Глава 24. Вера

Когда мы вышли в магазин, на улице снова начался снегопад.

— Снег, мамочка! Смотри, какой красивый! — Ярик задрал голову вверх и высунул язык.

— Ярь, ну хватит… — я не выдержала и рассмеялась.

Мой малыш с восторгом ловил снежинки ртом, а потом возмущенно засопел.

— Мамочка, а почему снежинки холодные и не сладкие?

— Потому что снег — это вода.

— Жаль, что не лимонад!

— Если бы с неба на нас сыпался замороженный лимонад, мы бы стали липкими.

— О-о-о! Липкий я?

— Липкий Ярослав, да!

К сожалению, снег доставлял удовольствие исключительно моему сыночку.

Снегоуборочная техника не успевала разгребать завалы снега на дорогах, и везде собирались пробки. Пробки в канун Нового Года — это ужасно. Водители высовывались из своих машин, кричали друг на друга, но ничего было нельзя поделать. Самые умные бросали машины и бежали в наш супермаркет, приобрести что-то нужное к столу.

Я вдруг подумала, что Макс может застрять где-нибудь в дороге, и мы не успеем встретить Новый Год вместе. От этого по спине пробежал неприятный холодок.

«Все будет хорошо! Он успеет!» — начала убеждать себя я, но на сердце стало тревожно.

Ярик вдруг остановился посреди дорожки и перестал ловить снежинки ртом.

— Мам, а Макс, он твой друг? Или жених? — с интересом посмотрел на меня малыш.

Я смутилась. Как ответить ребенку на этот вопрос? Да и кто мы друг другу на самом деле? Двое, которые закрутили роман в канун новогодних каникул? Как долго продлится этот роман? Ведь никто не знает.

— Ну, он мой начальник и… да, он мой друг.

— Но он тебя целовал в прихожей! Я все видел! Друзья не целуются!

Я вспыхнула до кончиков ушей и осторожно поинтересовалась:

— Сынок, а если мы с ним будем встречаться, ты очень расстроишься?

— Мой папа не приедет, да?

— Боюсь, не приедет… Ты расстроился?

— Ну… — Ярик сосредоточенно ковырял носком сапожка снег. — Макс классный! И с ним не страшно.

— А когда мы вдвоем, тебе страшно? — насторожилась я.

— Ну… иногда. В темноте. А когда у нас Макс, мне весело.

Тема разговора стала серьезной, и я осторожно взяла сына за руку.

— Пойдем в магазин? А то ничего не успеем.

— Чупа-чупс купишь?

— Куплю.

Ярик довольно улыбнулся, и мы заторопились к магазину.

— Мам, вот майонез! — воскликнул малыш. Уверенно подошел к стеклянным дверцам большого холодильника и указал на стоящие в ряд несколько пачек майонеза.

— О, спасибо! Что бы я без тебя делала?

Я достала две пачки и уложила их в корзину.

— Мама, а ты мне «Чупа-чупс» купишь? Купи, купи!

— Куплю.

— Ура!

— Только возьму еще пачку сыра…

— Ага, я выберу «чупик» и вернусь!

— Хорошо.

Я подошла к стойке с нарезкой сыров, а мой малыш побежал к кассам и начал выбирать себе конфету среди высыпанных в коробку «Чупа-чупсов».

— Чей это ребенок без присмотра?! Он ворует конфеты! — раздался громкий крик стоящей на кассе женщины в подозрительно знакомой норковой шубе. — А, ну, отдай сюда, маленький негодник! Терпеть не могу детей! Нарожали, а воспитывать не хотят!

Цепкая рука с хищным маникюром алого цвета отняла у Ярика конфету и бросила ее обратно в корзину.

Губки моего ребенка дрогнули, и он громко заревел.

Позабыв о майонезе и сыре, я кинулась к сыну.

Со всех сторон на нас осуждающе смотрели стоящие в очереди покупатели.

— Это мой ребенок! Я разрешила ему взять конфету! — дрожа от негодования, я прижала Ярика к себе. — Следите за собой! Если вы в детстве воровали конфеты, это не значит, что все дети такие!

Нахалка ядовито усмехнулась и обернулась.

Я потрясенно уставилась на нее — это была Наташа!

— Вера?.. какая встреча! — вкрадчиво произнесла она. — Ты знаешь, в детстве у меня было полно конфет. У меня папа начальником на производстве работал, наша семья не нуждалась.

— Очень за тебя рада, — буркнула я. Выудила из коробки две конфеты и наклонилась к сыну. — На конфету, малыш. Эта тетя плохо воспитана.

Взяла его за руку и повела к своей корзине.

— Интересно, как тебе удалось проскочить на собеседовании? — раздалось мне в спину. — К нам в офис не берут сотрудниц с детьми!

Я беспечно пожала плечами:

— У тебя устаревшая информация. Теперь берут!

И пошла дальше по рядам с молочными продуктами. Я крепко держала Ярика за руку, но по спине ползли ледяные мурашки.

Что Наташа делает в нашем мини-маркете?! Почему она оказалась в очереди тридцать первого декабря в семь часов вечера?!

«Потому что город стоит. Она оставила машину и заскочила в магазин, чтобы купить продукты, как и другие автомобилисты», — тут же нашелся ответ.

«Кажется, после новогодних каникул меня ждет скандальное увольнение. Придется снова продавать кофе в павильоне рядом с нашим домом. А на кофе много не заработаешь…»

На автомате я положила в корзину две упаковки сыра в нарезке, и мы с Яриком отправились к кассе. К счастью, Наташи уже и след простыл.

Но мое праздничное настроение испарилось.

«Может, Наташа никому ничего не скажет? К окончанию каникул она забудет о моем существовании. Ведь до нашего отдела обычно никому нет дела», — успокаивала себя я.

Забрав покупки, я взяла малыша за руку, и мы вышли на улицу.

«Как же, забудет она! Я ей дорогу перешла, любимого начальника из-под носа увела!» — фыркнула с досадой.

Снегопад превратился в настоящую метель. Ветер неприятно бил в лицо горстями снега, стоящие в пробке авто агрессивно сигналили друг другу, и мне вдруг показалось, что из доброй новогодней сказки нас с Яриком резко выбросило в злую сказку о Снежной Королеве.

* * *

К девяти часам вечера мои волосы были уложены в красивую прическу, в шкафу нашлось красное платье-футляр и туфли, стол был сервирован, салаты в хрустальных салатниках ждали своего часа, а снегопад все не заканчивался.

Теперь я волновалась по-настоящему.

«Что, если Макс не успеет?.. Если на въезде в город тоже пробки?!»

Кто-то позвонил в дверь, и в сердце вспыхнула надежда. Я бросилась открывать.

— Максим… — и замолчала.

— Здравствуйте! С Наступающим! Я курьер из «Детского Мира»! Принес вам железную дорогу! Простите, что так поздно, но там везде пробки. Получите и распишитесь.

— Ах, я про нее и забыла…

Я быстро поставила подпись и забрала подарок, который утром заказал для Ярика Макс.

— Что это, мама?! — с интересом вытягивал шейку мой малыш, а карие глазки сверкали лукавством.

— Это от Деда Мороза.

— Дед Мороз принес подарок?! Ух, ты!

— Да, подарок занесло в наш дом метелью на пару часов раньше. Держи коробку.

Я села на диван рядом с сыном, и под новогодний мультик по телевизору мы начали собирать железную дорогу. Вскоре батарейки были вставлены в вагончик, а рельсы аккуратно сложены на полу.

Ярик задумчиво посмотрел на меня.

— Мама, я больше не хочу, чтобы Дед Мороз вернул мне папу.

— Правда? — насторожилась я.

— Да. Пусть лучше Макс придет. Мы с ним поиграем в железную дорогу.

— Кхм… думаю, Дед Мороз услышит твое желание.

— Запустим паровоз? — глазки моего сына горели восторгом.

— Давай, — кивнула я.

Мы с Яриком спустились на пол и осторожно поставили паровозик с Дедом Морозом на рельсы.

— Нажимай кнопку! — скомандовала я.

Ярик нажал, и паровоз, мигая разноцветными огоньками, двинулся по рельсам. Дед Мороз запел новогоднюю песню и начал двигать мешком на своем плече.

— Мамочка… он такой волшебный! — сложив ладошки домиком, мой мальчик завороженно наблюдал за паровозом.

— Волшебный, — не могла не согласиться я.

А сердце сжалось от тоски. Поднявшись с пола, я подошла к окну.

«Ну, где же ты, Макс?! Мы так тебя ждем! Ты нам очень нужен… Очень-очень!»

Но за окном по-прежнему мела метель. Температура опустилась до минус восьми по Цельсию. Макса все не было, а я боялась ему звонить. Что, если он за рулем, и я его отвлеку от дороги? Дороги сейчас в ужасном состоянии!

«Ты только возвращайся, ладно? Помоги своей маме с щенками и возвращайся», — мысленно просила я.

В лежавшем на подоконнике телефоне всплыло сообщение от Эли. Эля встречала Новый Год с многочисленными родственниками в загородном доме и обещала мне писать сообщения между готовкой блюд и уборкой в компании мамы и бабушки.

«Вер, она у меня его увела».

И куча рыдающих смайликов.

Я взяла в руки мобильник.

«Галицкого? Кто?» — начала торопливо печатать ответ.

«Драконша! Она его увела…»

«Не может быть!»

«Еще как может! Она угостила его жидкостью из маленькой бутылочки, и он не устоял перед ее золотым платьем и откровенными танцами!»

«Гаванский ром»

«Что?»

«Она носит с собой Гаванский ром. Подливает его себе в кофе, чтобы взбодриться. Видимо, вчера немного переборщила».

«Они весь вечер танцевали, а потом он подхватил ее на руки и увез на своей машине! А обо мне забыл! Забыл, что я его снегурочка!»

Снова рыдающие смайлики. Я зажмурилась: час от часу не легче! Надо же! Драконша соблазнила Галицкого…