ГЛАВА 17

Равнодушно разглядывая танцующую девушку, Саид не спеша потягивал виски.

— Знаешь, чем мне нравятся женщины? — спросил рядом сидящего помощника. Последний промолчал, потому что знал: вопрос риторический. — Они слабые. Я люблю слабых женщин. Люблю смотреть, как ломается их гордость, и они падают к моим ногам. А знаешь, что для этого нужно? Всего лишь деньги. Бабло. И сразу любая дырка становится влажной и доступной.

Поманил к себе стриптизёршу, и та, заметив зажатую между двух пальцев стодолларовую купюру, поспешила слезть с шеста. Виляя блестящими от масла бёдрами, медленно приблизилась, облизнулась и изогнулась в эротичном движении прямо у колен Саида.

— Отсоси мне, — сунул деньги ей в бюстгальтер.

Девушка округлила ярко накрашенные глаза.

— Я не предоставляю интимные услуги. Я только приват…

— Хорошо, — Саид достал ещё две купюры и по очереди сунул их туда же. — Это за то, что отсосёшь мне, а это за то, что отсосёшь моему другу. После меня, разумеется, — холодная ухмылка, и девицу уже трясёт от возбуждения.

— Но я не…

— Ещё одно слово, и я заберу деньги.

Стриптизёрша замолчала, пару секунд поразмышляла, а потом потянулась к его ширинке.

Заур отвёл взгляд в сторону, а девушка взяла в рот член Саида и принялась за дело. Надо заметить, очень умело. Причмокивая и лаская головку языком.

Хаджиев-младший откинулся назад, закрыл глаза, но ни единый мускул на его лице не дрогнул.

— Расскажи мне, друг, как там дела у моего любимого брата? Чем занимается сейчас Валид?

— Он ищет пути, чтобы подступиться к «Альянсу». Он не оставил эту идею после твоего предупреждения. Я бы даже сказал, заработал ещё активнее в этом направлении. Его люди уже отжали некоторые филиалы в пригородах.

Саид усмехнулся, схватил девушку за волосы, ускоряя темп.

— Мои братья никогда не отступают. За это их и уважаю. Эта победа будет самой сладкой.

Заур поморщился, когда девушка закашлялась, а Хаджиев продолжил насаживать её на себя, как на вертел.

Когда всё закончилось, девица отпрянула, облизала раскрасневшиеся пухлые губы. А Саид швырнул ей ещё одну бумажку.

— Умница. А теперь обслужи моего друга.

— Нет, не нужно, — Заур поднялся. — Ты же знаешь, я не люблю таких… Женщин. Если ты не против, я пойду.

Хаджиев одобрительно кивнул и потрепал девушку за щёку.

— Видишь, не любит Заур таких шлюшек. А я люблю. Пользовать вас люблю, — смял её лицо своими пальцами, причиняя девушке боль. — Поедешь со мной? Всю ночь тебя буду мучить. Чтобы скулила, как сука.

Стриптизёршу затрясло, а глаза помутнели от возбуждения. Саид бросил на стол смятую купюру, поднялся.

— Пошли, шлюшка.

***

Когда я проснулась, Валид лежал рядом. Лежал и пялился на меня, о чём-то задумавшись.

— Доброе утро, — тут же вспыхнули щёки, стоило вспомнить, что он вытворял со мной этой ночью.

— Доброе, жена. Как спалось? — дерзкая усмешка, и я снова его ненавижу.

— Нормально. А тебе, вижу, не спится? Совесть замучила? — вот это было бы очень кстати. Я бы с удовольствием понаблюдала за его муками.

— Нет, раздумывал, как буду тебя трахать сегодня.

От его грубости стало неловко, спрятала глаза.

— Придумал?

Послышался смешок, и руки Хаджиева сгребли меня в охапку.

— А может, займёмся ещё чем-нибудь? А то ты только об одном думаешь. Маленькая, грязная девчонка, — сверкнул своими белыми зубами, а мне их пересчитать захотелось. Чем-нибудь тяжёлым.

Задохнувшись от возмущения, вскочила, но Валид дёрнул меня на себя, и я упала на его грудь.

— Ты… Да ты…

— Т-с-с, — приложив к моим губам указательный палец, нырнул им в мой рот и коснулся языка. — Давай без скандала. У меня сегодня не то настроение, — вытащил палец, облизал его. Кто ещё извращенец!

Проглотила рвущуюся наружу колкость и улыбнулась.

— Как скажешь.

Валид прищурился, склонил голову набок.

— Интересно, сколько ты продержишься?

— Сколько нужно. Я не хочу больше воевать. И взаперти сидеть не хочу, — насчёт последнего я не врала, насчёт войны… Да. Врала. И мне не было стыдно. Ни капельки.

— Не вопрос. Сможешь выходить из дома, когда понадобится. Но только с охраной и с моим разрешением.

— Письменным? — не удержалась.

— Необязательно. Но если мне так захочется, то да, будешь ждать нотариуса. Всё понятно?

Вздохнув, согласилась. Другого выхода пока нет. Всяко лучше, чем тюрьма. Мне бы только его бдительность усыпить, а там…

— Сегодня я решил провести день с тобой, — и мой боевой настрой тут же угас.

— Аа… Разве тебе не нужно на работу? Ну там, запугивать людей, доводить бедных подчинённых до приступов и так далее?

Валид скользнул ладонью по моей обнажённой спине, опустился ниже и сжал пальцами ягодицу.

— Нет. Сегодня я буду доводить до приступов только тебя.

Честно? Я просто не представляла, что может быть у нас общего. Да мы даже побеседовать без скандала и подколок не можем. Мы абсолютно разные. Совершенно непохожие. Как земля и небо. Чем нам заниматься вместе целый день?

Хаджиев широко улыбнулся.

— Что, не можешь придумать, чем нам заняться?

— Ну почему же, — высвободилась из его объятий и, поднимаясь, потащила за собой одеяло. Бросив беглый взгляд на обнажённое тело Валида, покраснела. — Я примерно представляю, что ты задумал. Ничего нового.

— О, нет, — он потянулся во весь рост и, ухватившись за край одеяла, дёрнул его на себя. А я осталась голая посреди комнаты… — Ты не представляешь даже. Давай, беги в душ. После завтрака съездим в одно место. Тебе понравится.

***

За завтраком исподтишка наблюдала за Валидом. Красив. По-мужски красив. И статен. Очень видный мужчина. Только энергия от него исходила животная. Будто не человек вовсе. В каждом движении читалась опасность и агрессия. Это должно пугать и отталкивать. Сама не понимаю, как такой дикарь мне мог понравиться. Но то, что происходило между нами в спальне… Это сумасшествие какое-то. Я боялась уже не Валида. Боялась себя. Не хотелось становиться зависимой от него и превращаться в больную нимфоманку. И влюбляться в него тоже не хотелось…

— А что мне надеть? — отвлекла Хаджиева от телефона, а он отбросил салфетку в пустую тарелку, вытянулся на стуле и закинул за голову руки.

— Брюки надень. Там испачкаться можешь.

Хм… Уже интересно.

— Хиджаб?

Он на мгновение задумался, мазнул взглядом по моим волосам.

— Если не хочешь, можешь не надевать.

— Спасибо, — на этот раз улыбнулась без душевных терзаний. Даже по-настоящему, что ли.

Разумеется, наше взаимопонимание до первой стычки, не более, но я за последние дни сильно вымоталась. Не мешало бы взять передышку. И воспользоваться маминым советом. Это, пожалуй, будет даже интересно. В конце концов, Валид не старый, лысый и пузатый дяденька. Он мне не противен и не омерзителен. Выдержу.

***

— Это что, поле? — огляделась вокруг, скептически выгнула чёрную изящную бровь. — Ты привёз меня в поле, — заключила со смешком и скрестила на груди руки. — Будем ромашки собирать? Или побегаем просто?

Хаджиев пропустил её насмешку мимо ушей и достал ствол.

— Эй… Ты чего? — Шах явно испугалась, попятилась и, зацепившись за какой-то корень, растянулась на земле.

Вздохнув, схватил её за руку, дёрнул вверх.

— Ты мне совсем, что ли, не доверяешь? По-твоему, я тебя убивать сюда привёз? — запах её охуенный в ноздри забивается, дыхание к херам спирает. Отравила уже его своим ароматом. — Ай, Шах, я думал, ты умная девочка.

Она опускает взгляд на его губы, облизывает свои и шумно сглатывает. А у него мгновенно тяжелеют яйца от мысли, что когда-нибудь вгонит в этот сладкий рот свой член.

— А зачем же ты меня сюда привёз?

Отстранился, убирая от неё руки. Надо притормозить. А то эта ведьма из него уже зависимого сделала. Как наркоман без дозы корчится. Стоит на пару метров от неё отойти, как ломать начинает.

— Будем учиться стрелять, — достал из багажника раскладную мишень и пошёл прямо, прикидывая, куда её лучше поставить.

Шах быстро зашагала сзади.

— Зачем это, Валид?

Он пожал плечами, воткнул в слегка подмёрзшую землю мишень и пошёл обратно, по пути хватая жену за руку и утаскивая за собой.

— Иди сюда. Давай, — развернув её лицом к мишени, надел на неё наушники и встал позади. — Не напрягайся так. Расслабься, — вложив в маленькую ручку ствол, заставил обхватить прохладное железо.

— Валид, я не понимаю, зачем ты это делаешь? Я не люблю оружие.

— Я хочу, чтобы ты могла за себя постоять не только с помощью своего острого язычка, но и чего-нибудь посерьёзнее.

Она повела плечом, пытаясь избавиться от его рук, но Хаджиев лишь прижал девушку к себе крепче.

— Валид, я не хочу, прошу тебя. Объясни, что случилось? Это связано с тем взрывом? Ты знаешь, кто это сделал? — завертелась, силясь заглянуть в его глаза, а Хаджиев прижался губами к открывшемуся участку белой, ароматной кожи на её шее.

Слегка прикусил, щекотнул языком. Она хмыкнула, отстранилась.

— Ты моя женщина, а значит, мой тыл. Я хочу, чтобы мой тыл был в безопасности. Кроме тебя я никому не могу доверять. И да, я знаю, кто бросил взрывчатку в наше окно. Это был мой младший брат.

Шах резко повернулась в его руках, отпуская оружие, но Валид вернул её на место.

— Что? Саид? Зачем он это сделал?! Он что, с ума сошёл?

— Нет. Не сошёл. Он таким родился. Саиду очень нужен бизнес отца. Если понадобился, он за эту власть перегрызёт горло даже нашей матери. Давай, Шахидат, будь послушной девочкой, бери этот грёбаный ствол.

Она схватилась за рукоять, сильно сжала. Задрожала тонкая рука.

— Нет, не так. Кисть не должна быть напряжённой. Расслабь. Вот так. А теперь целься, дыши ровно. Нажимай на курок плавно, но уверенно. Запомни, в случае, если тебе придётся взять в руки оружие, ты не должна колебаться ни секунды. Поняла? Взяла в руки ствол — стреляй. Взяла нож — режь. Давай, Шах.

Она глубоко вдохнула, по телу прошла дрожь. Во время выстрела её оттолкнуло отдачей в его грудь.

— Очень плохо. Ты даже в мишень не попала. Давай на исходную! На ногах стой крепче!

— Мне не нравится это. Пожалуйста… — Шахидат пыталась противиться, но Хаджиев силой развернул её к себе спиной снова.

— Ты не уйдёшь отсюда, пока не попадёшь хотя бы в крайнюю точку. Давай!

***

Я знала, что семья Хаджиевых не отличается принципами и порядочностью. Но чтобы брат взрывал дом брата… Это уже слишком даже для них.

И теперь казалось, что меня окружила стая хищников, а вокруг шеи затянулась петля. Я стала женой бандита, и теперь его враги — мои враги.

Я видела в глазах Валида беспокойство и злость. Впервые за всё время нашего знакомства мне захотелось поддержать его. И, конечно же, защитить себя. Эти чувства возникли поначалу. А потом проснулась злость. Обида на отца, что отдал меня этим людям. Обида на Валида и его сумасшедшую семейку. Не вовремя вспомнила слова Хаджиева о том, что мой папа меня продал.

Мысленно пожелала всем отпрыскам Саида перестрелять друг друга, но ярость в себе подавила. Не время. Совсем не время. Для начала мне нужно пробраться в голову Валида и вложить туда свои мысли. Только так я смогу выжить в их мире. Только так смогу однажды стать свободной.

По дороге домой Хаджиев молчал. Вёл машину одной рукой. Агрессивно, не беспокоясь о том, что мы едем по грунтовой дороге в ямах и колдобинах. Второй рукой задумчиво почёсывал бороду.

— Ты говорил с Саидом? — нарушила тишину первой.

— О чём?

— Ты знаешь…

— Говорил. Он не остановится.

— А ты?

Валид бросил на меня заинтересованный взгляд.

— Я тоже не остановлюсь. Теперь нет. Я накажу брата. Бизнес отца будет моим.

В принципе, всё, как я и думала. Было бы странно, если бы он сдался. Ненормальный, упрямый, вредный.

— Хорошо. Ты должен победить. Не оставь Саиду ни единого шанса.

Валид явно удивился. Повернулся ко мне, забыв про дорогу, и долго с подозрением рассматривал.

— Надо же, ты и на моей стороне? Мне казалось, ты только и мечтаешь о том, чтобы меня кто-нибудь замочил, — усмехнулся, выруливая на асфальтированную трассу.

— Мы ведь уже говорили об этом. Ну и раз уж ты мой муж, то я хочу быть женой победителя.

Хаджиев кивнул каким-то своим мыслям и надавил на педаль газа, выжимая из своей железной зверюги животный рык, а я втянула голову в плечи, морщась от запаха пороха, которым, казалось, пропиталась насквозь.

***

Она его удивила. Да, пожалуй, так и есть. Поразила маленькая Шахи. Мужа-победителя она хочет. Врушка. Просто влюбилась в него, а признаться духу не хватает.

Он и сам долго отказывался в это верить. Чтобы какая-то девчонка да с ума его свела? Заставила сохнуть по ней? Бред же.

А она заставила. Скрутила его нутро своими тонкими пальчиками и разодрала нахрен все противоречия. Сам не понял, как из жажды мести его чувства переросли в нечто большее.

Шах учится с ним жить. Она пытается. И ей этого хочется. Быть ему достойной женой. Одно её попадание в десятку чего стоило. А он, было, после первого выстрела думал, что легче научить мартышку водить автобус, чем Шах стрелять.

Он не ошибся с выбором жены. Однозначно нет.

— Где ты был, Валид? — у порога их встречал Шамиль. — Я полдня тебя ищу! Ты хоть бы предупредил, что уходишь!

— А разве он обязан отчитываться? — неожиданно подала голос Шах, и Валид, проглотив тот же вопрос, повернулся к ней.

— Иди к себе, Шах.

Она сверкнула тёмными глазами, прошла мимо, и Шамиль проследил за ней косым взглядом. В этот момент в башке взорвалась атомная бомба, и лёгкие опалило яростью. Схватив помощника за шиворот, саданул об дверь, которая только закрылась за женой, и сжал пальцы на кадыке горе-помощника.

— В чём дело, Шамиль, нравится моя жена?

Тот тряхнул головой, испуганно зыркнул на Хаджиева.

— Как можно, брат. Нет, конечно. Я не смотрел на неё, клянусь, — закашлялся, когда Валид разжал руку и резко выдохнул, увидев ствол.

— На. Его почистить нужно. И не забудь зарядить. Мне понадобятся пули, — швырнул пистолет Шамилю, а тот, уловив намёк, побелел.

— Валид Саидович, к вам Екатерина Власова, — подал голос охранник позади, и Хаджиев повернулся к воротам.

— Власова? Что за Власова? Ах, да. Власова. Ну давай, зови сюда дамочку.

***

Анна ворвалась в комнату без стука, и я от испуга выронила из рук халат. Благо, на мне после душа оставалось полотенце.

— Вам срочно нужно спуститься вниз! — зашипела вполголоса, размахивая руками.

— Что? Валид зовёт? Скажи ему, что я спущусь через полчаса.

Но домработница обернулась назад, потом забежала в комнату и прикрыла дверь.

— Это не моё дело, но там женщина… Она пришла к Валиду Саидовичу. Знаете, она мне не нравится. Вы бы сходили туда…

Я с трудом понимала её сбивчивую речь, но сердце отчего-то судорожно сжалось в тревоге.

— Что ещё за женщина?

— Я не знаю, кто она, но ведёт себя так… Неподобающе. А Валид Саидович пригласил её в свой кабинет. И цербера выгнал. То есть, Шамиля. Вот, — она выдохнула, а я нахмурилась.

Женщина, значит. И кто такая эта женщина?

Отбросив халат в сторону, открыла шкаф.

— Ну-ка, помоги мне застегнуть это платье.