Глава 14

Я дала ему время на усвоение информации. Но когда секунды превратились в минуты, стукнула носком своей туфельки, словно пыталась вывести его из странного состояния, больше напоминающего транс.

— Подай знак, если тебе нужна помощь.

— Что? — Ремо покачал головой.

— Кажется, тебя парализовало.

Мужчина прочистил горло, шевельнулся на месте, двинув плечами.

— Если ты надеялась с порога шокировать меня, то у тебя… — рукой поправляет галстук, расслабляя узел, — м-м, получилось. Теперь можешь переходить к сути.

— Это и была суть, — раздраженно кошусь на пиликнувший селектор.

— Еще гости? — спрашивает Ремо, зажав кнопку.

— Я хотела спросить, не нужен ли вам чай или кофе?

Мужчина поднимает на меня глаза, едва заметный кивок в мою сторону предполагал вопросов. Поднимаю руку, резкое движение из стороны в сторону, по которому сразу понятно, что мне ничего не надо.

— Нет, спасибо, — отвечает Ремо своему секретарю, затем выпрямляется: — И все же, что привело тебя сюда?

Вздыхаю, закидываю ногу на ногу, понимая, что разговор будет долгим и непростым.

— Я уже сказала: мне нужен твой генетический материал для теста.

— Не слишком ли рано?

Поднимаю брови, показывая, что не понимаю, что он имеет ввиду.

— Для твоей беременности, — подсказывает Ремо. — Разве ты не хочешь подтвердить отцовство своего ребенка? Но еще слишком рано даже для беременности, если я, конечно, правильно понимаю процесс…

— Довольно! — резко обрываю нелепый поток размышлений. — Никакой беременности нет и быть не может! Я уже сказала тебе, что… — осекаюсь, — неважно!

Теперь уже мне нужно время, чтобы собраться. Отворачиваюсь, раздосадованная, так как не могу сейчас на него смотреть. Ремо не просто не забыл, он готов в любой момент бросить этот факт мне в лицо.

Но времени не так уж и много. Вечером у меня самолет, который доставит меня из чужой страны в родную гавань.

Я знала, что это может случиться, когда найдется сын Марка. Но надеялась, что Габриэль разберется сам.

А сейчас мне не только предстоит вернуться домой, но еще и участвовать в шоу, где я точно услышу о себе много интересного. Уверена, что и в моем грязном белье знатно покопаются.

Подтягиваю мышцы живота, чтобы собраться. Опускаю ногу, выравниваю носки туфель. Выпрямляю спину, хотя прямее некуда. Так я готовлю себя к бою, который неминуемо начнется, когда объявлю причину.

— Я нашла сына Марка.

Слова звучат посреди кабинета сродни грозе в центре пустыни. Явление редкое, опасное, но зрелищное.

Я замерла в ожидании реакции, даже не дышала. Но свистящий воздух наполнил мои легкие резко и слишком быстро вместе с хриплым смехом человека напротив. Задыхаюсь от наглости, но уже в следующее мгновение злюсь.

— Не стесняйся, — нервно откликаюсь, поджимая и без того напряженные губы, — если тебе это кажется настолько смешным.

— Ты не шутишь, — переключатель сработал по щелчку.

Цокаю.

— Считаешь, что я преодолела весь этот путь до столицы, приехала сюда, чтобы неудачно пошутить?

— Всегда есть вероятность, что ты захотела меня увидеть.

Возмущенно шиплю:

— Точно нет. Причина только одна, и я уже её озвучила.

— Зачем тебе мой генетический материал, если сын Марко?

— Потому что Марк мертв. И тест покажет, есть ли связь между тобой и мальчиком. Кровная. Семейная.

— Ты ведь сказала, что он — сын Марко, тогда зачем проверять?

— В этом-то и дело. Я должна проверить, он ли это на самом деле.

Ремо шумно выдыхает, затем врезается пальцами в свои темные волосы. Глаза выдают растерянность, когда не могут сфокусироваться на одном предмете. Думаю, до него только начало доходить, что это правда, а не страшный сон.

Мужчина выбирает точкой опоры виновницу своего состояния — меня. Я ощутила себя под прицелом черных глаз. И увидела тот момент, когда осознание догнало реальность.

— Акции. — Мужчина щурится. — Ты для него их оставила? Чтобы предъявить семье наследника с акциями? Это твой козырь?

Меня не удивил тот факт, что Ремо так быстро сложил два плюс два. В конце концов, он уже пять лет возглавляет компанию. И Габриэль утверждал, что делает он это весьма успешно.

— Это не козырь. Скорее гарантия, что вы примете его. Просто родства вам будет мало. А так с ним придется считаться.

Конечно, он мне не поверил.

— Но зачем это тебе?

— Это мое дело.

Ремо встает, вспыльчиво толкает кресло. Оно отъезжает от стола в сторону. Владелец же подходит к окну, чтобы посмотреть на улицу.

Я смотрю на его спину, облаченную в рубашку. Брюки держались на талии с помощью ремня. Широкие плечи и узкий таз — идеальные мужские пропорции. Его тело загораживает солнце, и словно сияет, окружение его светом. Сглатываю.

— Почему я раньше не слышал о том, что у моего брата есть сын?

— Вряд ли ты хоть что-то знал о жизни своего брата.

— Не пришлось. Его в моей жизни никогда не было. — Ремо оборачивается. — Только не надо говорить мне о его сожалениях. От них никакого толку.

Мужчина возвращается к столу, но вопреки моим ожиданиям, не садится. Он упирается руками в стол, выглядя при этом холодно и угрожающе.

— Марко почти развалил нашу компанию. Я пришел фактически на руины. Пять лет я пахал, не зная продыху. А теперь на мою голову свалится его сын, да еще и с акциями. Это все равно что доверить мартышке очки. Сколько ему?

— Двенадцать, — процедила. — И сейчас я ничего не собираюсь ему вручать. Сначала он получит хорошее образование. Акции — это…

— Ты ждешь, что я приму его? Что обрадуюсь племяннику?

Качаю головой.

— Наоборот. Я думаю, что вы все ополчитесь против него. Незаконнорожденный мальчишка. Наполовину русский. Вероятно, агрессивный после детского дома. Ему потребуется помощь психолога.

Темные глаза исследуют мое лицо, пройдясь по плотно сжатым губам, ловят мой взгляд. Электрический ток заструился по венам. Моргаю, уверенная, что так смахну притяжение.

— К чему тебе эти трудности? Ты можешь забить на этого ребенка. Он не твой.

Нет. Я не могу. Сильнее сжимаю лямку своей сумки.

— Марко знал о нем?

Мое молчание громче всех слов мира.

— Если уж ему не было никакого дела до своего сына, то…

— Это его последняя воля, — выпалила я. — Он…

— Сожалел? — издевательски подсказывает Ремо. — К черту его сожаления!

Кулак врезается в стол, отчего бумага подлетает. Я дергаюсь.

— Все не так просто, — тихо говорю, зная, что сейчас вызову еще большее негодование. — Габриэлю не удалось найти мальчика первым. На прошлой недели с нами связались люди с российского телевидения.

— Только не говори мне, что о нашей семье будут говорить на всю страну в скандальном ток-шоу.

— Да.

— Почему Моретти не остановил этот бедлам? Чем он занимается?

— В данной ситуации он бессилен. Единственно, что мы можем предпринять, это пойти на встречу.

— Я на такой не пойду.

— Поэтому пойду я. Все, что требуется от тебя, это генетический материал. Если мальчик — сын Марка, то я заберу его с собой. В передаче покажут, какая замечательная у нас семья. Хваленая репутация не пострадает, я получу ребенка — все довольны.

— Я не доволен.

Его зубы клацнули так громко, что я невольно сжалась. Ремо покрутил головой, разминая шею. Затем выпрямился, вернул кресло на место. Сел в него, откинувшись на спинку.

— Можешь начинать.

Хлопаю ресницами, не понимая, о чем он говорит. Но его взгляд наглядно демонстрирует, что от меня требуется.

— Тебе же нужен мой материал, придется постараться, чтобы его добыть.

Опускаю взгляд на ту часть его тела, что скрыта за столешницей.

Он хочет, чтобы я..?