Глава 18.

Ночь прошла неспокойно. У Изабеллы разболелась нога — отек спал, и кожа начала мучительно чесаться, девушку изводила бессонница.

А в голове крутился один и тот же вопрос — почему? Почему он не поцеловал её там, на поле? Он ведь хотел этого! Его глаза говорили о желании…

Утром Салли заметила, что мисс выглядит не лучшим образом и предложила вызвать доктора. Но Белла отказалась, попросив только сменить повязку и принести две чашки шоколада.

Горничная сама справилась с процедурами, затем помогла Белле одеться и усадила на кровати, обложив подушками.

Роман был окончен. Девушка со стыдом призналась себе, что ей хочется испытать такое же мучительно — сладостное чувство.

С Уильямом все получилось так просто и легко! Она и не думала ни о каком страдании!

Каково же это? Страдать из-за любви?

Изабелла почувствовала, что дверь открылась…

— Салли, как ты думаешь, третья чашка шоколада — это слишком?

— Я думаю, что даже вторая слишком, но вы можете получить и четвертую…

Его голос совсем не изменился за эти сутки, она узнавала ту же хрипотцу.

Белла повернулась, стараясь скрыть радость и показать изумление. Но, увы, она сама понимала, что сделать это ей не удастся.

Он улыбался, и ей ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ.

— Милорд! Это очень неприлично вам появляться в моей спальне! Но… я,  я не могу не сказать как рада вас видеть!

— Миледи… — он шутливо поклонился, — Салли никому не расскажет, что видела меня. А для всех остальных я участвую в охоте.  Гости стараются загнать бедную лису, так что…

— Не хотелось бы мне оказаться на месте лисы!

— Не волнуйтесь, вас никто не поймает.

— О, в конце концов это вы можете оказаться лисой. Это у вас, сударь, есть капитал! И на вас, я уверена, ведут охоту дебютантки.

— Вы угадали. И именно поэтому я избегаю светских мероприятий.

— Очень мило с вашей стороны навестить меня. Я чувствую себя довольно сносно. Думаю, доктор маркизы погорячился, сказав, что мне нужно оставаться в кровати целых три дня.

— Я могу помочь вам переместиться в кресло.

— О… Пожалуй…

Он осторожно поднял её с кровати. Щеки Беллы снова окрасил румянец. От Суита пахло свежестью, мылом и одеколоном. Ей снова пришлось задержать дыхание.

— Вы очаровательно краснеете.

Она вспыхнула еще сильнее.

Кресло было мягким. Но не столь удобным, как его руки.

— Партию в шахматы?

— О… Признаюсь, мистер Суит, я не самый сильный игрок.

— Тогда  может быть партию в покер?

Он сел в кресло напротив, подвинув его ближе к небольшому столику.

— Неужели вы не играете в покер?

— Почему же… Играть я умею, но…

— Я знаю, чем вас развлечь. Немного магии?

Он достал колоду, словно из воздуха, одним незаметным четким движением. Дальше его руки продолжили творить чудеса. Карты перетекали из одной руки в другую, переворачивались, исчезали и появлялись снова. Это было целое представление, в конце которого Белла не могла сдерживать смех и аплодисменты.

— Это великолепно!

— Боюсь, члены некоторых мужских клубов не разделяют ваших восторгов.

— Вы игрок?

— Я люблю играть. Нет, вернее сказать, я люблю выигрывать.

— И часто выигрываете?

В его глазах появилось странное выражение. Он словно исследовал её, изучал...

— Если я скажу — всегда, вы поверите?

— О… Вы можете сказать, что выигрывали всегда. Но вы не можете утверждать, что продолжите выигрывать и впредь.

— Пожалуй, это звучит слишком сложно для меня. Но, если вы хотите так думать, ваше право. Смотрите внимательно. Здесь две стопки, возьмите карту из одной, посмотрите, так, чтобы я не видел... — Белла проделала все то, о чем сказал Суит. — Замечательно. Теперь положите карту в другую стопку… Готово?

Она вытянула пикового валета. Сердце забилось сильнее. Мог ли он прочитать карту в её глазах?

— А теперь, моя дорогая, посмотрите на меня. Внимательно. Не отрывая глаз…

Ей стало трудно дышать, Белла чувствовала, как задрожали её губы. Неужели, сейчас он все-таки рискнет? Он ведь хочет этого поцелуя так же, как и она? Разве нет?

— В глаза, моя леди… Так…

 Он опустил веки, втянул носом воздух, выдохнул, раздувая ноздри… Распахнул глаза. Взял карты, поднял стопку…

— Подвиньтесь чуть ближе.

Его голос звучал глухо и властно, Изабелла закрыла глаза. Почувствовав прикосновение его пальцев, распахнула ресницы — он прикладывал стопку к её лбу, взгляд Суита был сосредоточен на картах. Он повернул стопку к себе, развернул веером, и…

 В его руках оказался тот самый валет. Белла задрожала. Это казалось невероятным, как он мог угадать?

— Вы… вы подсматривали? Или… может, ваши карты крапленые?

— Хотите обвинить меня в том, что я шулер, моя дорогая? Джентльмены за такие слова дерутся на дуэли.

— Но я леди. Вы же не вызовите на дуэль леди?

— Нет.

— Как вы узнали карту?

— Это… старинная ирландская магия.

— Я вам не верю!

— Хотите узнать секрет?

— Хочу!

— И… какую цену вы готовы заплатить?

— Я...

Она не могла предложить это сама. Но если он попросит.

Изабелла чувствовала, как её бросает в жар. Её тело жило какой-то своей, очень странной и волнующей жизнью. Грудь напряглась, соски стали твердыми, и тянущая боль протянулась от них к самому сокровенному месту. Между ног стало горячо и влажно. Ей показалось, что она ощущает какой-то новый, не свойственный ей запах… Аромат страсти, аромат соблазна. Белла облизала губы, понимая, что это движение может быть истолковано им слишком превратно.

— Гинею?

— Кстати, я, по-моему, уже должен вам одну, — он улыбнулся, — Или целую сотню?

— Может быть…

— Вы предлагаете гинею за секрет фокуса?

— Думаю, гинея — достойная цена.

— Вы не азартны.

— Увы…

— Ну, если у вас нет более интересных предложений…

— Я могла бы…

— Да?

Казалось, из его глаз льется свет, который обладает необыкновенным опьяняющим действием.

— Предложить…

— Я весь внимание?

— Две гинеи…

— О! Вы превосходный игрок! Значит, две?

И еще поцелуй. Сладкий, страстный, такой, от которого тает все внутри… Попроси его! Ну, попроси же!

— Две гинеи. Но вы сохраните секрет втайне! Вы никому не расскажете!

— Я не болтлива.

— Я надеюсь.

Он сделал какое-то движение руками, Белла опустила глаза и уставилась на стол, на котором ровными кучками лежали карты. Одна кучка была красной, вторая — черной.

Негодяй! Он чуть не поймал её на такой чепухе!

— Вы…

— Я иногда бываю пренеприятным типом.

— Вы просто… разложили карты?

— Да, в одной стопке масть красная, в другой — черная. Вы взяли карту из черной стопки и положили в красную. Мне не составило труда найти её.

Он смеялся. Так открыто и радостно, что нельзя было не рассмеяться в ответ!

— Вы невозможны!

— А вы прекрасны.

Белла взмахнула ресницами, краска отлила от щек.

— Прекрасная молодая леди, такая живая и настоящая! И я должен вам 3 гинеи. Это... Целое состояние, знаете ли! Придется ехать в Лондон, и требовать у банкира выдать мне наличные.

Он так быстро перевел разговор на другую тему, что она не успела испугаться.

Потом он показывал другие фокусы, более сложные и интересные, рассказывал, как обыгрывал разных людей, отмечая, что никогда не забирал у человека последнее…

Время пролетело так быстро, что когда в комнату забежала Салли с сообщением, что охотники возвращаются, Изабелла не могла поверить в то, что утро давно перешло в день, и Суит провел в её спальне несколько часов…

— Не волнуйтесь, мисс, я никому ничего не скажу!

— Спасибо, Салли. Но… я думаю, тетушке все-таки рассказать придется. Тем более ничего предосудительного не было, он… просто показывал фокусы.

— Я знаю. Я все время была под дверью и…

— Ты подглядывала?

— Разумеется! Я не могла оставить вас без присмотра! Но… он такой галантный кавалер! Такой джентльмен не может позволить себе обидеть леди!

— Да,  не может…—  ей было очень жаль, что он оказался таким джентльменом.