6. Расскажите мне обо мне

А дальше вся моя жизнь оказалась подчинена жёсткому распорядку.

Вставать нужно было до рассвета – это вам не дом Вороны, здесь никто не залёживался. Быстро в трапезную – и на тренировку.

В одно время происходило несколько разных тренировок – магических, фехтовальных и просто физкультурных. Для первых в крепости имелось целых четыре подземных зала – укреплённых защитными заклятьями, чтобы не развалить стены к чертям. Фехтование и физкультура происходили во внутренних дворах – в любую погоду. Впрочем, с погодой здесь всё было отлично – на мой-то взгляд. Я ни разу ещё не видела зимы, в которую можно было бы ходить без зимней одежды и обуви, а здесь, похоже, такого и не знали. По местному счёту близилась весна, но деревья во внутренних дворах если и были, то вечнозелёные, и по ним было не определить – какое это время года. Впрочем, на одном из них, в котором я с удивлением узнала фикус – да-да, обыкновенный фикус, такие в кадках растут – проклёвывались новые почки. Наверное, это в самом деле весна.

Дождик был за всё время моей жизни здесь пару раз, и как-то несерьёзно, что ли. Покапал и прошёл, солнце в целом свете, как говорил классик. Вот, так и здесь.

Но прежде, чем попасть на тренировку, мне пришлось еще раз встретиться с Мастером – и после него с целителем.

На этот раз Мастер ждал в зале – одном из тех защищённых, где занимались. После клятвы он велел сходить в трапезную и затем явиться к нему.

– Так, у нас с тобой не очень много времени, но нужно понять, что ты вообще умеешь, – сказал он.

И дальше мне пришлось именно показывать разное, начиная с воды, потому что она давалась легче всего и приходила в любой момент.

Оказывается, я могла призвать воду морскую, а могла – пресную, и по словам Мастера – откуда-то с гор, потому что качество той воды оказалось выше среднего. Ещё бы, для питья и умывания я всегда зову хорошую воду, потому что привыкла к хорошей. А если кого облить, как тогда Ворону, то достаточно и морской.

Тут же пришлось пояснить, что я не помню, умею ли я плавать. Я-то умела, мне даже прямо прописывали в курсе реабилитации после травмы, и для скорейшего восстановления я тогда много ходила в бассейн. А что в этом плане умела Барбара, я не знаю. Так и сказала – попробовать бы.

Дома мне довелось побывать на море ровно три раза – один раз в детстве, в Крыму, в пионерском лагере – от маминой работы, на целую учебную четверть. Было это весной, и в море никто не купался – по правилам было нельзя. И потом уже во взрослом возрасте – в Таиланде. Туда традиционно ездили зимой погреться, в последний раз – два года назад, со Стасом. Потом и с деньгами было как-то не особо, и с передвижениями по миру – тоже. А тут я, выходит, живу в городе на берегу самого что ни на есть тёплого моря! Впрочем, Лео сказал, что купаться, конечно, можно и сейчас, но ещё через месяц – будет намного лучше. И я поверила.

Кроме воды, я, как оказалось, что-то понимаю про воздух и землю. Могу позвать человека, глядя в миску с водой и думая о том человеке. Проще всего мне было думать о Лео, его я и звала. Он не возражал. Сколько хочешь, сказал, столько и зови. С серебряным зеркалом было и ещё проще – сосредоточиться получалось намного легче. Но такие зеркала редки, и даже у богатой Барбары такого с собой не оказалось.

Если сосредоточиться, то воздух расскажет обо всём – так говорила сестра Ласточка. Она-то была в том деле профи, и могла рассказать и про жителей соседних домов, и про обитателей королевского дворца – за исключением тех, кто специально защищался от подслушивания. Ещё она умела обратиться в птицу и летать, и это уже было каким-то высшим пилотажем – для не-оборотня, так это объяснил Лео. Но для меня всё это казалось недостижимым, я могла разве что немного управлять воздушными потоками – как в танце в доме Вороны для пущего эффекта, и связываться с людьми на расстоянии. Но Лео утешил меня, что это отличный уровень, выше – это уже продвинутые воздушники вроде той же Ласточки, как я поняла.

Земля же давалась мне странно – не сама по себе, говорят, умельцы могут прямо землетрясение вызвать, но я слышала то, что в земле находилось. Ростки и семена, закопанные предметы, водные жилы. Наверное, могу искать сокровища, да вот только пока не встретилось ни одного.

Дальше стали тестировать ментальную магию. Я показала, что могу сопроводить просьбу добрым безмолвным напутствием, и это было одобрено. Большего у меня не вышло, Мастер сказал – пока. Возможно, ещё и выйдет.

Ещё мне намерили хорошую регенерацию, но сказали, что для боевого мага это в целом нормально.

И вот тут мы приблизились к боевой магии, которой я вроде бы владела, а вроде бы и нет.

Мастер растолковал, что стихия огня – отдельно, а атака и защита – отдельно, причём – тоже каждая операция сама по себе. Можно владеть всеми тремя силами, можно любой из списка, можно – ни единой. У меня нашлись все.

Можно просто поджечь – и дрова в камине, и старые тряпки, и даже то, что в принципе не горит – мокрые камни, например. А можно атаковать с помощью огня – и Барбара это умела. И ещё, оказывается, можно просто остановить сердце врага – чистой атакующей силой. Чем-то подобным пользовались против врагов некроманты, но, как мне объяснили – сила некромантов никак не стыковалась с силами других магов. Слышащих смерть в целом мире встречалось не так-то много, они не умели работать со стихийными силами, как мы, обычные маги, но и защититься от их силы для обычного мага невозможно. Защиту некроманта мог сжечь боевой маг, и вообще связка «некромант – боевой маг» считалась успешной и правильной. Некромантов среди братьев было пятеро – и шестая сестра Рысь. Да, она убивала вовсе не так, как другие, и научить этому не могла – потому что или есть у тебя такая сила, или нет.

Так вот, силы некромантов во мне не было, но Мастер, посмеиваясь, сказал, что среди моих учителей некромант, определённо, был. Потому что местами я касалась чего-то странного, всегда – неосознанно, вот как в тот раз у Вороны на лестнице. Редкая редкость – так он мне сказал, и что нужно развивать, тоже сказал. И велел молчать – со всеми. Кроме тех, кто уже знает – вздохнула я про себя. Лео-то видел, как я расправилась с нападавшим. Это-то его и удивило, как я теперь понимала.

Ну что ж, Варя умела хорошо танцевать, а Барбара была отличным магом, как я теперь понимала. Наверное, для девятнадцати лет – неплохо?

Мастер сказал, что неплохо. Без бытовых воздействий я, наверное, проживу – жила же уже одну жизнь, и ничего. Сколько-то жизненной силы во мне тоже есть – она отвечает за ту самую регенерацию. Если побьют, отлежусь и дальше пойду, в общем. А всё остальное нужно тренировать. А я ж разве против?

С целителем я встречалась в тот же день, только позже, уже после обеда. Весьма пожилого человека называли Мастером Кротом – говорили, что он совсем не выходит на солнечный свет, только вечером, в сумерках и темноте. Его лаборатория располагалась под крышей одной из башен – и там я увидела на просто зеркало, а настенное зеркало. Металл был отполирован до нормального отражения – Мастер Крот в ответ на мой вопрос проворчал, что обработка магическая, и что иначе такой чистоты не достигнешь. Зато он мог ответить на вызов вне зависимости от расстояния – так он сказал. И открыть портал, чтобы раненого доставили к нему, как бы далеко тот ни находился. Невероятно, что.

По всему выходило, что хоть в каких-то технологических моментах они тут и отсталые, но магия компенсирует им если не всё, то очень многое.

И ещё, наверное, они знают, кто лечил ожоги на лице? И у них можно об этом осторожненько выведать?

Под началом у Крота состояли двое – мужчина зрелых лет и молодой парень. Первого звали Ужом, второго Цикадой. Наверное, потому, что трещал без умолку. Но во время нашей беседы Крот велел им удалиться, и даже активировал защиту – наверное, чтобы не подслушивали.

Я предполагала, что придётся раздеваться и всё такое, но – не пришлось. Крот усадил мена на лавку, сказал закрыть глаза и ни о чём не думать. И просто касался меня в разных точках – лоб, виски, мочки ушей, затылок, плечи, кисти, солнечное сплетение, стопы.

– Открывай глаза, дева, – сказал он, когда завершил.

– И что скажете? – было очень любопытно, какой диагноз можно поставить таким образом.

– Скажу, что ты сильна и здорова. И что нам очень повезло с тобой – сильной и здоровой, – усмехнулся он. – И правильно делаешь, что не пренебрегаешь мужчинами.

Чего? Я, видимо, так на него уставилась, что он рассмеялся – негромкими каркающими смешком. Впрочем, что я знаю о кротах и о том, как они смеются?

– Вы о чём сейчас?

– О том, что здоровому магу плотская связь только на пользу, – усмехнулся Крот. – А замуж ты уже не пошла, раз здесь у нас оказалась.

– Может, надумаю ещё, – усмехнулась я.

– Может, и надумаешь. Год – срок небольшой. Смотри только, потом молчи о том, что была здесь. Не поймут.

– Почему? – не поняла я.

– Потому что дева должна быть юна и не искушена, понимаешь?

– Понимаю, – чего ж тут непонятного. – А если дева не смогла отбиться и подверглась насилию?

– Мне жаль эту деву, потому что найдётся немало людей, скажущих – она сама в том виновата. И для многих мужчин это окажется непреодолимым препятствием.

– Даже если они маги?

– У магов в голове обычно ровно то же, что и у простецов, – хмыкнул Крот. – Но в целом с магом есть шанс, да. Держись магов, девочка, и выбирай средь них. Глядишь – и повезёт. Всё, ступай.

Всю дорогу вниз по лестнице до внутреннего двора я думала над словами целителя. А внизу меня позвали – сказали, группа уже собралась, ждут только меня, пора начинать. И я припустила со всех ног в соседний двор, где, как оказалось, вправду ждали только меня.