Глава 44

– Сашенька, – завидев девушку на пороге парадного, Шутов раскрыл объятья, явно собираясь заключить в них эту самую «Сашеньку». От звука его голоса Сашу чуть не передернуло.

– Добрый вечер, – выдавив из себя жалкую улыбку, Саша оглянулась на Алису, давая себе пару секунд на то, чтобы собраться. – Алиса, моя подруга. Аристарх Павлович, товарищ моих родителей.

– Очень приятно, – пыхтящая, как горячий самовар совсем недавно, Алиса, сейчас излучала уверенность и обаяние. Шутов был удостоен чуть ли не самой ласковой, из возможных ее улыбок.

– Взаимно, друзья Сашеньки – мои друзья.

– Товарищи родителей Саши, мои… – выглядела она явно намного уверенней, чем себя ощущала. Сморозив глупость, Алиса сильно пожалела, что отказалась от предложенных Артемом «пятьдесят грамм на дорожку», сейчас бы не помешало. – Очень приятно, в общем.

Рассмеявшись, Шутов отступил к машине, открывая перед девушками дверь.

Дорога показалась им безумно долгой, Саша с Алисой то и дело переглядывались, не решаясь заговорить ни с мужчиной на переднем сидении, ни между собой. Как назло, все светофоры города встречали их красным светом, а следующее за несколькими машинами сопровождение выглядело сейчас в их глазах таким очевидным.

Саша пыталась сидеть как можно ровней, боясь задеть спрятанный за спиной электрошокер. Хоть она прекрасно понимала, что его никто не видит, и увидеть не сможет, это не мешало паниковать еще и по этому поводу.

Филармония встретила их шумом голосов, холл был заполнен посетителями до отказа. Удивительно, что Шутову удалось достать три билета за день до премьеры, и еще более странно, что то же самое получилось и у Самарского. Краем глаза Саша заметила знакомое лицо – мужчина в черном строгом костюме, она видела его раньше, один из тех, кому когда-то Ярослав поручил ответственную миссию по надзору за пленницей, теперь должен был ее уже охранять.

Еле заметный кивок, и Саша убедилась, что не прогадала. Места Шутов достал поистине прекрасные. Приди они наслаждаться музыкой, получили бы максимум удовольствия, но сегодня им было сделать это не суждено.

Так же ровно, как на сиденье машины, девушки сидели теперь на мягком бархатном кресле, сложив руки на коленях. Шутов не спешил удариться в разговоры, а начать первой Саша не решалась, борясь с постоянно возникающим желанием выцарапать ему глаза или плюнуть в лицо.

– Вот увидите, Сашенька, это будет замечательно! – повернувшись, Аристарх окинул Сашу воодушевленным взглядом, а потом снова направил его на сцену, где с минуты на минуту должен был появиться заявленный квартет.

– Я даже не сомневаюсь, – вряд ли он услышал ее ответ, вряд ли он в нем нуждался. Воспользовавшись тем, что мужчина так увлечен сценой, сама Саша попыталась наконец-то изучить его.

Обычный. Совершенно обычный, если отбросить то, что он убийца, мужчина. В нем не чувствуется ни силы, ни воли, ни характера. Вечно сияющая синтетическая улыбка, пугающий по-детски наивный взгляд, неужели ради него мама когда-то решила разрушить их семью?

– Не так внимательно, Александра Константиновна, – голос в наушнике заставил вздрогнуть, быстро отводя взгляд. Да. Она не должна забываться. Простодушная, милая дочь умершего товарища. Вот кто она, и вести себя нужно соответственно.

Вокруг зазвучали аплодисменты, двое скрипачей, виолончелист и пианист вышли на сцену и сказка началась. Сказка для тех, кто пришел сюда слушать музыку, различать низкие вибрирующие звуки, издаваемые виолончелью, жалостливые ответы скрипки и редкие выступления на первый план величественного рояля. Это было бы красиво, несомненно красиво, не чувствуй Саша себя так паршиво здесь, сейчас, в этой компании.

– Придем сюда еще раз, – Алиса склонилась к уху подруги, – разберемся с этим всем и придем.

Благодаря подругу за поддержку, Саша улыбнулась. «Разберемся». А она ведь даже не подозревала, как ей повезло в жизни. Что бы Алиса себе не думала о вине за Францию, Саша-то знала – подруга никогда не оставит ее один на один с бедой по собственному желанию. И сейчас она тоже была не одна, Алиса, Ярослав, Артем. Люди, которых еще недавно она даже не знала, теперь значили так много.

Пауза длинной в один вдох, заставившая всех в зале, даже тех, кто успел уже отвлечься, снова вскинуть взгляд на сцену, и квартет ставит финальный аккорд в очередной пьесе. Роль же дирижера сегодня, кажется, взял на себя Аристарх или Роман, Саша уже даже не знала, как правильно его называть.

Мужчина не отрывался от созерцания сцены ни на секунду, лицо реагировало на любые изменения настроение исполнения, он блаженно улыбался, заслышав мажорные аккорды, и взволнованно морщился, стоило музыкантам перейти в минор. Теперь Саша разглядывала его уже без особой опаски – он слишком был увлечен, чтобы реагировать на нее. Тут и сейчас в компании он не нуждался, да и вряд ли осознавал себя одним из сотен в огромном зале. Так казалось Саше ровно до тех пор, пока мужчина не оглянулся.

– Великолепно, не правда ли? Я, наверное, хотел бы умереть под такую же музыку.

Удивительно, но их желания совпали с точностью до одной тысячной. Саша с удовольствием посмотрела бы на то, как его мечта сбывается тут и сейчас.

Выступление длилось больше двух часов, утомив даже самых стойких, но как оказалось – с последним аккордом вечер для них не заканчивался.

– Мы ведь хотим выразить благодарность гениям, не правда ли?

По правде – нет. Выражать благодарность не хотелось совершенно, но вопрос негативного ответа не предполагал. Проводить в его компании времени больше, чем того требует дело – тоже не самое приятное, что может быть в жизни, но ведь с другой стороны – за проведенные вместе несколько часов их диалог был слишком скуден, чтобы считать задачу исполненной.

Через пятнадцать минут они уже стояли в соседнем зале вместе с такими же желающими лично поблагодарить музыкантов за приятный вечер счастливчиками, доставшими особые приглашения. Шутов отошел от девушек несколько минут тому.

– А он точно что-то знает? – Алиса с сомнением оглянулась, изучая профиль Аристарха, зацепившегося в данный момент с каким-то знакомым.

– Точно.

– А так и не скажешь, с виду – безобидный простодушный мужик, запавший вдруг на молодую, красивую дочь своего давнего товарища.

– Что ты несешь? – Саша шикнула на подругу, моля бога о том, чтоб прослушкой занимался кто угодно, только не Яр.

– Он так смотрит, Саш… – не обратив ровным счетом никакого внимания на резкий тон подруги, Алиса продолжила. – Так смотрит, как будто съесть тебя собирается. У меня аж мурашки по коже, бррр, – передернув плечами, Алиса сделала глоток из бокала.

– Бред, – от слов подруги и у самой Саши по коже невольно прошли мурашки, далекое от приятного ощущение. И как назло, именно сейчас Шутов оглянулся в их сторону, приподнял бокал, поймав ее взгляд, улыбнулся.

– Бред, так бред, – не желая спорить, Алиса кивнула. – Долго еще?

– Надеюсь, нет, – Саше самой не нравилось отношение к ней мужчины. Но причина была другой – ей постоянно казалось, что он так самоутверждается в своей безнаказанности.

– Ну как вам? – Шутов вернулся, снисходя наконец-то до общения с ними, впервые за весь вечер.

– Чудесно! – груз ответа взяла на себя Алиса. – Просто великолепно! Я давно уже не получала такого удовольствия! – получилось слегка наиграно или так показалось только Саше, но главное – Шутова, кажется, ответ устроил.

– Я рад. Очень рад, что вам понравилось. А что скажете вы, Сашенька?

– Это было прекрасно, спасибо.

– А вы отметили, как они плавно переходили? Это особый талант, совершенно особый.

– Вы любите музыку? – Саша схватилась за первую же представившуюся возможность выведать у него хоть что-то, начать с музыки, а уж потом…

– С некоторых пор – да. Когда тебя лишают одной страсти, приходится искать другую.

– А какой страсти вас лишили? – получилось бестактно, Саша сама это поняла, но брать слова было уже поздно. Девушка пожалела еще больше, увидев, как вдруг изменился взгляд мужчины – из добродушного простачка, он на какое-то время превратился в сомневающегося, не доверяющего, что ли. Правда, быстро взял себя в руки.

– Не думаю, что стоит портить такой вечер грустными историями из моей жизни, – возразить девушки не посмели. Минутная пауза, неудобная настолько, что Саша успела мысленно отвесить себе оплеуху за неосторожность, и, кажется, Шутов снова взял себя в руки. – Еще шампанского, милые дамы? – мужчина кивком остановил мчащегося мимо официанта, приглашая девушек обновить бокалы.

– Как вам удалось достать билеты? – первой, нашлась, что сказать Лиса. А поймав быстрый, но полный благодарности взгляд подруги, только чуть нервно улыбнулась.

– Просто магия, Алисонька, просто магия, – Аристарх улыбнулся, подмигивая девушке. – Неужели вы хотите, чтобы я разоблачил тут и сейчас все свои тайны? – мужчина залился веселым смехом, поднося бокал к губам.

Как Саше хотелось кивнуть в ответ! Как хотелось, и насколько было сложно сдержать этот порыв.

– И часто вы… пользуетесь магией? – пока Саша продолжала внутреннюю борьбу, Алиса, кажется, наконец-то почувствовала себя достаточно вольно для того, чтобы начать получать по крупицам хоть какую-то информацию.

– Я пользуюсь ею, например, тогда, когда мне предстоит провести вечер с двумя очаровательными созданиями! – и вновь широко открытые глаза смотрят так искренне, что сложно не улыбнуться, получив комплимент, пусть и от жуткого человека.

– Скажите, Аристарх Павлович, а вы женаты? – и снова бестактность с их стороны, но, в отличие от Сашиной попытки, эта вышла куда удачней.

– А что? – мужчина прошелся взглядом по Саше, она почувствовала это кожей, даже несмотря на то, что взглядом продолжала упираться в лицо подруги. – Это имеет значение? – а потом оглянулся на Алису, искрясь улыбкой.

– Конечно, – та же в ответ еле заметно кивнула, на щеке появилась ямочка. Саша знала – сильному полу сносит крышу от такой улыбки Лисы, а она пользовалась этим своим оружием редко, лишь в крайних случаях. Таких, как этот. – А вдруг мы станем причиной ревности госпожи Шутовой?

По залу разнесся громкий смех, будто только что Алиса выиграла приз за самую удачную шутку уходящего года.

– Нет, конечно же, нет, – утирая слезы, Шутов перевел взгляд с застывшей с улыбкой на лице Лисы на Сашу и обратно. – Я не женат. К сожалению, – и лишь на миг в глазах блеснуло что-то, так рьяно скрываемое под напускным весельем. Саша практически ощутила тот укол боли в самое сердце, что, несомненно, почувствовал он. А когда их взгляды встретились, поняла, что не ошиблась.

– А были? – и во второй раз показаться бестактной было уже не страшно. Это не совсем то, что она должна была выяснять. Ее интересовал отец. А этот вопрос касался матери. Просто ей нестерпимо захотелось знать, бросила ли она своего ребенка ради мужчины, которого любила до исступления, или… Или он был лишь способом избавиться от ненужных проблем, которыми стали они с отцом.

– Был. Очень недолго, но безумно счастливо, Сашенька, – он ведь не имеет представления, что она знает о нем куда больше, чем положено. Но только сейчас Саше показалось, что это заблуждение. Знает, знает и именно поэтому смотрит на нее с таким пониманием.

– А почему тогда развелись? – в их странный диалог взглядов вмешалась Алиса. Саша моргнула, отводя взгляд от гипнотизирующих зеленых глаз. – Ой, господи, – ответ услышать им было не суждено, засмотревшийся на что-то официант решил, что подобные разговоры пора прекращать – поднос с закусками выскользнул их неопытных рук парня, посылая целую горку пирожных на подол Алисиного платья. – Черт, – как назло, они оказались кремовыми, жирными, сдобренными ягодами, которые тут же расплылись красочными пятнами по светлому платью.

– Простите, – парень распластался на полу, собирая остатки былой роскоши, а вот девушки чуть ли не застонали в голос, скрывая разочарование.

– Нужно замыть, – Саша бросила извиняющийся взгляд на Шутова, собираясь помочь подруге с платьем. Как же не вовремя иногда случаются подобные конфузы! Еще немного, совсем чуть-чуть, и она бы знала…

– Конечно, – мужчина поцокал языком, оценивая последствия ущерба, а потом отступил, давая дорогу девушкам. – Конечно, а я велю подать машину, не волнуйтесь, – выдавив из себя благодарную улыбку, Саша сделала шаг в сторону уборной вслед за Алисой.

– Дайте нам десять минут, – последнюю свою фразу девушка бросила, уже не оборачиваясь.

Она не видела, как ей вслед устремляется тяжелый взгляд. Не видела, как Шутов ставит полупустой бокал на поднос поднявшегося наконец официанта, как поворачивается к двери, как сжимает руки в кулаки, несколько раз моргая.

Она не слышала, как себе под нос мужчина произносит всего пару слов.

– Терпеть не могу, когда меня считают дураком, Настенька.

* * *

Платье было приведено в порядок в рекордные сроки, видимо, сказалось напряжение, потому что обе девушки с небывалым молчаливым усердием пытались справиться с пятнами, и им удавалось это на славу.

– Спасибо, – Саша опустила руки под воду, выбросив последнюю салфетку.

– Не за что, если б не этот…

– Так даже лучше, это было слишком… Мы же только познакомились, нельзя так сразу лезть в личное. Постепенно мы все узнаем, – Саша подняла взгляд, разглядывая себя в зеркале. Голос звучал уверенно, но вот на душе было неспокойно. Кто сказал, что у них есть время? А вдруг, завтра он просто провалится сквозь землю, так и оставшись совершенно чистым?

– Больше этот арсенал на себя я не надену! – крутившаяся у зеркала Алиса резко остановилась, встречаясь взглядом с отражением подруги.

– Куда ж ты денешься, конечно, наденешь, – от смеющегося голоса в наушнике Саша невольно улыбнулась, а вот лицо Алисы исказила гримаса гнева. Даже если подобных встреч с Шутовым больше не предвидится, Саша почему-то была уверена – Артем нарядит Алису во все это хотя бы для собственного удовольствия, чтоб понаблюдать за тем, как девушка будет исходить праведным гневом.

– Идиот, – свой ответ невидимому собеседнику она даже не пыталась скрыть, констатируя факт в полный голос.

– Пора возвращаться, – Саша выключила воду, хватая вафельное полотенце.

Она понимала, что сегодняшний вечер окончен, но нервы от этого не собирались успокаиваться. Им предстояла еще дорога домой, а потом прощание, а потом… Это ведь не последняя встреча, она должна и дальше делать вид, что заинтересована в его компании, что хочет продолжить общение…

Ожидающий у автомобиля мужчина встретил их спокойной улыбкой, сам открыл дверь, пропуская на заднее сиденье, а потом устроился спереди, давая команду трогать.

Прижавшись к Алисе, Саша чувствовала, как подругу пробивает мелкая дрожь, и прекрасно понимала, что с ней происходит то же самое. Уже через каких-то десять минут автомобиль остановился у подъезда Алисы.

Избегая долгих прощаний, она поцеловала Сашу в щеку, шепнув на ухо, что они сегодня молодцы, а потом вылетела пробкой из машины, одарив Шутова еще одной лучезарной улыбкой.

И снова дорога, снова напряженное молчание и лишь не слишком уверенные улыбки Саши в ответ на брошенные мужчиной взгляды в зеркало заднего вида.

– Еще немного, солнце, успокойся, – услышав в наушнике такой родной голос, Саша невольно вздрогнула, благо, это осталось без внимание Шутова. Титанических усилий ей стоило подавить в себе желание ответить «я знаю» или «спасибо», от одной его фразы стало спокойно. Всего пара слов, а она действительно начинает успокаиваться. – Артем встретил Алису, за нее не волнуйся.

Под ее подъездом Шутов все же вышел. Вышел сам, а потом подал руку, помогая уже ей. Саша поежилась, сжимая мех шубы сильней. Через пару дней Новый год. А снега так и нет, только мороз уже вовсю властвует, и жуткий ветер иногда пробирает до костей, а вот настроение совсем не праздничное.

– Спасибо за вечер, Сашенька.

– Вам спасибо, – девушка спрятала руки в карманах, снова ежась. По правде, замерзнуть она боялась куда меньше, чем ощутить его рукопожатие, а еще хуже – поцелуй, но надеялась, что такое ее нежелание не читается в глазах. – Я даже не вспомню, когда в последний раз получала такое удовольствие, как сегодня вечером, – ложь далась легко.

– Вы льстите мне, Сашенька. Но все равно спасибо, мне приятно, – мужчина отвесил поклон, отступая к машине. – Надеюсь, до скорой встречи? – как ни странно, но даже врагу можно быть благодарным. Своим вопросом Шутов здорово облегчил задачу самой Саше. Ей-то нужна была скорая встреча.

– Конечно, – справившись с нездоровым энтузиазмом, Саша ответила как можно спокойней.

– Тогда жду звонка, Сашенька.

Еще одна улыбка, так напоминающая улыбку безгрешного еще ребенка, и Аристарх разворачивается, хватаясь за ручку двери. Саша замешкала лишь на секунду, прежде чем развернуться к подъезду.

– А ты помнишь, как любила строить замки из песка, маленькая принцесса? – вопрос, практически шепотом, заставил девушку снова повернуться.

– Что? – Шутов смотрел перед собой, на песочницу, в которой Саша когда-то провела детство. Он выглядел отрешенно, девушке даже на секунду показалось, что слова ей всего лишь послышались.

– Замки, помнишь, как строила замки? – Аристарх обернулся, и теперь взгляд был серьезным, как тогда, за секунду до катастрофы с пирожными.

– Нет, – опешив, девушка не нашлась, что ответить, кроме как… правду.

– Я помню, маленькая принцесса, я все помню. Настя любила сидеть вон на той лавочке, а ты оглядывалась на нее каждую минуту, будто прося, чтоб она похвалила, оценила, какой же у тебя получается чудесный дворец. И она всегда восхищалась, хлопала в ладоши, качала головой, приговаривая, что у лучшей в мире принцессы опять получился лучший в мире замок. Неужели не помнишь? – возвращаясь в реальности, Шутов чуть насупился, недоверчиво оглядываясь на Сашу.

Теперь пришла ее очередь смотреть на детскую площадку. Не помнила. Она такого не помнила, но его слова будто ожили в голове. Саша увидела и девочку с лопаткой в руке и Настю, хлопающую в ладоши. Сердце защемило… Так почему же она тогда ушла? Если ее принцесса была лучшей в мире?

– Нет.

– Ну да, – разочарование Аристарх скрыть не смог. – Ну да, ты была слишком мала тогда. Да.

– А откуда вы…

– Долгая история, Сашенька. Но я обязательно когда-то тебе ее расскажу, обещаю, – кажется, минута откровения закончилась, кивнув, Шутов нажал-таки на ручку, впуская холод в машину. – Спокойной ночи, маленькая принцесса.

Машину Саша провожала долгим, задумчивым взглядом. Маленькая принцесса… Никогда ее так не называли. Отец не называл никогда, но может… Может, так звала мама?

Моргнув, Саша проследила за тем, как на стоянке паркуется черный внедорожник – очередная смена охраны Самарского. Набрав полную грудь морозного воздуха, девушка ступила в подъезд.

И снова лифт, прихожая, дверь на все замки, и только после всего этого Саша смогла перевести дух. А ведь это был только первый шажок в сторону достижения цели. Один жалкий маленький шаг.

Наушник, который она ощущала весь вечер так явственно, наконец отброшен, вслед за ним полетел и электрошокер, который, слава богу, оказался ненужным.

Они договорились, что если все будет идти по плану, сегодня к ней уже никто не приедет. Чтоб не привлекать внимание.

Убедившись, что дверь закрыта, Саша направилась прямиком на кухню. Все прошло хорошо. Даже лучше, чем они рассчитывали. Шутов ударился в откровения раньше, чем предвидел Данилов. А эти его слова о площадке, на подобное они даже надеяться не могли…

Схватив чайник, Саша налила в него воды. Ей нужно срочно успокоиться. Заставить выровняться рвущемуся прочь сердцу, унять дрожь в руках. От звука проснувшегося телефона девушка непроизвольно вздрогнула.

– Черт, – чайник упал в раковину, а Саша резко обернулась.

Слава богу, звонил Самарский. Помешкав секунду, девушка провела по экрану.

– Ты умница, малышка, – голос звучал спокойно, ровно, ласково. Так непривычно, и так привычно одновременно.

– Ты был там? – Саша опустилась на табурет, фокусируя взгляд мигающих за окном огнях.

– Нет, но я все слышал.

– Мне было страшно, – ему хотелось говорить правду.

– Никто не заметил.

– Ярослав… – девушка запнулась, не зная толком, что хочет сказать. По правде, хотелось просто попросить его говорить. Говорить минута за минутой, час за часом, успокаивая одним своим голосом, убеждая, что она в безопасности, что он где-то есть, а значит, все будет хорошо.

– Что, малышка?

– Я думаю, он любил мою мать, – слова дались сложно. Признать, что жестокий убийца способен на подобные чувства ужасно сложно. Но тот его взгляд, тот укол в самое сердце, это ведь не подделаешь… – И папа любил… Как такое возможно?

– Что возможно?

– Они все любили, а кому это принесло счастье?

– Мне, – Саша ясно видела перед глазами, как он улыбается одними лишь уголками губ. Как умеет только он. Рука непроизвольно потянулась к украшению. Он вернул ей скрипичный ключик практически сразу, зачем брал – так и осталось загадкой. Сжав металл, Саша улыбнулась в ответ.

– Дурак, – они знакомы уже чертовски давно. Целую эпоху. По крайней мере, именно так часто казалось Саше, но он до сих пор может заставить сердце биться быстрей одним только словом.

– Саша… – и ее имя так произносить умеет только он. Тихо, интимно, так, чтоб все внутри перевернулось, а потом встало на место, чтоб ноги подкосились.

– Что?

– Я люблю тебя.

Возможно, он снова ждал, что она наконец-то ответит, а возможно, давно уже бросил эти ожидания. Когда-то обязательно ответит. Когда будет готова. А он будет ждать. Но пока… Саша снова струсила.

– Мне нужно сказать тебе кое-что.

– Я слушаю.

– Не по телефону.

– Я сейчас не могу…

– Я знаю. Это не к спеху, но нам нужно поговорить, – Алиса была права, она не сможет скрывать беременность вечно. А еще подруга права в том, что он имеет право знать. Не имеет права решать, родится этот ребенок или нет, но знать должен.

– Как скажешь, малышка.

Теперь улыбнулась уже Саша. Это что-то новое. Обычно все происходит так, как скажет он… Но всего секунда, и все вернулось на круги своя. Снова команда, и снова с ее стороны требуется полное подчинение.

– Ложись спать.

– Спокойной ночи, – спорить с Самарским она не собиралась. Правда устала и перенервничала, а еще дико переволновалась. Под его полушепот же глаза начинали закрываться сами собой.

– Спокойной ночи, мое несчастье, – отложив телефон на стол, Саша тяжело вздохнула. Завтра. Все решится завтра. Завтра она скажет ему о ребенке. Завтра узнает, чего стоят его слова. Завтра ее жизнь сделает очередной вираж. Лишь бы за поворотом было счастье… Пожалуйста, пусть за очередным поворотом будет счастье.