ГЛАВА 11

Он вышел из душа абсолютно голый. Встал напротив кровати, и я почувствовала, как мои глаза медленно вылезают из орбит. Мог бы и прикрыться. Вот же дикарь ненормальный.

Почувствовав, что щеки заливает краской, отвела взгляд, а Хаджиев довольно хмыкнул.

— Если бы знал, что мой член может заставить тебя опустить глаза, давно бы им воспользовался, — судя по голосу, улыбается, подлец.

— Если бы мой отец знал, что ты женишься ради своего… Я бы не стала твоей женой, — отрезала холодно и, повернувшись набок, закрыла глаза. От страха сводило живот спазмами, а сердце гулко билось в груди.

Только бы не тронул, только бы… Кровать прогнулась под его весом, и одеяло, которое я натянула до ушей, лишь бы хоть как-то защититься, медленно сползло вниз. Не-е-ет!

— Не нужно, — поджав ноги, я вновь потянула на себя одеяло, но Валид с силой выдернул его из моих рук и отшвырнул на пол.

— Чтобы я больше этого не слышал, — больно дёрнул за руку, принуждая повернуться на спину и навис сверху, придавливая весом своего тела. Огромный, устрашающий, он смотрел на меня своим мрачным взглядом, и, казалось, гипнотизировал, как делает это питон, перед тем как полакомиться несчастным зайчишкой. — Моя. Ты — моя жена. Запомни эти три слова. Выучи наизусть. Выбей их себе на подкорке. Я выпорю тебя, если ещё раз посмеешь отталкивать меня.

Я верила ему. Знала, что Хаджиев способен на худшее. Он и убьёт, если так ему захочется.

Нас окутала давящая тишина, и в полумраке комнаты мне показалось, что глаза Хаджиева стали темнее.

— Я хочу тебя, — прошептал мне в лицо, склонился к губам, а я вдохнула его запах и будто лёгкие обожгла. А может, это ток, что гуляет по нервам, стоит Валиду посмотреть на меня ТАК.

— Мне ещё больно… Там, — прошептала тихо, особо ни на что не надеясь. Но Валид остановился. Замер в миллиметре от моих губ и долго смотрел на них.

— Стоит показаться врачу? — коснулся моей щеки пальцами, вздрогнула от прилива непонятных чувств.

И это было так интимно, так… Странно. Будто мы вовсе не враги, а настоящая пара. Дико.

— Нет. Мне просто нужен отдых, — также тихо, глядя в его глаза. — Пожалуйста, — это слово застряло в горле, и произнести его было трудно. Но я, и правда, находилась не в том состоянии, чтобы бороться с этим диким животным. Ещё одна такая ночь, и Валид станет вдовцом.

Я отчётливо слышала, как скрипнули его зубы, а взгляд пообещал мне адовы муки. Но руки с моей талии исчезли, и стало легче дышать.

— Когда-нибудь я убью тебя, Шах. С особой жестокостью.

Поднявшись с кровати, пошёл в гардеробную, а через минуту вышел уже в джинсах и чёрной майке, обтягивающей каждый сантиметр его рельефного тела. Мышцы бугрились, перекатывались под одеждой, а я бессовестно разглядывала его. Как же это некрасиво. И стыдно, должно быть. Но я вообще неправильная.

— Не смотри так, а то я не поверю, что ты не хочешь меня, — бросил в своём стиле и пошёл к двери. — Спокойной ночи, жена, — последнее слово выделил особо, видимо, намекая, что долго увиливать от супружеского долга у меня не получится. А жаль. Я бы повременила ещё лет десять.

***

Мелкая дрянь. Избалованная сучка. Нос от него воротит. Решила, что Валида Хаджиева можно отправить в игнор и забыть о его существовании. Хер ты угадала, малолетка.

— Валид, брат, остановись, — Шамиль тяжело выдохнул, опираясь на стену. — Я больше не могу.

Неудивительно. Даже жаль парня. С тех пор, как в доме появилась Шахидат, ему всё чаще достаётся по лицу.

— Ссышь? — толкнул Шамиля в плечо, и тот вздохнул, стиснув зубы.

— Если ты меня убьёшь, в твоей жизни не останется человека, который бы пошёл за тебя на смерть.

Валид кивнул и, усмехнувшись, впечатал свой кулак парню в солнечное сплетение.

— Готов сдохнуть за меня, говоришь? Это хорошо. Потому что в противном случае, я сам тебя убью.

Шамиль закашлялся, отдышался и выровнялся, принимая стойку.

— Тебе не обо мне нужно волноваться. Я, как раз, не предам, — на этот раз Валид пропустил тяжёлый хук.

— А о ком нужно волноваться? — отдача прилетела так быстро, что Шамиль даже не успел поставить блок.

— Твоя жена. Она твоя слабость. Это нехорошо. Тебе нельзя показывать эту сторону.

Хаджиев остановился, медленно выдохнул, испепеляя противника взглядом. А следующий выпад Шамиль не смог бы предотвратить, даже если бы ожидал.

— Сколько тебе повторять, у меня нет слабостей! Нет и не будет! — очередь сокрушительных ударов обрушилась на голову Шамиля, и тому не осталось ничего другого, кроме как согнуться пополам и закрыть лицо кулаками.

***

Мне снились тёплые объятия мамочки и её цветочный сад. Я буквально ощущала запах колючих хищных роз и белых тюльпанов. Мама поцеловала меня в щёку, погладила по голове, и я неожиданно занервничала. Приятные ощущения затмила какая-то неясная тревога, ползающая под кожей змеёй.

Я почувствовала запах. Запах, от которого почему-то бросает в дрожь. Такое ощущение, будто приближается хищник, и мне хочется сбежать. Быстро и далеко.

Я смутно помнила этот запах, но кому он принадлежит, забыла. А зря. Открыв глаза, я вскрикнула от испуга и чуть не свалилась с кровати.

— И я рад тебя видеть, жена.

Валид. Мой страшный кошмар наяву, от которого не избавиться, просто проснувшись.

— Слезь с меня, — попыталась пошевелиться, но он придавил меня своим громадным туловищем, словно валуном — не сдвинуться.

— У тебя там всё ещё болит? — казалось, он даже не почувствовал мой удар кулаком в грудную клетку.

— Да! — рыкнула зло, дёрнула ногой, и Валид зашипел, закрыв глаза.

— Ты же в курсе, что это мои яйца?

Растерявшись и покраснев, я замерла. Хаджиев мгновенно воспользовался ситуацией и поцеловал меня. Насильно. Со своим бешеным напором. Пальцы заскользили по лицу, а вторая рука сжала моё бедро. Довольный рык зверя вывел из оцепенения, и я дёрнулась в очередной попытке помешать ему.

— Что ты… — я всячески пыталась увернуться, но Хаджиев тут же ловил мои губы и сминал их в каком-то безумном приступе. Казалось, что я задохнусь, а он этого даже не заметит. Сумасшедший дикарь. — Отпусти, мне больно!

Больно, правда, уже не было. Но ему об этом знать не нужно. Чем дольше я смогу сопротивляться, тем лучше для меня.

Вскоре, конечно, я признаю, что дразнить Валида было большой ошибкой. Ему нельзя отказывать. Это заводит хищника, провоцирует его и… Возбуждает.

— Ты издеваешься? — он привстал, в глазах полыхнул огонь. — Что ж, ладно. Сейчас отвезу тебя в больницу. Если соврала — выпорю!

— Хотела бы я на это посмотреть, — бросила насмешливо и тут же пожалела. Кажется, я помахала красной тряпкой перед быком.

— Вызов принят. А теперь вставай, — меня содрали (именно содрали!) с постели и поставили на ноги, как куклу, которая не в состоянии передвигаться сама. Снова почувствовала себя беспомощной игрушкой в руках большого, избалованного мальчика. — Одевайся. Я жду внизу.

— Не нужно врача, — вздохнула, чувствуя себя глупой девчонкой. — Всё уже проходит.

Валид криво усмехнулся в своёй манере, довольно кивнул.

— Так я и думал. Вечером жди меня голая. Буду трахать.