Глава 29. Каждой твари по паре

Его рыжее величество, величественно отрезав ножом кусок ветчины, соорудил бутерброд и торжественно мне его протянул.

Мосты, что ли, налаживает? Я с опаской его поблагодарила. В принципе, может и так, он же не знает, что я не собираюсь становиться его родственницей.

– И как вам нравится Вирма? – светским тоном поинтересовался дракон.

– Очень … симпатичный городок, – вежливо ответила я.

Флари, которая пару минут назад завела меня в дамскую комнату и тихо шепнула: “с королями не спорят, хочет быть Даром, пускай”, ободряюще сжала мою ладонь. Значит, ответила я как подобает, это радует.

Ра… Дар подал мне стакан с водой. Я, разумеется, его взяла и сделала глоток. Король драконов инкогнито... Да от него такой силой веет, что даже я, резистентное к магии создание, это чувствую. 

– Нашли на развалинах что-то интересное?

Мира после его слов подпрыгнула на месте, вскочила на ноги и принялась лихорадочно ощупывать карманы. Беглый осмотр не принес результата, и она, растерянно опустившись на лавку, закрыла ладошкой рот.

– Сарвен меня точно убьет… – всё-таки разобрала я.

– Осколок! – я ударила себя по лбу.

– Угу… – всхлипнула подруга.

– Спокойствие, только спокойствие, – каркнула Иза. – Давайте, вспоминайте. Кто последний его видел и при каких обстоятельствах?

Я потерла виски, пытаясь поймать нужное воспоминание. С учетом того, что недавние события происходили в аптечном угаре, сделать это было не так-то просто.

– Я держала его в руке… – выдавила я. – А потом…

Точно помню, что побоялась сунуть его в карман. И точно помню, что не выпускала из рук! На всякий случай я похлопала себя по карманам. Ну не могла же я его выкинуть?  

– В лифе-то  посмотри. Ты ж обычно туда всё ценное кладешь, – напомнила ворона.

Мысль была, с одной стороны, здравой. А куда еще я могла запихнуть на автомате действительно важную, раз за ней охотились, вещь? Но он же острый! Не зря Мира его в тряпочке хранила, а я в карман сунуть опасалась. В карман сунуть опасалась, а в руке держала! И что-то не помню, чтобы поранилась...

Отвернувшись, руку в лиф я всё-таки сунула. Пусто. Ну как пусто… Но посторонних предметов там точно не было!

Куда я еще могла сунуть этот злосчастный осколок? Проверила туфли. Хотя, наверное, я бы не смогла бегать… Кстати! И под изумленными взглядами подруги и драконьего короля я полезла под юбку и извлекла из-под подвязки чулок бесценный осколок.

– Спасибо, Барби! – радостно обняла меня Мира.

– Осторожно, леди! – гаркнул на неё Рамез.

Флари от меня шарахнулась, а Иза и вовсе заикала.

– Осколок первосозданного зеркала это вам не игрушка! – рявкнул временно рыжий король. – Режет любую сталь! Любые чары! Как вы вообще додумались положить его … туда?!

– Я просто о нем забыла, – призналась я.

– Удивительно, что вы целы!

Да что он так нервничает?

– Я же его даже не чувствовала!

– Кстати, интересный вопрос, почему? – потер король подбородок, и у меня сердце застучало, так напомнил он мне этим жестом Артура.

Всеблагие, ну какая же я дура! Зачем я ему отказала? Тем более, он мне еще ничего не успел предложить! Да признайся ты уже себе, Варя, хотела, чтобы тебя уговаривали. Делать главе безопасности Даэрта больше нечего, кроме как твои сопли подтирать!

Я шмыгнула носом. Все мы посмотрели на мою абсолютно целую ладонь, сжимающую острые края осколка. Рамез кашлянул, попросил меня положить стекляшку на стол, и забрал её, предварительно замотав в тряпочку.

– На нериту Барбару не действует магия, – тихо сообщила Рамезу флари. – Может, поэтому?

– Возможно, – как-то странно посмотрел на меня дракон. – Но мы заболтались. Пора за дело!

Дело ...  а спать когда? Пришлось идти. С королями, как известно, не спорят.

Если ты думающее создание, то какая, в сущности, разница, человек ты, дракон, флари или … ворона? Так вот, разница – существенная. Пока остальные вполне себе бодры, человек еле стоит на ногах.

Его величество, чтоб ему икалось, приказ брата выполнял с особым рвением. Мирена мыла окна, я мела полы (опыт). Даже Изольда не сидела без дела, она выковыривала из щелей в полу мелкие монетки и прочие утерянные посетителями блестяшки. Удивительное дело, но добра этого уже была целая маленькая горка. Сам же Ра… простите, Дар, развалившись, сидел за столом и нами руководил.

Что-то я не уверена, нужен ли моей Изольде этот … руководитель. Я вздохнула, это не мне решать. Судя по ее поблескивающим в сторону Рамеза глазкам, он ей всё-таки нужен. Ни разу еще я не видела с её стороны такого пристального интереса к мужчине. Хотя, у неё же задание от Артура – приглядывать. Партийное, как говорила моя бабушка. Ага.

– А может, применим бытовую магию? – робко подала голос Мира.

– Увы, – развел руками рыжий, – здесь теперь не работает никакая магия, кроме драконьей, а бытовыми чарами я, к прискорбию своему, не владею.

– Так может … я накидаю вектор, а вы вольете в него силу?

– Совместить магию флари с драконьей? – фыркнул Рамез. – Это невозможно.

– Да как же это невозможно, лучший друг моего брата на этом собаку съел! Сильнейший маг, между прочим. Кстати, тоже рыжий. Совсем как вы.

Пока флари дискутировала с его величеством, я присела на краешек деревянной лавки и, зевая, посмотрела на часы. Время близилось к утру, день был сумасшедший. Сутки, а не день. Вечность! Я подперла ладонью подбородок и прикрыла веки. 

Кстати о вечности. А сколько вообще живут драконы? Вряд ли меньше чем маги, а те, говорят, несколько сотен лет разменять способны. Но ведь влюбляются же маги в обычных людей? Решают же как-то вопрос? Наверное… надо спросить у Миры. Наедине. И потом буду думать. Зря или не зря отказала дракону.

О чем тут думать, конечно, зря...

Что-то громко брякнулось о деревянный пол совсем рядом со мной, я разлепила глаза и обнаружила, что уронила на пол метлу. Похоже, умудрилась заснуть.

– Тихо! – вдруг напрягся дракон.

Мы послушно замолкли, даже Иза захлопнула клюв, стены гостиницы содрогнулись, ярко вспыхнули на них огненные руны, а потом звук удара сменился витиеватой руганью.

– Ну и воспитание, – поморщился Рамез. – Хотя, что я хотел от полудемона?

Мира побледнела и как будто собралась хлопнуться в обморок, я подбежала к ней, и, выглянув в окно, мы увидели сидевшего на земле, перепачканного в пыли Сарвена. Он, расправив крылья, зло смотрел на наше окно и потирал призрачный рог.

– О, явился. Интересно, сам дотумкал, или Арчик направление подсказал? – каркнула Иза, выплюнув в горку сокровищ золотую сережку.

Дракон, который лениво подбрасывал в воздух крохотный огненный шарик, застыл, будто к чему-то прислушиваясь, и резко заозирался по сторонам. Я опустила глаза. Неужели он услышал Изу? Так быстро? Хотя… чему тут удивляться? Он же до сих пор ищет свою Соль.

– Надо его впустить, – повернулась я к Рамезу, а флари, которая пряталась от алых глаз возлюбленного за моей спиной, мелко задрожала. Еще бы, угрозы из уст полудемона звучали вполне себе устрашающе.

– Без личного позволения мессира Артура никак не могу, – пожал плечами Рамез.

– Мирена! – позвал полудемон с улицы. Стекла задрожали, но устояли. Только там, где стояла флари, пошла длинная трещина.

– Силен, – равнодушно заметил брат Артура. – Тем более не впущу.

– А он не замерзнет? – нахмурилась я. Миру совсем уже затрясло.

– Это полудемон-то? – Ра...Дар хмыкнул.

– … А может, мне самой к нему выйти? – стуча зубами, спросила Мира. – Ну не убьет же он меня? Всё равно нам надо объясниться, попрощаться...

– Учишь её учишь, вот точно пороть некому было. Дай мужчине совершить подвиг. Видишь, как он старается? – недовольно каркнула Иза.

А полудемон действительно старался. Сверкал глазами, махал руками и что-то бормотал.

– Какое интересное заклинание, – хмыкнул Рамез, глядя на алоглазого. – Жаль, и оно не сработает. Магия флари ничто рядом с драконьим пламенем.

– Драконы, – фыркнула Мира. – Хранители мира, а зашорены похуже людей.

– Вот в корень же зрит! – заявила Иза и перелетела ко мне. – Устала? – спросила меня ворона.

– Очень, – зевнула я и поймала острый взгляд Рамеза.

Надо срочно уединиться с Изой и с ней поговорить! Но его величество, как на грех, глаз с меня не спускало.

От переживаний на счет личной жизни Изольды и роли в этой жизни драконьего короля меня отвлек Сарвен. Он вдруг замер, стих и ветер во дворе, и стало как-то подозрительно тихо. Полудемон сунул руку в карман и, достав оттуда сияющее огненное перо, вновь посмотрел прямо на Миру.

– Что он делает? – спросила я, когда полудемон, когтем расцарапав запястье, собственной кровью начертил вокруг себя пятиконечную звезду.

– Самоубивается, – весело хмыкнул Рамез. – Потому что только самоубийце может прийти в голову призвать магию бездны, чтобы пленить порождение живого огня.

Мирена охнула, ярко вспыхнула фениксом и, не успела я вздохнуть, как она исчезла, в тот же миг оказавшись в пентаграмме Сарвена. 

– А если бы ошибся? – проворчал дракон. – А всё же правильные у Ричарда друзья, – добавил он с некоторой гордостью.

– От дурень! Чего ждешь, целуй давай её! – взмахнула крыльями Иза и даже в треснутое стекло клювом стукнула, для привлечения внимания. То ли Мирены, то ли полудемона.

Не знаю, что именно сработало, карканье Рудольфовны, осыпавшееся стекло, или элементарная логика – если из зала, который теперь просматривался в окно, исчезла рыжая девушка, а рядом с тобой феникс, куда же пропала флари? Но Сарвен, наконец, схватил птицу в охапку и раскрыл призрачные алые крылья, укрывая ими и себя, и свой трофей, превращающийся в его руках в ослепительную огненную девушку. А когда он убрал завесу, мы с вороной слаженно вздохнули: эти двое целовались! Да так увлеченно, что Иза сказала:

– Как бы они прямо на лавочке это Миркино пророчество исполнять не начали…

– Да… дело принимает опасный оборот… – пробормотала я.

– Опасный, говорите? – раздался низкий голос Рамеза прямо над моим ухом. – Но самое интересное, кому говорите? Не вижу рядом с вами собеседников. Познакомьте меня с вашей птицей, леди. Как её зовут?

У меня сердце оборвалось. Всё-таки слышит? И деваться некуда… А я так и не успела поговорить об этом с Изольдой с глазу на глаз!

Иза заинтересованно встрепенулась. Даже от целующейся парочки оторвалась, они, кстати, и не думали прерываться.

– Варь, ты чего молчишь, скажи ему! – она легонько цапнула меня за палец. 

Я прямо взглянула в темные глаза дракона, усилием воли выпрямляя спину. Всё же он стоял слишком близко ко мне, и присутствие его давило. Рамез, будто что-то почувствовал, отступил от меня на шаг и, прикрыв веки, заявил:

– Я был излишне настойчив.

У меня тик нервный начался от напряжения.

– Ничего страшного, – вежливо улыбнулась я и, погладив ворону по черным перьям, сказала: – Её зовут Иза.

– Забавное имя, – улыбнулся Рамез, глаза его, разглядывающие моё-его кольцо, будто погасли.

Что изменит моё молчание? Догадался Артур, узнает и Рамез. И потом, Иза сама только что сказала Мирене, дать мужчине шанс. Совершить подвиг… Все сказки когда-нибудь заканчиваются, так пусть в их сказке заколдованную любовь спасает герой. Если, конечно, его драконья гордость позволит ему узнать и принять избранную когда-то им самим невесту в облике маленькой и потрепанной пернатой. Дракон и ворона? А вот и посмотрим!

– Изольда Рудольфовна, – назвала я мою таинственную птицу и уточнила: – а вас ей как представить? (3303c)

Рыжий замер на миг. Протянул вороне руку жестом, каким принимают сокольничие своих пернатых партнеров, и внезапно охрипшим голосом произнес:

– Рам. Это имя мне больше всех дорого, – и он, улыбаясь, пояснил: – так звала меня моя Соль.

– О… так он с солью разговаривает… – печально каркнула ворона, но на руку перелетела и, тут же почистив клюв о шелковую вышивку камзола, заключила:– Такой симпатичный, жаль, что  сумасшедший.