Глава 40

Ничего не желаю слушать. Им всем здесь от меня чего-то надо. Я снова обратилась к Косте, пока Цербер всецело занять счастьем от встречи с настоящим хозяином. – Так ты в порядке? Или как? Или что с тобой? Костя тем временем становился все уверенней, лицо разгладилось, осанка распрямилась. Даже не знаю, что за странные изменения в нем творились, но на глазах из перепуганного паренька он превращался в кого-то, кого совсем не просто напугать. – Не знаю, – проговорил он, проведя плечами и будто пробуя собственное состояние на вкус. – Но никогда не испытывал такой уверенности и понимания, что есть что. – А поточнее? – растерялась я. Все это уже начало изрядно доставать. Пройти сквозь Ад в прямом смысле, подраться с Асмодеем, чтобы спасти парня, который теперь сам не знает, что с ним такое. Так себе поездочка. И чтобы она стала поприятнее, мне требовались пояснения. – Асмодей? – снова грозно вопросила я. – Что ты с ним сделал? Взгляд демона все еще оставался прикован ко мне, глубокий, прожигающий и требовательный. Под ним я буквально чувствовала, как становится жарко. Да что ж ему неймется. Глядя все так же, он проговорил, чуть наклонив голову вперед: – Я уже все сказал. Дал плащ, его желание исполнилось, когда он его надел. Здесь его должна была поглотить тьма, потому что я отдал его в счет приведенного. Но этого не случилось. Я не знаю, почему. Потому и прилетел проверить. А тут ты. Вмешался Аид гулким смешком. – Прилетел он. Скажи сначала, что украл моего пса. Я его по всему подземелью искал. Собакокрад рогатый. – По-моему, ему нравилось, – мрачно пожал плечами демон. – Ты мне еще поговори, – грозно предупредил Аид, и от его голоса задрожал воздух. – Умник. Сама себя перехитрил. Теперь уже все взгляды обратились к Аиду, который оперся одной рукой на жезл, а другой поглаживает поочередно каждую из трех голов Цербера. Хозяин древнегреческого царства мертвых выдержал положенную паузу, потом произнес, будто нарочно медленно и веско: – Самая главная справедливость – уметь отличать первозданные тьму и свет. Видеть их в природе и во всех живых и неживых существах. Когда твои плащ и трость выполнили желание этого вашего… – Кости, – подсказала я. Аид кивнул. – Константина. Он стал носителем мощного дара зреть тьму и свет. Стало быть, пока он не примкнул ни к первым, ни ко вторым, поглотить его они тоже не могут. Собственно, именно поэтому он преспокойно стоял здесь, пока позади него бушевала тьма. Кстати, вы в курсе, что за этой волной Тартар? То, что я так близко подобралась к самой темной и глубокой расщелине в многомерности пространств, какие знаю, заставило вздрогнуть. Ну и место. Вот это отпуск у меня получился. То в рабство пытались отправить, то замуж, что в некоторых случаях одно и то же, то теперь некоторые рогаты смотрят таким испепеляющим взглядом, что удивительно, как не искрится воздух. – Ну чудесно, – отозвалась я. – Значит, Костя… – Константин, – поправил меня Аид и строго посмотрел. Я разницы не определила, но спорить не стала. Кивнула. – Хорошо, Константин. Теперь кто-то вроде повелителя тьмы? Смотрителя баланса сил природы? Аид пожал могучими плечами. – Похоже на это, – согласился он. – И, находясь здесь оба, вы мне только портите обстановку. Тьма должна быть там, в расщелине Тартара. Но, похоже из-за выходки твоего приятеля… – Он не мой приятель, – бросила я, зло посмотрела на Асмодея. Тот ответил мне таким же взглядом. Дионис только чему-то хмыкнул, а Аид продолжил, сделал вид, что не заметил, как я бесцеремонно его перебила: – Не важно. Из-за его выходки с плащом, тростью и перемещением Константина сюда, вся тьма ринулась за ним забирать кредит. Но не смогла. Потому, что в нем теперь крайне уравновешен баланс тьмы и света. В общем, давайте убирайтесь из моего региона, пока окончательно все не испортили. Потому, как если это продолжится, не знаю, что случится в Тартаре. А там тоже свой климат. Долго упрашивать покинуть Ад меня было не надо. Как Костю. Точнее – Константина. Я вынула из рюкзака ветвь, подаренную Персефоной, и подошла к Константину. – А как же я? – вдруг возник у меня вопрос. – В каком смысле? – не понял Аид. – Ну, – пояснила я. – Сзади меня тоже была волна тьмы. Потому мы и побоялись подходить друг к другу. Чтоб она ну, не сомкнулась. – А… – протянул Аид. – Это правильно. Ты ведь яга. Охранительница границ. Кому, как не тебе различать и чуять свет и тени. Вам теперь с Константином будет, о чем поговорить. – Надо же, – удивилась я растерянно и даже смущенно. Кто бы мог подумать, что этот бледный брюнетик обретет такие свойства. Отправлю его в Тулуарский лес. Там яга постарше, поопытней. Она его лучше обучит всяким нюансам баланса и всего остального. – А сейчас тьма не схлестнется? – уточнила я, все еще не оборачиваясь. – А сейчас за тобой ее нет, – в тон мне ответил Аид, – Здесь слишком много представителей разных сил. Демоны, боги, яги, этот… Константин, повелитель, тьмы… Она исказилась и сдвинулась обратно к Тартару. Вон, гляди, волна только за твоим подопечным. И то, отхлынула даже. – Как у вас тут сложно, – призналась я. Аид развел руками и проговорил: – Физика многомерных пространств. Я ее знаю на отлично. А теперь прошу по-хорошему, убирайтесь пожалуйста. Вы мне со своими прелюдиями весь гольф испортили. А Персефоне теперь смартфон подавай. Больше испытывать терпение древнегреческого владыки мира мертвых я не собиралась. – Всего хорошего, – проговорила я, хватая Константина за руку и вскидывая золотую ветку. Дионис момент не упустил – молниеносно подскочил ко мне и, обхватив за пояс, протяжно поцеловал в щеку. Я даже пикнуть не успела, только глаза выпучила. – Не мог удержаться, – раздался его низкий шепот над самым ухом. – Тем более гляди, как он смотрит. Дионис сделал шаг в сторону, а я увидела настолько бешеный взгляд Асмодея, что не придумала ничего вернее, как взмахнуть золотой веткой и вместе с Константином покинуть Ад.