Глава 11

Тётка Дора вышла во двор, проводила молодых гномок. Она не собиралась в пещеру отдыха. Давно она туда не ходила. Но раз туда пошла её гостья, предупредила, что сама подойдёт попозже, чтобы забрать её, нечего беременной долго гулять ночью. Посмеиваясь, толпа красавиц прошли замерших хвостатых самцов. Входить в чужие дома без приглашения им запрещено. А Дора их не приглашала. Она-то думала, они Лиску уже видели, решили всё, что хотели. Некоторые из дурёх подтянули животы и интенсивнее завиляли бёдрами. Ух! Туго здесь с женщинами. Но гномки не боялись. С каждого прибывшего на работу хвостатого бралась магическая клятва, что они близко приближаться не будут к женщинам гномов. Добровольно в эту глушь и опасное место никто кроме них не приехал. Оборотни не считаются. Они живут где-то в лесу. И сохраняют дистанцию. Договор у них с Каменным управляющим, он не трогает их, а они приносят часть добычи. Туго здесь со снабжением. А зависеть от поставок ему не очень хотелось.

Но тут ещё есть небольшая людская деревня, образовавшаяся из когда-то сосланных осужденных, а может и не осужденных. Пойди сейчас разберись. Кого сослали, кого обманом заманили, а кто сам. А среди прибывших людей тогда и женщины были. Давно это было. Шип, как только стал управляющим, отказался от особой доставки. Сославшись на то, что проблем с ними куда больше. Ведь там, где есть женщины, высока вероятность рождения ребёнка. И куда их детей? Не топить же? Вот так и появилась деревня, огороженная высоким частоколом. Сейчас там проживают рыбаки и охотники, некоторые работники с горы, даже некоторые маги. Немного там народа, около трёхсот, и такие же они подчинённые Каменного нага. Люди там занимаются выращиванием кое-каких овощей, ткут грубую ткань. Есть у них собиратели, что съедобные и полезные травы и коренья добывают в редколесье. Это в небольшой низине под горой, когда-то сгоревшей из-за стычки с дроу с эльфами. Низина заросла, но лес там и сейчас молод и редок. А людям, несмотря на большую опасность окружающей территории, пойти некуда. Даже если повезёт выбраться с опасного края, кишащего разными хищными тварями. А ведь тут каждый второй хищник мутированный из-за аномальных магических зон, что уходят прямиком в тёмную бездну. Слышала Дора, что эльфы пытались завалить некоторые провалы, но таких магических сил, чтобы сдвигать целые горы, у них нет. Они не драконы.

У гномов тоже есть и охотники и собиратели, особенно они грибы любят. И она сама часто спускается в редколесье. У неё там даже делянка дикого лука своя имеется. Она знает, время, когда и что растёт, когда и что можно собирать. Кто бы что ни говорил о территории, а ей здесь нравится.

Обернулась вдова на свой дом, хороший он у неё и уютный. И лучший он у неё, чтобы дать возможность девушкам спокойно собраться, поговорить, посплетничать, приготовить угощение на праздник. Праздник — не праздник, а покушать любой гном любит. Взрослые мужчины после трудного рабочего дня в шахтах и кузнях предпочитают отдыхать за кружечкой крепкого кваса и лёгкой браги, да ещё с куском душистого пирога. Слушая, как веселится молодёжь, танцуют и поют весёлые песни. Дело в том, что часть посёлка гномов находилась на поверхности, а часть в горе. И специальная зона отдыха была организованна именно в одной из пещер.

Оказывается, гномы прекрасно видят в темноте. Особенность зрения у них такая. Но и у самой Лиски никаких проблем в темноте не возникало. Особенно после открытия магического дара. Вошли хохотушки в тоннель, где на стенах горели обычные факелы. И расположены были так, не освещая всё кругом, а служа ориентиром.

— Ой, а ты как?.. — поинтересовалась одна из рыжих девиц, что, может, её за руку взять? Темно же, а белянка ещё и в положении.

— Я вижу в темноте, — сказала Лиска, подумав, что это не такой уж и секрет.

— Я же сказала, в ней кровь дроу есть, — таинственно в темноте протянула другая гномка. — Отец мой их видел, говорит, что высокие, страшные, злобные… Ой, прости! — Извинилась она, боясь, что подумает гостья, что она её страшной называет. Лиска ничего не ответила, только вздохнула. Она своего дроу вспомнила. Где он и Истар?

Шли они минут двадцать. И при подходе к пещере отдыха начали попадаться другие группы гномов. И молодых, и среднего возраста. Хотя, какой там возраст у мужчин, пойди разбери из-за густой бороды. Но это только для Лиски. Девушки по дороге рассказали, что по бороде можно узнать статус мужчин, чем занимается. Кто только перешагнул порог совершеннолетия, кто женат, у кого есть дети, сколько их и какого они пола. Особые косички, особые ленты, особые украшения.

А в пещере уже вовсю веселились. До Лиски долетал хоровод голосов, пели женщины, и им подпевали мужчины. Улыбка сама появилась на её лице, и захотелось прибавить шагу, чтобы быстрее оказаться в царстве веселья.

Словно ручей реки втекли девушки в пещеру. А там имелось своё освещение. Лиска узнала кристаллы. Дед Сокол про них говорил, утром они накапливают солнечный свет, а вечером сами освещают пространство.

Остановилась белянка, не просто заворожено смотря на огромную люстру, а на то, каким способом её выносят на поверхность? Неужели каждый раз спускают? А ведь и, правда, спускают. От люстры и по стене, вдетый в железные кольца, шёл канат.

— Красиво?.. такие люстры ни у каждого правителя есть, — посмеивались рыжие девушки над тем, что гостья уставилась на солнечные кристаллы. Многие гости так реагируют на них.

— Ага… красиво, — кивнула Лиска, и прошла дальше со всеми, у них здесь имелся свой уголок.

Прошли девушки, расставили пироги по столам с сидевшими за ними солидными дядечками. Кто-то словно официант прошёлся по помещению, раздавая угощение.

Раздавали и смеялись девушки, принимали парни куски пирогов и нахваливали красавиц. На Лиску с интересом поглядывали, перешёптывались за её спиной. Все уже были в курсе её появления. Усадили девушки гостью на одну из лавок, расставленных у основной площадки.

Полчаса прошло в буйном веселье. Молодёжь пела и плясала, приглашая друг друга в танцевальный круг. И что-то подобие ручейка было, и хоровод. Хлопала Лиска в ладошки, всё так и сидя на скамейке. А потом пришла тётка Дора и села рядом с ней. И тут началось…

Посмеивались солидные дядечки, подходили и пытались пригласить её на танцы. Но она всем отказывала.

— Ну, куда ручища свои тянешь… — хлопнула Дора очередного ухажёра по рукам.

— Да хоть помять тебя прилюдно… — хохотнул мужик, поглаживая бороду, — когда же ты ещё придёшь?.. Гостье твоей спасибо надо только за то сказать, что вытащила тебя. Хотя, что тебе теперь ходить веселиться, у тебя дома теперь бард. А может, и нас что расскажет, может, сказку какую? Или песню?

Вокруг загалдели, им тоже хотелось послушать, что-нибудь другое.

— Могу и сказку, и песню, — обрадовалась Лиска, она уже знала, что им может понравиться. Молодёжь наплясалась, накричалась, сейчас мужикам постарше хотелось чуть тишины. И сказка в самый раз.

— Тогда прошу на возвышение, там артефакт усиления голоса, послушаем, — потёр могучие руки мужик, и когда Лиска поднялась, занял её место рядом с Дорой. Своим боком чуть толкнул упёртую женщину. На что та ему показала кулак.

Лиски поставили табуретку на сцену. И она, достав синтезатор, провела пальцами по клавишам.

— Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди. (А. С. Пушкин) — И понеслось… — Три девицы под окном, пряли поздно вечерком…

Змеехвостые не дождались девушки, да и видели, что сама хозяйка дома ушла. А тут и сам управляющий появился. Ждал он доклад от лекаря, о состоянии змейки, да не дождался. Приполз сам.

Развели служивые руками. Они что? Они ничего! Змейку не видели. Лекарь подтвердил. А управляющему не надо разрешение, чтобы войти в чужой дом. Тихонько приоткрыл дверь, вслушался в тишину. Ничего! Заполз, проверил комнату, где уже видел девушку. Думал, что она до сих пор спит. Но в комнате никого не оказалось. Чистые постиранные вещи аккуратно лежали на постели. И ночная рубаха, в которой она спала. Рюкзак стоял на столике. Всё говорило о том, что девушка просто ненадолго вышла. Не удержался самец и понюхал вещи, учуял на рубахе запах молодого женского тела. Каменные наросты на нём слегка завибрировали. В воображение представил он, что светлая змейка извивается под ним, сплетают они хвосты…

Мечты, мечты. «Подарок ему…». Не подарок это, а очередное наказание. Представил, как будет отворачиваться она от его изуродованного лица. А ведь даже то, что у него сейчас богатства не сосчитать, отношение хвостатых самочек к нему не улучшились. Проверял. «Урод!»

Выполз он из низкого дома, кивнул, чтобы подчинённые следовали за ним. В пещеру отдыха естественно. Никуда больше они не могли пойти.

Подползли хвостатые к пещере гномов как раз, когда Лиска поднялась на площадку. Мешать наги отдыху хороших работников не хотели, поэтому остановились в сторонке. Шип не сразу узнал в рассказывающей сказку девушке змейку. Не ожидал он, что она будет в наряде гномов, да ещё и с платком на голове. А в глаза он ей не всматривался.

— «Кабы я была царица, — говорит одна девица, — то на весь крещённый мир, приготовила бы пир». «Кабы я была царица, — говорит её сестрица, — то на весь бы мир одна, наткала я полотна». «Кабы я была царица, — третья молвила сестрица, — я б для батюшки царя родила богатыря».

Никто не ожидал, что сказка окажется настолько длинная. А девушка всё рассказывала её и рассказывала, с чувством, с толком, с расстановкой, интонацией. А народ слушал и слушал, можно сказать, раскрыв рот. Тишина «в зале» стояла… оглушительная.

Наги не просто облокотились на стену и так же с интересом слушали рассказчицу. Шип удивлялся, никогда он ни от одной женщины, тем более хвостатой, не слышал, чтобы они сказки рассказывали. Слушать слушали. Есть такое, что приглашали на вечер в какое-нибудь гнездо бродячего рассказчика, чтобы он повеселил семейство, развлёк, разогнал скуку. А тут… сказка сопровождалась музыкальным сопровождением. «Ту-ту-тум», «та-та-там». То стук сердца, то шум морского прибоя, слышалось в музыке.

— И я там был; мёд, пиво пил — И усы лишь обмочил. Конец! И кто слушал, молодец! — закончила Лиска рассказывать сказку. Уф!

Некоторое время гномы молчали, потом разразились громкими голосами, что девушка сама молодец, порадовала их.

— Давайте я ещё песенку спою, и пойду спать, — провела Лиска пальцами по клавишам. — Оранжевое солнце в облаках, оранжевое небо на руках, оранжевые песни над землёй, оранжевое счастье нам с тобой… («Оранжевое солнце». Краски).

Под весёлую музыку гномы вели себя уже обычно. Веселились, общались, обсуждая сказку. И музыка им нравилась. Заводная. Когда гостья закончила, вернулась на своё место, дяденька неохотно оставил Дору.

— Тётя Дора, а можно отсюда по другому тоннелю уйти к вам домой? — шепнула Лиска, указав на стоявших у одного входа нагов. — Ни хочу сейчас с ними разговаривать, устала, спать хочу.

Тётка кивнула и потянула её за собой через толпу. Сказала знакомым девушкам, что если их наги будут спрашивать, они вышли по нужде.

Лиска на это хихикнула. Миры разные, а отговорки у женщин одни.