Глава 14

Совсем не хотелось просыпаться. Но народу… хвостатого. Оказывается, это очень неприятно, когда лежишь ухом в пол, а по нему сотни змеиных конечностей передвигаются. Особенно с утра пораньше. А ещё… до её с Рисом гнёздышка магический речек добрался, принёс маленький кораблик из досточки и листика. Сарраш. Ужик, с которым она познакомились. Растолкав щенка, Лиска попросила его сходить с ней. Кораблик она с тонкого ручья взяла, развернула носом в обратном направлении, и поставила назад. Кораблик чуть-чуть постоял на месте и рванул по воде.

Потягивающегося на лежанке Шамиля Лиска предупредила, что они к Саррашу в гости. Белый лорд кивнул. Разрешив самостоятельно передвигаться. И даже Истара не приставил. Оборотень запрыгнул на один из высоких каменных выступов, наблюдая за передвижением, державшихся за руки подростков, среди сонного змеиного царства. Идти пришлось минут десять, обходя широкие ручьи, колонны, завалы вывороченных плит, толстые стволы и расползшиеся корни деревьев, да и места отдыха с отдельными личностями, что, увидев необычную парочку, поднимались на хвостатую часть, издавая тихое шипение. И эти их раздвоенные языки…

Ещё вечером, тот, кто провожал Шамиля до зоны отдыха, предупредил, что в «гостинице» уже более полутысячи гостей. И ожидается ещё столько же. У хвостатых ужиков имеется своеобразная закрытая детская, где за ними присматривают ответственные самцы. Это, чтобы дать возможность семейным ячейкам отдохнуть, побывать на рыночной площади, на других развлекательных мероприятиях.

Вот в такой закрытой зоне, оказавшейся обычным лягушатником, они и нашли Сарраша. Лягушатник, потому что единственное развлечение для ещё не умеющих самостоятельно передвигаться деток — неглубокий бассейн, а вокруг мягкий мох. Хочешь — мочи хвост. Ни хочешь — лежи себе на мху. Всё! Всю «детскую» огораживали тонкие деревца, казалось, специально выращенные по периметру, чтобы опекаемые хвостики не расползлись. И больше эта детская походила на клетку. У-у-у…

Да и куда бы они расползлись? Мелкие наги не только плохо контролировали змеиную конечность, многие из тех, кого туда родители определили, ещё вставать на хвост не умели, передвигались по-пластунски. Сарраш «стоял», держась за тонкие прутья, и «шёл», перебирая руками. Добрался он так до входа-выхода, на котором стоял хвостатый надсмотрщик, вооружённый длинным копьём. Скучая, опираясь на длинное древко. Заметив неестественное шевеление, стал наблюдать за приближением девушки с щенком-оборотнем.

Красивая у него подруга. В том мальчишеском костюме Сарраш тогда не очень её рассмотрел. Лицо только. А тут он видел, как вставали со своих мест самцы, как призывно шипели, чтобы привлечь её внимание. Даже стражник засмотрелся на плавные движения приближающегося объекта. Женственные изгибы. Изящная спортивная фигурка с тонкой талией, за которую нет-нет, обнимал её крепкий щенок, помогающий перепрыгивать препятствия в виде трещин в полу, мелких ручьёв. На деле же, прикрывающий её от взора чужаков. Распущенные волосы, спускающиеся чуть ни до талии, развивались из стороны в сторону, прикрывали черты лица. К тому же она сама опускала лицо, смотря исподлобья. Тем самым ещё больше скрывая свою привлекательную мордочку. Скрывалось от постороннего взгляда на ней и круглое крепление со знаками рода, что ткань на бедрах у неё удерживало. Лиска, просто, подоткнула краешек болтающейся ткани так, будто он сам зацепился. Не будут же любопытные особи протягивать к ней ручки или хвосты, чтобы поправить одёжку? Нет!

Увидев Сарраша, Лиска подняла подбородок и улыбнулась. Помахала ручкой. И ещё быстрее двинулась в его сторону. А он уже с нетерпением елозил хвостом по мху. И тоже улыбнулся ей. Ему так хотелось побежать навстречу. Так что в какой-то момент отцепился от прутьев и уверенно двинулся вперёд.

Трансформация хвостатой части у Сарраша произошла на целых два года позже, чем у его сверстников. Но это ничего страшного. Просто, такие, как он, уже более-менее передвигались, и в детской зоне отдыха не первый год встречались знакомой компанией. Сбившись в своеобразную кучку по интересам, угрожающе шипящим на всех остальных. И Саррашу ничего не оставалось, как ждать, лёжа с мелкими ужиками, что придёт время, и его примут в компанию сверстников. Но пока никак.

Лиска поймала хвостатого мальчишку за туловище, оказавшись в его объятиях. Рис, видя, что мелочь, двигающаяся к белянке, плохо держится на хвосте, тоже успел перехватить его одной рукой поперёк живота. Не дав ему повиснуть на подруге. Всего двух с половиной метровый змеиный хвост тут же обвил их всех троих. Всего? Да нет! На зависть многим, хвост у него оказался самым длинным в детской. По началу, он даже обрадовался, когда незнакомые мальчишки подползали к нему, меря хвостатую часть.

— Ну, ты, Сарраш, и гад… — выдал щенок, еле удерживая тяжёлую тушу. Это человеческая часть одно, а змеиная…

— Ой… — попытался мелкий гадёныш расслабить хватку хвоста, чтобы не причинить болезненные ощущения. Да куда там. Тело понимало, что вот-вот рухнет без опоры, и рефлекс срабатывал, требуя ещё сильнее обхватить «столбик».

— Так!.. — разозлился Рис, вздохнул с каким-то раздражением. — Держи его, я хвост сейчас перецеплю. — И ведь перецепил — себе на туловище, обмотавшись, сгрузил хвостатого знакомого Лиски себе на загривок, как барана, и потащил.

— Э-э-э… вы куда? Нельзя! — преградил им путь стражник, серо-зелёным хвостом, когда пришедшая парочка собралась унести доверенного ему ужика.

— Мы к нам в зону отдыха, — пояснила Лиска действия. И ручкой показала в сторону. Но в той стороне столько зон…

— Нельзя! — попытался стражник как-то мягко объяснить маленькой самочке, чтобы не вызвать неприязнь и злобу в свой адрес, что с детской зоны доверенного ужика может забрать только один из родителей. Мало ли? Вон сколько чужаков в помещении. И девять из десяти с ядовитыми клыками. Нельзя! В детской ему безопасно.

— Хорошо! — согласилась белянка, огорчённо вздохнув. — А нам в детской можно погостить?

— Можно! — прошипел довольный самец, показав прекрасный прикус без ядовитой пары. Уж!

Появление в детской щенка с самочкой вызвал интерес и среди детишек. Скучно же, а так, хоть какое-то развлечение. Рис даже не спрашивал, где лежащее место молодого нага. Он по запаху его определил. Сгрузил тело среди подушек. Рядом стоял обтёсанный камень, на котором стоял поднос с фруктами.

— А чё? Поесть ещё не приносили? — кто о чём, Рис всё о еде.

— Приносили рано утром. А сейчас… — подгрёб Сарраш одну из подушек себе под бок.

— Дяденька, а можно нам сюда три мясных блюда заказать? — поинтересовалась Лиска, обратившись к облокотившемуся на «дверной косяк» стражу порядка.

— Можно! — стушевался «дяденька», что его так назвали. Ему всего-то девяносто. Он в самом расцвете. У-у-у… ужики…

Шамиль весь день отдыхал после такого долгого пути. Пару раз выглядывал, проверяя шкодную парочку. Но убедившись, что они в порядке, и их окружение довольно, спокойно возвращался на место. Пар раз за сутки приходили «соседи», посидели рядом с белым лордом, поинтересовались его делами и, получив краткое: нормально, удалялись.

Несколько раз прибегал Рис, что-то доставал из рюкзаков, то из Лискиного, то из общего, и убегал. Сама она только после обед явилась. Доложила о том, что недовольна, что даже игрушек у детишек нет. Что никаких развлечений у них не организованно. Но может, с началом праздника что-то да будет? Сказала, что подождёт, посмотрит. Но при этом свой рюкзак забрала, утащила в детскую. Откуда потом полилась резкая музыка. Слушал, как Рис на гитаре играет…

Надеялся Шамиль, что его ужик там, как можно дольше пробудет. Спокойнее так ему. А он через посыльного письмо Рашшату отправил с претензиями к ловчим, что работников у него увели, так ещё и магический документ найма у них изъяли и выбросили. У белого лорда ещё сутки, чтобы решить этот вопрос. И с серым лордом разобраться надо. И Сэш так и не объявился. Надеялся он, что тот просто у целителя задержался.

— Спать ложись, — прошипел белый лорд оборотню, — в детской к ним никто не посмеет подойти, а ночью усилим охрану.