Глава 18 · Саша продает информацию, доставшуюся ей совершенно на халяву

Это оказалось совсем несложно — договариваться с Джеро! Не могу сказать, что он прямо пусечка-мимими, но клиент не безнадежен.

— Так что ты хотела мне рассказать? — полюбовавшись на дело магии своей, Джеро вернулся к еде — действительно очень красивой и, пусть непривычно, но довольно вкусной.

Я задумалась.

Рассказывать о Мичи я не собиралась. Пока, по крайней мере. Она, конечно, ещё более не подарок, чем Джеро, но у меня на нее были планы, которые — уверена — были несовместимы с планами принца.

А без Мичи чего продать у меня было не так много.

…Не так много, как хотелось бы купить в ответ!

— Я видела твой разговор с Его Высочайшим Величеством…

— … да вечно светит солнце, освещая путь Великого Императора, — дополнил мою реплику Джеро ледяным тоном и отложил палочки, демонстрируя, видимо, что так любит своего родителя, что аж кушать не может. — Я тоже его видел.

— Ты с ним связан договором?

— Вообще-то сейчас твоя очередь рассказывать!

— А ты занимал за мной очередь? — прикинулась я ветошью.

— Как можно «занимать очередь», Сандра? У кого? И, главное, зачем?

— Ой, Джеро, очередь можно занимать за чем угодно! За хлебом, например. Или за чеком — в кассу. Или к врачу.

Лицо Джеро исказилось в гримасе «ну всё!», он подскочил из-за стола, развернулся и ушагал тяжелой поступью прочь.

— Я не хотела тебя обидеть! — Я рванула следом и едва не столкнулась с ним в проходе, ведущем из столовой в жилую комнату.

Принц нес кусок бумаги — или пергамента, я лично в древностях не разбираюсь, — и перо. Настоящее птичье перо. Думать не хочу, у кого его высочество сейчас выдрал.

— Даже если хотела, тебе всё равно не удалось, — заявил он, сдвинул меня с дороги и прошел на свое место. — Как ты сказала? «Врач»?

— Это специалист, который лечит.

— Подожди, это потом. Я записываю слово, чтобы не забыть. Что ещё ты говорила? Что-то «…ссу»…

— «Касса» ещё. — Я вздохнула.

Нет, с таким подходом с умными терминами не повыпендриваешься, иначе самой придется заводить тетрадку, чтобы фиксировать, что я такого о них насочиняла.

— А перед нею?

— «Чек»! Но он не перед, а после! — зловредно поправила я.

Джеро оторвал взгляд от листка на меня, посмотрел долгим взглядом, нарисовал обоюдные стрелочки между «чеком» и «кассой» и поставил точку.

— Это тоже после. Итак, возвращаемся к сути: ты видела мой разговор с Его Высочайшим Величеством. И-и-и… Это всё?

Я хотела убедиться, что император забирал у сына Силу, потому что после «разговора» его высочество был бледнее, чем лист, на котором сейчас записывал незнакомые слова, и едва держался на ногах. Не производил Джеро впечатление человека, которого можно запугать до такого состояния каким-то разговором. Да и император тоже выглядел… Несвеже. Даже не второй свежести он выглядел.

Даже для зомби.

И он точно производил впечатление человека, который может «осушить» родного сына и не поперхнуться при этом.

— Он говорил о пропавшем человеке, Торе-Доре-каком-то…

— Тору Нахату.

— Который вроде сбежал, но не совсем.

— Да.

— Я знаю, откуда он сбежал/не сбежал.

— Откуда⁈ — Джеро даже приподнялся и подался вперед. Значит, действительно не знал.

— Только договариваемся: я тебе говорю, откуда, а ты, не увиливая, отвечаешь на мои вопросы. Возможно, это поможет мне дать тебе более полную полезную информацию в дальнейшем. Идет?

— Куда он идет?

— У нас так говорят: «идет», когда договариваются.

— Вы неправильно говорите на родонском, — буркнул принц.

— Естественно! Мы же говорим на русском! Так идет?

— Договорились.

Джеро сомкнул пальцы в замок и прижал их к губам: то ли пытался сдержать что-то лишнее в мой адрес, то ли намеревался что-то скрыть, то ли вообще «договорились» было в кавычках.

— Помнишь, я рассказывала о подслушанном в гардеробной у твоего брата разговоре?

Джеро закивал, выражая энтузиазм: да, помню, давай дальше!

— Этот Тору находился где-то в том же районе, где был рудник.

— А где это случилось?

Конечно, если бы я знала конкретно, где это случилось, сведения вышли бы наваристей. Но уж простите, чем могу…

— Я в ваших географиях не сильна, — честно призналась я.

— Но это не всё?

— Не всё.

— Рассказывай дальше!

— Ты мне не ответил на вопрос о ваших отношениях с Императором, чтоб ему солнце светило.

— Я связан с ним клятвой, — было видно, что Джеро говорил, переступая через себя. — Эта клятва дает Его Высочайшему Величеству право черпать мою Силу в любой момент, когда у него в этом возникнет потребность.

— И как часто он этим правом пользуется?

— По-разному. Сандра. Великий Император не нуждается в разрешении кого бы то ни было, чтобы использовать его магию. Клятва — это честь отдать свою Силу добровольно!

Меня подмывало развести диспут на тему «чести» и «добровольности», но — не сейчас. Когда-нибудь потом. Может. В конце концов, какое мое дело? Это же его Сила, а не моя! Хочет отдавать добровольно — пусть отдает!

Тем более что если не хочет, то всё равно заберут, если я правильно поняла политику партии и правительства.

— Ладно. В целом, понятно. Смотри. Кроме вашей встречи, я видела разговор другого принца и Сэтоши, если я правильно помню его имя.

— «Другого принца» — это Юдая или Дейчи?

Ага. Значит, сожитель Мичи — реально «высочество»… Вот уж воистину правая рука императора не знает, что делает левая, а голова не догадывается обо всех троих. Тайны Мадридского Двора в прямом эфире!

— Который в капюшоне.

— Юдай, — кивнул Джеро.

— А почему он, кстати, в капюшоне постоянно ходит?

— О чем он говорил с Сэтоши?

Сдается, меня ткнули в то, что это не мое собачье дело…

— Принц в капюшоне снимал с Сэтоши метку-маячок, насколько я поняла.

Джеро кивнул:

— А чей маячок?

— Не знаю, — честно призналась я. — То есть у меня есть версия, но я не уверена.

— Излагай! — щедро позволил его высочество.

— Они говорили о каком-то, с их точки зрения, недалеком человеке на букву «Ё», извините, если это вас заденет.

— Почему меня должно задевать то, что они считают самонадеянного идиота Ёдзиро недалеким? — Джеро с подчеркнутым безразличием вернулся к еде.

Мне, кстати, тоже не повредит к ней вернуться. Я уже расправилась (как-то между делом, даже не заметила, как) с тем, что мне накидал хозяин. Приметилась и положила добавки.

— У вас женщинам дозволено накладывать себе пищу самостоятельно? — спросила я, но предусмотрительно после того, как наполнила тарелку.

— Дозволено, — кивнул Джеро и усмехнулся: — Не дозволено принимать пищу в присутствии мужчин.

— О, я сейчас не очень сильно оскорбляю твои убеждения и основы вероисповедания? — Я изобразила ужас и прикрыла рот ладошкой. Не очень старательно изобразила. Так, из вежливости.

— Родония свободна от глупых верований, — неожиданно выдал Джеро то, что никак не вязалось с моими представлениями о временах, в которых я оказалась (как мне казалось).

— То есть вы атеисты? — припомнилась мне знаменитая цитата.

Джеро отложил палочки, взял перо, переспросил слово и с довольным видом зафиксировал его в своем списке.

— Мы считаем, что никакие сверхъестественные сущности не помогут человеку. Всё в его руках. Только от его выбора зависит его будущее. — Тут я прямо восхитилась философскими основами империи, но принц закончил: — От его усердия, трудолюбия и преданности Великому Императору, пусть солнце вечно освещает его путь.

— Светит, но греет… — пробормотала я.

Конечно. У них нет глупых верований. У них есть очень умное поклонение императору.

— Что? — переспросил Джеро.

— А, не, ничего. Это я так, о своем, о женском. Так тебе невыносимо видеть меня, сидящую за одним столом и вкушающую пищу?

— Я был в других государствах, Сандра. И принимал там участие в совместных трапезах. — Это прозвучало почти как в «свальном грехе», честное слово! — Как видишь, я до сих пор жив.

— Потрясающая выдержка! — оценила я.

— Да. Я даже терплю твой неуместный сарказм. — Он окунул кусочек рыбы в соус и отправил его в рот, показывая, что моя язвительность нисколько не портит ему аппетит. — Потому что ты не женщина.

— М-м-м-да?.. — озадаченно промычала я, следуя его примеру в отношении рыбы и соуса.

— Ты иномирянка!

— А. Ты в этом смысле… А что вообще позволено женщинам в вашем государстве, кроме зачатия и рождения воинов, а также служения Великому Императору.

— Женщина не может служить, — поправил меня Джеро. — Женщина должна прислуживать.

— Ого, как у вас тут всё запущено! — Я помотала головой, поражаясь глубине своего попадоса. — Правда, Песец? — поинтересовалась я у пса, который безропотно сидел у стола и даже не пытался выпрашивать еду. Вот у кого выдержка!

Собакен склонил голову набок.

Понятно, он не мог ответить.

— Это риторический вопрос, Песец! — успокоила его я.

— Какой? — Джеро взялся за перо, чтобы пополнить свой словарный запас, записал термин под диктовку.

— Слушай, — не сдавалась я, и перед моими глазами стоял пример соседки Мичи, которая никак не впихивалась в этот прокрустов образ. — Ну вот если женщина — маг…

— Женщина не может быть магом, — огорошил меня принц.

— Но ведь есть женщины, которые владеют магией… — осторожно зашла я, в глубине души постукивая зубами от мысли, что мне могут задать в лоб вопрос: «А откуда ты знаешь, что они бывают?».

— Есть одаренный женщины, Сандра. А маг — это человек, который умеет пользоваться даром и способен создавать заклинания. Поэтому в нашем языке есть только слово «маг». И оно мужского рода.

— Ага. — Я не стала разочаровывать Джеро тем, что у нас давно придумали слова «магесса» и «магичка», хотя у нас даже магии как таковой нет. — А если вдруг появится женщина, которая, вопреки традиции выучит заклинания?

— Женщина не способна познать магическую науку, — задвинул принц, который даже не подозревал, что через несколько дворов от него обитает живое опровержение его убеждений. Как, думается мне, и его братец. Я припомнила ту Мичи, которую видела рядом с Дейчи. Совершенно другой человек, если это слово дозволено здесь применять к женщине. — Но у нас есть понятие «нэдзё».

Теперь у меня возникло желание написать новое слово, которое я уже однажды слышала.

— О, да, именно так Великий Император, чтоб ему было светло, называл дочь Тору! Что это значит?

— Что женщина пытается использовать Силу, не обладая для этого необходимыми способностями и знаниями, и поэтому представляет собой опасность для окружающих.

Вот с чем я была согласна, так с тем, что Мичи представляла опасность. И вовсе не потому что не обучена, а прямо наоборот.

— Понятно. А в других странах тоже нет женщин-магов?

— Магов — нет. Но есть женщины, которые способны использовать некоторые заклинания. Даже собаку можно обучить паре фокусов, правда, Песец? — Джеро обратился к тому же источнику.

Псевдопес задумчиво склонил голову набок.

Сколько открытий ждет Джеро! Но если очень твердо верить, что их не существует, запросто можно за всю жизнь с ними ни разу не встретиться, и открытия прождут Джеро совершенно напрасно.

— Это риторический вопрос, Песец, — успокаивающе добавил принц, заглянув в листочек.

Клиент не безнадежный. Но определенно трудный.

— Так что ты знаешь о нэдзё Мичи Нахату? — прижал меня к стенке его высочество.

— Сэтоши и Юдай ее не обсуждали, — совершенно честно, ни словом не солгав перед договором, ответила я.

— А что они обсуждали?

— Что парочка, которая устроила пожар и нападение на рудник, жива.

— Да ты что⁈ — Глаза Джеро, еще недавно холодные, как лягушка октябрьским утром, засияли интересом. — И где же она?

Вот о них я могла говорить совершенно спокойно, не боясь кого-либо подвести. Это была какая-то совершенно чуждая, незнакомая мне парочка. Хотя чисто абстрактно она мне уже нравилась.

— Не знаю, но именно ее собирался преследовать нелюбимый всеми «Ё».

— Ёдзиро, — напомнил Джеро.

— Да, вот он. Но Сэтоши считал, что Ё-миссия обречена на провал, потому что Ё недооценивает противника. Его высочество Юдай, — на всякий случай я слегка прогнулась, — считает, что мужчина был сильным магом и обученным воином, но при этом почему-то взял вещь, принадлежавшую вашему воину, по которой его и собираются отследить.

— Как интересно… — не без восторга прокомментировал Джеро. — Что еще они рассказывали об этой паре?

— Что девушка сумела разорвать ментальную связь! — с наимилейшей улыбкой поведала я. Нет, звезды точно сговорились обрушить на хорошенькую голову Джеро самосвал с сюрпризами!

— Невероятно любопытно! — не повелся он на провокацию. — Что-нибудь еще было?

— Да, что они очень бедно одеты и обуты. Скорее даже, не обуты вообще, — поправилась я. Это-то их и сгубило. Точнее, еще не сгубило, но, видимо, сгубит. — Хотя маг умеет пользоваться пространственным карманом! — Я снова щелкнула Джеро по носу.

А нечего было задирать.

Оказывается, пространственным карманом даже босоногий лапотник умеет пользоваться!

— Всё интереснее и интереснее… — таким тоном, каким я бы произнесла «Всё чудесатее и чудесатее», отреагировал принц. — Что-нибудь еще о них было?

— Нет. На сегодня — всё! — поставила я точку в сегодняшнем обмене информацией.

Да, кое-что я припасла на черный день — неизвестно, когда мне удастся узнать что-нибудь новое. Такую ценную валюту стоит приберечь, а не тратить ее бездарно сразу всю, как я в тот день, когда пряталась в гардеробной Юдая.

И вообще я устала.

Я неожиданно поняла, что всё это противостояние с его высочеством Третьим принцем Родонии далось мне непросто.

Я хочу отдохнуть.