Глава 6

Пропажа

— Дело ясное, что дело темное, — подытожила я. — Однако, надо возвращаться. Не хочу показаться банальной после такого эпичного квеста, но я голодная.

Марк окинул меня внимательным взглядом, и вдруг захохотал.

— Ну да, — согласилась я, ничуть не смущенная и не обиженная, — видок у нас — привидения испугаются, а Арчибальд трое суток на шкафу просидит.

— Поднимай выше: стражники мечи побросают и в караулке запрутся.

— Но альтернативы-то все равно нет. Или есть?

— Альтернатива всегда есть, — Марк загадочно прищурился, пряча в глубине глаз улыбку, вытянул руки и словно набросил мне на плечи невидимый плащ. А потом проделал то же самое с собой. — Ну вот и все.

— Все? — я с сомнением оглядела себя. На мой взгляд ничего не изменилось. То же убитое платье и исцарапанные руки. Да и Марк выглядел так, словно неделю под забором спал.

— Ты знаешь правду. Я знаю правду. Поэтому на нас иллюзии не действуют, — пояснил колдун, — а для всех остальных мы будем выглядеть вполне приличными людьми.

— Ну, как скажешь, — с сомнением протянула я.

— Не доверяешь? — он удивился и, похоже, обиделся.

— С чего ты взял? — поспешила оправдаться я, — конечно, доверяю. Полностью. Хочешь, прямо так на королевский обед пойду?

— Под иллюзией? — опешил Марк.

— Ну, если фирма гарантирует.

Он застыл то ли в шоке, то ли в ужасе. А потом заржал, как невоспитанная лошадь и потащил меня к городским воротам.

Обед в этот раз был сервирован не в золотом, а в белом зале. Я по неопытности не придала этому значения, да и есть хотелось с каждой минутой все сильнее, а Марк, услышав об этом, сначала почти смутился… насколько был способен смущаться "жуткий черный колдун", плюющий на условности то ли в силу профессии, то ли в силу характера. А потом развеселился еще больше.

Я поняла, в чем дело, когда мы, наконец, добрались до места: в белом зале проходили торжественные обеды. Он был в три раза больше и, кроме уже знакомого "королевского" стола" были накрыты еще несколько. Блестящие придворные уже приступили ко второй перемене.

— Господин Марк Винкер, главный маг Румонской Марки и личный маг королевской семьи и госпожа Маргарита, личная гостья королевской семьи, — зычно провозгласил распорядитель обеда.

Марк крепко взял меня под руку и, борясь с весельем, лезущим из него, как тесто из кастрюли, уверенно повел к "королевскому" столу, время от времени кивая знакомым, коротко и небрежно.

Я просто старалась не сбиться с ноги и добраться, уже, хоть до какой-нибудь еды, пока желудок предательски не заурчит.

— Держи голову, — прошептал колдун, — и, ради темных богов, приглуши этот вурдалачий блеск в глазах. Баронесса Огари подумала, что ты собираешься съесть ее. Вон как отодвинулась и даже пригнулась.

— Не смеши меня, — жалобно попросила я.

Он сжал мою ладонь, остановился и поклонился в сторону королевской четы. В отличие от того небрежного, хоть и изящного поклона, которым он наградил Иоланту у себя в доме, этот был полон уважения. Я постаралась как можно лучше воспроизвести реверанс, который репетировала в комнате все утро, под руководством сначала Арчибальда, а потом Иоланты. Вроде получилось. Ее Величество коротко, почти незаметно, но одобрительно кивнула. А вот Его Величество уставился на нас как пятилетний малыш на грузовик с чупа-чупсами.

— Вижу, знакомство с Марком не пошло вам на пользу, милая Маргарита, — разомкнула губы королева, — первым делом он научил вас опаздывать на торжественные обеды. Это плохая привычка, и мне было бы очень приятно, если бы она осталась его личной плохой привычкой.

Я сделала еще один короткий реверанс.

— Прошу извинить меня, Ваше Величество. Я… была в затруднении, не знала, как одеться.

Королева уже открыла, было, рот, чтобы изречь еще одну вековую мудрость, а я приготовилась внимать с должным смирением. Но тут Его Величество бросил насиловать природу и дал себе волю, расхохотавшись на весь зал.

Придворные ничего не поняли, но раз король смеется, дело подданных — поддержать своего сюзерена. И все шесть накрытых столов расцвели улыбками, правда, кое-где такими же "душевными", как на плакатах стоматологических клиник, но лиха беда — начало!

Мое место в этот раз оказалось рядом с Иолантой. Герцогиня изящными пальчиками с безупречно подпиленными ногтями расчленяла крылышко какой-то невезучей птички. А я даже рук не помыла! Посмотрев на свои изуделанные грабки, я положила себе большой кусок рыбы и послала взгляд через стол, Марку, требуя подсказки. Он понял, ободряюще кивнул, положил рыбы и себе тоже, и, выбрав из двенадцати вилок нужную, а из двенадцати ножей — небольшую лопаточку, принялся аккуратно орудовать приборами, отделяя от рыбы кожу и косточки.

У меня так ловко, конечно, не вышло, но, благодаря наглядному уроку столового этикета удалось не опозориться. Во всяком случае, Иоланта смотрела на меня без удивления, а значит, я все делала правильно.

За столами все еще посмеивались, торжественная атмосфера сломалась, и я воспользовалась этим, чтобы спросить у брюнетки, как она себя чувствует.

— Хорошо, спасибо, — прощебетала она, воровато оглянулась на родительницу и произнесла одними губами, прикрывая их салфеткой, — как тебе пришла в голову идея позвать на помощь Марка? Он же колдун! Никогда больше так не делай, он опасен.

— Чем? — коротко поинтересовалась я.

— Он молится темным богам.

У Марка оказался идеальный слух. Или же он воспользовался какой-нибудь колдовской приблудой, чтобы подслушать наш разговор. Пожалуй, я не слишком преувеличила, решив, что к брюнетке у него что-то личное.

— Госпожа герцогиня вводит вас в заблуждение, Маргарита, — негромко сказал он, обращаясь ко мне "через стол" и этим ломая этикет еще больше, — я не молюсь темным богам. Иногда упоминаю их в качестве… э… ругательства. Признаю за собой этот недостаток, я несдержан. Молиться темным богам глупо. Им не нужны наши молитвы. Они не откликаются на просьбы и никому не помогают за подношения, им ни к чему лояльность паствы, их силу питает сама природа. Так что наши молитвы, равно как и наши проклятия, им неинтересны. А я, милая Иоланта, не занимаюсь бесполезными делами, у меня нет для этого времени.

Красивая и убедительная речь пропала втуне. Услышав, как "ужасный колдун" обращается непосредственно к ней, Иоланта опустила глаза в тарелку, и, кажется, выпала в астрал от ужаса и смущения.

Ответила Гортензия, которую не смутило бы даже явление голого короля.

— Однако, я ни разу не видела вас в храме Святых Древних, господин Винкер. Этого вы отрицать не сможете.

— И не собираюсь, — отозвался Марк, продолжая веселиться, — Надо быть дураком, чтобы отрицать очевидное, а я отнюдь не глуп.

— Тогда кому же вы молитесь, господин Винкер, — Гортензия победно сверкнула бриллиантами, решив, что загнала строптивого колдуна в угол.

Марк пожал плечами, продолжая ловко расправляться с рыбой.

— Никому, Ваша Светлость. Я атеист.

Слова колдуна произвели эффект светошумовой гранаты. Гортензия выглядела так, словно случайно вместо столового вина хватила крепкого уксуса. Ее супруг был шокирован, Иоланта шла на рекорд по обморокам…

Положение спас Его Величество. Нравится мне этот мужик!

— Ваша Светлость, — негромко произнес он, и все разговоры и смешки словно обрезало, — Позволю себе напомнить, что в Румонской Марке принят эдикт о свободе вероисповедания. В королевской семье мы, традиционно, верны храму Святых Древних. Но это всего лишь традиция, а ни в коей мере не закон. Любой из присутствующих, либо отсутствующих здесь граждан Румона волен верить во что его душе угодно, или не верить вообще. Это его личное дело. Марк, вы не поделитесь со мной этой замечательной рыбой, кажется, в этот раз ее поставили слишком далеко от меня.

— С большим удовольствием, Ваше Величество, рыба изумительна, — Марк махнул пальцами и передал официанту блюдо. К слову, точно такое же, и полнехонькое, стояло в нескольких сантиметрах от Величеств… но, разумеется, все этого тактично "не заметили".

— Кажется, я становлюсь ярой монархисткой, — пробормотала я себе под нос.

Как сегодня утром объяснила мне Иоланта, с торжественного обеда никто не мог уйти, пока не уходил виновник торжества. И мы сидели, сидели, сидели.

Мне очень хотелось переодеться и умыться, еще больше — рассмотреть загадочный кошель, пошататься по замку и попробовать снова увидеть Кандис, поболтать с брюнеткой. Да еще странный взгляд Его Величества немного нервировал. Время от времени король посматривал на меня, переводил глаза на Марка и начинал давить улыбку. Из-за этого торжественный обед получился каким-то ненормально веселым и душевным: придворные расслабились, мужчины расстегнули камзолы на пару крючков и перешли на напитки покрепче, их благоверные зацепились языками с соседками, а сестры и дочери, сообразив, что им ненароком вышло послабление режима, принялись вовсю стрелять глазами, выцеливая женихов.

Оказалось, Марк ничуть не преувеличивал, когда говорил герцогине что существует множество женщин, которых ничуть не смущает его зловещая репутация. При мне три довольно симпатичных девушки попытались завязать разговор, еще две — напроситься на личную консультацию. А тех, кто пытался прожечь колдуна заинтересованными взглядами, я бросила считать на втором десятке. Ибо — бессмысленно.

Я уже начала думать, как слинять "по-английски", когда ко мне подошел один из этих незаметных и совершенно незаменимых ребят, которые обслуживают приемы, и с легким поклоном проинформировал, что меня хочет видеть Его Величество.

Увидев, что я приближаюсь, король немедленно поднялся из-за стола. До этого я не видела его вблизи. Оказалось, он довольно высок, выше меня на целую голову. Тело уже начало немного расплываться, обозначился живот, но сила в нем чувствовалась, и не только сила духа.

— Я вижу, вы очень устали, госпожа Маргарита, — мягко произнес он, — прогулка к водопаду была не из легких. Нужно попенять Марку, он вас совсем загонял.

— Нужно еще посмотреть, кто кого, — пробормотала я.

— Я хотел вас отпустить на отдых. Если вы, конечно, не предпочитаете остаться.

— Ваше Величество, — я присела в самом глубоком реверансе, на который была способна, чтобы не шлепнутся попой на наборный паркет, — я вам очень благодарна за разрешение удалиться, день, действительно, выдался не из легких.

— Идите, Маргарита. Мы с вами еще побеседуем в более… подходящей обстановке.

— А… — я показала глазами на колдуна, который невозмутимо "отстреливался" от девушек и нагребал себе салатики, ничуть не беспокоясь о том, что его роскошный камзол — мастерски сляпанная иллюзия. Штаны, наверное, уже высохли.

Величество хмыкнул. Лицо его осталось таким же невозмутимо доброжелательным, а в глазах семьдесят вторым кеглем полыхнуло: "ну, вы и отжигаете, ребята!"

— А что — Марк? — деланно удивился он, — он чувствует себя вполне свободно. Не похоже, чтобы он нуждался в срочном спасении.

Король легко, самым краешком губ улыбнулся и, слегка наклонившись ко мне тихо-тихо шепнул: "У меня абсолютный иммунитет к иллюзиям".

— Что? — ахнула я, мечтая провалиться сквозь землю до самого ядра. Теперь стало понятно, отчего Его Величество все это время вел себя так странно, угорал, небось, над нами как мог, — и Марк об этом знает?

— Разумеется. Он же личный маг королевской семьи, как он может не знать?

— Убью! — забывшись, прошипела я, — голову откручу и скажу, что так и было!

Тут до меня дошло, что я, собственно, нахожусь на торжественном обеде, передо мной СТОИТ король и всему двору уже жутко любопытно, что тут, вообще, происходит и не пора ли поворачивать паруса.

Я быстро изобразила еще один реверанс и поспешила исчезнуть.

План сложился по дороге до комнаты и был прост, как палка для сэлфи: сначала ванна, потом убийство колдуна, а уже дальше по списку — кошельки, призраки, говорящие коты и все остальное.

Его Высочество нарисовался в моей одинокой келье, когда я почти умирала… от скуки. Ванна с апельсиновыми цветами, заживляющая мазь на ладони-колени, репейное масло в волосы — косметические процедуры заняли меня надолго, но все же закончились.

Книг нашлось три: молитвенник, вторая и синенькая. Причем и "вторая" и "синенькая" были версиями того же молитвенника, одна укороченная, с основными молитвами на любой день, а другая — детская, с картинками.

Эту я полистала: надо же было разобраться в местной теологии. Она меня заняла еще минут на тридцать. Оказалось, что Святые Древние — вовсе не боги, а просто первый Император и его ближайшее окружение. Для того, чтобы победить темные силы, они пошли в… куда-то, название места мне ни о чем не сказало, и там "срастили свои души с чудовищами, навеки потеряв небо". Это была цитата! Потом они навешали плохим парням так, что добавки не потребовалось, построили город-крепость дивной красоты, взяли в жены самых прекрасных девушек и… ну и все.

Информацию о "плохих парнях" пришлось искать в молитвеннике потолще для детей постарше. Оказалось, что к темным богам они не имеют никакого отношения, просто появились какие-то левые ребята с неизвестным оружием, в сверхпрочных доспехах и попытались нагнуть местную аристократию. Им не повезло. Дальнейшая судьба невезучих захватчиков автора книжки не интересовала и осталась для меня неясной.

А темные боги оказались просто персонификациями сил природы: дождя, ветра, молнии, ночи… Действительно, молиться им вроде как незачем, для ругательств вполне подойдет, а уж бояться и вовсе глупо. Ну, Герцогиня Дарайская ученой степени не имела, так что ей было простительно.

Я захлопнула третью, последнюю книгу и поняла, что у меня серьезная проблема. Я очень скоро рехнусь, если придется ложиться спать на закате! Ни планшета, ни телефона. Даже в окно не попыриться… Хоть бы Арчибальд в гости заглянул. Но наглый котяра пропал, оставив меня в информационном вакууме.

Что ж, хорошо уже то, что сегодня меня не заперли.

Стук в дверь раздался, когда я по третьему разу пересчитала все кирпичики в стене и принялась за четвертый, потому что число никак не сходилось.

Прислугой меня пока что не обременили, так что открывать пошла сама, как была, в халате, наброшенном на голое тело. А что такого? Не в полотенце же. Да и кто ко мне может прийти? Разве что Арчибальд, так его я не стеснялась, он меня не то, что без одежды, он меня вообще без тела видел, обнаженную душу в зубах нес, куда уж интимнее?

Ошиблась. За дверью стоял Его Высочество Джуэл, собственной персоной. Суженый-ряженый… Я, машинально, посторонилась, словно ко мне забрел парень из группы чтобы спросить конспект лекции, которую он прогулял или стрельнуть пару сотен до очередного транша из дома.

Принц шагнул через порог и только после этого заметил, что я, мягко говоря, не совсем одета.

— Святые Древние, — он даже слегка отступил, — прошу меня простить, госпожа Маргарита. Я… очень не вовремя, но я думал… Простите.

— Что-то случилось? — догадалась я.

— Герцогиня Дарайская пропала, — выпалил принц.

— Иоланта?

— Я думал, вернее, надеялся — что она у вас. Вы ведь, как будто, подружились.

— А что, — осторожно спросила я, — других подруг у Ее Светлости нет?

— Я уже спрашивал всех. И родителей. И прислугу.

Принц был в настоящей панике, только королевское воспитание не позволяло ему скатиться в банальную истерику с вырыванием волос.

— Успокойтесь, Ваше Высочество, — строго произнесла я, — выпейте воды. И расскажите уже, почему вы решили, что Иоланта пропала?

Я сунула ему в руки наполненный стакан. Он посмотрел на него с недоумением, словно не понял, что с ним нужно делать. Отпил. Поставил на стол. Снова взял и решительно выхлебал весь. Помогло. По крайней мере, он заговорил.

— Мы с Иолли договорились встретиться после заката у королевских конюшен. Она не пришла. Я долго ждал, потом послал мальчишку с запиской. Он быстро вернулся и сказал, что окно так и не открылось. Я запаниковал.

Мысленно я чертыхнулась. Дыр в этом рассказе было больше, чем в шумовке, но общий расклад прочитывался на раз. У тихони Иолли и Его Высочества пылкий тайный роман. Настолько тайный, что они назначают свидание ночью, и настолько пылкий, что когда она не пришла, принц умудрился поставить на уши весь замок, и теперь только ленивый не знает, что герцогиня не ночевала дома. Плохо-то как!

— А у Марка вы были?

— Что? — вскинулся принц, — а при чем здесь Марк? Иолли никогда в жизни даже близко не подошла бы к еретику и колдуну! Или… Вы считаете, что он мог… Хотя, о чем я, конечно мог! Он же молится темным богам! А Иолли так красива и так наивна. Простите меня, госпожа Маргарита, я должен…

— Сидите здесь, — скомандовала я, — пейте воду и приводите нервы в порядок. У вас, видно, от беспокойства временное помрачение рассудка.

Или постоянное, мысленно съязвила я.

— Когда я говорила о Марке, я всего-навсего имела в виду, что он маг. А значит, у него есть способы поиска пропавших. Как минимум, он должен знать, в порядке она или нет.

Темное лицо принца немного просветлело.

— Я немедленно…

— Сидите! — прикрикнула я. — Вместе пойдем.

— К колдуну? Вы собираетесь идти к колдуну?

— МЫ собираемся идти к колдуну, — поправила я, лихорадочно соображая, что одеть. По всему выходило, что подойдет лишь платье служанки, любое другое мне не зашнуровать. Не просить же принца помочь, он будет шокирован. Хотя, он и так шокирован, куда больше.

— Ваше Высочество, вы не могли бы выйти на пять минут? Мне нужно одеться.

— О! Святые Древние. Я позову горничную, — принц виновато улыбнулся и скрылся за дверью.

Забавно, что он сразу сообразил на счет шнуровки. Впрочем, Высочеству уже всяко за двадцать, так что вряд ли он до сих пор оставался девственником. Связаны ли как-то его опытность, свидание у конюшен и частые обмороки брюнетки? И ее сегодняшняя пропажа… Думать об этом не хотелось, уж больно мрачный пазл складывался из таких деталей.

Жестко одернув себя, я поблагодарила заспанную девушку и, отпустив ее спать, кивнула принцу.

— Поторопимся.

Замок был похож на небольшой город. Да, собственно, он и был городом. Сколько народу тут жило и работало постоянно? Несколько сотен? С семьями, детьми. Вполне себе средневековый город, численность подходящая, крепостной вал, ратуша и церковь имелись. Все условия соблюдены.

Улицы были темны и безлюдны, но Его Высочество догадался захватить с собой ручной фонарь, и сейчас шел впереди, освещая им путь. Длинные тени плясали на булыжной мостовой и стенах то пытаясь обогнать, то отставая, то разлетаясь веером. Где-то близко, кажется, слева послышались голоса, скрип калитки. Лязгнул засов.

На мой вопросительный взгляд принц виновато пожал плечами:

— Когда я уходил, герцог собирал прислугу, чтобы прочесать замок.

Да… когда мы ее найдем, брюнетка тебя не похвалит. Если найдем. И если еще не будет поздно.

Мысль подстегнула меня. Я невольно прибавила шагу, едва не ткнувшись в спину принца, тот тоже переключил передачу и скоро мы почти бежали, перескакивая через ступени. Через минуту Его высочество уже барабанил кулаком в тяжелую дубовую дверь.

Открыли нам на удивление быстро. Похоже, колдун вел ночной образ жизни. Я представила себе брутального черного мага в таком же, как у меня, длинном халате, тапочках с ушками на босу ногу и ночном колпаке с помпоном, и нервно хихикнула. Принц покосился на меня без понимания.

— Нервное, — пояснила я. Джуэл кивнул, не особенно вникая. Лакей провел нас внутрь, подсвечивая канделябром с тремя свечами, ударил в двери, похоже, условным стуком, учтиво поклонился и со словами: "Господин вас ожидает" — растворился в темноте.

Халат с колпаком, естественно, оказались бредом моего воспаленного воображения. Марк был одет как всегда, только сапоги для прогулок сменили мягкие домашние туфли, камзол отсутствовал, а шпага, как и в прошлый раз, отдыхала у дверей. Темные, влажные волосы колдуна были зачесаны назад, а за ухом торчал карандаш.

— Ваше Высочество, — он коротко, но очень учтиво поклонился, — госпожа Маргарита. Чем обязан столь позднему визиту?

— Исчезла герцогиня Дарайская, — выпалил принц.

К чести Марка, ситуацию он просек мгновенно.

— Кто еще об этом знает?

— Все, — желчно сказала я.

— Я беспокоился! — огрызнулся принц.

— Можно было это делать малость потише!

— Откуда я мог знать, что это так серьезно?

— Тише! — шикнул на нас колдун, — Я понял. И мне нужна ее вещь. Любая, но лучше та, которую она носила недавно и близко к телу. Идеально подошла бы прядь волос или любая телесная жидкость, но я реалист и не требую невозможного.

Марк уставился на принца. Темные глаза не просили — требовали, властно и жестко. Принц выставил подбородок.

— На что вы намекаете господин Винкер?

— Нет времени, Ваше Высочество, — обрезал его Марк, — я знаю, когда люди лгут и могу добиться правды, но предпочитаю добровольное сотрудничество. Пройдемте в лабораторию. Госпожа Маргарита немного поскучает в одиночестве.

Мужчины скрылись в неприметной дверце за шкафом, а я осталась в знакомой уже комнате с фиолетовой софой.

С прошлого раза здесь ничего не изменилось, разве что стол был завален какими-то свитками и сшитыми вручную тетрадями. Поборовшись с неуместным любопытством секунды полторы, я шагнула к нему.

Первое, что я заметила — тщательно, до последней завитушки скопированная на лист бумаги записка, которую мы нашли в кошельке. Ниже лист был исписан очень мелким и почти нечитаемым почерком. Поправка, совсем нечитаемым. Какой-то личный шифр? Похоже на то. И составлен он был из знакомой мне латиницы. Кажется, немецкие книги королевы Александры пригодились колдуну больше, чем самой королеве.

В глубине комнат послышались шаги и я торопливо отошла на середину комнаты. Еще не хватало, чтобы Марк подумал, что я рылась в его бумагах.

Вошли мужчины. Принц казался удрученным. Марк — обеспокоенным и сосредоточенным.

— Ждите меня здесь. Оба, — распорядился он, — и, ради темных богов, больше никакой беготни по замку. И так уже испортили все, что могли.

— Я бы попросил, — вскинулся принц.

— Позже, — отрезал Марк, — госпожа Маргарита, — его взгляд немного, на долю градуса потеплел, — Дождитесь меня. Оба. Я могу на вас положиться?

— Да, — кивнула я.

— Безусловно, — сквозь зубы протянул принц, — но когда вы вернетесь, господин Винкер, мы продолжим наш разговор.

— Как вам будет угодно, — еще один безупречный поклон, и колдун исчез, не прихватив с собой даже шпаги.

Мы остались.

В башне стояла гулкая тишина, не нарушаемая ничем: ни тиканьем часов, их тут не было, ни храпом прислуги. Видимо, она спала где-то в другом крыле. Ни шагами на лестнице. Тишина была такой безупречной, что я слышала, как оплывают свечи, скользит по держателю капля расплавленного воска и медленно стекает на серебро подноса.

Принц стоял посередине комнаты и смотрел куда-то сквозь стены.

— Вы меня осуждаете? — сказал он вдруг. Голос прозвучал излишне громко, так, что я поморщилась.

— За что?

— Не нужно притворяться, терпеть этого не могу, — поморщился Джуэл, — за Иоланту.

— Чтобы выносить какие-то суждения, нужно выслушать обе стороны, — осторожно сказала я, — а я пока не слышала ни одной.

— Хотите услышать?

— Если вы, Ваше Высочество, непременно желаете рассказать.

— Не желаю, — буркнул он, — но, похоже, придется. Вы имеете право знать. Как моя официальная невеста и будущая супруга. Я люблю Иолли. С детства. О такой жене можно только мечтать: красива, скромна, покорна и не скандальна. Но она герцогиня. Будь она последней крестьянкой — и то шансов было бы больше.

— Не понимаю…

— Тут и понимать нечего, — скривился Джуэл, — всему виной кровь Ангеров. Проклятая кровь Ангеров. — он раздраженно взглянул на меня. — Вы же догадываетесь, что вся аристократия здесь друг другу родня в той или иной степени?

— Это можно предположить.

— Предположите, — скривился принц, — А теперь предположите еще и то, что в нашей крови, крови королей Румона, спит древнее проклятье. И, чтобы оно не проснулось, ему нельзя соприкасаться с близкой кровью. Только дальняя. Очень дальняя.

— Желательно, вообще не из этого мира, — договорила я.

— Матушка просветила вас?

— Отчасти. Об остальном я догадалась сама. Азы генетики у нас проходят в средней школе, а я уже студентка.

— Ге… что? Не важно, — принц махнул рукой, — никто и никогда не принял бы Иолли в качестве королевы. Храм не дал бы разрешение на брак.

— И вы обошлись без него.

— Мы хотели бежать. В Империю. — Принц отмер и принялся мерить широкими шагами гостиную — двенадцать шагов в одну сторону, двенадцать в другую, — По нашим меркам, мать с отцом еще молоды. У них могли быть еще дети, наследники. Почему нет? Я никогда не хотел корону и с радостью уступил бы ее младшему брату. Когда мама объявила о свадьбе, я был зол и ускорил подготовку к побегу. Но оказалось, что это не блажь, и у них, действительно, есть серьезная причина спешить. И никаких братьев у меня уже не будет.

Джуэл шумно выдохнул и посмотрел на меня растерянно, как ребенок, у которого отняли пряник.

— Иоланта знала? Что побег не состоится?

— Узнала… сегодня утром. Маргарита, как вы думаете, куда она делась? Ведь она же не могла решиться бежать одна? Она не такая девушка. Иолли очень наивна, она ничего не знает о мире за пределами замка, первая же встреча с разбойниками или мошенниками станет для нее последней.

— Все так, — кивнула я.

— Но что же делать? Ведь надо же что-то делать!

— Сейчас только ждать, — сказала я и постаралась ободряюще улыбнуться Его Высочеству. Джуэл, конечно, наломал дров. Но беспокойство его было искренним. Он, действительно, любил тихоню-брюнетку и сейчас сходил с ума.

Следующий час, или около того, прошли в тревожной тишине. Разговаривать больше не тянуло ни меня, ни Его Высочество. Он то присаживался на софу, то снова вскакивал и принимался ходить по комнате. Я тихонько сидела в кресле, сбросив туфли и поджав под себя ноги, и старалась не думать о плохом.

Герцогиня мне нравилась. Не смотря на ее совершенно невероятное простодушие, была в Иолли какая-то чистота и строгая последовательность. Любить — так любить, верить — так верить. Бояться — так бояться. Погубить такую девушку ничего не стоило. А вот спасти — задача уровня магистра. Принцу она была, явно, не по зубам. Справится ли Марк?

Когда, наконец, лязгнул засов, я вздрогнула. Его высочество ощутимо напрягся и, как флюгер, повернулся к дверям.

Я торопливо натянула обувь.

Марк вошел первым. Он выглядел спокойным и целым. Похоже, обошлось без разбойников и мошенников. Герцогиня Дарайская, закутанная в его плащ, тихонько скользнула следом. Она так явно не хотела привлекать к себе внимание, что я тактично отвернулась.

— Иоланта! — принц кинулся к ней, — что с тобой случилось, где ты была?! Я чуть с ума не сошел! Тебя ищет весь город.

Брюнетка отступила к дверям, но Марк не дал принцу приблизится, перехватив его на полдороги.

— Спокойно, Ваше Высочество. Соблюдайте этикет.

— Ш-ш-што? — Джуэл яростно сверкнул глазами и схватился за шпагу, — Ты, часом, не забылся, Винкер? Каких темных богов ты учишь меня этикету? Иолли, я задал вопрос!

Брюнетка молчала, опустив глаза.

— Ваше Высочество, не пугайте мою невесту. Мне это не нравится.

Если бы в гостиной колдуна ударила молния, эффект был бы меньше. Джуэл потерял челюсть. Буквально. Он с таким потрясением смотрел на Марка, Иолли и на меня, что мне стало его даже жаль.

Но, отстраненным, холодным умом я сразу поняла, что Марк выбрал единственно верный, беспроигрышный ход, разом решающий все проблемы брюнетки, и восхитилась его простотой.

— Иолли? — крикнул принц.

— Ее Светлость, герцогиня Дарайская оказала мне честь, согласившись стать моей женой, — спокойно сообщил Марк, — госпожа Маргарита, это прекрасно, что вы здесь. Нужно сообщить радостную новость родителям невесты и будет лучше, если нас будет сопровождать девушка. Репутация герцогини не должна пострадать.

— Иоланта, — проговорил Джуэл, — ради Святых Древних, скажи мне, что это просто неудачная шутка. Я сам отведу тебя домой. Мне Гортензия ничего не скажет, не посмеет. А господин Винкер… — резким движением принц сдернул с безымянного пальца перстень с большим камнем и бросил на стол, — Это твоя награда, колдун. Я очень благодарен за герцогиню, но твоя шутка мне не понравилась.

— А вот это уже оскорбление, — определил Марк, — намеренное и очень грубое. Скажите, Ваше Высочество, вы всерьез полагали, что оно сойдет вам с рук? В таком возрасте и такая наивность…

Он стоял, расставив ноги, между Джуэлом и Иолли, жмущейся в углу, и смотрел на принца, как на редкий экземпляр экзотического зверя. Словно прикидывал, куда лучше врезать, чтобы не попортить шкурку.

— Джуэл, это не шутка, — голос герцогини был тих, но говорила она вполне уверенно, хотя глаз так и не подняла, — господин Винкер просил моей руки. Я дала согласие.

— Еще вопросы есть? — осведомился Марк.

— А как же? — рыкнул принц, — вы не слишком сильно заняты завтра, на рассвете, господин Винкер?

— Я всегда занят. Но для Вашего Высочества время найду.

— Тогда с первым лучом солнца на восточной стене. Выбор оружия за вами!

— Сколько пафоса, — скривился колдун, — магией вы не владеете, так что железо. Шпага плюс дага. Годится?

— Вполне, — сквозь зубы протянул взбешенный принц, — я тебя в лапшу Маноки настрогаю. А потом выясню, каким темным ритуалом ты вынудил благородную девушку дать тебе согласие. Иолли, ничего не бойся. Я сумею тебя защитить!

— Выход у вас за спиной. Проводить, или сами найдете?

— Я вернусь со стражей!

Не говоря худого слова, колдун сделал легкий, быстрый пас рукой и принца словно вынесло из гостиной. Дверь предупредительно раскрылась перед ним и захлопнулась сразу за спиной. На лестнице прогрохотали торопливые шаги, словно кто-то бежал. Кто-то, кого очень настойчиво толкали в спину.

— Извините, дамы, — Марк развел руками, — сорвался. Терпение-то не железное.

Иоланта легким движением сбросила с головы капюшон. Она была невероятно, в синеву бледна, но в целом выглядела неплохо. Похоже, колдун успел вовремя.

— Я вам очень благодарна, господин Винкер, — тихо проговорила она, — но, боюсь, в чем-то Джуэл прав. Моя семья никогда не поверит в мое добровольное согласие на этот брак. И не отдаст вам мою руку. Но, даже если вы сумеете их убедить, вам никогда не очиститься от сплетен о ритуале. Джуэл и моя матушка позаботятся об этом. Они сделают все, чтобы испортить вам жизнь. Если… если еще останется, что портить, — это было невозможно, но, кажется, Иоланта еще больше побледнела, — он ведь вызвал вас на дуэль, я не ошиблась?

— Мне тоже так показалось, — кивнул Марк.

— Принц Джуэл — первая шпага королевства. У вас нет шансов.