ГЛАВА 42 · ВАЙПЕР

Проклятый Брайан и его долбаный «своевременный» момент. Этот жополиз всегда умудрялся засунуть свой длинный нос в дела, о которых ни хрена не имел понятия. Когда он нацелился на Имоджен и отослал Хейло знакомиться, у меня возникло желание подправить ему физиономию.

— Я предупреждал, чтобы ты не разговаривал со мной в таком тоне, сука, — прошипел я, еле сдерживаясь. Не желая привлекать внимание — вдруг я решу дать ему повод обратиться к специалисту по пластической хирургии по поводу операции по ринопластике. — И, блядь, будь уверен, ты должен обращаться к Хейло не иначе как «да, сэр», «нет, сэр», ты меня понимаешь?

Я ожидал, что Брайан прищурит глаза и начнет огрызаться, как он обычно делал, но он просто скрестил руки на груди.

— Что? Тебе не нравится, как я разговариваю с твоим бойфрендом?

Видимо, на мгновение мое лицо выдало удивление, потому что самодовольная улыбка скривила его губы.

— Думаешь, я не знаю? Я видел, как ты всю ночь трахал его.

— Ты ни хрена не видел.

— Ладно тебе, ты не сводил глаз с него с того самого момента, как приехал сюда, а потом загнал его в угол. Что этот мальчик сделал? Отказал тебе? И теперь твой член не может с этим справиться?

Зарычав, я бросился на Брайана, но тот быстро отскочил поближе к веселящимся людям.

— Какие бы проблемы у тебя не были со мной, не впутывай сюда Хейло, — стиснув зубы, сказал я.

— Видишь ли, в этом и проблема. Ты тянешь Хейло вниз до своего уровня. Ему не нужно быть таким, как ты, ему нужно быть в центре внимания с офигенной супермоделью.

Блядь. Это было оно. Это, мать его, конец.

Я схватил его за пиджак и дернул на себя.

— Я тебя предупреждал, что будет, если ты не остановишься.

— И что ты собираешься сделать? Уволить меня? — Брайан издал сдавленный смех. — Ты не можешь этого сделать. Ты не сможешь насладиться всем этим, — он указал на людей позади него, — без меня.

— Мне глубоко похер, как долго ты с нами или что, как ты думаешь, сделал для нас. Ты гребанная сука. И если мне придется, хоть еще одну проклятую секунду смотреть на твое ублюдочное лицо, я не устою перед искушением и сделаю так, что ты не сможешь вытащить, блядь, голову из своей долбанной жопы до конца своих дней.

Брайан выпучил глаза, и мне показалось, еще немного и они выпадут из орбит и вытекут на его пижонские туфли Gucci. Я поднял руку и сжал в кулак, страх промелькнул в его глазах.

— Подожди, подожди, — закричал он. — Прости меня.

— Блядь, да. Ты жалкий мешок дерьма, который слишком долго оставался пятном на нашем имени. С нас хватит. Ты закончил. И тебе повезет, если ты останешься в шоубизе — например, курьером. Теперь, у тебя есть выбор: либо ты сваливаешь в течение следующих пяти секунд, или я с радостью попрошу охрану выбросить твою чертову задницу на улицу. Мы понимаем друг друга?

Я ставил акцент на каждом слове, выплевывая одно за другим так жестко, что Брайан попятился и упал на задницу. Его зачесанные назад волосы упали ему на лицо, которое приобрело десять оттенков багрового цвета, и, пройдя мимо него, я бросил:

— И, да, Брайан…

Я подождал, пока он не встретится взглядом со мной, а затем улыбнулся.

— Если ты не понял — ты уволен.

Брайан убежал как таракан, которым он и был. Когда он исчез с поля зрения, я почувствовал, как с ним ушел и мой гнев, который он же и разжег. Оставив меня с мыслями о том, как найти Хейло и поговорить с ним — но Ангел, конечно, исчез в море людей, и я нигде его не находил.

Господи. Я знал, что разговор с Хейло станет сложной задачей, как и то, что он захлопнет дверь, если появлюсь на пороге его квартиры.

Я последовал за ним в пустой коридор, и наконец, получил возможность побыть с ним наедине. Но застыл и позабыл все слова, которые хотел сказать, когда Ангел поднял на меня глаза. В них я увидел боль и скорбь, которые отражали мое состояние.

Я ведь действительно сам все испортил. Нет, я разрушил нас. Я действительно разрушил нас. И после четырех бесконечных дней в пьяном угаре в пустой кровати, я понял, что разрушил лучшее, что у меня когда-либо было.

Стоя в пустом коридоре, я вцепился в волосы и велел себе перестать быть трусом, которым назвал меня Хейло, идти и найти его.

Найди его и скажи ему все, что хотел, и сможешь поцеловать его на прощание.

Я снова вернулся на вечеринку с такой же радостью, какая обычно бывает на похоронах, просматривая толпу людей, пытаясь найти Хейло. Я бы не удивился, если он сбежал, покинул вечеринку, лишь бы не лицезреть меня. Но я так же знал, что происходящее много значит для Ангела, и помнил о его твердой позиции не бросать дело, даже если мы больше не вместе.

— Ищешь кого-то?

Я обернулся на голос Киллиана, который смотрел в том же направлении, что и я. Обратил внимание на его прическу, темно-синий костюм и самодовольную улыбку.

— Да ладно, ты знаешь, кого я ищу.

— Хм-м, — протянул Киллиан, засунув руки в карманы, и наконец, посмотрел на меня. — Он блондин? Нашего роста? У него убийственный голос и способность превращать тебя в долбанного тупицу?

Я проигнорировал его, и снова повернулся к людям, которые танцевали, пили и общались, надеясь, что Киллиан поймет намек — но он не понял.

— Как прошла неделя? — поинтересовался он. — Не слышал от тебя ничего с того вечера, как ты отвез Хейло на встречу с твоей мамой.

— А ничего и не было.

— Нет?

— Нет, — сказал я, потому что, во-первых, это было правдой, во-вторых, я не собирался говорить ему, что провел последние четыре дня в постели с рубашкой Хейло, которую он забыл у меня.

— Это интересно.

— Что именно?

— Минуту назад я спросил Хейло то же самое, и он ответил почти так же.

Киллиан посмотрел на меня, приподняв бровь, и я знал, что у меня нет шанса уйти, пока я не дам ему возможность докопаться до истины. Так он и поступил.

— Что ты сделал? — спросил он.

— Помимо увольнения Брайана? Кстати, можешь не благодарить.

Похоже, Киллиан оторопел.

— Ты сделал что?

— Я уволил этого убогого пидораса Брайана. Он кусок дерьма, и сегодня перестарался и вывел меня из себя.

— Ла-а-а-дно. Мы вернемся к этому позже. Теперь: что ты сделал с Хейло?

Вел себя как полный мудак.

Я облажался с Ангелом. И гарантировал себе специальное место в аду.

— Я ничего не делал.

— В самом деле? Потому что, когда я упомянул тебя, Хейло посмотрел на меня тем взглядом, которым ты смотришь на любого, когда упоминают Трента. Поэтому я спрошу еще раз: что ты сделал, Ви?

Твою мать.

Блядь, блядь, блядь.

Я потер ладони друг об друга и покачал головой.

— Я облажался. Я разрушил лучшее, что случалось со мной, и сейчас пытаюсь найти Хейло, чтобы мог сказать ему, что я, сука, идиот. Так что, если ты знаешь, где он…

Киллиан посмотрел поверх моего плеча.

— Он со своей сестрой на противоположной стороне комнаты, разговаривает с Лори из Entertainment Daily.

Я повернулся, и увидел Хейло, вежливо улыбающегося телеведущему.

Без какой-либо мысли в голове я направился к Ангелу, пока он снова не исчез, пробираясь сквозь толпу «вижу цель — не вижу препятствий». Когда я преодолевал пространство между нами, люди расступались, чувствуя, что должны убраться с моего пути и не пытаться остановить. У меня была цель, и я готов пройти поверх голов, лишь бы добраться до Хейло.

Имоджен увидела меня первой, ее зрачки немного расширились — тревога или удивление — я не понимал. Она уже наклонилась к Хейло, желая предупредить о моем появлении, но я опередил ее, встав за его спиной.

— Ангел, — Хейло слегка повернул голову в моем направлении, его губы приоткрылись, без сомнения, чтобы еще раз отправить меня подальше, но я не дал ему сказать первым. — У тебя есть минутка? Мне надо с тобой поговорить.

Хейло сузил глаза, как будто старался понять, какого черта я задумал. Его сестра и Лори впились взглядами в меня.

— Прямо сейчас я занят, — ответил Хейло, как всегда, вежливо, и вернулся к прерванному разговору.

Это не сработает со мной. Мне нужно поговорить с ним. Сказать, как я ошибался. И какой я глупец, — в этом он тоже был прав, — разрыв наших отношений был самой большой долбанной ошибкой в моей жизни.

— Ангел, я …

— Он занят, — тихо, но твердо сказала Имоджен.

Посмотрев на нее, я понял — она знала. Обо всем, что произошло между мной и ее братом, и ее не радовал тот факт, что я обидел Хейло. Добро пожаловать в этот треклятый клуб. Я никогда не забуду последние его слова, которые он произнес в ту ночь на крыше. И если он чувствовал себя в половину так же плохо, как я, когда услышал их, то, да. Я заслужил каждый грамм отвращения, исходившего от Имоджен.

— Я всего лишь хочу…

Хейло повернулся ко мне, в его глазах вспыхнул тот самый огонь, что и в понедельник ночью.

— Не сейчас, Вайпер, — сквозь зубы процедил он.

Хейло отвернулся, извинился перед Лори и ушел. Он был уже примерно в двух шагах, когда я произнес:

— Ладно, тогда, когда у тебя будет время, дай знать, чтобы я мог сказать, как сильно, блядь, я люблю тебя.

Хейло резко остановился, замер, как и все остальные люди, окружавшие нас. Затем медленно обернулся ко мне с широко раскрытыми глазами. На его лицо было недоверие, он открыл и закрыл рот, будто хотел что-то сказать, но не смог.

Никогда бы не подумал, что такое количество людей могут умолкнуть в одно мгновение, но единственный звук, который я слышал, была музыка из динамиков, которая сливалась в моих ушах с ревом крови в один сплошной шум. Все молчали и смотрели на нас двоих, но я ничего не видел, кроме мужчины, который стоял слишком далеко от меня.

Я сделал два шага вперед, желая сократить расстояние между нами, и когда приблизился, Хейло моргнул и покачал головой.

— Чт… Что ты делаешь? — наконец спросил он.

И впервые за четыре самых долгих дня моей жизни я дотронулся до него. Взял его изящное лицо в ладони и прижался большим пальцем к его губе.

— Прости меня, — сказал я. Еще никогда эти два слова не звучали так правильно. — Я так сожалею обо всем, что сказал тебе. Все, каждое слово, которое я сказал, было неправдой. Ангел, ты прав. Я был напуган. Мне и сейчас страшно. То, что я чувствую к тебе, сильнее всего, что я испытывал в жизни. И думая о том, что потерял тебя, что оттолкнул тебя, я…

Хейло протянул руку и осторожно коснулся кончиками пальцев моих губ, остановив мой жалкий монолог, и вся боль и скорбь, которые я видел ранее в его глазах, исчезли.

— Ты хочешь быть со мной?

Я издал тяжелый вздох.

— Блядь, ты даже не представляешь, насколько.

Эти прекрасные сияющие глаза засверкали, а на губах появилась та самая очаровательная улыбка, которую я любил.

— Тогда я готов.

Мне потребовалась секунда, чтобы понять, о чем он говорит, а затем, даже не задумываясь, я произнес:

— Я люблю тебя, Ангел. Я люблю тебя так сильно. Никогда бы не подумал, что это возможно. И эти дни без тебя были самой убогой неделей за всю мою жизнь.

Хейло провел рукой по моим волосам, и широко улыбнулся, положив другую руку мне на грудь, туда, где билось сердце.

— Я люблю тебя тоже.

— Ты что?.. — переспросил я, потянувшись к нему и обняв за талию.

— Конечно, люблю. Я — романтик, а ты — циничный пресыщенный мудак. Но если ты когда-нибудь снова выкинешь …

— Нет.

Хейло хмыкнул и обнял меня.

— Хорошо. Потому что каждый человек, который присутствует здесь, сейчас снимает видео. Так что у меня будут доказательства.

— Подожди, мы разве не одни?

— М-м-м. Для того, кто избегал публичного изъявления чувств, ты плохо с этим справляешься.

Нет, это не про меня.

— Это твоя вина.

— С чего ты взял?

— Я давно не целовал эти губы, и будь проклят, если подожду еще хоть одну секунду.

Наконец-то я дотронулся до губ Ангела, которые улыбались мне. Этот мужчина поглотил меня с того самого момента, как я увидел его. Хейло запустил пальцы в мои волосы, притягивая к себе. Мы встретились на полпути, на равных, и когда наши губы соприкоснулись, я осознал, что находился именно там, где и должен быть. Я был дома.

Да, я протащил нас через чистилище и ад, чтобы добраться до этого места. Когда Хейло открылся мне, я сжал руки на его талии, и понял, что теперь у меня есть Ангел, там где ему и место, в моих руках. И не было никакого, блядь, шанса, что я отпущу его когда-нибудь.