Глава 32

Помыли. Перебинтовали. Лечебной мазью обработали. Везде… На кроватку уложили. И лицом вниз. Втянула белянка запах пастельного белья. Гады! Даже постель не сменили.

Огромная комната соответствовала самому Владыки. Но изысканье в личные покои повелителя, скорее всего, женщины его старались принести. Слишком вычурно, слишком броско. В глазах рябило. И видно, что каждая самка что-то от себя лично старалась добавить. Чтобы чаще вспоминал именно её? Поэтому и такая, Лиска бы даже сказала, безвкусица. Хихикнула в постель, вспомнив, что ванная у Рамируса вся из золота. Золотой унитаз…

Единственное, что в комнате его личное — оружие, для которого были сделаны полочки на стене. И повыше, повыше…

Розового нага она попросила расположиться на полу, метров в десяти от кровати. Там лежал мягкий плетёный ковёр, Лиска и несколько подушечек ему кинула. Конечно, объяснив, что сирена с ним хочет сделать, как тёмную гадость с его тела будет высасывать.

Молодой мужчина недоверчиво посмотрел на юную повелительницу, на песчаную нечисть, но ослушаться не решился. Ему уже всё равно. Он не помнит, когда последний раз спал, чёрная зараза не просто заражала его тело всё больше и больше. Она причиняла постоянную боль.Всё сильнее и сильнее. Он уже начал задумываться о добровольном уходе из жизни. Добровольно, считается у нагов слабостью. Поэтому и держался. Брат поддерживал.

Лёг он, приготовившись к самому худшему, прикрыл глаза, чтобы не видеть клацающие желваки… «За то не сам!» И… уснул…

Лиска не позволила себе пропустить свою брачную «ночь». Пусть, спустили шторы, но этого недостаточно для напускной романтики. И ведь ни фруктов, ни простой водички в фужере… Саботаж? И не сомневалась. Крылом заведовала свекровь. Она здесь раздавала указания прислуге.

Понажимала Лиска кнопочки на переговорном браслете, записи ей пригодятся. Прошла к своим брошенным на полу вещам. Фляжка и печенье — стратегический запас. Умяло всё, что нашла у себя, но остатки еды как будто в никуда провалились. А вот сирена довольно сопела, урчала. Да так, что белянка ей позавидовала чисто по-женски. И мужчину она себе сама выбрала, и голодная не осталась. А она?..

Рамирус с опаской вполз к себе в апартаменты, взглядом высматривая песчаную нечисть. Калачиком свернулась та у тела розовохвостого сородича. Спящего? Разозлился он, что смеет какой-то стражник спать в его палатах, хотел хвостом его, как говориться, «пнуть». Но тут Лиска села на кровати.

— Не трогай их… — прошептала на уровне слышимости.

Не трогать? Прополз бледный полоз вокруг своей круглой кровати из камня. И колонны вокруг спального места выполнены из того же материала. Белого холодного. Если не считать перевязанное плечо. Девушка в его постели сидела обнажённой.

Ну ладно, отметил мужчина, что фигурка ничего. И грудь есть, правда, прикрытая белыми волосами. Захотелось ему убрать волосы, посмотреть то, что ему досталось. Воображение вырисовывало её в разных версиях его брачных игр. Ядовитые клыки выступили. Но…

— Пристроишься сзади, никаких ласк, никаких прелюдий, поглаживаний и тем более укусов, — адреналин схлынул, и чувствительность тела вернулась, сейчас она готова была на стену лезть от болезненных ощущений. Сейчас ей вообще не до выполнения супружеского долга. Но есть такое, как — надо! Подполз к ней хвостатый муж сзади, намотал её волосы себе на кулак, болезненно натянул, заставляя откинуть назад голову. Властно впился в её разбитые губы, заставляя ощутить его власть над собой, ощутить его яд. Не ей здесь права качать! Проверил, как и хотел, мягкую девичью грудь, приятно уместившуюся в его ладошке. Сжал больше чем надо горошину соска, добившись от неё ответной реакции. Грубо толкнул на кровать, как она и хотела. Со спины. Пристроился, даже не сняв тяжёлый пояс.

Слёз не было, скомканная простынь в кулаке, прокусанная губа. Может быть, он и хотел как можно дольше растянуть соитие, но не получилось. Да и в процессе отдачи долга Рамирус заметил, что глаза молодой жены не просто закрыты. Уснула она! Ш-ш-ш…

Некоторое время он ещё полежал на кровати, наблюдая за спящими в его комнате. Хорошо им! А у него там дела. На нём управление Зелёным городом. Ещё надо узнать, готова ли комната для Василиски? Мама сказала, этим займётся. Всё хоть какое-то развлечение для родной женщины.

Принял он ванную и «ушёл» по своим важным делам. Лиска открыла глаза, когда дверь за ним прикрылась. Встала, пошатываясь, тоже сходила ополоснуться. Вышла, осмотрела комнату на наличие хоть какой-то еды. Ничего. Хоть к сирене присоединяйся, тёмные разводы на теле розового нага ещё оставались. Ещё на один разок, и будет хвостик, как новенький. Как новенькой только она не будет. Берегла, береглась. Зачем? Для кого? Погладила брачные украшения на своей руке. Саша и Дерек. Чёрный узор на запястье. Муж? И почему ей никто не сказал? Погладила прокусанное Глебом плечо. С горечью сглотнула. Не нужна! Никому не нужна. Даже Истар с ней из благодарности. А тут Красный песок. Припечатал. Пригласил. Но опять же, не она ему нужна, а её умение. Правду сказал. Значит, стёрла она скатившуюся слезу, ещё не наступило её время.

В комнате в шкатулке у неё обручальное кольцо лежит — напоминание о Максиме. Муже. Больше она не носила его на себе. Отпустила…

У каждого свой путь, и то, что, временами, разные дороги соприкасаются, это всего лишь краткий миг жизни. Кто-то тлеет, кто-то ярким пламенем горит на этом пути, стоит им соприкоснуться.

И даже об одежде никто не побеспокоился. Осмотрела Лиска скинутую ею грязную одежду. Порезанную сиреной. Прошлась, нашла гардеробную Рамируса, забрала одну из набедренных повязок. А одежду сама застирала в ванной, в комнате жарко, быстро высохнет. Поспать сначала хотела на полу лечь, но посчитала это не приемлемым. Тело болело. Всё болело. Поэтому просто накинула покрывало наверх, и улеглась. Темнота, в которую она погрузилась, забрала и боль, и разочарование.

Прежде чем уснуть, Лиска накинула на двери комнаты магическую охранную сеть. Двери она открыть позволит, но никому войти не разрешит, даже хозяину апартаментов. Так что пока не выспалась, никто и не вошёл.