Глава 23

Взгляд Льва Степановича переметнулся со вновь вошедших на Веру Павловну, и он в отчаянии закусил губу. Это полный крах. Ещё минуту назад мило улыбавшаяся женщина теперь напоминала жертву Медузы-Горгоны — ее лицо превратилось в неподвижную маску, а до этого веселые глаза потемнели. Да тут и было от чего окаменеть.

Лера, дочка! Что же ты чудишь, зачем?

Михаил Котенков и Лера стояли, держась за руки, и абсолютно не диссонировали друг с другом. Он в строгом костюме и накрахмаленной рубашке, модная стрижка, чисто выбрит, а Лера… откуда, черт побери, у неё этот ужасный наряд, похожий на разукрашенный мешок из под картошки, делающий девушку в три раза шире, чем она есть? А эти губищи вампира? Но самое главное — две тугие косички, навевавшие воспоминания о любимом в детстве фильме про Пеппи-Длинный-чулок.

Как ни странно, Котенков не выглядел несчастным. Наоборот, он казался довольным, положил руку на талию девушки и слегка привлёк ее к себе.

— Здравствуйте, Лев Степанович, мам, привет. Познакомься, это моя Лера.

Так как женщина продолжала стоять, Валерия сама шагнула к ней.

— Здравствуйте, мама, — она раскинула руки, заключая ошарашенную Веру Павловну в объятия.

Лев Степанович вопросительно вздёрнул бровь.

— Проходите, дети, к столу.

Мужчина грозно посмотрел на Леру, которая подмигнула ему из-за плеча матери Михаила.

— Ой, я так проголодалась! — девушка, наконец, ослабила хватку и бросилась к столу. — Целый день, кроме чипсов, ничего не ела. Что там у нас в меню? — она села за стол, приподняла крышку супницы. — Умм, какой офигительный аромат!

— Простите, Вера, девочка росла без матери и иногда это очень чувствуется. — Лев Степанович отодвинул для женщины стул.

— А знаете, самая главная изюминка моей невесты — это ее непосредственность, — бодро сказал Михаил, беря в руки бутылку вина, чтобы разлить по бокалам. — Сейчас очень редко встретишь таких натуральных девушек. Все притворяются кем-то или чем-то, а вот Валерия такая, какая есть.

— Правда? — хмыкнула Вера Павловна, с сомнением глядя на своего сына и его девушку. — Значит, вы никем не притворяетесь?

— Нет, — она пожала плечами. — А на кой мне? Я ничто и никто.

— Ну наверняка, Лера, у вас есть какие-то достижения и цели?

— Чего можно достичь, сидя дома и просматривая мыльные оперы? Даже быть блогером в Инстаграме и то приелось.

— А разве вы не работаете? Ваш отец сказал, что у вас юридическое образование.

Лера рассмеялась.

— Ну и что? Просто хорошее образование — это модно. К тому же это было несложно — оно платное, а у папочки денег куры не клюют.

— Лера! — Лев Степанович поперхнулся.

— Работа — это не для меня. И цель в жизни у меня самая приземлённая — выйти замуж и жить как за каменной стеной.

За столом наступило молчание. Даже не было слышно позвякивания приборов.

— Миша… — Вера Павловна перевела растерянный взгляд на сына.

— Угу, — Михаил улыбнулся, обвёл присутствующих взглядом. — Все верно она говорит. Я всегда хотел, чтобы жена сидела дома. Ненавижу эмансипированных женщин.

Вера Павловна нервно улыбнулась и кивнула.

— Ну да, Лерочка будет встречать тебя горячим ужином. Я даже могу поделиться с ней рецептом твоих любимых пирожков.

— Чего? Каких ещё пирожков? Все эти вопросы к Лене, моей кухарке. Я по таким делам не спец.

— А вы со мной поделитесь, — попытался спасти ситуацию Лев Степанович. — Я сам с удовольствием повяжу на себя фартук и засучу рукава.

— Мам, перестань. Я ведь на Лере женюсь не из-за того, чтобы она пополняла семейный бюджет или готовила мне еду. Я просто очень ее люблю, — с этими словами Михаил обнял девушку за плечо, прикасаясь губами к её виску. — Ну ты и дрянь, — прошептал он ей на ухо.

— Давайте лучше перейдём к обсуждению свадебных вопросов.

Вера Павловна с трудом подавила тяжелый вздох. С укором поглядела на сына.

— Послезавтра я улетаю в Лондон и как только вернусь, мы сыграем свадьбу, — начал Михаил.

— Осенью… — вздохнула Лера. — Ненавижу это сопливое время года. И что, я должна надеть белое платье, чтобы извозюкать его в лужах?

— Лер, — Лев Степанович строго поглядел на дочь. — Никто не собирается водить тебя по лужам. Свадьбу справим в Барвихе — у меня там достаточно большой дом для гостей. И я уже приготовил молодым подарок. — Мужчина улыбнулся, кивнул дочери. — Я уверен, что ты, дочка, останешься довольна. И ты, Миша. Думаю, что все у вас будет хорошо. — Он посмотрел на Веру Павловну, которая теперь хранила молчание. Лицо ее было бледным и уставшим. — А давайте-ка, пока будут сервировать стол для десерта, я, Верочка, покажу вам свой сад? Уверен, что вам он очень понравится. Уже много лет я выращиваю розы.

— Хорошо, — ее голос, казалось, потерял эмоции.

— А Лерочку и Мишу оставим наедине.

— Точно. Курить жуть как охота, — девушка с шумом отодвинула стул.

Плечи Веры Павловны поникли.

***

Лера повернулась к окну, притворяясь, что с интересом разглядывает лужайку перед домом. Родители ушли, их голоса уже слышались в отдалении. Девушка спиной чувствовала прожигающий взгляд Михаила. Да, черт побери, она переиграла, не смогла остановиться. Ее прямо-таки понесло в дебри безумных фантазий. За спиной послышались приближавшиеся шаги жениха. Лера закусила губу. Похоже, он готов ее растерзать на месте.

Она вздрогнула, когда пальцы мужчины впились ей в плечи.

— Боишься? — от его тихого сексуального голоса мурашки разбежались по всему телу. — Правильно делаешь.

— Я? — «Немедленно прийти в себя» — отдала приказ. Передернула плечами. — С чего бы?

— Ты не понравилась моей матери, Валерия, а это нехорошо. Тебе придётся исправиться.

— Это как же, котик?

— Придумай как. Уверен, ты можешь дать волю своей извращённой фантазии. В противном случае мне придётся тебя наказать. Но не сейчас. Позже. Через три месяца.

Лера почувствовала странную пустоту где-то под рёбрами, разливавшуюся до самого низа живота, ноги вдруг стали ватными. Руки Михаила теперь поглаживали ее плечи, и Лера подумала, что если бы она была кошкой, то наверняка замурлыкала. Проклятый Котенков!

Девушка резко повернулась, сбросила его руки с себя, хмыкнула:

— На меня твои угрозы не действуют.

— Уверена?

Она вдруг поняла, что взгляд мужчины не отрывается от ее губ. Невольно сглотнула образовавшийся в горле ком. Уверена ли она? Да она вообще запуталась, ничего не понимает и совершенно ни в чем не уверена. Лере показалось, что Михаил сейчас поцелует ее, и сердце в груди вдруг забилось в бешеном ритме.

Мужчина внезапно резко отошёл от неё.

— Знаешь, я очень рад, что не увижу тебя три месяца. Постараюсь за это время насладиться жизнью и свободой. Постараюсь выкинуть всю эту херню из головы, словно дурной сон. Но потом держись, девочка, ты просто ещё не знаешь, что выбрала не того.

Вошедшая горничная прервала их диалог, и Лера была премного ей благодарна. Пока та сервировала стол для десерта, девушка воспользовалась случаем, чтобы ускользнуть из гостиной подальше от своего жениха.

***

Ужин затянулся допоздна. После того как был подан чай с необыкновенно вкусными пирожными, родители и их дети ещё обсудили некоторые детали празднования, затем разговор зашёл о необыкновенно ароматных розах, выращенных в саду Льва Степановича. Михаил рассказал несколько смешных историй. Лера молчала. Вера Павловна время от времени бросала на невесту сына задумчивые взгляды. Может быть, молодые поссорились, пока она прогуливалась по оранжерее? В душе поднималась надежда — а вдруг? Вот было бы здорово!

— Мам, — она вздрогнула. — Нам с Лерой пора ехать, а Лев Степанович сказал, что сам отвезёт тебя. Хорошо?

— Ой, — женщина прижала руки к груди. — Ну да, конечно. Уже ведь так поздно, а тебе завтра на работу. — Михаил поднялся, подал руку невесте. — Ну что ж, Валерия, рада, что мы познакомились. — Вера Павловна выдавила из себя улыбку. — До следующей встречи.

Девушка кивнула.

— Я тоже рада, — сейчас с лица Леры исчезло это заносчивое выражение. Устала?

— Мам, пока меня не будет, помоги Лере с приготовлениями к свадьбе.

— Я?

— Ну конечно. У тебя прекрасный вкус. Думаю, ей понравится с тобой бродить по бутикам.

Лера хотела что-то сказать, но передумала. Потом. Спорить нет сил. Сегодняшняя комедия вытянула из неё все соки.

***

Машина плавно подъехала к самому подъезду и остановилась. Михаил обернулся сказать притихшей на заднем сиденье девушке, что они приехали, но Лера спала. Серебристый луч фонаря падал на ее лицо, сейчас такое безмятежное и спокойное, что мужчина не смог сдержать улыбки. Трудно представить, что за этой ангельской внешностью скрывается самый настоящий монстр. Даже неохота будить. Вот про кого можно сказать «милые, когда спят зубами к стенке». Михаил неожиданно поймал себя на мысли, что давно перестал злиться на Леру. Пока ехал, перебирал в памяти все ее сегодняшние эскапады, и отчего-то ему становилось смешно. Вот черт знает зачем, но эта девица намеренно злит его и колет, как кактусовая колючка задницу. Он вышел из машины, тихо прикрыв за собой дверцу. Прислонился к бамперу, втянул свежий вечерний воздух, напоённый ароматом лип. Неужели сегодня последний вечер, как он видится с Валерией Самойловой? Уже послезавтра он будет в Лондоне, там своя жизнь. Господи, ну и денёк выдался. Сначала это оранжевое чучело в лабсердаке, потом мама с глазами побитой собаки. То ли будет завтра.

Позади послышался щелчок открываемой дверцы.

— Ты чего, Миш, забыл про меня? — Лера вылезла из машины, вытягивая следом подол своего платья. — И как давно мы уже здесь стоим?

— Минут пять.

Лера достала из сумочки пачку сигарет и закурила. Михаил поморщился.

— Ненавижу табачный дым. А ещё больше — когда курят женщины. — Лера хмыкнула. — Этот запах… дешевой прокуренный забегаловки в волосах и от одежды. И изо рта, как от пепельницы. Словно тамбур электрички.

— Интересное сравнение, — Лера затушила сигарету мысиком туфли. — Догадываюсь, какие женщины тебе нравятся.

— Ну и какие? — он смотрел на девушку, слегка наморщив лоб.

— Ну, такие… воздушные нимфетки с щебечущими голосами и тоненькими пальчиками с розовыми ноготками.

Михаил рассмеялся.

— Ты смешна в этом чудовищном наряде, но твои дурацкие домыслы ещё смешнее. Нет, мне нравятся умные женщины с силой воли и чувством собственного достоинства. Не подчиняющиеся обстоятельствам. Любым. И красивые внутри и снаружи.

Лера оторвалась от бампера.

— Ладно, бывай, котик. Желаю тебе хорошо оторваться напоследок.

Девушка перебросила сумочку через плечо и пошла к открытой двери в подъезд. Михаил молча стоял, провожая девушку взглядом. Его рот кривился в ухмылке.