Глава 13

Валлия

«Я уверен, что мистика присутствует в нашей жизни, просто не все обращают на неё внимание.

А она везде – в случайных встречах, оказывающихся впоследствии судьбоносными, в каких-то совпадениях, в числах…

Она пронизывает нашу жизни тонкими, подчас, неразличимыми нитями, но иногда эти нити накладывают очень яркий отпечаток на всю нашу дальнейшую судьбу…»

Олег Рой

Дни складывались в недели, недели в месяцы. Мимо, стороной, пролетел Новый год, который я провела волчицей, бегая по заснеженному лесу. Впрочем, теперь я много времени проводила в лесу. Не потому, что волчице так уж хотелось побегать, она и не была против, а потому, что мне было невыносимо сидеть дома. Работа, дом; дом, работа. У каждого были свои заботы, проблемы, родные и близкие, я же была одна.

Периодически созванивалась и переписывалась с Алинкой, братом и, немного оттаявшей, Мартой. Только не могла же я им звонить каждый раз, когда мне было одиноко, слишком уж часто это чувство посещало меня.

В середине января, не сдержавшись, достала спрятанные среди убранных вещей в шкаф свои старые рисунки, которые писала ещё в становке – его портреты. Почему я, собираясь уезжать из стаи и наткнувшись на них, не выкинула? В то время просто не поднялась рука, лишь свернула бумагу трубочкой и уложила среди старых вещей. Сейчас же, достав, я убрала их в ящик стола, где в шкатулке рядышком лежало кольцо, купленное Максимом в Японии.

Возвращаясь в один из вечеров февраля с работы, уныло смотрела по сторонам на заснеженные дома и деревья. Я представляла, как сегодня опять допоздна буду щёлкать пультом телевизора или перескакивать с сайта на сайт в интернете. Остановившись напротив своего дома – такого пустого и сейчас вдруг ставшего мне совершенно ненужным, смахнула со щёк слезинки: «Кто бы знал, как мне опостылело одиночество!». Вздохнула и, ещё раз посмотрев по сторонам, пошла внутрь.

Уже засыпая перед экраном телевизора, услышала, как кто-то пробежал по улице, хрустя снегом под ногами. Опять опустив голову на подушку дивана, уже начала кемарить, как опять послышались быстрые шаги и затихли напротив моего дома. Медленно поднявшись, хотела выглянуть в окно, как услышала сначала скрип моей калитки, а затем громкий стук в окно, от которого я вздрогнула. Не включая свет, отодвинула штору и посмотрела на человека, стоявшего за окном.

– Валерия? Вы Валерия? – спросил мужчина, как только увидел меня. В ночной темноте его лица фактически не было видно, но голос вроде не враждебный, а взволнованный.

– Да. Что вам нужно? – спросила через окно, прекрасно понимая, что в ночной тишине он меня услышит.

– Я из больницы, мне сказали, что вы можете помочь, – быстро проговорил незнакомец. – Валерия, пожалуйста, нужна ваша помощь! Меня Варвара Николаевна к вам направила!

Услышав имя старшей медсестры, я успокоилась и велела мужчине подойти к двери. Приоткрыв дверь, впуская в коридор студёный воздух, спросила притоптывающего на пороге мужчину:

– Что случилось?

– Валерия, там нужна ваша помощь, мне нужна ваша помощь! Прошу вас. Чёрт, да что мне нужно ещё сказать, чтобы вы помогли? – сорвался мужчина, выдавая свои истинные чувства и тем самым успокаивая мою настороженность.

– Ждите, я сейчас! Только оденусь.

– Пожалуйста, быстрее! – раздалось уже из-за закрытой мною двери.

Быстро одевшись, я всё же на всякий случай написала короткое сообщение брату. Прихватив с собой, выданный им сотовый кнопочный телефон, выскочила на улицу, где мужчина в буквальном смысле наматывал круги по двору. Увидев меня, буркнув: «Наконец-то!», побежал в сторону сельской больницы, временами оглядываясь: не отстаю ли я?

Только забежав в освещённое помещение, быстро осмотрела его: молодой, не больше тридцати лет, высокий и довольно симпатичный, отвернулась к спешащей навстречу старшей медсестре.

– Лерушка, как же хорошо, что ты пришла! Пойдём скорее, – потянула она меня за руку и перехватывая скинутую мной куртку. – Мальчонка там, подросток, нога распоротая, шить надо, а Инокентий Павлович, козлина старый, опять в запой ушёл!

Добежав до сестринской, начала переодеваться. Уже не в первый раз мне приходиться оперировать: местный хирург, которому давно пора на пенсию, временами начинает пить, выражая тем самым протест заведующей. Почему-то он считал, что именно она виновата в том, что молодые врачи-хирурги не хотят сюда ехать.

Спустя три часа, наконец-то освободившись, я шла по коридору на выход из больницы, как меня окликнул тот самый мужчина, который прибегал за мной.

– Валерия Айдаровна, спасибо вам большое! – он подошёл ближе, и устало улыбнулся. Всё время пока я провела в операционной, по словам Варвары Николаевны, мужчина раненным зверем метался по коридору.

– Пожалуйста. В принципе операция-то совсем не сложная, только где он умудрился так?

– Да мы пошли на Круглое озеро, там же хорошо рыбачить, а брат случайно споткнувшись по дороге домой, напоролся на корягу под снегом, вот и итог, – вздохнул, стараясь улыбнуться.

– Понятно, – кивнула, ещё раз осмотрела его и стушевалась, потому что он заметил это. – Что ж пойду я. С вашим братом всё будет в порядке, сейчас за ним присматривает дежурная медсестра, так что не беспокойтесь – через недельку уже выпишем: организм молодой, быстро справится, – кивнув, уже отвернулась, как услышала:

– Постойте, я вас провожу.

Ошеломлённо остановившись, спросила, глянув на него:

– Зачем?

– Ну как же – молодая женщина и по темноте одна пойдёте? И тем более я же вас сюда вытащил, так что…

– Не стоит, – перебила я, опасливо глянув на него. – Вы меня не вытащили, а позвали на срочный вызов и тем более тут мне до дома рукой подать, да и светлеет уже, наверное. Так что идите домой, – протараторила и чуть ли не бегом помчалась по коридору на выход, где забежала в гардеробную. Быстро накинув куртку, краем глаза заметила, что зашедший сюда же мужчина, тоже одевается и облегчённо выдохнула. Только стоило мне выйти и пойти по тёмной и лишь местами освещённой улице, как услышала сзади хруст снега. Резко остановившись, развернулась:

– Только не говорите, что вам со мной в одном направлении!

– Нет, – честно ответил он, – но я вас провожу, даже если вы этого не хотите, просто пойду на расстоянии. Извините, но мне так будет спокойнее.

Наклонив голову, вздохнула и махнула рукой:

– Ладно уж, провожайте.

Догнав меня, и приноровившись к моему шагу, мужчина спросил:

– Давно здесь работаете? Я просто раньше вас здесь не видел.

– С конца сентября. Я тоже не видела вас, вы местный?

– Да, но здесь не проживаю. В Петрозаводске живу, да и брата туда забрал, как вы понимаете образования здесь нормального не получить.

– Не понимаю, потому что при желании, тем более в наш технологический век, образование можно получить хоть на необитаемом острове.

– Да, вы правы, – замявшись на мгновение, но он всё же согласился со мной. – Только у него такой характер, что постоянно приходиться его подталкивать. Вы не подумайте, он не лентяй! Устремлённый, решительный, любознательный – раньше был, а вот с год как, совсем изменился и с ним теперь тяжело сладить родителям.

То, как он тут же кинулся оправдывать брата, вызвало у меня улыбку.

– Ну а вы? Как здесь оказались? Здесь кто-то из родственников у вас?

– Нет, – медленно покачала головой. – Просто приехала.

– Понятно, значит прячетесь.

Услышав его слова, я чуть не споткнулась. Выдохнув, остановилась.

– Спасибо что проводили, – и не дожидаясь его реакции, быстро открыв калитку, шмыгнула во двор.

На следующее утро, я снова столкнулась с этим мужчиной уже в коридоре больницы. Только завидев его, сделала вид, что очень спешу, поэтому поздоровавшись на ходу, чуть ли не пробежала дальше. «А ведь я даже имени его не знаю, – промелькнуло у меня. – Он не представился вчера, а я не спрашивала».

Время до вечера пролетело быстро и вот я, как и всегда, выходила из больницы в числе последних. Возвращаться домой не хотелось, но и задерживаться на работе было уже неудобно, на меня и так уже косо посматривали и наверняка за спиною шушукались, мол: одинокая, поэтому и сидит здесь до последнего.

Возвращалась медленным шагом и совершенно не ожидала увидеть около своего дома того самого мужчину, который ходил кругами, изредка потирая руки в перчатках.

Увидев меня, остановился, и когда я подошла ближе, улыбнувшись, поздоровался.

– Добрый вечер Валерия Айдаровна. Стою вот, вас дожидаюсь.

– Зачем? – вырвалось у меня подозрительно.

– Это вам, – протянул он мне внушительный пакет.

– И что это? – не торопясь брать его, смотрела настороженно.

– К-хм, видите ли… – мужчина замялся и явно смутился: – Это мама вам передала, за помощь младшему сыну.

– М-м-м, понятно, но спасибо, я не…

– Валерия Айдаровна, – перебил он меня, – тут всего лишь пироги, она сама напекла и когда передавала пакет, сказала, что если не смогу вручить его вам, она мне голову оторвёт. Передала вам, что от всей души благодарна, так что вы уж спасите меня от преждевременной кончины.

Улыбнувшись, я всё же взяла пакет, оказавшийся не только объёмным, но и тяжёлым. В селе пару раз пытались мне заплатить деньги за помощь или мои снадобья, которыми я делилась с сельчанами, но быстро поняли, что я категорически денег от них не возьму, поэтому вот иногда меня баловали вкусняшками собственного приготовления.

– Валерия, – протянула ему руку для пожатия, – можно просто Лера.

– Артём, – широко улыбнулся мужчина, пожимая мою ладонь. – Валерия, к-хм, Лера, а вы любите подлёдную рыбалку?

– Не знаю, – удивлённо на него посмотрела.

– У вас же завтра выходной, – увидев, как я удивлённо хлопнула глазами, засмеялся: – я у Инны, медсестры в больнице узнал. Так может, попробуете порыбачить? Вдруг в вас заядлый рыбак проснётся? Я вас приглашаю, завтра. Только, пожалуйста – не отказывайтесь! Если вам не понравится, то есть запасной план. Ну как? Могу я за вами завтра заехать в десять утра? И только одевайтесь потеплее, если есть валенки, то их прихватите, если нет… а какой у вас размер ноги?

Не удержавшись, я рассмеялась.

Это был мой первый настоящий выходной день, когда я ни разу не вспомнила о работе, о прошлых обидах. И только раза три вспомнила с тоской о Максиме.

Я до этого и на обычной-то рыбалке не была, а здесь – подлёдная!

День прошёл просто чудесно – я даже смогла поймать три рыбёшки прежде чем Артём меня всё же уговорил пойти в уже прогретый маленький домик на берегу озера. Не смотря на то, что оделась я тепло и обула выданные мне валенки, всё равно ужасно замёрзла. Зато потом была уха, сваренная в котелке и постоянные заинтересованные взгляды, которые на меня кидал Артём и которые меня сильно смущали.

«Позволила бы я поцеловать себя? – лежала в ванной и, улыбаясь, водила мочалкой по рукам и шее. – Да, мне хотелось этого», призналась сама себе с усмешкой. Только вот когда Артём довёз меня до дома, на прощание поцеловал внутреннюю сторону моей ладони при смотря в глаза и всё! Естественно меня привел в замешательство его поступок и то, что Артём не сделал попытки меня поцеловать. Даже сейчас мне стало неловко от воспоминания, как я застыла истуканом, пока он садился в машину и он же наверняка заметил! Поморщившись, погрузилась в воду с головой, выпятив коленки наружу. Почему-то было неловко за ту заминку.

На следующий вечер я после рабочего дня осталась на дежурстве, поэтому с Артёмом мы увиделись только когда он приходил навестить брата. А на утро, когда шла домой, увидела его рядом с моим домиком.

– Привет, – Артём наклонившись, коснулся мягкими губами моей щеки.

– Привет, – сглотнула, но отважно не опустила взгляд.

– Я знаю, ты устала, поэтому только зашёл спросить: как насчёт прогулки вечером? Просто поболтать? Можно конечно зайти в местное кафе…

– О, нет! – помотала головой. Однажды зайдя туда ради любопытства, выскочила как пробка из бутылки: грязная, накуренная и совершенно облезлая обстановка вызвали только отвращение.

– Поддерживаю, – рассмеялся Артём. – Блин, – он взъерошил волосы пятерней, и волна воспоминаний ударила меня в грудь: точно так же делал Максим, – здесь даже девушку некуда пригласить, – посетовал мужчина. Тогда просто прогуляемся?

Наклонив голову, сделала вид, что задумалась. И только после того, как Артём нахмурился, явно ожидая отказа, не выдержала и рассмеялась:

– Хорошо, прогуляемся.

– В пять? Или шесть? – он тут же широко улыбнулся.

– Давай в шесть, мне ещё по дому кое-что надо сделать.

На самом деле в это время будет меньше людей на улице. Обсуждать нас, конечно, будут, село есть село, но всё мне казалось, что так будет комфортнее.

– Лера, может тебе помочь нужно? Что-то прибить, прикрутить, передвинуть? – спросил Артём.

– Спасибо, нет, – я двинулась к калитке.

– В шесть? – спросил он уже мне в спину.

– В шесть, – подтвердила оглянувшись.

Если поездка на рыбалку мне дала представление об Артёме как о хозяйственном, весёлом парне, к тому же прекрасно умеющим готовить уху, то вечерняя прогулка раскрыла его ещё больше. С ним было интересно: он так красочно описывал места, где ему удалось побывать, что казалось, я была там вместе с ним.

Иногда он обескураживал своей улыбкой, а иногда становилось интересно, слушая его нетривиальные выводы рассказанных им же самим историй. Он был многогранным и довольно-таки эрудированным. От его выводов и знаний я к стыду своему иногда даже терялась, но с ним было увлекательно и просто разговаривать, а тем более слушать.

– Не замёрзла? – становившись, поправил воротник моей шубы, той самой, которую мне привёз на прошлый Новый год Максим.

– Нет, всё хорошо, – я немного смущённо улыбнулась, потому что Артём, поправляя ворот, одной рукой привлёк меня к себе. – Только мне уже пора, завтра рано на работу, так что…

– Конечно, – не отпуская, он провёл пальцами по моей скуле, но всё же отстранился. – Тебе надо выспаться.

Дойдя до дома, открыла калитку, но Артём, не останавливаясь, прошёл по дорожке за мной к крыльцу. Замешкавшись, я не знала, как поступить, да я вообще не знала, как нужно поступать в таких случаях! Вроде хотела пригласить его в дом, выпить чай, но не хотела, чтобы это прозвучало двусмысленно, хотела, чтобы он поцеловал меня, но боялась, что он может подумать обо мне плохо.

Артём сам прервал мои метания. Мягко притянув к себе, приподнял мой подбородок и слегка прикоснулся к моим губам, словно знакомясь. Скользнул по ним языком, пробуждая дрожь в моём теле и только после того как понял, что отстраняться я не собираюсь, скользнул внутрь.

Его поцелуй был совсем другим, не такой как у Максима. Губы мягче, движения сначала осторожные, нежно поглаживающие становились напористее, но не вызывали отторжения.

Положив руки ему на грудь, я ответила на поцелуй. Сначала мягко касаясь его языка своим и после того как он, шумно выдохнув, привлёк меня к себе сильнее, уже более раскованно ласкала его в ответ, но… Но!

Почему-то у меня, если и было влечение, но не было дрожи в ногах, сердце не заходилось в шумном беге, и отстраниться я могла сама в любой момент, что и сделала.

Уткнувшись лицом в грудь Артёма, почувствовала как он, обняв меня одной рукой, погладил по волосам. Подняв лицо и улыбнувшись, мягко высвободилась из его объятий.

– До завтра? – спросил тихо, не отрывая взгляда от моих глаз.

– До завтра, – ответила также тихо и ещё раз улыбнувшись, пошла в дом.