Инфар

В этот раз мир был другим. Под огромным палящим солнцем в воздухе висели огромные диски, а на них стояли города. Пустые, брошенные, сожженные безжалосным светилом и разоренные неистовыми ветрами. Когда-то здесь кипела жизнь, какой бы она не была. Может, существа отсюда были воинами, или дипломатами, учеными-исследователями.

Какая разница? Их больше нет.

Их всех уничтожила сумасшедшая драконица, стоящая передо мной на коленях.

На её руках, ногах и шее были застегнуты кандалы из противомагического железа, но чувство было такое, будто она может снять их в любой момент.

Отвратительное чувство.

Может, её и можно убить. Уничтожить последнюю из рода тех, кто могли двигать по небосводу звезды, создавать и уничтожать целые миры. Но для этого нужно уничтожить её душу, а часть её во мне, еще часть в матери моего сына.

Не подойдет, тем более не факт, что сработает.

Она будет вечно сидеть взаперти, пока сама не захочет умереть.

— Ты будешь моим, Инфар, — ласково и страстно говорила она.

— Никогда, — ответил я, но это не стерло ухмылки с её лица.

Император должен быть властным и смелым, если он даст слабину — конец. Но её я боялся. От мысли о ней хотелось бежать прочь. А может, это она так воздействовала на меня?

— Я тебя не прокляну, не убью, не заставлю страдать. Наоборот — тебе будет хорошо со мной. По-настоящему хорошо, как ни с кем другим.

— Заткнись! — рявкнул я и сильно ударил её по щеке. Но она, кажется, даже не почувствовала.

Среди бесконечных песков, пыли и висящих в небе пустых городов послышались чьи-то шаги. Обернулся — но никого не увидел. Лишь красный песок и такой же кровавый солнечный диск, закрывавший собою половину неба.

— Я уже иду, Инфар, — шепнула она и я проснулся.

За окном сияли звезды, комната светилась в лучах взошедших лун, но шаги не исчезли. Стук в дверь заставил встрепенуться. Кто там так поздно? Если это не атака на империю — прикончу, кто бы там ни был.

Я поднялся, налил в стакан воды, выпил. Постучали еще раз, при чем назойливо. Открыл дверь ожидая увидеть пьяного охранника, заблудившегося слугу или Дениса, посреди ночи решившего побаловаться магией, но увидел Варвару. Она стояла и смотрела на меня испуганными глазами.

— Ты жив! — она бросилась на меня, я тут же схватил её, поцеловал.

— А должно быть иначе?

— Крастемар! У него кинжал с зеленым свечением. Он собирается пронзить тебя в татуировку. Сказал, это убьет часть души драконицы.

— Успокойся! Вряд ли он настолько дурак…

— Я видела в видении, как он протыкает тебя кинжалом…

— Иди сюда. Ты вся дрожишь.

— Он запер меня в тайнике в библиотеке. Дух помог…

Я поцеловал её в губы, провел языком по сладкой шее, обнял за ставшую тонкой талию. Её одежда была грязной. Развязав узлы с помощью телекинеза, отбросил её платье в сторону.

— Послушай! Он хочет убить тебя! — шептала она.

Но я не слушал. Наверняка она просто хочет остаться тут, а не отправляться на Землю. Толкнул её на кровать, принялся целовать грудь, перешел к животу, потом ягодицам. Возможно, мы были вместе последний раз. Возможно, это последний наш шанс уединиться.

Она дрожала. Я обнял её покрепче, прижал к себе, и внезапно перестал себя контролировать. Мое тело жило собственной жизнью, целовало её, аккуратно покусывало, облизывало. Все в ней сводило меня с ума — её запах, упругая грудь, мягкие черты лица, взгляд. Если бы можно было остаться с ней! Сбежать на край света! Обосноваться там, где нет никого, кроме нас двоих.

От каждого движения меня словно током пробивало. Я ревел как зверь, раз за разом набрасываясь на него. Страсть рвалась из меня фонтаном, убирая из головы все мысли, кроме тех, что о ней. Может, именно этого она и хотела — таким образом заставить меня передумать? Да и я сам подумывал оставить её тут. Но не мог. Никак. Иначе случится непоправимое.

Не важно. Не стоит думать об этом сегодня. Только не сейчас.

Наши тела извивались в мягком свете звезд и свечей, языки сплетались. Мы не останавливались ни на секунду.

— Вдруг она что-то крикнула и посмотрела мне за спину испуганным взглядом. По-настоящему испуганным.

Я обернулся, но Варвара с какой-то нечеловеческой ловкостью вывернулась и оказалась передо мной. Лишь тогда я увидел Крастемара, уже успевшего занести кинжал. Его взгляд был решительным, взгляд строгим и уверенным.

Ударил его телекинезом, тот отлетел к стене — но поздно — рукоять торчала из груди моей жены.