Глава 18

Можно подумать, я сама об этом не знаю! Конечно, нужен, и не только управляющий, но и садовник, кухарка, да и многие другие. Поместье у меня небольшое, как я смогла понять, но мне и агроном бы пригодился… насколько я понимаю, раньше обслуга была из числа деревенских, а теперь, после всего, что я узнала про воровство, веры у меня к ним нет, вот хоть ты тресни. И даже то, что они несли мне деньги по списку, который я составила – это всё мелочи. И это понимали и я, и они. Ведь каждую корову, каждое плодовое дерево, что «исчезли» из моей усадьбы, установить было невозможно. Так что это так… мелочи жизни.

- Зато у моих крестьян теперь неплохое поголовье скота – хмыкнула я сама себе, рассматривая записи старого управляющего моих родителей – и не только коров. Я вижу, что господа Дарк озаботились в своё время тем, чтобы полностью поменять породы на более продуктивные, так что не зря поместье считалось одним из достаточно прибыльных в округе.

Уже наступил вечер, Агата принесла мне ещё одну свечу, а я всё разбирала бумаги и вчитывалась в аккуратный округлый почерк старого управляющего, и кривые каракули мальчишки, которого нанял Тобик для более качественного «высасывания» денег из поместья. Но тут надо отдать ему должное – пацан пытался, как мог, соблюдать интересы поместья, и даже что-то писал Тобиасу относительно того, что тот не оставляет денег на закупку корма для скота на зиму, для новых высокоурожайных сортов плодовых, да и многого другого.

А вот, что это? Он осмелился, и написал письмо самой Катерине с просьбой «несколько поумерить свои аппетиты» в отношении прибыльности Телфорда, и даже жалобы на то, что её супруг разоряет её собственность. Я перевернула лист. А вот и ответ: «Супругу моему не перечить. Катерина Дарк» и несуразная подпись. Но в подлинности подписи я не сомневалась. Ну, как тут было не чертыхнуться? У меня даже злости не было на несчастную толстушку. Скорее, жалость, что ли…

Агата снова заглянула в кабинет, и позвала на ужин. Я отнекалась, мол, некогда мне.

- Госпожа, но вы и обедать не стали, вон, отощала совсем, скоро кожа да кости останутся! – упрямо настаивала на своём горничная.

Я невольно улыбнулась. С Агатой, да и с Дарием произошли разительные перемены с того момента, как я увидела их в первый раз. Никакой зашуганности во взгляде и косых взглядом исподтишка. Если в этом есть и моя некоторая заслуга, то я уже не зря очутилась в этом мире.

- Ну, Агата, про то, что я вдруг резко постройнела, это ты загнула, конечно, но ты кое в чём права. Пригласи, пожалуйста, уважаемого Агнарра разделить со мной ужин.

Я, конечно, ощущала некоторую свободность в платьях, но далеко не до такой степени, чтобы считаться стройной. Агата кивнула, и унеслась. Если честно, я бы предпочла немного перекусить прямо здесь, в кабинете, где было тепло и уютное старое кресло, пусть немного продавленное, но всё же… только такого непотребства широкая общественность точно бы не поняла, как и сам Агнарр, так что придётся покидать кабинет, и идти в малую столовую.

Я усмехнулась – в моём понимании было весьма странно предаваться условностям в нашем положении, когда мы смогли обнаружить пару кастрюль и несколько столовых приборов. Я вздохнула – судя по всему, мне не избежать скорого визита в город.

О чём я и сообщила за ужином старшему моему охраннику. Тот согласно кивнул, сказал, что поедет со мной лично, да ещё Бритта прихватит, а Харальд и Дагфинн останутся в поместье. Оказывается, что мои бравые охранники не только расхитителей социалистической собственности ловить могут, но они ещё и немного каменщики, и даже слегка плотники. Одним словом, по дому работа для них тоже найдётся.

- Дагфинн уже осмотрел каменную кладку в вашей стене, госпожа! – сказал Агнарр, весело уминая слегка подгоревший ужин Агаты – Камни там хорошие. Старый раствор подновить не помешает, да камней набрать новых там, где кладка разобрана. А у нас теперь и телега, и лошадь имеется. Спасибо щедрому дару крестьян!

Я подняла голову – Агнарр улыбался. Ну, хоть кто-то видит что-то позитивное в этой ситуации. Мужчина слегка дотронулся до моей руки и пожал её. В его глазах я прочла понимание и заботу. Только теперь я призналась самой себе – мне действительно этого очень не хватало.

- Вы знаете, Кати, у меня на родине говорят: «Когда говоришь о солнце, оно начинает светить». И я убеждён, что у вас всё получится, просто нужно терпение и трудолюбие. Ну, а помощники у вас уже есть! Только разве что – тут он вытащил какую-то кость из мясного стейка – повариху наймём!

Впервые за долгое время я рассмеялась. А, может, и правда? Живы будем – не помрём!

Кира, которая принесла нам напитки, изрядно смутилась. О, господи! Ну, что там ещё по правилам «жизни скромной вдовицы»? Смеяться мне тоже не положено? Оказывается, что нет. Девочка, запинаясь и бледнея, пробормотала о том, что могла бы присоветовать нам повариху, если только мы будем согласны. Я удручённо смотрела на пережаренное мясо и спросила:

- Отчего же мы должны быть против?

Оказывается, что в той деревне, в которой последнее время жила Кира, есть повариха, которую выгнали из местного поместья, Дурбана.

- Вот как? – Агнарр подобрался, заинтересовавшись причиной такого поступка, ведь, по словам девочки, эта повариха много лет проработала в поместье, а тут, вдруг, ей отказали от места.

- Я знаю только то, что говорила моя тётка, госпожа – совсем смутилась оказанным вниманием Кира – будто бы в усадьбе появилась новая экономка, и старая повариха не разрешала той воровать! Так что наговорила экономка глупостей всяких, поварихе и отказали от дома. Вот и живёт пока уважаемая Молия на правах приживалки у соседки моей тётки, да тоже собирается по весне податься, куда глаза глядят.

Про воровство девочка произнесла полушёпотом и прижав ладони ко рту. Агнарр невольно улыбнулся священному ужасу Киры, а я, промокнув губы салфеткой, произнесла:

- Ну, что ж, на мой взгляд, это вполне уважительная причина для того, чтобы выгнать повариху.

Затем, обратившись к Агнарру, попросила, чтобы завтра кто-то съездил в этот Дурбан и привёз эту женщину, поскольку я предполагаю, что она может готовить немного лучше, чем бедная Агата.

- Ну, не знаю… - задумчиво протянул охранник – после вяленой козлятины вполне даже неплохо!

Следующее утро началось с внезапного визита.

- Госпожа, вас спрашивает староста деревни! – засунув голову в дверь кабинета, где я составляла список необходимых покупок в Бортмунде, сообщил Дарий.

Ну, что же! На ловца и зверь бежит! Дело в том, что я видела дом, который принадлежал старосте, и ничего, что я могла бы идентифицировать, как уворованное, там не заметила. Тем не менее, очень жаждала побеседовать с этим уважаемым человеком.

Староста, оказавшийся крепким хмурым мужиком, несмело зашёл в кабинет, стал возле порога и снял шапку. Держал её в руках.

- Я это… вот, староста деревни Телфорд, Каллум имя моё, вот, подать за незаконное завладение вам принёс – пробормотал он и положил кошель на стол.

- Неужто, и ты не погнушался воровством? – удивилась я.

- Куда там… но мужиков не остановил, моя то вина была, ничего не скажу. Недовольных нынче много – осторожно продолжил он.

- Недовольных? – я нехорошо прищурилась – Недовольных, их всегда хватает. То хозяевами поместья, то погодой, то природой! Только вот глупостью собственной недовольных нет! Впрочем, я на своей земле никого не держу, права такого не имею! Потому, эти люди могут собрать свои вещи, все, что увезти смогут, и уехать туда, где им жить будет лучше, жить будет веселей!

Каллум, всё так же теребя свою шапку, поклонился и вышел. Что ж, судя по всему, барыней-благодетельницей мне не стать… мои мысли прервал зашедший Агнарр.

- Госпожа, мы готовы к поездке в Бортмунд – слегка поклонившись, сказал он.

Я кивнула, мои сборы также не заняли много времени, и уже спустя несколько минут возок с парой охранников верхами выехал со двора. Дарий, гордый до невозможности своей новой должностью кучера (я бы сказала, что и кучера тоже) показал на несколько участков каменной ограды, где уже была отремонтирована и даже частично заменена кладка.

- Это ваши охранники постарались! – крикнул Дарий – Один, такой здоровый, хмурый, в этом деле разумеет, и говорит, что скоро и вовсе все дыры заделает, был бы сам камень.

Я улыбнулась – определение «здоровый и хмурый» касалось всех четверых ребят, но поняла, что речь шла про Дагфинна. Которого, действительно, видела с вёдрами раствора для укладки камней. Да уж, с парнями мне здорово повезло тогда, и я втайне надеялась, что они не уйдут от меня весной, когда откроют перевалы, и пойдут караваны в столицу.

А пока же, мне нужен управляющий. Сама я не справлюсь, да и потом – весна не за горами, а у меня в закромах пусто. Безусловно, теперь у меня есть некоторые деньги, которые мне любезно пожелали отдать мои крестьяне, но ничего кроме…

Так что сегодня самым главным на повестке дня было именно это. Именно поэтому я сейчас стояла возле двери уважаемого Карена – местного поверенного в делах. Его координаты мне подсказал Николас, когда я поделилась в общих чертах со своей бедой. Кроме того, в том же письме от Николаса была приписка, что мой столичный дом ему удалось выгодно сдать. И он посылает мне оплату за первое время.

Если честно, я была поражена, сколько стоит наём городского особняка, и только спустя долгое время поняла, что бедный Николас, услышав от посыльного, в какой разрухе поместье, отдал большую часть своих сбережений. А сейчас я этого не знала, и просто радовалась неожиданному подспорью.

- Да, госпожа, уважаемый Николас Брун мне написал, что вам требуется управляющий и указал все ваши возможные требования. Безусловно, это очень мудрое решение с вашей стороны, госпожа. Куда же вам, трепетному созданию, самой тягаться со столь неблагодарной работой! – брюзжал старик-нотариус в Бортмунде, поджав губы и косясь на равнодушно подпирающего косяк двери Агнарра.

И этот туда же! Ну, допустим, на трепетное создание я похожа крайне мало, я бы и сама постаралась справиться с этой работой, да вот, боюсь, что не осилю.

- Вы правы, уважаемый Карен, содержание поместья – это крайне тяжёлая и неблагодарная работа, но только она сейчас помогает мне отрешиться от моего горя! – произнесла я и осторожно промокнула глаза.

Старикан закивал - вот это укладывалось в его понимание мира, когда несчастная вдова покинула столицу и отправилась в провинцию, желая скорбеть в тишине. Ухмыляющийся Агнарр едва не испортил мне святой образ, но нотариус счёл это просто плохим воспитанием иноземцев, и посмотрел на меня с ещё большим сочувствием. Мол, каких только лишений не переживает бедная вдовица, даже таких вот невежд и здоровых и диких грубиянов терпит у себя рядом.

- Мне кажется, что я нашёл для вас отличного управляющего, госпожа Катерина, он не так давно окончил Народную Земельную школу, и готов приступать к работе хоть сейчас. Зовут его уважаемый Лукас Ред.

От радости я готова была расцеловать старикана, но решила, что подобного изъявления чувств тот просто не переживёт, и ограничилась массой благодарностей нотариусу.

В тот же день мы договорились, что встретимся с кандидатом, он приедет ко мне, посмотрит, выскажет мне своё видение развития, и там уже мы решим, подходим ли мы друг другу, или нет.

Собственно говоря, тем самым кандидатом оказался мужчина лет тридцати на вид, с умными и живыми глазами, среднего роста, а, по сравнению с охранниками, то и очень среднего, и нехитрым скарбом, который он тут же взял с собой.

По приезду в поместье, он тут же пошёл осматривать вверенное ему имущество, а я отправилась в кабинет – планов у меня было, как у солдата – от забора и до заката!

- Поместье в полной… это просто… - послышался с улицы голос управляющего.

Я улыбнулась – судя по всему, мы могли бы сработаться. Мои мысли в тот момент, когда я увидела усадьбу, были точно такие же.