Глава 45

Прошло несколько дней, и Гусев вызвал меня к себе. Теперь его звонок не взбудоражил меня и не испугал. Я уже знала — Сергей Игоревич сможет докопаться до истины, и скоро я перестану быть его подозреваемой. Может, Гусев и не гениальный сыщик, но Кирсанов прав — он ответственно относится к своей работе, дотошный, внимательный к мелочам.

В очередной раз я сидела в кабинете Гусева. На подоконнике зарешеченного окна появился раскидистый полосатый хлорофитум, и сразу помещение стало не таким казенным и холодным. Всего один штрих, а как многое изменилось.

Гусев задал мне несколько незначительных вопросов, уточнил детали, на которые я бы не обратила внимания, что-то записал. Потом отложил в сторону папку и внимательно посмотрел на меня.

— Могу вас обрадовать, Маргарита Витальевна, мы закрываем дело. Виновники в смерти вашего мужа задержаны, они дают признательные показания. Скоро передадим дело в суд. Вы даже не будете выступать на нем свидетелем.

— Спасибо, — с благодарностью взглянула я на Гусева. С души свалился тяжелый камень. Одна моя проблема решена. — И кто это сделал?

— Всех подробностей рассказать пока не могу. В этом замешаны Плетнев и конкурент вашего мужа, который хотел перехватить выгодный заказ. Плетнев снабжал его информацией. После убийства вашего супруга заказ перешел к конкурирующей фирме, Плетнев получил свое вознаграждение и попытался приобрести контрольный пакет акций завода.

— То есть конкурент Ильи заказал его убийство? — уточнила я.

— Да, все верно, — кивнул Гусев.

Значит, я была права! Но вслух этого говорить не стала, чтобы лишний раз не злить Сергея Игоревича.

— Конкуренция всегда велась и будет вестись жестко и не по правилам, — продолжил следователь. — Да и криминал в ближайшем будущем не исчезнет.

— Плетнев под арестом? — не удержалась я от вопроса. Мне совершенно не хотелось случайно встретиться с ним на заводе или еще где-нибудь.

— Пока под домашним. У него хороший адвокат, но ему светит обвинение в соучастии в убийстве. Вряд ли он легко отделается, думаю, получит реальный срок. Но я следователь, не судья. Мое дело — представить доказательства.

— Значит, я больше не фигурирую в этом деле?

— В этом нет. Но будет суд над напавшим на вас бандитом, — напомнил Гусев. — И вы ведь едва не убили его.

— А то, что он избил меня, что я потеряла ребенка и могла умереть, все это не считается? — взорвалась я.

— Самосуд а нашей стране незаконен, — строго напомнил мне Гусев.

— С моей стороны это была самооборона, — с нажимом произнесла в ответ.

— Очень рекомендую нанять опытного адвоката, — выразительно посмотрел на меня следователь.

— Благодарю за совет, я так и сделаю, — Гусев не поверил в нашу с Александром версию. Но и не настаивал на своей.

— Надеюсь, суд пройдет как надо, и отморозок сядет надолго, — хмыкнул он.

— Я тоже надеюсь, что справедливость восторжествует, — в тон ему ответила я.

— У каждого она своя, — философски произнес следователь, подписывая мой пропуск.

Вышла из полицейского участка, спустилась по бетонным ступеням, вздохнула полной грудью. Как хорошо, что Гусев, наконец, докопался до истины. И как хорошо, что он принял мою сторону. Конечно, тут не обошлось без Кирсанова. Но я никогда не буду спрашивать Александра, приложил он к этому руку или нет. Посчитает нужным — расскажет сам. Возможно, это так и останется только между ним и его бывшим напарником.

Позвонила Кирсанову, коротко рассказала о визите в полицию. Сегодня Александр работает, не стала отрывать его от дел. Договорились встретиться вечером.

Небо неожиданно нахмурилось, лазурь затянули низкие серые тучи, заморосил мелкий дождь. Открыла зонт и просто шла по городу, наслаждаясь свободой и бездельем.

Завтра же начну наводить справки об усыновлении. И пора разбираться с акциями, договорами, вникать в работу завода. Я вступаю в новую жизнь, незнакомую, непривычную. Ничего, после всего, через что я прошла, я и со всем справлюсь.

Вот только Александр… Как будут развиваться наши отношения? К чему они приведут? Но на душе радостно и спокойно, значит, все будет как надо. Мы взрослые люди, так зачем мне переживать раньше времени?

Положа руку на сердце надо признать — я не просто влюблена в Кирсанова, это намного серьезнее. А его отношение ко мне? В отличие от меня, он пережил настоящую трагедию, потеряв любимых.

Главное, не торопиться, тогда все будет как надо. Я закрыла зонтик и вошла в здание торгового центра.

Поднялась на эскалаторе на второй этаж, прошлась вдоль магазинов. В одной из витрин мне понравились ботильоны на тонком стильном каблуке. Понравились настолько, что я зашла в отдел, примерила и купила их.

Потом сидела в кафе у панорамного окна, не спеша пила капучино с корицей. Смотрела на спешащих под дождем людей, на яркие зонтики, на проносящиеся по дороге машины.

Впервые за долгое время я получила настоящее удовольствие от покупки. Неужели из таких мелочей и состоят радости жизни? Главное, не превратиться в шопоголика. Впрочем, я слишком прагматична и научилась находить другие маленькие радости жизни.

Вечером Кирсанов пригласил меня к себе домой. Впервые я переступила порог его городской квартиры. Настоящее мужское жилище — ничего лишнего, все рационально, удобно и продумано до мелочей. В интерьере преобладал откровенный минимализм — светлые стены, темный пол из кварц-винила, мебель поблескивает холодным хромом. Скорее похоже на офис, чем на жилую квартиру.

— Я не особо заморачивался с отделкой, — признался Александр, перехватив мой взгляд. — Я тут только ночую. А когда хочется отдохнуть, еду в деревню.

— Тут мило, — слегка слукавила я. — Но твой деревенский дом мне понравился больше. Он теплее.

— Согласен, — Кирсанов обнял меня за плечи. — Поможешь сделать мое жилище уютнее?

— Мы сделаем это вместе, — я поднялась на цыпочки, обняла его за шею. — Ты даже не представляешь, как я хочу этого.