Глава 20. Новое укрытие

– Здесь мы в ловушке, – говорил он тихо, запирая люк, ведущий на крышу. – Но идти через всю академию, когда от тебя так сильно пахнет кровью, слишком большой риск.

Я испуганно понюхала свою футболку. Чем от меня только не пахло, но вроде никакой крови. Пот, грязь, все что угодно, но крови я не чувствовала. Александр спустился по лестнице ко мне и взял мои руки в свои, а затем развернул ладони вверх.

– Ты вся изрезалась, пока по крыше ползала, – объяснил он и тут же отпустил.

Он двинулся вглубь запыленного помещения. Я шла за ним. По мере нашего продвижения потолок становился ниже. От событий на крыше отойти я не успела, меня трясло, разум помутился, поэтому вместо важных вопросов, озвучила дурацкий:

– Почему ты никогда не пытался меня укусить?

Он даже обернулся. Мы замерли напротив друг друга.

– Почему ты спрашиваешь? Тебе Макс что-то наговорить успел?

– Ничего такого, – поспешила я оправдаться. – Просто он пытался меня укусить, как ты заметил. А ты никогда не… в смысле даже, когда мы… ну ты понял.

Я могла спокойно говорить о сексе, но не могла высказать озабоченность по поводу своей крови. Что со мной не так?! Неужели укус казался мне интимнее соития?!

– Ты хочешь, чтобы я тебя укусил? – его голос дрогнул.

– А ты нет? – спросила я взволнованно.

Это казалось важным. Он заулыбался как-то безумно:

– Ты странная.

И пошел дальше. Что это значило?! Я поспешила за ним, потому что он ускорился. Поэтому, когда он резко остановился, я в него врезалась. Но вместо того, чтобы меня поймать, он пошатнулся. Он вовремя схватился за балку, и только по этой причине мы не рухнули. В этот раз я была его опорой. Он медленно осел, потому что удерживать его долго я не могла.

– Что с тобой? – запаниковала я.

– Я подрался с братом, потом упал с крыши, а потом оттуда же скинул друга, – весело говорил он, разваливаясь на грязном полу, – немного истощен. У меня еще не все кости срослись.

Я села рядом с ним и в ужасе уставилась на него:

– Ты умираешь или все обойдется?

– Обойдется, скорее всего. Но зачем ты мне в таком положении предлагаешь сомнительные вещи?

Я сощурилась на него. Еще и шутить умудрялся. Или у него это предсмертное? Ладонь легла ему на лоб. Ледяной. Как обычно. Я задрала рукав толстовки и прислонила голое запястье к его рту. Он отвернулся. Неприятно.

– Селена, прекрати.

– Ты же должен поесть, да? Чтобы восстановить силы. – Я вновь попыталась прислонить к нему руку, но он вертел головой. – Вредный вампир, пей кровь.

– Нет.

– Да.

– Не буду я.

– Будешь. – Меня беспокоило, что он противился. Это наводило на подозрения различного рода. Главное, что ему не нравилась моя кровь. Не могло такого быть. Это не хорошо. Я не убирала руку от его лица. Он упорно держал голову повернутой от меня. Дыхание у него неровное. И сил, казалось, не было совсем.

Я встала:

– Тогда я ухожу, не хочу быть свидетелем твоей смерти.

Я успела только развернуться. В лодыжку вцепились мертвой хваткой.

– Я не хочу тебя кусать, – начал он. Но когда я смерила его недовольным взглядом, он поправился: – Точнее, хочу. Даже очень. На самом деле очень сильно. – Я ему поверила, потому что он нервно облизнул губы и лишь после этого продолжил: – Особенно после того, как ты в саду порезалась. Я тогда не удержался. – Я это прекрасно помнила. Пальцы на моей ноге разжались, он совсем ослаб. И я села, чтобы дослушать его оправдания. – Не знаю, в курсе ли ты, но вампиры привязываются к тем, из кого пьют. – У меня рот от удивления открылся. Невероятно ценная информация. Теперь я этого хотела в десять раз сильнее. Александра, похоже, мое удивление обрадовало. Ведь это значило, что моя попытка напоить его своей кровью не была расчетом. – Ты не задумывалась до этого, почему нам кровь в пакетах доставляют?

Я пожала плечами.

– Она так холодная и не такая вкусная, – озвучил он очевидное. – Но самое важное, мы хоть и привыкаем к определенным донорам, но не привязываемся к ним. У нас не возникает в мозгу этой связки. Кровь отделяется от его носителя и все живут спокойно.

– Но ты уже… – напомнила я ему.

– Знаю, – перебил он. – Поэтому мне так сложно отделить, где меня ведет жажда, а где чувства. Я ведь и не собирался тогда твою кровь пробовать. Это получилось случайно.

Мне было не по себе, когда я это слушала. С одной стороны, он признавался, что зависим от меня. Но при этом недостаточно. С другой, я ему, возможно, вообще не нравлюсь. По крайней мере не так, как я это представляла.

Но из чувства собственного достоинства (того, что осталось от него после этой ночи), я наклонилась к нему вплотную и произнесла в лицо:

– Струсил так и скажи. Я тебе с первой встречи понравилась, да так, что ты сдержаться не смог, а ты тут развел драму на пустом месте. Начал из себя благородного строить. Ты никогда не был им. – Я распрямила спину и вновь приложила запястье к его губам, но в этот раз слегка надавила. – Но ничего, мне нравятся плохие травмированные мальчики.

Его глаза блеснули. Уж не знаю, какое именно слово сработало «плохой», «травмированный» или «нравятся», но он все же укусил меня. И это было адски больно. Я зажала рот свободной рукой, чтобы не закричать и не собрать остатки вампиров, что еще не успели сегодня надо мной поиздеваться.

Я готова была начать плакать, но его челюсть разжалась. Он сел, не отрываясь от запястья. Кровь еще бежала. Я чувствовала, как он жадно ее пьет. Но потом он провел языком по моей коже и вдруг стало легче. Место укуса пульсировало, но не болело. Я удивлено посмотрела на руку. Кровь остановилась.

– Это из-за слюны, – пояснил оживший Александр. Я не ответила. Была в шоке. Он легонько сжал мои плечи. – Ты как?

– Злюсь на тебя, – честно ответила я. Но так как он с большой вероятностью подумал бы, что это из-за укуса, я поспешила добавить: – Еще раз будешь при смерти отказываться от моей крови, я тебя брошу. Не люблю идиотов.

– Прости. – Он обнял меня. – Я просто боялся перейти черту.

Я вдохнула устало. Ну и ночка выдалась. Поскорее бы уже она закончилась. Я гладила побитого вампира по волосам. Ему стало лучше. Сильно лучше. Не верилось, что так мало крови понадобилось, чтобы он из разваливающегося состояния вернулся в нормальное.

– И как часто тебе надо питаться? – поинтересовалась я, раз уж выдалась такая возможность.

– Чем чаще вампир пьет кровь, тем сильнее.

– А минимум?

– У каждого свой, это как с жиром у людей, чем более сытым ты был, тем дольше сможешь обходиться без еды, – улыбнулся он. – Тебе повезло, что я тебя не сожрал, потому что ты очень аппетитная.

Я улыбнулась. Наконец-то что-то хорошее сказал.

– Так что теперь? Ты будешь по мне страдать? – хмыкнула я.

– Я и так страдал, – заявил он. – А теперь мы будем целоваться, пока у меня силы вновь не кончатся.

Мне нравился его план.

– А как же наконец начать разговаривать? – пошутила я.

– Обязательно, – он закивал, притягивая меня ближе, – мы выделим на это день.

Александр поцеловал меня. Мы не разговаривали до утра.