Глава 6

Вот! Она прошла здесь, ненавистная причина всех её бед и несчастий!

Елена чутко повела носом — запах человеческой подстилки Бориса совсем свежий. Только что здесь прошла девка, из-за которой волчицу вышвырнули из собственного дома, та, которую любимый временно хочет вместо неё! Но всё встанет на свои места, как только эта поганка умрёт! Не будет её — и всё снова сразу станет хорошо, просто прекрасно, так, как было!

Запах Натальи выводил Елену из себя, она с трудом сдерживала злобное рычание, неслышно преследуя её. Догнала, когда девка, как раз, вышла на поляну. Движется, словно слепая! И это в полнолуние, когда вокруг светло, как днём! Ничтожный человек! Бориса нужно освободить от этой слабой, ни на что не годной, самки. И чем быстрее, тем лучше.

Елена осмотрела поляну и забежала сбоку, где подлесок был поближе к девке, чуть присела для прыжка, примериваясь к горлу. Луна отлично освещала Наталью. Её длинная, белеющая в темноте, тонкая шея, сама просилась в пасть.

Девчонка, наконец, заметила зверя и, тихо вскрикнув, испуганно попятилась.

«С каким огромным наслаждением я сейчас перекушу ей горло», — подумала Елена и, подобравшись, прыгнула.

***

Борис не спешил искать или догонять Елену. Он просто бежал по лесу и по-прежнему мучился в сомнениях, не в силах выполнить то, что требовалось по неписанным законам оборотней.

«Всё же, попробую ограничиться разводом», — наконец, принял он окончательное решение, и с облегчением отправился искать свою, всё ещё, жену. После того, как он определился, что станет с ней делать, вздохнул с облегчением, и теперь на сегодня у него были на волчицу вполне определённые, весьма приятные, планы.

Довольно скоро Борис почуял запах Елены и немного ускорился. Не терпелось. И так, столько времени с этими раздумьями потерял!

Странно. Самка побежала к особняку со стороны леса. Это альфе не понравилось, и он, на всякий случай, решил поспешить. «Наташа в доме одна сейчас. Зачем Елена направилась в ту сторону? Снова трёпку захотела?». Борис быстро преодолевал немалое расстояние до своего участка.

Внезапно, к запаху жены добавился тонкий аромат истинной. Откуда он взялся в лесу? Теперь уже альфа несся со всех ног. Мощные мышцы волка работали на полную силу.

Впереди небольшая полянка недалеко от парковой калитки. Между мелькающими стволами деревьев альфа издалека увидел на ней тонкую фигурку Наташи. И вдруг… Волчица в броске!

На всей скорости альфа в последнюю секунду влетел между женщинами, подставляя зубам Елены бок, и сбивая с ног своей огромной тушей Наташу.

***

Всё произошло так быстро, что понять что-либо и как-то защититься Наташа не успела.

Вот, огромный зверь с жёлтыми глазами и оскаленной пастью прыгает прямо на неё! Она даже не успела разглядеть жуткую морду! И, в тот же миг, что-то огромное и невероятно тяжёлое падает на неё, выбивая весь воздух из лёгких. Её расплющивает по земле, пугающе трещат рёбра, молнией сверкает в глазах от ослепляющей боли в затылке и скручивает жутким спазмом в самом низу живота. «Вот она какая… смерть… как же это… больно», — последнее, что мелькает в затухающем сознании Наташи.

***

Борис мгновенно взвился на ноги, освобождая хрупкую пару от веса своего тела. Повёл над ней мордой: девочка лежит, словно, неживая, явственно слышен запах её крови.

В бешенной ярости альфа повернул голову к волчице. Его глаза светились в темноте ярче лунного света.

Та, отброшенная далеко в сторону, не поднималась на лапы, тоненько скулила, прижимаясь к земле. Едва волк качнулся в её сторону, Елена быстро перевернулась на спину, подставляя незащищённое брюхо.

Именно в эту секунду к Борису пришло осознание, которое спасло Елене жизнь: Наташа жива, она дышит, но запах крови его пары становится всё сильнее. И альфа, оставив в покое волчицу, вернулся к неподвижной девушке, больше даже не оглядываясь на Елену, словно забыл о ней.

Волк суетливо обнюхал Наташу с головы до ног. Обернулся и быстро осмотрел, легко касаясь руками. Кровь была только между ног. Месячные внезапно начались? Огромная шишка на затылке. Это из-за неё она без сознания? Дышит нехорошо, неровно. Это особенно пугает! Борис, со всей возможной осторожностью поднял Наташу на руки и бережно, но очень быстро понёс к дому.

Елена, оставшись одна, сначала медленно поползла в противоположную, от той куда пошёл альфа, сторону, потом поднялась на лапы и кинулась бежать.

Если бы она убила Наталью — у неё был бы маленький, но шанс, а теперь, Елена была в этом уверена, спасти её жизнь может только побег. И она бежала.

Пользуясь тем, что стояла глубокая ночь, она мчалась по безлюдным улицам города в волчьем обличье, рискуя нарваться на стайки бродячих городских собак. Но Елене повезло. Те одинокие бездомные псы, которые попались ей по дороге, лишь испуганно поджимали хвосты и скрывались где-то в подворотнях, даже не тявкнув.

Обернулась она прямо перед входной дверью в городскую квартиру. Лихорадочно собрав свои документы, деньги и украшения и запихав всё в дамскую сумочку, Елена наскоро побросала в чемодан самое лучшее из одежды. Как же тяжело собираться навсегда в такой спешке! Будь проклята эта человеческая девка!

Волчица не решилась вызвать такси. На случай погони, ей лучше поймать попутку. Дорога была пуста и Елена несколько минут нервно топталась на обочине. Наконец, засияли фары приближающегося автомобиля.

— До ЖД вокзала!

— Не по пути, но ладно, отвезу, если хорошо заплатишь. Садись. Чемодан оставь. Я его в багажник положу.

Глаза водителя явно были немного… нетрезвыми, что ли, и запах противный. В другое время, Елена ни за что бы к такому в машину не села. Но сейчас время поджимало, ужас от ожидания кары за содеянное холодил душу, а дорога была совершенно пуста.

Припарковавшись в широком удобном кармашке, недалеко от вокзала, водитель выжидательно посмотрел на женщину. Она понятливо полезла в свою сумочку за деньгами для оплаты проезда, раскрыла молнию. Глаза мужчины сверкнули алчным блеском, когда он мельком увидел у одинокой ночной пассажирки немало наличных и украшения. А он сегодня порядком проигрался…

Расплатившись, Елена торопливо вышла и направилась к багажнику за чемоданом. Мужчина вышел следом, услужливо поднял ей крышку.

— Бери свой баул сама. Я не нанимался.

Она, ничего не подозревая, наклонилась, потянулась за вещами и… получила нож под левую лопатку. Мужчина оглянулся на пустую привокзальную площадь и ловко затолкнул в багажник обмякшее тело.

Труп Елены грабитель выбросил за городом, под мост, возле местной речки-вонючки.

***

Наташа пришла в себя уже в машине, лёжа на заднем сиденье. Ужасная боль и невозможность нормально дышать обрушились на неё внезапно и со всей силы. Девушка громко застонала.

— Сейчас, сейчас! Немножко потерпи, маленькая! — Борис сосредоточенно вёл машину на огромной скорости. — Через пять минут уже будем в больнице. Там нас ждут.

— Боря, там… в лесу… собака. Огромная…, - сквозь стоны и плач, задыхаясь, пыталась рассказать, что с ней случилось, Наташа. — Я дышать… не могу. Больно. Она… на меня… прыгнула.

— Тише, тише, девочка, молчи! Не разговаривай. Я знаю. Я всё видел.

Взвизгнули шины от резкого торможения. Борис вылетел из водительского места и кинулся доставать Наташу.

— Приехали, — он со всевозможной аккуратностью приподнял её на сиденье, на что Наташа неожиданно зашлась кашлем вперемешку с рыданиями.

— Потерпи ещё немного, Наташенька. Девочка моя, маленькая…

Дальше всё для Наташи превратилось в какой-то непрекращающийся кошмар и боль. Хотя Борис сам достал её из машины, однако, как он ни старался, не смог сделать этого, не причинив несчастной дополнительных страданий. Потом, её торопливо везли на каталке по коридорам больницы и в лифте. И это тоже было больно и, к тому же, страшно, от того, что не могла нормально дышать. Ко всему прочему, Наташа осознала, что ощущает сильную тошноту. Борис не отставал, шел рядом, придерживая каталку и не отпуская её руки.

Пострадавшую мучили обследованиями, перекладывая с каталки и засовывая в какие-то жужжащие аппараты и обратно. Чаще всего Борис брал её на руки сам, иногда его решительно выгоняли из очередного кабинета. Ему даже выдали белый халат, который туго обтянул его плечи и совсем не застёгивался. Он выглядел так непривычно потерянно и нелепо, что Наташа улыбнулась бы, если бы смогла. Может быть потом, когда будет вспоминать… Сейчас же её лицо искажала постоянная гримаса боли.

Но хуже всего было на гинекологическом кресле…

Когда Наташе, наконец, укололи обезболивающее, снотворное и оставили в блаженном беспамятном покое, с поставленной капельницей, конечно, и под присмотром медсестры, Борис и заведующий специальным отделением вышли из её отдельной ВИП-палаты и остановились у окна в коридоре напротив её двери.

— Пойдём в мой кабинет? — устало спросил врач.

— Нет. Здесь. Не могу отойти далеко от неё. Говори.

— Если коротко: сотрясение мозга, перелом двух рёбер, выкидыш.

— Что?!!!

— Спокойнее, Борис. Я всё понимаю. У Вас с Еленой десять лет не было детей, а эта девочка с тобой меньше года и уже была беременна. Мне жаль.

Борис закинул голову назад и застыл, сжав зубы, стараясь справиться с эмоциями.

— Сам знаешь, если альфа слишком сильный, луна даёт ему возможность иметь потомство, но только от истинной пары.

Волк молча тяжело посмотрел на врача, ожидая, что он ещё скажет.

— Альфа, с девочкой всё будет хорошо. При должном уходе через три-четыре недели она будет совершенно здорова. Сейчас ей показаны полный покой и сон. Пока сращиваются рёбра, заживёт и всё остальное. Она здоровая молодая женщина. Ничего непоправимого с ней не случилось. Борис… у вас ещё будут дети. Первую неделю Наталья проведёт здесь, а потом сможешь забрать её домой. Я дам хорошую медсестру сиделкой.

— Да, — безэмоционально согласился Борис. — Прости, Антон, я сейчас хотел бы побыть один.

Врач в поддерживающем жесте легко тронул мужчину за плечо и отправился в свой кабинет, оставляя Бориса наедине со своими переживаниями.

***

Холодная комната в подвале с неживым ярким светом, металлический стол на колёсах, тело под белой простынёй — Борис, в прострации, всматривался в спокойное восковое лицо Елены.

— Да, это моя жена Волкова Елена Леонидовна, — ответил он следователю, который вёл опознание.

Ему позвонили рано утром. Тело Елены на рассвете нашёл старичок-пенсионер, выгуливающий собаку жены. Точнее, нашла звонкая болонка и разлаялась, не двигаясь с места, несмотря на зов хозяина. Мужчина вынужден был, кряхтя, потрудиться и спуститься под мост к не слушающемуся команд «бесполезному лохматому наказанию», и проверить, что так взволновало, обычно, в общем-то, спокойное животное.

По горячим следам служебная собака быстро взяла и отследила путь преступника до проезжей части, и обнаружила выброшенные им раскрытую и выпотрошенную женскую сумку и, рядом, документы, предположительно, из неё, таким образом значительно облегчив установление личности жертвы.

Бориса вызвали на опознание.

Он не поверил словам следователя, что в морге, возможно, лежит его Лена, и злился, что вынужден уйти из больницы и оставить свой бесполезный караул у двери спящей Наташи. С какой стати его жена убита? Чушь! Невозможно! Она одна способна справиться с десятком человеческих мужчин. Сильно смущало только то, что недалеко нашли документы Елены. Именно из-за них он сорвался из больницы, приехал, решив, что в любом случае необходимо разобраться в ситуации.

Теперь, он смотрел на безжизненное тело жены и чувство невосполнимой утраты било наотмашь. Нож в спину… Не ожидала… Осознание того, что его Лена мертва, медленно проникало в его мозг. Следователь и ещё какой-то мужчина в белом халате, возможно патологоанатом, не мешали ему справиться с эмоциями, оставив ненадолго одного, притаившись со своими бумажками у пустого стола в углу.

В этом холодном сером подвале Борис впервые понял, как сильно он любил женщину, тело которой сейчас лежало перед ним, накрытое белой тканью. Волчица десять лет была ему верной поддержкой и опорой во всех делах, поддерживая своего мужа, бизнесмена, альфу клана, в любом его начинании. Елена содержала их дом в идеальном порядке, обеспечивая ему сытый уют и место, где он всегда может отдохнуть и расслабиться. Очень красивая, великолепно образованная, из весьма состоятельной семьи, давшей ей отличное воспитание, женщина была ему прекрасной и надёжной спутницей на деловых переговорах, при необходимости могла сама организовать достойный приём, занять гостей, подготовить благотворительное или иное мероприятие. Он уважал и часто восхищался женой, её красотой, умом, талантами и способностями.

«Нож в спину… Прямо в сердце… Леночка… Как получилось, что случайная встреча на дороге разрушила нашу крепкую любящую семью и привела тебя сюда? Кто виноват? Я, Лена? Я виноват в том, что одурел от запаха и привёл к нам в дом другую? Прости!!! Я не хотел твоей смерти! Вопреки всем законам не хотел! И теперь, когда Луна всё решила за меня, я не чувствую облегчения, только боль. Я хочу, чтобы ты была жива, Лена!», — мысленно разговаривал, даже, кричал жене альфа, но на его лице отражалось лишь спокойное угрюмое горе.

«Ты рискнула, когда стала моей женой, зная, что не являешься моей истинной. Зачем?! Видишь, чем закончилось! Зачем сбежала? Думала — убью? А я решил развестись. Или виновата Наташа? Она ослушалась, вышла за территорию — и вот результат: нет ребёнка, нет тебя, а сама она на больничной койке! Разве могла ты сдержаться, когда её увидела? Я понимаю. Ты испугалась, глупая…», — стоял у стола Борис и мысленно говорил, говорил, говорил с женой.

Только она уже ничего не слышала.

Выполоскав и вывернув наизнанку всё грязное бельё его семьи, через две недели полиция сняла с Бориса все подозрения в убийстве.

За это время много чего произошло. Часть любопытных для публики фактов просочилась в средства массовой информации. Жёлтая пресса перед всей широкой общественностью неделю смаковала добытые детали преступления против несчастной жены видного бизнесмена, которую муж бросил ради молодой любовницы. Некоторые издания сперва тонко намекали, что Волков сам убил жену, таким образом решив проблему с разделом имущества при грядущем разводе. Позже, другие чуть-ли не утверждали, что убийство является заказным и фигура заказчика, снова-таки, чётко просматривается. Основная изюминка большинства репортажей состояла в том, что по информации из надёжного источника, супругу уважаемого и влиятельного в их городе Бориса Волкова убили в то время, пока муж находился в больнице с его юной любовницей, жестоко избитой, предположительно, этой самой женой.

Детали семейной жизни Бориса, некоторых его любовных похождений, факты и предположения умело смешивались, домысливались и интересно преподносились местной читательской и зрительской аудитории. Надо сказать, что у Волкова было достаточно явных и скрытых врагов и конкурентов, чтобы воспользоваться моментом и насолить ему. Было сделано даже несколько телерепортажей с места событий в региональных новостях. Как ни старался Борис «накинуть платок на роток» — свернуть лавину газетных и телевизионных сплетен и комментариев — удавалось ему плохо.

Он, вообще, был не в форме в эти первые дни после трагедии и с трудом держался на плаву, пытаясь контролировать клан, вести бизнес и решать возникшие личные проблемы.

Всего одна ночь перевернула отлично устроенную жизнь альфы с ног на голову: любимая женщина убита, долгожданный ребёнок погиб, истинная пара лежит под капельницами… Как он допустил, чтобы случилась беда со всеми самыми дорогими для него и самыми необходимыми?! Невозвратимость и боль ситуации порождала, горящую в груди огнём, беспокойную ярость, которая никак не находила выхода. Мозг мужчины лихорадочно искал виноватых, чтобы направить её на наказание преступников.

Родители Наташи, слушая телевизор на кухне, далеко не сразу поняли, что коварная молодая любовница богатого бизнесмена, получившая по заслугам и находящаяся в тяжёлом состоянии в больнице, Наталья Кузьмина и их Таша — это одно и то же лицо.

Возможно, они так и не догадались бы, даже прослушав весь блок новостей, если бы в какой-то злободневной передачке, сразу после них, не показали огромный портрет Наташи, как раз в тот момент, когда её мать случайно подняла глаза от разделочной доски к экрану.

— Витя! — схватившись за левую сторону груди, осела на стул Наташина мать. — Наша Таша!

— Любовница бизнесмена!? — мгновенно потерял все краски на лице отец.

— Доченька моя, избита… сказали, в тяжёлом состоянии… — закачалась на стуле женщина, явно намереваясь скатиться в истерику.

— Люда! Сейчас накапаю, — муж дрожащей рукой отсчитал нужное количество капель в чашку, и жене, и себе, заодно, — Соберись, мать! Не время раскисать и за сердце хвататься. К ней надо ехать! На месте разберёмся.

— Так ведь звонила она сегодня, Вить. Говорила, что всё хорошо, подрабатывает, поэтому никак не может приехать.

— Вот и посмотрим, каким местом она там подрабатывает!

***

Через полторы недели пропавшие драгоценности, вывели альфу на убийцу Елены.

А случилось так: ему позвонил знакомый ювелир и сообщил, что принесли на переделку колье с сапфиром, которое он сам когда-то создавал специально для Елены на её тридцатилетие. Оборотням, совместно с полицией, удалось отследить всю цепочку перехода краденого из рук в руки, вышли на убийцу.

К сожалению, оперативники взять под стражу убийцу не успели. По отчётам с места происшествия, он был разорван стаей голодных бродячих собак, когда скрывался от преследования в заброшенном недостроенном здании на окраине города.

Городские власти сразу организовали работу по отстрелу бродячих животных. Зелёные в ответ устроили волну протестов против жёсткого обращения с животными и внимание общественности, наконец, переключилось на другие темы. Трагедию в семье Бориса оставили в покое: убийца и грабитель найден, он погиб при нападении животных, они уничтожены — все виновные наказаны.

***

Лично расправившись с убийцей Елены, альфа почувствовал некоторое удовлетворение. Внутреннее чувство вины перед погибшей женой отпустило его, словно альфа оплатил долги, наказав преступника.

С другой стороны, волк считал, что за нападение на Наташу Елена тоже дорого заплатила — жизнью, то есть, виновник второго преступления также наказан.

Осталось последнее… Кто виноват в гибели не родившегося ребёнка?

Две недели, в течение которых продолжались поиски и погоня за преступником, Борис приходил к Наташе раз в день, точнее, ночью. Он сидел около неё, спящей, пару часов и уходил, никем, кроме медсестры, незамеченный.

Говорить с ней Борис не хотел.