Глава 28

— Шамиль?.. — вопросительно обратила Светлая Шейла на себя внимание.

— Моя дочь… — прошипел сын матери. — Рашшат всё предоставил.

— Я подтверждаю, — вклинился в разговор хвостатый лекарь, появившийся из коридора, перед тем, как двери захлопнулись. — Вот! — вытащил он какой-то артефакт в виде сонного камня на приплюснутое яйцо похожее, только с прозрачной скорлупой, в котором виднелась золотистая жидкость. — Ваш родовой камень подтверждает родство.

Родовой камень подтверждал не само родство, а родство яда в нагах. И это для змеелюдов было куда роднее исследований какой-то там ДНК. И когда он успел проверить её на таком дорогом артефакте?.. Хотя, непосредственно этому целителю, принимавшего все роды у Светлой Шейлы, такой камешек в самой работе жизненно необходим. А что? Дворец наполнен хвостатыми красавицами. Так что, какие тут могут быть интриги на любовном фронте, можно только догадываться. Скосила Лиска взгляд в сторону хвостатого лекаря. Недобрый взгляд.

— Держи подушку, — пихнул Рис ей мягкое орудие под руку, обернувшийся в человеческую форму. — В голову меть.

— Да ты чё, он, наверное, старше отца, а таких старых нельзя бить, — прошипела белянка, пихнув одевающего штаны щенка. — Стыдно должно быть. Мы ему попозже хвост оттопчем. Нечаянно!

И так это было сказано, полушёпотом, но расслышали все.

— А почему камень так ярко светит? — задался вопросом один из младших внуков, в котором Лиска узнала встреченного ею на рынке пацана, что ей украшения пытался подарить. И обнюхать. Ха! Братец!

— А потому что Шамиль с дочерью наследники первой очереди, — напомнил целитель царственному роду кто тут перед кем лебезить должен. А лица, что у братьев отца Шамиля, что у его отца, что у родных братьев самого бывшего наследника, перекосило от «зубной боли».

— И ещё раз официально заявляю, что ни я, ни моя дочь не принадлежим Роду Владыки Солнечного города, — прошипел Шамиль. — Больше не принадлежим. Родство по камню не считается.

У-у-у… подключился к разговору представитель Владыки Зелёного города, принадлежит или не принадлежит кто-то к роду самого Владыке Солнечного города. Это не имеет значения. У них договор на невесту для господина от Шейлы. Даже если бы она разошлась с мужем и родила ребёнка от другого, договор был, есть и остаётся в силе. Магический договор!

— А дайте договор почитать, — перебила Лиска спорящих о её долгах мужчин. — А то все уши прожужжали этим волшебным договором. Хочу договор почитать!

У-у-у… недовольно глянули спорщики на сидевшую по-турецки человечку. Её волосы были распущенны и прикрывали часть лица, часть туловища, а ещё она подбородок рукой подпирала. И говорила, зевая, сквозь пальцы. Какая она леди? Какая Светлость?

Голубые линзы она с утра носила. Чувствовала, что пора бы их уже снять. Но не хотелось пугать народ ещё и красным взглядом. И так её тут несколько раз успели оскорбить. Кроме, как человечки и ещё не очень приятные словечки проскользнули в её адрес. Понятно же всем, что она не настоящая змейка. Непонятно только, кто её мать. Шёпотом хвостатые самцы и по чести дорогого ей человека прошлись. У-у-у… как она кипела от негодования. Жутко хотелось домой. Но сначала хвосты недругам накрутить. Оттоптать. Вечера бы только дождаться. Леся и ребят-зверят своих забрать. И домой! А дело к обеду подошло. Но спор мужчин всё не унимался. Кто кому что должен.

Шейла подсела к белянке и некоторое время внимательно смотрела на неё. Рассматривая. Ища в ней знакомые черты своих детей.

Некоторое время и Лиска смотрела на мать Шамиля. И понимала, что что-то общее у неё всё же есть. Не понимая почему. Только язык не повернулся назвать хвостатую даму бабушкой. Молода, стройна, красива.

— Ну, надо же, как она на вас похожа, Светлая Шейла, — подметил это хвостатый целитель. — Глаза хоть и разные, а взгляд один, форма губ и подбородка идентична. Невероятно! Повезло, что не от папы ей внешность досталось. Хотя…

Невероятно, но Лиска понимала, что это так. Или природа так распорядилась. Или магия. Так как после принятия яда Шамиля она, действительно, немного изменилась. Внешность будто чуть-чуть подкорректировалась. И не только из-за появившихся змеиных узоров на теле.

— Ты, наверное, устала? — радостно обратилась Шейла к белянке, найдя прекрасный предлог увести с собой внучку и поболтать. — Пошли со мной, я размещу тебя в своих апартаментах, отдохнёшь, пока мужчины вопросы решают.

— Я не одна, Истар с Рисом со мной пойдут, — кивнула Лиска на оборотней. Мама Шамиля не стала препятствовать. Пусть идут.

А апартаменты у Светлой Шейлы такие, что «мама не горюй». Потеряться можно. И огромные, а несколько комнат совмещены с оранжереей. В двух — с бассейнами. И вообще…

— А кто у вас планировкой и дизайном апартаментов занимался? — восхитилась Лиска прекрасными видами. Она тоже такое хотела. Красиво. Солнечно. Зелено. Цветов — море.

Обрадовалась Шейла, что внучка оценила созданную стараниями нескольких магов красоту. И сама она руку к этому месту приложила.

Истар обошёл помещения и, убедившись, что никто тут Лиске угрожать не будет, уселся на дверях. Рис держался особняком. Проверяя открытые окна-двери, что выходили в сказочный сад. Апартаменты Светлой Шейлы не просто были прекрасными, они имели вид отдельного строения. Со своими выходами в сад. Правильно! Чтобы не сталкиваться с многочисленными фаворитками, что мужа, что его братьев, что сыновей, а теперь ещё и внуков. Одним словом: самцы! Давно она смирилась с таким положением вещей. Нормально это для нагов. Что для самцов нормально заводить гаремы, если финансы позволяют. Что для хвостатых дам оказывать благосклонность сразу нескольким ухажёрам. Многожёнство и многомужество не осуждалось. Являлось нормой. Тем более если всех всё в семье устраивает. Больше самцов — больше защищённости. Больше самок — больше потомства. Всё зависело от изначального договора. Кто в какую семью вливается.

И Шейлу всё устаивало. К ней относились с почтением, с уважением. И она никогда не отказывалась от щебечущего общества молоденьких змеек, что наивно искали во дворце сказочные мечты и большую любовь.

Слуги принесли несколько подносов со всякой вкусностью. И, расположившись на мягких перинах, взрослая особь начала рассказывать бесхвостой, что ей не о чем беспокоиться. Мужчины всё решат. Придут к соглашению. А Рамирус очень хороший самец. Его отец и он очень много сделали для процветания своего народа. Они обеспечат ей достойную жизнь.

Слово за слово, и выяснилось, что в магическом договоре, из слов Шейлы, прописана особая защита представителя последнего носителя драконьей крови Зелёного города. И эта защита переносится на неё. На Лиску, как невесту с драконьей крови, а там и будущую царицу змеиного царства. Василиску!

«А отсюда поподробнее», хотелось Лиске сказать, но пошла извилистым путём, задавая наведённые вопросы. Она юная, глупая, вздыхающая и надеющаяся на лучшее. А у неё только папа надёжный. И какого же было её удивление, когда мать Шамиля достала этот самый договор. У-у-у… Дотронулась белянка до мочки уха, надавив на выпуклую часть серёжки, отодвинув в сторону маленький микрофон.

— Папа, слушай договор…

Перечитала Лиска этот договор два раза, прежде чем что-то понять.

Итак! В договоре не прописано, что «невеста» должна сочетаться законным браком с «женихом». Это благодетели оставили на усмотрение «молодых», понимая, что «характером могут они не сойтись». Обязав их только «разделить постель в особо благоприятные дни, под присмотром целителя». Ага, хихикнула Лиска, свечку держать будут. А там уже как карта ляжет. Но у хвостатых змеек этих благоприятных дней, всего раз, а-то и — два, в году. А потом там про будущего наследника прописали решители судеб. Закатила Лиска глаза к потолку. Вот кому надо было в прорицатели идти! Нафантазировали папа Шамиля с отцом Рамируса, а ей — им — отдуваться. Но есть в документах и оговорки. Предусмотрели родичи Шейлы, боясь, что её просто изведут. Поэтому и прописали, что если её будут обижать, унижать, и тем более угрожать физической расправой «в доме жениха». Неважно кто. Сам «жених», его стража, слуги, любовницы в его дворце. Если самец не может обеспечить достойную жизнь «невесте». То всё! Все магические договорённости теряют силу. Кроме той, что родить «невеста» всё равно обязана. Произвести на свет нового Владыку Зелёного города.

Ага! Ещё два раза перечитала Лиска эти оговорки, чтобы ничего не упустить. Не было у бабы печали. У-у-у… А ведь не так давно за нарушение магического договора она угрожала банкирам. И там всего лишь требовалось на этом магическом документе произнести кодовые слова, призвав родовую магию. И не сомневалась, что за нарушение и этого магического договора, составленного отцом Шамиля и Рамируса, всех потомков от отца Шамиля постигнет кара. Смерть! Папу Шамиля Лиске жалко. Так что…

— Пап, тут прописан потомок женского рода, имеющий частицу драконьей крови, — обратила Лиска внимание на точную формулировку. — А меня только родовой артефакт Владыки Солнечного города признал, а драконьей крови во мне, наверное, нет? — И это «нет» неуверенно прозвучало. Вот, вроде лазейка нашлась, чтобы именно ей не стать «жертвенной овцой». Послушалась, сходила в гости. И эти, что родственники Фён, туда же. А вдруг вместе с ядом нага в ней и эта драконья частица появилась? Б-р-р-р…

Р-р-р… но есть ещё разум. Решила она дождаться появление этого самого Рамируса. Шамиль с ним поговорит. Объяснит возникшую ситуацию.

— И ведь это так прекрасно, что ты именно сейчас появилась, — проворковала хвостатая дама. — Совет лордов Рамирусу ещё десять лет назад условие последнее выставил. Время же идёт. А наследников у него нет и нет.

— А у него, может, проблемы по этой части, раз даже бастардов у него нет? — возмутилась Лиска.

— Та там тоже отдельный магический договор имеется с самим советом, — вздохнула королева.

— Договора, договора… — вздохнула белянка возвращая документ. Что-что а в своей способности довести кого-нибудь она не сомневалась. И это на крайний случай оставила. А сейчас ей только ждать оставалось.

В комнату Шейлы несколько раз заглядывали хвостатые дамочки, скорее всего, чтобы просто поглазеть на нового члена семьи. Оценивающе так смотрели они на двуногую. Но хозяйка помещения, видя, что Лиске неприятно, когда её свысока своего положения осматривают, как бедную родственницу, случайно допущенную в святая святых, отправляла гостей восвояси. Находя предлоги.

Тяжело всё же в гостях. Прикрыла Лиска глаза, правда, дождавшись, когда в компании решал появится этот самый Рамирус. Мягкий голос, чистый, практически без шипящих ноток. Подметила белянка особенность. Сначала тема разговора имела дружеский характер. Светский этикет. Разговор ни о чём. Зевнула.

— Истар?.. — обратилась она к оборотню. — Когда что-то существенное начнётся, толкнёшь?

Оборотень кивнул. Скоро уже.