Глава 19. На острие

Я узнала этот голос мгновенно. Ледяные нотки, ленивая растяжка слов, за которой скрывалось что-то больше. Обида? Злость? Высокомерие?

Николас стоял на коньке крыши, легко балансируя на черепице. В свете луны его шрам на губе казался серебряной нитью, а глаза горели холодным голубым огнем. На шее у него висел жетон. Он издевательски поблескивал в темноте, напоминая мне, что у Александра такого жетона нет.

– Николас, – голос Александра звучал низко. Он встал между мной и братом, заслоняя меня. – Как ты нас нашел?

– Случайно. – Николас пожал плечами с преувеличенным равнодушием. – Гулял по крышам, любовался звездами. Думал, тут буду только я. А потом услышал шутку про член и не сдержался. Пришел глянуть, что происходит. А тут такое представление. – Он усмехнулся, глядя на меня поверх плеча Александра. – Селена, дорогая, тебе не кажется, что мой младший брат слишком много о себе возомнил? Прячет тебя здесь, рискует своей шкурой и ради чего?

– Заткнись, – процедил Александр.

– Или что? – Николас шагнул ближе. Жетон качнулся на его шее. – Ты не участвуешь в Охоте, братишка. А я участвую. И по правилам, если я найду добычу, то имею право ее поймать.

У меня внутри все оборвалось. Я смотрела на Николаса и видела в его глазах то же, что и тогда в ресторане: холодный, изучающий интерес. Только сейчас к этому интересу примешивалось что-то темное. Азарт охотника.

– Не тронь ее. – Александр сделал шаг вперед, закрывая меня еще сильнее.

– А что ты мне сделаешь? – Николас склонил голову набок, разглядывая брата, как любопытный экспонат. – Нападешь на действующего охотника во время Охоты? Это нарушение правил. Исключение из академии, Александр. Ты этого хочешь? Ради человека рискнешь своим будущим, прямо как…

– Закрой рот! – Александр рванул вперед, но Николас выставил руку, останавливая его на расстоянии.

– Тихо, тихо, – в его голосе зазвучали примирительные нотки, – давай договоримся.

Я похолодела. Договоримся? О чем?

Александр замер. Его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. Я видела, как напряжена его спина. Он был в бешенстве. Но он слушал.

Николас сделал паузу, наслаждаясь моментом. Потом сказал, растягивая слова:

– Я никого не сдам. И никому не наврежу. – Он перевел взгляд на меня, и от этого взгляда мне захотелось провалиться сквозь черепицу. – Если мой младший братишка пойдет к себе в кроватку спать. Ведь ему там и положено быть. В безопасности, под одеялком. А Охота пусть останется тем, кому больше повезло.

Он щелкнул пальцем по жетону на своей шее.

– Николас, – начал Александр.

– Я сказал, договоримся, – перебил тот жестко. – Ты уходишь. Она остается. Я делаю вид, что ничего не видел. Все счастливы.

– Нет, – сказали мы с Александром одновременно.

Он обернулся на меня удивленно. Но я не собиралась оставаться с Николасом наедине. Мы только помирились с Александром! Я и так с трудом вернула его доверие. И не факт, что все бы получилось, если бы моя жизнь не оказалась в опасности.

А Николасу явно нравилось портить младшему брату настроение. Мало ли, как потом он опишет наш вечер на крыше. Вдруг скажет что-то, что пошатнет доверие Александра ко мне?! Я не буду рисковать так сильно. Пусть Александр знает, что я против компании его брата.

На лице Александра отразилось облегчение. Показалось, что он в действительности переживал из-за этого. Но мой ответ ему понравился, хоть ситуацию, в которой мы оказались, это и не разрешило.

– Я не оставлю ее, – сказал он брату твердо.

Николас вздохнул, будто разочарованный родитель, чей ребенок снова не слушается.

– Глупый, глупый мальчик. Ты правда думаешь, что у тебя есть выбор?

– А ты думаешь, я позволю тебе…

– Что? – усмехнулся Николас. – Что ты мне сделаешь?

Они стояли друг напротив друга на покатой крыше, два хищника, готовых сцепиться. Лунный свет заливал их серебром, ветер трепал волосы. Красивая, жуткая картина.

– А что, ревнуешь? – спросил вдруг Николас, и в его голосе прозвучала откровенная насмешка. – К брату? К которому она, между прочим, сама пришла на свидание в ресторан. Сама села за столик. Сама ела ризотто, пока я пил кровь. – Он облизнул губы. – Она не так невинна, как ты думаешь, братишка.

Я радовалась, что сама все это рассказала Александру. Если бы тогда я не подумала о последствиях, то сейчас длинный язык Николаса подвел бы меня. Но это было не важно, потому что Александр все равно бросился на брата.

Я даже моргнуть не успела. Они столкнулись с глухим звуком, от которого, казалось, содрогнулась вся крыша. Николас не ожидал такой скорости, он пошатнулся, но устоял. Его рука взметнулась вверх, блокируя удар Александра.

– Серьезный настрой, – выдохнул он, и в его глазах загорелся азарт.

Они сцепились. Два тела, движущиеся с нечеловеческой скоростью. Я не успевала следить, только видела мелькание теней на фоне звезд. Черепица хрустела под их ногами, куски ее полетели вниз.

Я попыталась подползти ближе, чтобы позвать Александра. Он забыл! Забыл, почему мы оказались на крыше. А теперь они ужасно шумели и могли свалиться. Я переживала и за себя, и за них.

– Алекс! – тихо позвала я, но он не слышал. Или не мог остановиться.

Николас ударил Александра так, что тот отлетел к краю крыши. Он взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие. У меня сердце замерло. Я подумала, что он упадет. Но он устоял. И как только я выдохнула, на него бросился Николас.

Теперь сомнений не было: они рухнули с крыши.

Я так и сидела на четвереньках, цепляясь за черепицу, и хлопала глазами. Мозг отказывался верить в увиденное. Я помотала головой, отрицая произошедшее. Потом поползла. Я боялась высоты, но где-то там Александр. С трудом удалось добраться до края, решиться посмотреть вниз было еще сложнее. И я не успела.

Вздрогнула из-за внезапного шума, раздавшегося со спины.

В панике я цеплялась за поверхность крыши. Ладони саднило, но я не разжимала рук. Край был совсем близок, а мое тело вдруг предательски ослабло. Я вся дрожала.

Боялась посмотреть вниз, боялась двинуться, боялась сорваться, но настоящий ужас меня накрыл, когда я увидела источник шума.

– Ты плачешь? – издевательски спросил Максимилиан.

Только его здесь не хватало.

– Нет, – ответила я без уверенности в голосе. Я не знала, что с Александром. Но разве Николас бы бросился на него, если бы не был уверен, что они выживут? Мог ли он в порыве гнева, рискнуть и своей жизнью? Нет. Наверняка он бы этого не сделал. Я отказывалась верить, что они разбились.

– Ты вся трясешься, – протянул Максимилиан, – что-то случилось?

Его наигранная забота разозлила меня, это придало сил. Я наконец сдвинулась с места.

– Как ты оказался здесь? – прохрипела я, отползая вбок.

– Забрался по стене. Это же очевидно. Или ты еще не поняла, что вампиры отличаются от людей?

Я пыталась переместиться ближе к центру крыши, но нельзя было приближаться к Максимилиану. На его шее висел жетон. Но даже так я не верила, что эта игра закончится для меня без последствий. Слишком уж ярко горели у него глаза. Светились красным в темноте. А ведь он голубоглазый блондин. Еще и его доброжелательный тон, противоречащий голодному взгляду.

Если бы это было днем, то он бы мог скрыть свои намерения. Но темнота его выдала. Максимилиан сделал два шага от меня, словно собирался прогуляться по крыше. Но затем сделал три назад.

Я ползла, не ожидая ничего хорошего. До этой ночи у меня были надежды, что вампиры не такие уж и опасные. Но сегодня все иллюзии рассеялись. Не просто так людям сразу не вываливали всю информацию о них, чтобы студенты не разбежались. А уже когда люди привыкли к хорошим условиям, нам стали приоткрывать правду о новой жизни, в которую мы ввязались добровольно. А ведь Охота – контролируемое мероприятие! Как себя ведут вампирские отпрыски, когда за ними не присматривают?!

Я наконец подползла к трубе, смогла встать и схватиться за нее. Ветер бил меня по лицу. Я уставилась на Максимилиана, хотя больше всего хотела вновь броситься к краю и посмотреть вниз. Нужно было подтверждение, что Александр жив. Но опасность мелькающая передо мной не давала расслабиться.

Максимилиан спрятал руки в карманы брюк так, будто не собирался меня ловить.

– Что тебе нужно? – спросила я.

Ничего, кроме как тянуть время, не оставалось. Что я могла сделать против него? Я за эту проклятую ночь насмотрелась уже. В кроватку бы, а не под сквозным ветром на крыше торчать с тем, кто меня с первого дня невзлюбил.

– Ничего необычного, – ответил он, бесшумно спрыгивая с конька. – Раньше мы с Александром еду делили, а тут ты появилась и он жадничает.

Я хмурилась:

– Ты что ревнуешь друга ко мне?

Его губы растянулись в хищную усмешку.

– Глупышка, – он шагнул ближе, – я не ревную, а хочу вернуть его на путь истинный.

– Каким образом? Помогаешь ему, мешая ему развлекаться?

Я пыталась свести все к легкой связи, но уже и сама в это не верила. Александр с Николасом упали с крыши из-за того, что первый отстаивал мою честь. Звучало бы смешно, если бы не закончилось тем, чем закончилось. Это не просто интрижка. Видимо, Максимилиан сразу это понял.

– Развлекаюсь с тобой я, – заявил он, – а Александр делает вид, что ты с нами ровня.

Смешок сорвался с моих губ против моей воли. Нервный.

– Он просто хороший человек.

– Он не человек, в этом и дело, – отрезал Максимилиан. – И выстраивать с людьми серьезные отношения – глупость. Тем более ставить эти отношения выше отношений в гнезде.

Гнезде? Это они так свою общину университетскую называли? Я не знала. А Максимилиан объяснять не собирался. Он оскалился:

– Я просто немного надкушу тебя, а потом ему уже и не захочется с тобой возиться.

Меня накрыло паникой. Я осознала, что все это время он ждал подходящего момента. И лучше времени не будет. Но у меня еще был козырь.

– Макс, послушай, – заговорила я быстро, лихорадочно соображая. – Ты же не хочешь нарушать правила. Укусы запрещены. Тебя накажут.

– Кто узнает? – усмехнулся он, делая еще шаг ко мне. – Все заняты охотой.

Я оторвалась от трубы:

– Я пожалуюсь на тебя ректору. Если ты меня укусишь, то у меня будет след. Доказательство твоей вины.

Он рассмеялся, а потом весело выдал:

– Если ты это сделаешь, то я тогда скажу, что это Александр тебя покусал, когда вы забавлялись. На тебе же и так есть его укусы. Все подтвердят, что у вас отношения. И тебе все равно никто не поверит.

Я и не думала, что весь их блок думает, что Александр пьет из меня. Это казалось логичным. Но этого не происходило. Он лишь раз пробовал мою кровь, когда я поцарапалась о дерево. До того, как Максимилиан озвучил это, я и не задумывалась над тем, что для вампира это наверное странно: не пить из своей пары. Я ему что, не достаточно нравлюсь?

Но был тот, кто точно желал испить моей крови. Я пятилась все активнее. Он прыгнул ко мне, и я метнулась в сторону, поскользнулась и поехала по черепице. Макс лениво двинулся следом. Он не спешил. Он наслаждался погоней.

– Селена, – пропел он. – Какая же ты вкусная. Я еще на первом уроке почувствовал твой запах. Ты пахнешь страхом и желанием одновременно. Это опьяняет.

Я отступала, цепляясь за выступающие куски черепицы. Ноги скользили, сердце колотилось где-то в горле.

– Макс, остановись. Мы можем договориться.

– О чем? – Он притворно удивился. – Ты – добыча. Я – охотник. Какие могут быть переговоры?

Он прыгнул.

Я не успела увернуться. Его руки сомкнулись на моих плечах, прижимая меня к крыше. Черепица впилась в спину, холодная и острая. Макс навис надо мной, его глаза пылали алым, клыки блестели в лунном свете.

– Не надо, – прошептала я, пытаясь вывернуться. – Пожалуйста…

Он наклонился к моей шее. Я чувствовала его дыхание, холодное, как сама смерть. Его губы почти коснулись кожи.

– Тихо, – прошептал он. – Будет больно. Но тебе же нравится радовать мужчин?

Я зажмурилась, понимая, что это конец. Что сейчас он укусит, нарушит правила, что ему абсолютно все равно на мои уговоры. Даже если его накажут, мне это уже не поможет.

Раздался глухой звук. Хруст, от которого у меня заложило уши.

Максимилиан дернулся, его глаза расширились от удивления. А потом он обмяк и рухнул на меня, придавив своей тяжестью.

Я пыталась выползти из-под него. Не понимала, что произошло целую вечность. А потом увидела Александра.

Он стоял в двух шагах, тяжело дыша. Лицо в крови, рубашка разорвана, в руке камень. Обычный булыжник, какие валялись внизу у стен.

– Алекс, – выдохнула я.

Он не ответил. Смотрел на Максимилиана, который сползал с меня и катился по черепице к краю крыши. Медленно, неумолимо.

– Катись к черту, – проводил он друга.

Максимилиан перевалился через край и исчез в темноте.

Я слышала, как его тело ударилось о землю. Глухой, страшный звук. И тишина.

Я замерла, не в силах пошевелиться. Александр стоял на крыше и не сводил с меня взгляд. Его плечи вздрагивали от тяжелого дыхания.

Я смотрела на него и не могла поверить. Только что он спас меня. А до этого отбил от брата. Я подскочила, но так дрожала, что тут же потеряла равновесие. Хорошо, что Александр успел подхватить. Я была так рада его видеть, что наверное выглядела безумно, когда улыбалась ему.

– Надо уходить, – сказал он хрипло. – Мы много шумели.

– Было бы здорово встретить рассвет на крыше, – сказала я, расстроенная упущением приятных возможностей.

Всерьез я с ним спорить не собиралась.

Но он кивнул, когда подхватил меня на руки и понес прочь.