Глава 15. Разыми путями

Развалившись на импровизированных носилках, покрытых мягкой травой и плащами разбойников, две беззаботные девицы обсуждали свои дальнейшие планы. Впрочем, таковыми вдохновенно делилась в основном демонесса, Олиндия же предпочитала помалкивать и, поддакивая, строила хитроумные замыслы обогащения под восторженные рассуждения мисс аль Шахир.

— А платье я сошью у мадам Азалии! — Малиген довольно щурилась от солнечных зайчиков, пятнами скачущих по цветам, листьям и зеленеющим кронам деревьев. — Я слышала, что мой Генрих знаком с ней лично, так что все демонессы локти себе сгрызут от зависти! Я уже вижу эту кружевную прелесть на телесного цвета подкладе, с обнаженной спиной. — Она хихикнула, представив, как мужчины будут жадно пялиться ей в спину и завидовать жениху-вампиру.

— Ой, Малиген, а это не слишком для свадьбы? Ну, голая спина? Вдруг тебя на приеме кто-то, кроме жениха, на медленный танец пригласит? — Хефа изо всех сил изображала заинтересованность.

— Пожалуй, стоит ввести в приглашения строчку про перчатки для мужчин. — Демонесса чуть насупила брови, раздумывая. — Все-таки, став замужней дамой, надо быть благоразумнее.

Хефа, облокотившись на край покачивающихся носилок, усмехнулась, забавно сморщив нос.

«Малиген и благоразумие? Звучит не очень правдоподобно. — Женщина вглядывалась вперед сквозь зелень деревьев в надежде, что старинный особняк вот-вот покажется за очередными кустами. — Надеюсь, этот древний домишко набит сокровищами. Все же артефактор был великим, даже в дурацкой лаборатории портретик в золото с камушками оправил. Значит, там, где жил, и подавно в роскоши купался».

— А подружкой невесты я только тебя возьму, — между тем продолжала предаваться мечтам Малиген. — Тебя вполне достаточно, да и затмевать мою красоту ты не будешь. — Блондинка окинула взглядом пухлую полуэльфу. — Мои тамошние приятельницы тоже, естественно, не затмят, но в отличие от тебя гадины все же попытаются. — Она презрительно хмыкнула, выражая свое негодование.

— Конечно! — сразу закивала, соглашаясь, Олиндия. — Может, этих твоих совсем не приглашать?

Один из бандитов оступился, и носилки качнуло, отчего рыжая дамочка испуганно вцепилась в их край.

— Ай! Осторожнее! Малиген, думаешь, мы еще долго будем добираться до особняка? Уже скоро вечер, а я думала, мы вернемся к ужину. — Полуэльфа сглотнула голодную слюну. — Быть может, наши разбойнички нам тут ягод каких съедобных наберут или у тебя в пространственном кармане, кроме нужных зелий, еда какая-нибудь есть?

— Олиндия! — Мисс аль Шахир недовольно нахмурилась. — Тебе к моей свадьбе похудеть бы не мешало, а не думать, как пожрать. Иначе я приличного жениха тебе вряд ли найду. Не знаю, сколько еще ехать, но думаю, так долго потому, что мальчики выбирают более удобный путь. Кстати! — Демонесса осмотрела собеседницу внимательным взглядом. — Платье тебе я закажу сама. Что-то… неброское, лучше бежевое. — Она мысленно представила себе рыжую белокожую полуэльфу в бежевом и самодовольно улыбнулась. — С красивыми оборочками из ажурного кружева. Тебе понравится.

Мисс Листвянник точно знала, что ей не понравится и в таком наряде она будет выглядеть как жирная бесцветная корова в рюшах. Считая же, что мечты Малиген так и останутся мечтами, Хефа продолжала соглашаться, восхищенно улыбаясь и хваля тонкий художественный вкус своей подружки.

— Да, да, будет чудесно! Я люблю дорогое кружево. Значит, надо похудеть? Я попробую. Главное, ты мне богатого жениха найди. — Полуэльфа усиленно изображала полное согласие со всеми планами демонессы. — Малиген! Нам нужно попасть в дом до темноты! Они не могут идти быстрее? И этот жуткий звон! У меня уже голова болеть начинает! — Тут, морщась, Хефа уже не лукавила. Чем ближе они пробирались к центру леса, тем сильнее и навязчивее звучал в ушах стеклянный монотонный перезвон.

Демонессу, увлекшуюся организацией своей «свадьбы века», по-видимому, звон пока не беспокоил, но жалобу полуэльфы она, к удивлению Хефы, игнорировать не стала.

— Вот, держи, — вытащила Малиген из пространственного кармана ядовито-розовую коробочку. Под крышечкой в коробке лежали небольшие желтые полупрозрачные шарики, похожие на рыбью икру. Хефа уставилась на них с закономерным подозрением. Она прекрасно помнила, что произошло с бандитами, которые сейчас послушно тащили их носилки. Становиться марионеткой демонессы хитрая мошенница не планировала и растерянно замерла, разглядывая мерцающие бусины.

— Что не так, Олиндия? — пихнула ее подруга. — Берешь и кладешь по одной в каждое ухо. — Она продемонстрировала эти действия на себе. — Слышать будешь то, на чем сосредоточишься.

Разглагольствуя и наблюдая, как приободрившаяся Олиндия кладет в каждое ухо по горошине, Малиген не замечала, что их носильщики то и дело иногда раздраженно встряхивают головой. Лицо главаря разбойничков, идущего перед носилками, приобрело уже вполне осмысленное выражение, и он, морщась от непрестанного звона, как от зубной боли, прислушивался к разговору.

«Ой-ё! Она еще и демонесса, не только магичка! — в панике стенал он про себя. — И как же мы так вляпались с парнями! — Из услышанных отрывков разговора он понял, что дамочка планирует свадьбу с вампиром-некромантом, и с ужасом строил предположения, зачем этой белобрысой ведьме понадобился проклятый особняк. — Может, у них какой ритуал с жертвоприношениями простых людей в каком-нибудь жутком месте положен перед свадьбой? Принесем ее к особняку, а она нам головы-то и поотрывает, или что там демоны делают?»

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Об этой расе бандит практически ничего не знал, кроме того, что они крайне опасны в гневе, сильные маги и имеют боевую ипостась. А еще, по слухам, их женщины были во сто крат ужаснее мужчин.

В голове неудачливый разбойничий главарь лихорадочно придумывал план спасения своей шкуры, а заодно по возможности и всей шайки подельников, так как выжить в окрестностях леса одному было маловероятно.

Углубившись в свои размышления, он запнулся о немного торчащий из земли поваленный ствол дерева, заросший мхом и поганками. Чуть не упав, главарь остановился, чем резко затормозил процессию, и, все обдумав, наконец-то решился. Состроив жалобное лицо, он медленно и неуверенно повернулся к демонессе.

— Госпожа, — проблеял он, внутренне обмирая и молясь всем духам леса, — позвольте слугам вашей несравненности маленький отдых. Мы простые люди, и некоторые потребности… — Он замялся, не зная, как выразить свою мысль.

Неожиданно рыжая толстуха, сопровождавшая белокурую стерву, поддержала его.

— Пусть отдохнут. Ну, не то что отдохнут, а ягод поищут. — И, заметив, что Малиген хмурит брови, торопливо начала оправдываться: — А что? От ягод не растолстеешь! А эти, судя по всему, хотят в кустики.

— Да поняла я! — оборвала ее демонесса, разглядывая никогда не виданные растения.

Обычные деревья теперь то тут, то там чередовались с высокими гибкими стволами, на которых гроздьями висели покачивающиеся полупрозрачные бутоны гигантских колокольчиков.

— Мы почти добрались до места, — ткнула она пальцем в прекрасные цветы.

— Да? Что-то я не вижу нигде никакого особняка. — Хефа, задрав голову, посмотрела на виднеющиеся в просветах листвы кусочки неба. — Темнеет уже.

Главарь же в это время делал незаметные жесты, известные лишь его банде. Приходящие в себя бородатые мужчины медленно кивали, давая понять своему предводителю, что понимают его замысел.

— Какие же люди неудобные слуги, — раздраженная задержкой, проворчала Малиген, делая знак поставить носилки. — Отдыхайте, только пять минут, мы торопимся! И никаких ягод! — Она сурово поводила пальцем перед Олиндией.

Бандиты, с облегченным вздохом опустив носилки на землю, пошатывающейся походкой завороженных людей разошлись по кустам. А оказавшись вне зоны видимости дам, торопливым шагом, крадучись, собрались вместе за стволом огромного дерева.

— Парни! Валим! — хриплым шепотом скомандовал главарь, и вся банда, как стадо перепуганных кабанов, понеслась сквозь кусты в обратную сторону, не разбирая дороги.

Малиген как раз расписывала Олиндии все прелести восьмиярусного свадебного торта, когда громкий, быстро удаляющийся треск веток прервал ее восторженный монолог.

— Это что такое? — Блондинка щелкнула пальцами, призывая слуг: — Эй вы, все сюда! Хватит отдыхать!

Но в ответ не раздалось ни звука.

— Сбежали? — растерянно забормотала Олиндия, крутя, как сова, головой и пытаясь понять, как теперь они будут выбираться. — Как же так, Малиген? Ты же говорила, что это надолго?

— Ну подумаешь, говорила! — хмурясь, злилась демонесса. — Это ты виновата! Пусть отдохнут, пусть отдохнут. Видимо, дурацкий звон этих цветочков прочищает затуманенные мозги получше нюхательного табака моего папочки!

— И ничего я не виновата! — Хефа, поняв, что никакого богатства может не оказаться, а вот сгинуть в лесу она может запросто, немедленно встала в защитную позу руки в боки. — Ты же целитель и зельевар! — тыкала она пальцем в и так раздосадованную Малиген. — Должна была предусмотреть! Куда нам теперь идти? Или будем ждать, пока нас найдет какой-нибудь хищник и сожрет?

— Заткнись, Олиндия! — После розовых мечтаний, где Кронов уже надевал ей на палец кольцо с огромным черным бриллиантом в обрамлении голубых топазов с оправой из гномьего серебра, которое Малиген давно присмотрела в последнем ювелирном каталоге, суровая действительность пришлась блондинке не по вкусу. — Особняк где-то близко! Говорили же, что дом среди этих дурацких колокольчиков, а их вокруг все больше и больше. Да и тащили эти сбежавшие трусы нас вон в ту сторону. Сами дойдем!

— Сами? — Олиндия растерянно осмотрела свое желтое платье в пятнах травяного сока.

— Не хочешь — можешь оставаться тут и ждать, пока найдется кто-то, кто тебя потащит! — фыркнула недоумевающей толстушке демонесса и, переваливаясь по траве и мху на толстых каблуках как утка, уверенно двинулась в выбранную сторону. — Ничто не остановит меня, когда до алтаря осталось лишь несколько десятков метров леса!

— Дура, повернутая на свадьбе, — ругалась Хефа, следуя за Малиген. — Корик, давай двигай ноги побыстрее! Надеюсь, мы сможем выбраться к особняку до темноты.

Мошенница подобрала руками подол и, торопливо шагая, обсуждала с мужем свои планы, сверля недобрым взглядом спину идущей впереди упертой демонессы.

Солнечный летний день потихоньку переходил в теплый летний вечер, в траве у дороги стрекотали кузнечики, вторя щебету встревоженных птиц и далекому перезвону хрустальных колокольчиков. А по извилистой дороге среди густого леса в попытке догнать торговцев бодро шагала компания, возглавляемая профессором Кроновым.

«Мы идем достаточно быстро и уже долго, — размышлял про себя вампир. — Если, как говорила Тиния, торговцы вышли пешком с грузом и охраной, то мы уже должны были бы их увидеть».

Генрих Викторианович никак не мог понять, почему они не могут догнать торговцев. Он даже не догадывался, что никаких торговцев и в помине не было. Ушлая хозяйка постоялого двора его просто-напросто обманула, выполняя поручение коварного махинатора. Иногда Кронов косился на сосредоточенно идущую рядом с ним Летицию. Что-то в этой девушке не давало покоя мыслям вампира. С другой стороны, чуть поотстав и присматривая за карасем, шла Зельда, тоже приглядываясь к новой спутнице и недовольно замечая взгляды, бросаемые на ту вампиром.

— Летиция, — решил поинтересоваться Генрих Викторианович, — куда вы потом направитесь, когда доберетесь до ближайшего поселка?

— А почему вы спрашиваете? Разве вам не о своих невестах надо беспокоиться? — Патриция изобразила невинное удивление.

— Ну, я о вас тоже беспокоюсь, — немного смутился Кронов. — Хотелось бы верить, что хотя бы вы доберетесь до дома в целости и сохранности.

На эту фразу сероглазая девушка с благодарностью улыбнулась, а сзади послышалось сердитое сопение Зельды и короткий, но ехидный смешок Поликарпыча.

— Куда направлюсь? Я еще не знаю, — задумчиво произнесла нерадивая шпионка. — Для работы травы я так и не собрала, все пошло наперекосяк.

Про себя же Патриция думала: «Гросс, мерзавец, испортил мне все, что мог! Вот чем я ему помешала в облике Сусанны? Хотелось бы знать, что этот гад опять задумал?»

Размышления девушки были прерваны громким шепотом Поликарпыча:

— Не хотелось бы мешать вашей милой беседе, но, кажется, жизнь рыбки в опасности! Вы что, этого вообще не слышите? — Карась встревоженно озирался по сторонам, чуть не въехав в панике своей тележкой в ноги Генриха.

— Что не слышим? — тут же подхватила Летиция в надежде перевести тему и прекратить неудобный разговор.

— Вон там! Там в кустах кто-то шуршит. — Карп с круглыми от страха глазами подъехал ближе к Зельде, которая, настороженно прислушиваясь, на всякий случай достала любимую дубинку.

— Поликарпыч, ты опять нагнетаешь обстановку, — рассердился Кронов. — Тут лес! Тут всегда кто-то шуршит, бродит и чавкает. В лесу полно разных звуков, вот если бы их не было, то это было бы подозрительно!

— Вроде шипит что-то или шуршит. — Зельда пожала плечами. — Для леса действительно ничего необычного. Надеюсь, тут змеи не водятся? Терпеть не могу ползучих гадов! — Она поежилась.

— У меня не спрашивайте, я не знаю, потому что не местная, — ответила ей Летиция, думая при этом: «Один гад, хоть и не ползучий, а пузато-рогатый, в этом лесу точно есть!»

— Но оно там не шипит вовсе, а что-то говорит, — громким шепотом взвыл паникующий карась. — Вы что, совсем ничего не слышите?

— Карпуша, тебе, наверное, кажется с перепугу, — стала успокаивать его Зельда. — Если бы кто-то говорил, мы бы услышали.

А бедному Поликарпычу совсем не казалось, он явственно слышал из придорожных кустов тихий присвистывающий шепот:

— Какая больш-ш-шая, крас-с-сивая и упитанная. Такая подойдет, надо забрать.

Из-за кустов, перемещаясь за нашей компанией, следил огромный полоз. Еще недавно он грелся в лесу на полянке, когда мимо него стремительно пронеслось какое-то мохнатое красномордое существо, ругаясь под нос и чуть не отдавив хвост.

Возмущенный такой наглостью непонятной зверушки, гигантский змей, давно чувствовавший себя царем всего леса, оставил полянку и скользнул за незнакомцем. Но шустрая меховая цель в ботинках и жилете белкой взлетела на развесистое дерево, растущее у дороги, и, сделав несколько скачков, притаилось в ветвях.

«С-с-спуститьс-с-ся, — прошипел про себя змей, свернувшись под деревом. — С-с-спуститьс-с-ся, тогда и разберус-сь».

Но неведома зверушка сидела на своем насесте не просто так — как оказалось, незнакомец выслеживал путников. На разбойника он был не похож, и полоз, обладавший небольшим чувством юмора, даже слегка улыбнулся ситуации, что он выслеживает того, кто сам кого-то выслеживает.

— Ну и где эти тихоходы? — ерзая на ветке, бубнил герр Гросс, сверкая моноклем и болтая ногами в ботиночках. — Тиния уже давно должна была их отправить! Что этот вампир плетется как паралитик?

Наконец его терпение было вознаграждено, он увидел идущую компанию и тележку с катящимся карасем.

— А болтливую рыбу-то они зачем с собой потащили? — изумился черт, не веря своим глазам. — Неужели Тиния прошляпила такую диковину? И зачем с ними троллиха? Вот уж не думал, что она окажется еще прилипчивей демонессы!

Конечно, Гросс ничего не знал про то, что остальных девушек считают пропавшими, и искренне недоумевал насчет присутствия Зельды рядом с вампиром.

Полоз же, услышав бормотание черта, заинтересованно поднял голову и, оценив открывшуюся картину, пришел в восторг.

— Вот! Это то ш-ш-што надо! Больш-ш-шая, крас-с-сивая. С-с-саберу, — тихонько шипел он и, напрочь забыв про нахального паразита, пополз вдоль дороги, наблюдая за группой путников.

В это же время, шустро перепрыгивая с ветки на ветку, следуя за той же компанией и совершенно не замечая внизу гигантского змея, двигался черт.

«Все же не зря я связался с кикиморой, умница Тиния, — думал он, цепляясь за очередную ветку и обновляя заклинание клейких подошв на своих лакированных штиблетах, — но почему они идут по дороге? Мне надо, чтобы Кронов свернул в лес! Все идет по плану, но, пожалуй, придется самому скорректировать направление. А дополнительные персонажи будут лишним поводом для шантажа! — Гросс тихонько и мерзко хихикнул, потирая лапки. Заметив, что все притормозили, что-то говоря егозящей пучеглазой рыбе в аквариуме, черт достал из кармана черную шелковую веревочку, напоминающую лассо. — "Путь среди корней", — расплылся он в злорадной улыбке. — Вам это совершенно точно не понравится, дорогой, вечно ускользающий профессор! И вашим дамам тоже, не говоря уж об этом водоплавающем в дурацкой телеге. Скоро вы окажетесь в моей власти».

Скользящий внизу полоз имел очень острый слух и прекрасную, выработанную с годами способность слышать только то, что хочет. Он сообразил, что, кроме карася, его никто не понимает, а еще такую желанную добычу сейчас может какой-то хитростью забрать мерзкая жирная недобелка.

— С-сабрать, с-схватить и утащ-щ-щить, — недовольно и чуть громче зашипел он.

— А-а-а! Оно хочет меня забрать! — Поликарпыч рванулся вперед, а Зельда, опознав характерное змеиное шипение, наоборот, повернулась к кустам, крепко сжимая в руках дубинку.

Змей свернулся для броска, и в тот же момент на дорогу перед Кроновым упало брошенное Гроссом лассо, быстро разрастаясь в черный искрящийся провал, из которого, извиваясь и словно шипя, полезли цепкие длинные корни.

Один из корешков мгновенно вцепился в тележку карася ипотащил его в непроглядную тьму.

— Генри-и-их, спа-аси-и-и! — вопль Поликарпыча эхом заскакал по лесу. Кронов, не желая проигрывать в этот раз, рванул за приятелем, а за его локоть ухватились руки Летиции. Повинуясь магии черта, корни мгновенно удлинились, крепко опутывая еще двоих, и резким рывком втянули бьющуюся в путах троицу в темное отверстие, которое сразу захлопнулось.

Зельда, услышав крик карася, тоже было кинулась к ним, но ее талию что-то обхватило. Над головой раздалось тихое шипение, и, подняв глаза, троллиха увидела гигантскую змеиную голову размером с упитанного гнома, чуть раскачивающуюся над ней из стороны в сторону. Пока девушка шокированно замерла, полоз, не теряя времени, обхватил ее еще несколькими кольцами. Троллиха несколько раз моргнула, видимо не веря своим глазам, а потом, громко вскрикнув, потеряла сознание, продолжая крепко держать в судорожно сжатой руке любимую дубинку.

Сидящий на ветке черт только диву давался от учиненной им пакости.

— Рыбину я, в общем-то, не планировал, но пусть будет, — задумчиво почесывая рога, рассуждал он, — но вот жуткая, здоровая, как поезд, змеища — это неучтенный фактор. Гадина и захват ей троллихи в мои планы не входили. Впрочем… — он важно приосанился, отчего ветка опасно затрещала, сбив с него спесь, — впрочем, моему грандиозному замыслу это не мешает!

— Пришел час расплаты! — Герр Гросс довольно потер ладошки и достал портальный кристалл.