Глава 19

Глава 19: Слишком поздно идти назад

Меня не покидало плохое предчувствие. Сидела за столом, смотрела в стальные глаза, в которых опасно, словно предупреждающе, играло серебро. Могла поклясться, что мужчина что-то задумал, таким решительным, собранным казался весь его вид, но что я могла на самом деле?

Да ничего! Если захочет, ему даже никаких усилий не придется прилагать, чтобы свернуть меня в бараний рог, и вот тогда я точно уже никогда отсюда не выйду. Теперь видела: он не забыл о нашей совместимости, но тем не менее выбор мне предоставил.

Зачем? Скорее всего, был уверен, что победит. Только этот спор был моим единственным шансом перестать быть его пленницей. Всего лишь ночь. Он предлагал продержаться мне всего лишь ночь, чтобы все это закончилось.

А хотела ли я, чтобы все это заканчивалось?

— Итак, твой ответ?

— Я согласна, — решительно произнесла я, ощущая, будто прыгнула в воду с обрыва.

— Хорошо. Если ты закончила ужинать, то пойдем спать. Завтра действительно нужно рано встать.

Он держал дистанцию до самой спальни. Выглядел невозмутимым и словно спокойным, но я-то уже знала, как легко он управляется с масками. У дверей спальни я притормозила его:

— Ты ведь сказал, что будешь спать в другой комнате?

— Буду. Но переодеться в домашнее мне можно?

Зайдя в спальню, я тоже начала раздеваться, но в отличие от мужчины делала это не у шкафа, а рядом с кроватью. Ноги гудели, хотелось скорее лечь, однако прохладный душ манил меня куда больше.

Того, что имсит стоит за моей спиной, я не увидела, скорее почувствовала, но обернуться не успела. Шею пронзила короткая боль. Схватившись за его руку, я пыталась вывернуться, но держал он меня очень крепко. Держал до тех пор, пока не ввел препарат.

— Что ты мне вколол? — развернулась я, отскакивая от него на добрых полметра.

— Это сыворотка, над которой работала моя команда. Первые испытания на людях прошли успешно. Разовое использование стопроцентно не принесет никаких побочных эффектов, — снял он водолазку, скидывая ее прямо на пол.

— Зачем ты мне ее вколол?! — Я держалась за шею, но крови почти что не было. Боль прошла так же быстро, как и появилась, но что-то определенно менялось, и я пока не могла понять, что именно.

— Чтобы ты ощутила хотя бы половину того, что ежедневно, ежечасно, ежеминутно разрывает меня. Знаешь, что такое гореть изнутри от нестерпимого желания просто прикоснуться к тебе? Я дышать не могу, моя прелесть, когда ты находишься рядом, потому что твой запах сводит меня с ума. Я люблю тебя. Я хочу тебя. Я чувствую себя сумасшедшим, стоит лишь мне подумать о том, что тебя в моей жизни может не быть. Ты думаешь, я могу тебя отпустить? Думаешь, могу совершить такую глупость?

— Не подходи ко мне, — пригрозила я, когда он сделал шаг по направлению ко мне.

— Все преображается, да? Запахи, звуки. Твое зрение стало острее, не так ли? Знаешь, какую особенность заметили мои специалисты? Люди, участвующие в испытаниях, не только приобретали сверхспособности, почти сопоставимые со способностями имситов, но и получали многократное усиление собственных чувств. Всех чувств. Ты спрашивала, зачем я вколол тебе сыворотку? Я больше не хочу и не могу ждать, когда ты решишься, осознаешь, что мы идеально подходим друг другу. Если ты чувствуешь ко мне что-то, то не сможешь этого скрыть.

— Уходи, — прошептала я, едва размыкая губы. — Просто уходи. Убирайся!

— Конечно, моя прелесть, — зло усмехнулся он. — Я буду в соседней спальне. Буду ждать. Следующие двадцать четыре часа покажут, есть ли в твоем сердце любовь. Ко мне.

РиАнт ушел, невообразимо громко хлопнул дверью. Я вздрогнула, сползая по стене. Даже не заметила, как прижалась к ней вплотную.

Меня разрывало.

Казалось, что слышу каждый звук, каждый шелест — все, что происходит не только в доме, но и на улице. Удаляющиеся по коридору шаги оглушали, вторили ударам моего сердца. Закрывала глаза и тут же открывала, ослепленная светом. Я видела каждую пылинку, каждую крошку, различала все многообразие оттенков.

Трясло. Трясло так сильно, что я едва ли могла усидеть на месте. Каждый вдох словно обжигал легкие. Задыхалась, захлебывалась тысячами ароматов, где самым ярким, сводящим с ума был только один.

Металлический запах разливался по комнате, пропитывал каждый уголок, буквально забивал собой все предметы. Самый яркий аромат шел от постели и от шкафа. Настоящее сумасшествие, но, стащив подушку, я прижалась к ней носом, вдыхая, вдыхая, вдыхая…

То, что творилось со мной сейчас, — я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Качалась из стороны в сторону, пытаясь успокоиться, но ничего не получалось. Эмоции, чувства… Все обрушилось ураганом, сносящим все на своем пути, лавиной, что сошла, подгребая под собой целые города.

Вместе с ними пришло и осознание того, насколько жестокими звучали слова РиАнта, насколько жестоким был совершенный им поступок. Не-е-ет, меня трясло не от запаха, не от аромата, в который хотелось завернуться, словно в одеяло. Меня трясло от желания, и я с ужасом понимала, что люблю этого беспринципного типа. Люблю так сильно, что это сводит с ума.

Все, как он говорил: я не могла без него дышать.

Поднявшись, я успела сделать только шаг, прежде чем дверь спальни открылась, но этот шаг был осознанным, уверенным. Мы замерли напротив, глядя друг другу в глаза. В его взгляде я с легкостью прочла беспокойство.

— Как ты себя чувствуешь?

— Волнуеш-ш-ься? — дерзко усмехнулась я, зло улыбаясь. — Волноваться нужно было раньше!

Я очутилась рядом с ним уже через мгновение. Даже не успела обдумать, чего хочу больше: поцеловать его или ударить, но и сделать ничего не получилось. Врезавшись в него, я никак не ожидала, что мужчину поведет. Он буквально впечатался в стену в коридоре, захватив с собой и меня.

Чистейшая ярость плескалась в его глазах. Схватив за шею и талию, РиАнт толкнул меня к стене напротив. Сжимал, вжимался в меня всем телом, захватывая мои губы в плен, терзая и будто бы мстя. Касания были болезненными, порывистыми — синяки наверняка останутся, но я отвечала ему тем же. Той же болью, той же страстью, тем же жаром и голодом, что не оставлял никаких сомнений в том, как закончится эта ночь.

— Ненавижу! — прошипела я, ударяя его в грудь.

— Переживу. Только останься со мной, моя ванильная девочка, и я все переживу.

Больше не было слов. Одежда летела на пол лоскутами, а я жадно вдыхала аромат его тела, волос, царапая спину и плечи. Не было сейчас ничего на свете, чего бы я хотела больше, чем быть здесь в этот самый момент. Не было никого, кого бы я любила сильнее.

До спальни мы добрались уже значительно позже, но огонь, сжирающий нас изнутри, не угас. Наоборот, он словно стал теплее, нежнее. Неторопливые ласки сменялись мягкими поцелуями. Казалось, что изучали друг друга, с каждой минутой, с каждым часом познавая все больше.

Каждый сантиметр тела, каждая родинка, каждый шрам — ничего не осталось без внимания. Поцелуи — ласковые, чувственные, наполненные нежностью — обрушались на тело, на лицо, позволяя тихо плыть по этому сумасшедшему морю. Яркий пылающий кострище сменился уютным домашним камином, сидеть у которого было тепло и приятно.

Засыпала уже в предрассветных сумерках. Прикрыв веки, лежала на горячей мужской груди и чувствовала невероятное умиротворение. От коротких поцелуев в макушку. От легких поглаживаний по обнаженной спине. От тихих слов…

— Люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, Малика. Всех слов мира не хватит, чтобы описать то, как сильно я люблю тебя. Ты моя… Моя целиком и полностью.

Слова не пугали. Наоборот. Вязкое умиротворение разливалось под кожей, согревая, но говорить не хотелось совершенно. Это была хорошая лень. Теплая, уютная, комфортная. Рядом с РиАнтом мне было комфортно.

Я слышала, как он уходил. Чувствовала мягкие, нежные прикосновения, но открывать глаза было откровенно лень. Только почувствовала, как меня сильнее накрыли одеялом и убрали разметавшиеся волосы с лица, заправляя их за ухо.

Нежилась, окутанная его ароматом. Неспешно плыла по волнам снов, но проснуться все-таки пришлось. Просто в какой-то момент поняла, что все — выспалась, и открыла глаза, уставившись в потолок.

Поиски совести и стыда ни к чему не привели. Мне не было стыдно. Я не испытывала угрызений совести, глядя на непомерно роскошное кольцо, украшающее мой безымянный палец. Злилась, да, но скорее на себя — за то, что РиАнт снова оказался прав. Не устояла, не выстояла, но он действительно был прав. Если бы не его поступок, я бы держала дистанцию еще долгое время.

Просто потому, что упрямо решила, что вместе нам не быть. Кто я и кто он? Эти отношения не укладывались в моей голове. Для меня, для моих принципов такое положение дел являлось невозможным. Это трудно, когда ломается устоявшаяся жизнь. Это страшно.

Но методы его мне хоть и льстили, но все равно не нравились.

Неясный скрип, скрежет за окном я уловила за минуты до того, как в окне появилась знакомая шевелюра. К тому моменту я уже успела принять душ и завернуться в огромный пушистый банный халат. К подоконнику подходила настороженно, но быстро. То ли время ощущалось другим, то ли я действовала резче.

В любом случае, когда в окне появился Джаспер, я была готова ко всему.

— Тьфу, напугал! — опираясь на подоконник, выглянула я, рассматривая парня, зависшего по ту сторону окна. Как и в прошлый раз, он держался за счет ремня и специального оборудования.

— Ты — и чего-то боишься? — усмехнулся он, прищурившись, но взгляд его вдруг помрачнел. — Что с тобой?

— Все нормально, — пыталась я держать лицо, чувствуя, как от хакера невыносимо пахнет потом. Мне этот запах не нравился. Он раздражал. — Как там отец?

— Неплохо. Переживает о тебе очень, но, извини, на пустые беседы времени нет. Они тут усилили охрану, и у меня есть буквально несколько минут, прежде чем они заметят неполадки с камерами.

— Что-то случилось? — забеспокоилась я.

— Ты сама знаешь, что случилось. Пришло твое время, Малика. Ты должна убить имсита.

— Что?!

— Ты слышала. И не тяни с этим.

— Но кто отдал этот приказ? Я не понимаю…

— Твой отец, — перебил меня Джаспер, подтягивая трос.

— Я хочу с ним связаться! Дай мне поговорить с ним. Он просто не знает, что…

— Ты получила приказ. Если в ближайшие дни это не сделаешь ты, сделает кто-то другой.

Хакер резко взлетел наверх. Не могла окликнуть его — точно привлекла бы внимание охраны, но и как есть все оставить не могла. Я должна была связаться с отцом. Поговорить, объяснить, насколько он ошибался, так что, не теряя времени, слетела вниз, на первый этаж, в поисках хоть кого-нибудь.

Первым на глаза попался охранник, восседающий в кресле в холле. При моем появлении он поднялся.

— Мне нужен ифон, — выпалила я, едва не сбивая мужчину с ног.

— Простите, но такого распоряжения не поступало, — сухо и с изрядной долей официоза ответили мне.

— Но мне срочно нужен ифон! Это вопрос жизни и смерти!

— Вы в полной безопасности, — продолжил охранник гнуть свою линию.

— Я — да, а РиАнт нет!

— Уверяю вас, верглавнокомандующий Федерации также находится в полной безопасности…

Никогда не думала, что в моей жизни когда-нибудь появится момент, когда я буду отбирать что-то у кого-то силой, но именно это я и сделала. Сама от себя не ожидая, молниеносно схватила немаленького охранника за шею, приподнимая его над полом.

— Ифон! — процедила я, осознавая, что, если нужно будет, я вытрясу из него несчастный гаджет.

— У меня нет! У нас забирают!

В следующие полчаса я облазила весь дом, допытываясь до всех, кого только удалось найти. На территории особняка не было ни одного гаджета, которым я могла бы воспользоваться, а ноутбук РиАнта оказался под паролем. Имей я хоть какие-нибудь навыки общения с техникой, обязательно подобрала бы пароль, но, увы, в голову мне ничего путного не приходило.

Выйти за ворота мне тоже не дали. По той же самой причине: распоряжений не получали.

Изрядно злая, до краев наполненная волнением, я металась по спальне, словно разъяренная фурия. Ну и где же это доверие, которое должно было возникнуть между нами? Где эта свобода, которую он мне обещал, делая предложение?

Я даже отцу позвонить не могла!

Такой беснующейся меня и застала служанка, принесшая поздний завтрак. Девица явно была напугана и не желала проводить в спальне времени больше необходимого. Спросив у меня, не нужно ли мне еще чего, кроме чужого ифона, девица поспешно ушла, оставляя меня наедине с едой.

Вот где я полностью прочувствовала суперспособности, которые давала созданная в лабораториях РиАнта сыворотка. Ароматы стояли просто волшебные, чарующие, обескураживающие. Рот тут же наполнился слюной.

Вообще, я даже не представляла раньше, насколько модифицированным трудно жить. Солнце ослепляло, пылинки, витающие в воздухе, раздражали, а тысячи запахов забивали нос. Единственное, чего я никак не понимала: при чем тут усиление чувств? Ведь имситы фактически бесчувственные. Ну, почти все.

Мне оставалось только ждать возвращения РиАнта. Очень сильно напрягало то, что я не знаю, каков срок отведенного мне времени, но ближайшие дни — это ведь не сегодня? У меня было время, да, но его было слишком мало.

Мне не хотелось выходить из спальни. В этом доме я не чувствовала себя как дома, поэтому занятие себе нашла прямо в комнате, а точнее, в кровати. Читала. Завернувшись в одеяло, читала единственную доступную мне книгу — ту, которую мне подарил первый помощник с космолета Ри. С ней в обнимку и уснула, совершенно не помня, как это произошло.

Зато позднее поняла, что меня чем-то опоили.

Страх, паника, бессилие. Я не могла пошевелиться, не могла открыть глаза или сказать хоть слово, но при этом прекрасно себя ощущала. Это был не сон, не плод моего больного воображения, не фантазии, наведенные тревогами. Меня технично во что-то паковали, а если точнее, то это был чехол для одежды.

Узнать мне это удалось, попросту подслушав разговор.

Только голоса звучали смазанно, словно приглушенно, будто издали, и я никак не могла разобрать, кто именно говорит. Одно знала точно: рядом со мной были женщина и мужчина.

— Быстрее, быстрее, — подгоняла кого-то женщина. — Охрана вот-вот уже очнется. Они должны видеть, как взлетает корабль, чтобы убедиться, что она его украла!

— Сам знаю! — рявкнул мужчина.

Слышала неясный скрежет, будто работал какой-то механизм. От оглушающих звуков двигателя хотелось скрыться, закрыть уши руками, но я не могла ничего. Только ждать, чем все это закончится, и гадать, кому в очередной раз я не угодила. Почему-то в голову пришли только имситы. Уж им-то я насолила по полной.

— Барахло с корабля будем выгружать? — снова пристала дама неопределенного возраста.

— Ага, и пикник заодно давай устроим. Как раз дождемся и охрану, и главнюка, — зло съехидничал недружелюбный тип. — Чтоб ее! Она книгу не отдает, вцепилась в нее словно клещами.

— Да что тебе эта книга? Настраивай автопилот, время на исходе!

— А куда настраивать-то?

— Ильтар приказал на третью планету. Да живее ты!

— Не получается!

— Отойди! Все приходится делать самой!

— Крышу ангара открой, идиотка!

— Сам идиот!

Перепалка этих двоих — последнее, что я услышала, прежде чем осталась в полном одиночестве. Мысли терзали меня, разрывали на куски, но главными, самыми яркими были лишь несколько.

Первое — я точно понимала, кто устроил мне незапланированную прогулку. Единственный Ильтар, которого я знала, являлся бывшим верглавнокомандующим и отцом РиАнта, и что-то мне подсказывало, что это именно он причастен к творившемуся беспределу. Я показала ему зубы, а он решил укусить меня в ответ, чтобы понимала, на кого скалилась.

Только пока неизвестно, не смертелен ли укус.

Второе — я услышала пункт своего назначения. Мне не показалось, я не словила галлюцинации. Меня отправили на третью планету, и, судя по всему, на корабле я находилась одна. Судно вел автопилот, но кто его будет сажать? И как выбираться с этой самой третьей планеты? Хотя нет, как выжить среди этих монстров-зверей?

Третье и последнее, что меня беспокоило, — это мое состояние. Как долго будет действовать это оцепенение? Что делать, если оно так и не пройдет? Как…

Нет, вопросов было слишком много. Паника сжирала, душила, преобразуясь в нечто новое, худшее. Брать ее под контроль, взывать к разуму с каждым пройденным мгновением становилось все страшнее. Ты будто парализована без возможности вылезти из своего сознания, и этому нет ни конца, ни края.

Запрещала себе думать о смерти как о неизбежности. Нет, когда-нибудь, конечно, мы все умрем, но до этого обязательно проживем долгую и счастливую жизнь. По-другому и быть не может — теперь я это понимала. Понимала, насколько была глупа, когда мирилась с мыслью, что ради нашего дела когда-нибудь мне придется проглотить капсулу с ядом, если я попадусь.

Я ведь в это верила. Верила в то, что это правильно. Только мои идеалы, мои мысли, моя убежденность оказались ложными. Страшно представить, что было бы, если бы тогда в особняке семьи Арль я не решила сбежать через балкон, а проглотила проклятую капсулу.

Я бы так и не узнала, кто мой личный, наш первостепенный враг. Враг всего человечества.

Я бы никогда не увидела Касио, а ведь всегда мечтала посмотреть хоть одним глазком не на выжженные, высушенные степи, а на настоящую буйную зелень, пусть и созданную искусственно.

Я бы никогда не увидела третью планету и ее тварей, не узнала бы, что вода от природы бывает другого цвета. Не полетала бы на настоящем космолете.

Я бы никогда не познакомилась с представителями других рас, не постояла бы рядом с самым настоящим драконом, не увидела бы магию и волшебство.

И в моей жизни никогда бы не появился РиАнт. Не тот вечно холодный верглавнокомандующий, а Ри. Мужчина, который умел смеяться, веселиться, получать удовольствие и был простым и открытым. Пусть и с огромными замашками собственника.

Только жаль мне было не этого всего, а того, как много я еще не успела сделать. РиАнт показал мне, что наш мир гораздо больше и мы сами гораздо больше можем, чем думаем о себе. Мне было жаль то будущее, которое я могла не увидеть.

Безмолвные слезы текли по моим щекам, обжигая. Внутренне я металась, выла, впервые чувствуя себя пленницей собственного тела. Внешне…

Смогла пошевелить кончиками пальцев, и это был огромный прогресс последних часов. Но недостаточный, потому что судно внезапно задергалось, опрокидывая меня, а нудный, явно автоматизированный женский голос сообщил:

— Внимание! Срочно пристегните фиксирующие ремни! Аварийная поса…

Боль. Боль пронизывала каждую клеточку тела, пока корабль швыряло из стороны в сторону, а датчики нецензурно ругались, попискивая на разный лад. Все происходящее слилось в агонию, в нескончаемые муки, что все длились и длились.

Я просила только одного: выжить.

Меня тряхнуло в последний раз, буквально впечатывая в одну из стен. Сумев открыть глаза, я испытала дикий, всепоглощающий ужас. Судно, на котором я летела, и кораблем-то нельзя было назвать — что наша гостиная дома, совмещенная с кухней.

Но совсем не размеры меня поразили, а то, что показывали мониторы, выводящие видео, видимо, с внешних камер. Космолет катился прямо по склону, то цепляясь за скалы, то переворачиваясь в воздухе, а внизу меня ждали джунгли, что стремительно приближались с каждой упущенной секундой.

Вновь овладеть руками и ногами до фееричной остановки я успела, сделать хоть что-то — нет.

Когда корабль наконец остановился, всю меня затапливала адская боль, но я нашла в себе силы, собрала последние крупицы, чтобы доползти до выхода и открыть отсек, ударив по большой красной кнопке. Понимала: судно может взорваться в любую секунду и тогда мне уже ничего не поможет.

Яркий солнечный свет ослепил. Ползла столько, сколько могла, сжимая зубы и чувствуя, как из ран сочится кровь, но силы все равно покинули меня. С диким криком я перевернулась на спину и замерла, глядя в невероятное пористое небо.

Больно было даже дышать, лежа на влажной земле в окружении буйствующей зелени, но я все равно смотрела.

Смотрела до тех пор, пока небо не затмили расплывчатые человеческие силуэты.