Глава 12. Вера
По окончанию рабочего дня и отправилась в детский сад за Яриком.
Мой сын сидел на стульчике и скорбно смотрел на меня.
— Мама, сапожки жмут, — поджав губки, сообщил он.
— Как, жмут? — испугалась я.
— Ходить больно!
— Но ведь когда мы примеряли их в магазине, ты сказал, что все хорошо!
— Тогда было хорошо, а сегодня жмут!
Я выхватила красные сапожки из шкафчика и осмотрела со всех сторон.
— Я не смогу идти! Тебе придется меня нести! — захныкал Ярик, когда я попыталась ему их надеть.
В раздевалку вышла воспитатель.
— Ой, Вера, Ярик сегодня прохныкал всю прогулку! — всплеснула руками она. — Неудачные сапожки вы купили.
— Может, в магазине согласятся поменять размер? — с надеждой посмотрела на новые сапожки я.
— Идите домой за другой парой обуви, а Ярик пусть подождет здесь.
— Наверное, придется так и сделать… — Я повернулась к Ярику. — Сыночек, я сейчас вернусь. Подождешь меня?
Он печально кивнул, и я бросилась домой.
Хорошо, что я не успела выбросить коробку из-под новых сапожек!
Собрав коробку, чеки и старые сапожки, я побежала обратно в детский сад.
Переобув малыша в старые сапоги, аккуратно уложила новые в коробку.
— Что ж, придется нам с тобой прогуляться до торгового центра. Хорошо, что он в паре остановок, — вздохнула я. В глубине души бурлила досада — этим вечером я снова не успею доклеить обои!
До торгового центра мы добрались быстро. Я снова была в роли оленя, а Ярик нацепил поверх своей теплой шапки красную шапочку с помпоном и кричал всем вокруг, что он везет подарки. Прохожие оборачивались и улыбались. Невозможно было не улыбнуться — слишком убедительно играл роль Деда Мороза сидящий в санях маленький мальчик с торчащими из-под шапки рыжими волосами. И все же я с опаской оглядывалась по сторонам — мне очень не хотелось снова наткнуться на неуравновешенного Анатолия.
Нам повезло — в «Детском Мире» пошли навстречу и поменяли сапоги на другие.
— Эти точно тебе не жмут? — суетилась вокруг сидящего на пуфике Ярика я.
— Не жмут, — сопел он.
— На всякий случай, сохраните коробку и чек, — улыбнулась консультант.
— Обязательно сохраним! — заверила ее я.
Подняла голову и с удивлением заметила у стойки возврата товаров Калинина.
— Мужчина, мы не можем принять обратно товар в помятой коробке!
— Вы не поняли, девушка! Мне не нужны деньги! Мой ребенок не получил свой новогодний подарок, и мне просто негде его хранить. А выбросить я не могу — рука не поднимается! Может, возьмете его для какой-нибудь благотворительной акции? Есть ведь детский дом, в который вы отправляете игрушки? И что, что у светильника помялась коробка?
— Мы не принимаем товары в поврежденных коробках, поймите вы! Как будет чувствовать себя ребенок, если ему вручат помятую коробку?
— Ладно, извините, — Калинин с досадой забрал коробку с интерактивным ночником, внутри которого спал игрушечный котик и уже собирался на выход, как Ярик выдал громкое:
— Мама, там котик! Смотри, котик спит в лампе!
Калинин резко обернулся, и я почувствовала, как сердце полетело куда-то вниз. Ярик с опаской взглянул на моего босса, а потом заулыбался.
— Вот это коти-и-к… — сложив ладошки домиком, восторженно протянул он.
— Вера, а вы что здесь делаете? — Калинин оживился, и в темно-серой бездне его глаз вспыхнуло пламя. — Это ваш мальчик?
— Здравствуйте, Максим Викторович. Мой, да. Мы купили вчера новые сапожки, а они оказались малы, — стушевалась я. — Вот, пришлось ехать менять на другие.
— Тебя как зовут? — внимательно посмотрел на Ярика Максим Викторович.
— Ярослав, — гордо выпятил грудь вперед тот.
— Хорошее имя, — Калинин протянул ему свою широкую ладонь. — А я Макс.
— Макс? Классное у тебя имя!
В отличие от меня, Ярик не растерялся и уверенно пожал протянутую руку.
— Не Макс, а Максим Викторович, — строго поправила я. — Максим Викторович — мой начальник.
— Крутой у тебя начальник, мам! Вы с ним работаете на фабрике, где делают котиков?
— Нет, мы продаем лакокрасочные материалы. Хочешь? — Калинин протянул моему сыну примятую коробку.
— А можно? — вспыхнули радостью глазки моего сына.
— Конечно! Коробка на почте, правда, помялась…
— Светильник дорогой, Максим Викторович! Мы не можем…
— Все вы можете, Вера! — фыркнул Калинин и вручил коробку моему сыну. — Позаботься об этом котике, Ярослав. Его должны были отправить моей дочери в подарок, но в дороге что-то пошло не так…
— Это все Дед Мороз! — объяснил Калинину мой сын. — Он шарлатан! Поэтому и происходят такие нехорошие вещи с подарками!
Калинин усмехнулся.
— Дай пять, малыш! Я всегда догадывался, что с Дедом Морозом что-то не так!
Ярик с удовольствием хлопнул маленькой ладошкой по крепкой ладони моего босса.
— Позаботишься о котике? — улыбнулся ему Калинин.
— Конечно… — прижимая к груди прозрачную коробку с интерактивным ночником, с восторгом закивал малыш. — Я буду о нем заботиться! Очень-очень!
— К-хм… Спасибо за подарок… Мы, пожалуй, пойдем, — я снова вспыхнула. Неловко мне было от того, что Ярик получил в подарок дорогую вещь от моего начальника.
— Вера, а вы на такси? — уверенно двинулся за нами следом Калинин.
— Нет, мы на санях, — с надеждой, что он свернет в другую сторону, покачала головой я. — В машину сани не поместятся, так что мы пешком. Погода вроде бы позволяет. — Я тоже сегодня без машины! — вместо того, чтобы свернуть к лестнице, Калинин двинулся за нами. — Можем втроем прогуляться до вашего дома. Погода действительно прекрасная. Всего пара градусов мороза и столько снега вокруг!
— Разве вам будет удобно?
— Почему бы и нет? Через дорогу есть сказочный парк! Там вовсю идет новогодняя ярмарка. Вы любите новогодние ярмарки, Вера?
— Очень, — улыбнулась я. — Особенно мне нравятся горячий глинтвейн и имбирное печенье.
— Что, больше, чем кофе?
— В новогоднее время больше. Глинтвейн пахнет праздником.
— Значит, идем в парк пить глинтвейн? Я приглашаю.
— Я снова не доклею обои… — зажмурилась я.
— Зато мы полакомимся печеньем. Ярослав, ты за обои, или за печенье? — наклонился к моему сыну Калинин.
— Выбираю печенье! — посерьезнев, сообщил мой ребенок.
— Два голоса против одного. Печенье победило. Мы идем в парк!
— Но обои… они ведь сами себя не поклеят…
Калинин обольстительно улыбнулся и забрал у меня пакет с обувью для Ярика.
— Мы за печенье, Верочка!
Верочка?.. Я снова смутилась. Кажется, босс этого не заметил.
По вечерней заснеженной улице мы шли втроем: Ярик сидел в санях с коробкой-светильником в руках, я крепко держала ручку саней, а Калинин шел рядом и нес пакет из «Детского Мира».
В городском парке на другой стороне улицы мерцали огнями красивые новогодние фигуры и громко играла музыка — там вовсю шла торговля на рождественской ярмарке под огромной новогодней елью.
— Как красиво! Я уже и забыл, каким волшебным может казаться парк на Новый Год! — вспыхнул задором взгляд Калинина. — Ну, что, идем искать глинтвейн и имбирное печенье?
— Хо-хо-хо! Вперед, мой олень! Вези меня к печенью! — натягивая поверх своей шапки красный колпак, пропел Ярик.
— Я сегодня олень, — едва сдерживая смех, пояснила Калинину я.
— А можно, я тоже побуду оленем?
Не дожидаясь от меня ответа, Калинин оттеснил меня от саней и резко повернул к пешеходному переходу.
— Догоняйте, Вера! Иначе весь глинтвейн выпьют без нас! — обернувшись, лукаво улыбнулся он.
— Догоняй, мама! Мы едем на ярмарку! — подхватил идею Ярик. — Хо-хо-хо! Я Дед Мороз! Я везу подарки! У меня целых два оленя!
Светофор сменился на зеленый, и я заторопилась вслед за Калининым, который уверенно катил сани вперед.