I

Пустота… Боль… Сильная головная боль… Это было первое ощущение, как только Гаранина стала потихоньку выбираться из ямы небытия. – Почему она не приходит в себя? – раздался где-то далеко, будто из глубокого колодца, чей-то мужской голос. – Она иж…ымант из неиж…вестной нам локации, – прошелестел кто-то в ответ, совсем рядом возле Вари. – Центромирские ж…тимуляторы действуют на ее органиж…м по-другому, а учитывая, ж…колько она получила транквилиж…атора, я не уверена ж…то она выживет. – Мея, ты мне за нее головой отвечаешь! Если она не очнется, отправишься обратно на охотничьи угодья в Земли Пачвар! – уже более отчетливо пригрозил сиплый голос, показавшийся Варваре смутно знакомым. – «Почему так темно? Я ослепла?», – подумала про себя девушка, уткнувшись взглядом в темноту. – Я ж…тараюсь, – испуганно ответила собеседница сиплому. – Где я? Что происходит? Почему я ничего не вижу?! – набрав полные легкие воздуха, закричала Варя. – Очнулась, – облегченно обрадовался сиплый. – Сними блокиратор! Варвара почувствовала, как к ее голове на мгновение прикоснулось, что-то холодное и очень неприятное. – Ж…мотри на меня. Что-то произошло, потому что у Варвары словно спала пелена с глаз. Ее как будто достали из плотно завязанного мешка. Вернулось чувство восприятия реальности и самое главное – зрение. Сфокусировавшись, Гаранина без страха с интересом осмотрелась по сторонам… Она сидела связанная толстыми серебряными нитями по рукам и ногам в неудобном стеклянном кресле посреди просторного помещения, сплошь заставленного массивными шкафами и презентабельного вида мягкой мебелью. Особенно ее поразил, воцарившийся на шикарном густом ковре, величественный письменный стол кофейного цвета, красиво контрастировавшего на фоне, клубящегося за панорамным окном, молочного тумана. Прямо перед ней маячила в стражной броне со светящимся белым шевроном на плече в виде знака бесконечности, змееподобная самка рептилоида, которая, держа в руках синий широкий обруч, внимательно ощупывала Варино лицо колючими желтыми глазами. – Она в полном сож…нании, – резюмировала змеюка, дотронувшись зачем-то до Вариной шеи ледяными шершавыми руками. – Это хорошо… Мея, можешь идти, – просипел, появившись у нее из-за спины, в белоснежном сюртучном костюме Директор Штерн. Рептилоид положила обруч на стол и, бросив на Варю полный ненависти взгляд, юркнула в едва заметный проход между шкафами. – Добро пожаловать в Шамбалу, – ехидно ощерился пеньками стертых зубов Штерн. – Спа…сибо, – предчувствуя недоброе, выдавила из себя девушка, только сейчас осознав, что кто-то, пока она была без сознания, одел ее в эластичный сплошной костюм серого цвета с встроенными на стопах рельефными подошвами. – Первый раз у нас? – притворно добродушно поинтересовался старичок. – Раньше бывать не доводилось. – Ну и как вам у нас? Нравится? – показал он рукой в сторону окна, где сквозь расползающийся под порывами ветра туман, просматривался, перемигивающийся разноцветными огнями, раскинувшийся под ними город. – Еще не знаю. Не было времени, как следует осмотреться, – несмотря на неприятно сосущее под сердцем чувство страха, нашла в себе силы небрежно ответить Варя. Внезапно Штерн, проявив удивительную для его возраста и телосложения силу, сорвался с места и, схватив Варвару сзади за волосы, вместе с креслом подтащил к окну. – Если ты мне, тварь, сейчас не расскажешь, с какой целью Аглая послала сюда вашу диверсионную группу, то у тебя будет прекрасная возможность осмотреться и насладиться красотой Шамбалы, пока ты будешь лететь вниз! – отчетливо чеканя каждое слово, прорычал ей в ухо старик. – Директор Штерн, – всплыло в панорамном окне изображение какого-то, смахивающего на дистрофичного лемура, существа в строгом костюме-тройке, – все Директора уже в сборе. Ждут только вас. – Начинайте без меня. Я скоро присоединюсь, – попытавшись заслонить своей спиной Варвару от любопытного взгляда лемура, ответил тот. – Понимаю, понимаю, – сделав вид, что ничего не заметил, участливо несколько раз кивнул мордочкой тот и исчез. – У меня мало времени, – опять преобразился в оскаленного садиста старичок. – Отвечай! Иначе я тебя сейчас, потаскуха китежская, скину вниз головой! – Сам скинься вниз, козлина старая! – не выдержала Варвара, вырывая резким кивком свои волосы из рук Штерна, который тут же выпрямил спину, опустил руки и, пришибленно улыбаясь, кинулся в сторону панорамного окна. – Бум… – глухо откинула в сторону тщедушную фигурку старика стекло, как только тот ударился об него лбом. Игнорируя, выскользнувшую из лопнувшей на лбу кожи кровь, Штерн поднялся и, словно раздрызганная от времени тряпичная кукла, на подкашивающихся ногах устремился к окну опять. – Бум… – также безразлично отреагировало замызганное кровью стекло, в очередной раз откинув старика на густой ковер. Выйдя из ступора, Гаранина привстала на ступни и, осторожно пятясь, маленькими шажками приблизилась к столу. – Бом… изменило тональность стекло, после того как старик, ползя на карачках, попытался опять разбить его окровавленным лбом. Кроме синего обруча, ничего подходящего для того, чтобы попытаться разрезать сковывавшие ее путы, Варвара на столе не нашла. К тому же и дотянуться до него у нее возможности не было. Тут ее взгляд упал на инструктированный золотыми узорами стеклянный ящик возле стены, внутри которого на специальной красной подставке лежал небольшой, напоминающий перочинный нож, предмет. – «А что если?», – подумала Варя, не обращая внимания, на барахтающегося в собственной луже крови возле окна старика, и, привстав, попятилась задом к ящику, целясь в него креслом. – Дзы…нь, – мелодично разлетелась осколками под ножкой кресла верхняя и боковая стенка ящика. Стараясь не пораниться о валявшиеся на полу осколки стекла, Варвара боком подошла к оставшемуся висеть в каркасе самому большому осколку, и уперлась в него серебряными нитями в районе правой руки. – Шмяк, – издало, превратившееся в кашу лицо старика, после очередного соприкосновения с окном. – Варвара Савельевна, хватит, – негромко произнес, неожиданно появившийся откуда-то со стороны противоположной стены, неопределенного возраста седовласый мужчина. От неожиданности у Гараниной чуть не выскочило сердце. – Прикажите, пожалуйста, Штерну остановиться, иначе он сейчас сам себя убьет, – заложив за борт светло-серого френча правую руку, попросил мужчина, с интересом разглядывая голубыми водянистыми глазами связанную девушку. – Откуда вы знаете, как меня зовут? – опешила Варвара. – Хрясь… – приложился лицом к измазанному кровью стеклу Штерн, попытавшись встать с колен. – Неужели вам не жалко старика? По-моему он только что выбил сам себе нижнюю челюсть, – кивнул мужчина головой в сторону директора, белоснежный костюм которого превратился в обвисшую красную хламиду. – Кто вы такой? – не понимая, что от нее хочет седовласый мужчина, задала вопрос Гаранина. – Можете называть меня – Варес. Я – ваш друг. И я хочу вам помочь. Только прикажите старику прекратить пытаться выпрыгнуть из окна. Его смерть принесет нам определенные неудобства. – Нам? – удивилась Гаранина, пытаясь разрезать об осколок стекла, сковывавшие ее путы. – Чвак… – донесся со стороны окна неприятный звук разрываемой плоти. – Ладно, – скрестил на груди руки мужчина, – придется исправлять все самому. Он повернул голову, в сторону упорно ползущего на животе к окну Штерна, и на мгновение замер… – О…ох, – облегченно выдохнул окровавленный старик, уткнувшись лицом, в сбившийся от обилия крови в колтуны ковер. – Мея! – повысил голос Варес, повернувшись обратно лицом в сторону Варвары. У Гараниной перехватило дыхание… Седовласый мужчина смотрел на нее абсолютно черными глазами. В это время из прохода между шкафами выскользнула Мея. – Забери директора! Через полчаса он должен быть готов к конференции, – приказал ей седовласый, брезгливо подталкивая острым носком лакированных туфлей из чешуйчатой серой кожи в сторону обессилевшего старика, валявшуюся на ковре оторванную пуговицу его сюртука. Опасливо косясь на Варвару, рептилоид с легкостью подняла старика с пола и, закинув его мешком на плечо, скрылась между шкафами. – Вы… Вы… селенистиец? – выдохнула Гаранина. – Да, – утвердительно кивнул головой мужчина, возвращая свои глаза к водянистому цвету, и, выдержав паузу, добавил: – такой же, как и вы – Варвара Савельевна. – Что? – вытаращилась на него кальмаром Варя. – Позвольте, я вас освобожу и все расскажу, – слегка раздвинул губы в улыбке Варес. – Хорошо, – облизав, пересохшие от волнения губы, согласилась девушка. – Может кофе? – дотронувшись рукой до серебряных нитей, предложил черноглазый. – С удовольствием, – наблюдая за тем, как сковывавшие ее путы, прячутся в подлокотниках кресла, одновременно подбирая с пола валявшийся рядом похожий на перочинный нож предмет из разбитого ящика, согласилась Варвара. На долю миллисекунды его глаза опять стали абсолютно черными. – Сейчас Мея все принесет. Пойдемте за более удобное место, – показал он жестом в сторону стола. С удовольствием расправив затекшие чресла, Гаранина устроилась в широком кресле напротив окна и пытливо вперилась взглядом в усаживающегося на директорское место Вареса.