее теле словно прожигала насквозь, не давая сосредоточиться и сбивая дыхание. — Ты дрожишь… — Лера замерла, почувствовав, как его губы прикоснулись к ее шее. — Пойдём в дом?

Она первая вскочила, плед упал с плеч. Словно за ней погоня, ворвалась в дом, услышав за спиной тихий смех мужа.

Девушка открыла дверь своей спальни, когда Михаил нагнал ее.

— Лера... — Его ладонь обожгла плечо.

— Что?

— Спокойной ночи.

Не успела ничего сообразить, как его губы оказались на ее губах. Мягкие и горячие. Он просто прикоснулся — и тут же отпрянул. И словно растворился в темноте.

* * *

Лежал, глядя в тёмный потолок, с недоумением думая о сегодняшнем вечере. С самого начала все пошло не так, как Михаил планировал. Ждал Валерию, сидя на крыльце, злился и проговаривал про себя ругательства, что собирался вылить на неё. Вот только стоило жене приблизиться к нему, как все слова застряли в горле. Чертова валерьянка! Что в ней такого, что сводит с ума и заставляет блеять бараном?

Опрометчиво бросил тогда, что ни за что не притронется к ней, а сам не мог держать себя в узде — так и хотелось лишний раз прикоснуться, да что там прикоснуться — он до боли в яйцах хотел ее!

Мужчина перевернулся на живот, пытаясь усмирить непослушный орган. Ещё день рядом с ней Михаил не выдержит, а если она утром будет бродить по дому в этом своём развратном халатике, то сотрудники вряд ли дождутся его в офисе. Почти пять утра, а он спал от силы час.

Приняв решение, он вскочил с кровати. Открыл шкаф и покидал в сумку смену белья, снял с плечиков костюм, пару рубашек. Пожалуй, перекантуется пару ночей у Димки, а заодно поговорит с другом по душам. В конце концов, Лера только и мечтает, чтобы муж был как можно дальше от неё.

* * *

Лера с опаской высунула голову из двери — тишина. Глянув на часы, поняла, что Котенков уже наверняка свалил на работу. Напевая песенку, спустилась в гостиную. Как хорошо, когда никого нет, она одна может делать, что душа пожелает. Первым делом девушка распахнула шторы, разрешая солнечным лучам влиться в дом. Настроение сразу же улучшилось. И кофе она может сварить, не спеша разобравшись с этим спецустройством. Последний раз делала это самостоятельно, когда училась в универе и жила в съемной комнатушке. Улыбнувшись воспоминанием о славной студенческой поре, достала чашку.

Как непривычно, что теперь ей самой нужно готовить себе завтрак.

Девушка открыла холодильник —осталось всего три яйца и подвяленный помидор. Пока не забыла, надо позвонить в службу доставки. Это самое первое из запланированного на день. А потом она поедет в больницу к отцу, и, может, сможет провести с ним гораздо больше времени, чем в прошлый раз.

Масло на сковороде зафырчало, Лера вылила в него яйца, посолила и накрыла крышкой. Смолола кофе и насыпала в кофеварку. На миг пронеслась мысль, что муж ожидает от неё, что она приготовит ему ужин, но девушка в ужасе отогнала ее от себя. В конце концов, она может заказать доставку ужина из близлежащего ресторана. Лера же не виновата, что никто не учил ее готовить.

Звонок телефона прервал ее размышления.

— Лера, — звонила свекровь, — доброе утро.

— Доброе...

— Мы с Машей вчера заезжали к вам, но, к сожалению, тебя не застали. Я просто хотела узнать, как у тебя дела, может, тебе что-то нужно?

— Нет, спасибо. У меня все хорошо, — нарочито радостным голосом защебетала девушка. — Миша говорил, что мы разминулись буквально в несколько минут. Очень жаль, что нам не удалось повидаться.

— Я хотела тебе предложить помощь с приготовлением ужина.

— Ужина?

Ух ты! Неужели эта тётка собирается приехать сегодня к ней, чтобы стряпать для своего сыночка?

— Ну да, — на том конце раздался лёгкий смех. — Воскресного ужина. Все-таки готовить на целую семью не такое лёгкое дело.

Хорошо, Лера стояла около дивана, на который тут же опустилась:

— Воскресного ужина? На целую семью?

— Ну конечно, дорогая. Миша пригласил нас к вам в воскресенье. Жаль, твой папа не сможет быть с нами, но зато Маша с мужем приедут...

Лера оторопело слушала, в голове шумело. Твою мать! Почему она узнает обо всем последняя?! От отвратительного запаха подгоревшей яичницы девушка подскочила как ужаленная. Схватилась за крышку, вскрикнула от боли — ещё ожога не хватало!

— Лера, алло, ты меня слышишь? У тебя все в порядке?! — доносился голос из трубки.

— Да-да, ждём вас! — крикнула она в ответ.

— До встречи.

Вера Павловна повесила трубку. Лера выдохнула, распластавшись на столешнице. Какой к черту, ужин, если она не может управиться с такой ерундой как глазунья?!