Глава 44

Воспоминания все-таки пришли, но я была готова к этому. Тринадцать лет совместной жизни с Ильей так просто не забыть и не вычеркнуть.

Единственное, чего мне совершенно не хотелось — сравнивать Илью и Александра. И я не стала этого делать. Зачем? Илья — уже прошлое, Александр — настоящее. Они разные, одного я любила, и он предал меня. Другого я почти не знаю, но хочу узнать.

Сидела в глубоком ротанговом кресле, пила виноградный безалкогольный глинтвейн и смотрела на огонь в печи. Мне было просто хорошо.

Оглядываясь назад, я понимала — с Ильей я постоянно была напряжена. Хотела угодить ему, стремилась предвидеть его желания, его настроение. А с Александром мне этого делать не надо. Произошедшее нас ни к чему не обязывает. Так почему это должно быть плохо?

— … что дальше? — голос Александра вырвал меня из плена ленивых мыслей.

Повернула голову, пригубила глинтвейн.

— Что? — не сразу поняла, о чем он.

— Ты меня не слушала, — понимающе улыбнулся Кирсанов.

— Нет, прости, — призналась я. — Смотрю на огонь и наслаждаюсь. Так что ты спросил?

— Это не я, это ты не спросила.

— О чем?

— Что дальше? Разве тебя это не волнует?

— А тебя? — усмехнулась я.

— Ты отвечаешь вопросом на вопрос, уходишь от ответа.

— Не ухожу, — я поставила пустой бокал на пол рядом с креслом. — Знаешь, сейчас мне это не важно. Мне просто хорошо, и все. Я не хочу ни о чем думать. Я слишком много думала раньше, когда была замужем. Теперь для меня все по-другому. Я свободна. Звучит ужасно, учитывая обстоятельства, но это правда. Я наслаждаюсь свободой, тем, что я хозяйка самой себе, своим мыслям и желаниям. И меня не гложет совесть, — я подняла пустой бокал и протянула Кирсанову. — Можно еще?

— Конечно, — его искренняя улыбка мне нравилась. — Вот и я не знаю, что дальше. Ты мне очень нравишься. Даже не представляешь, насколько.

Он подошел к плите, подогрел мисочку с глинтвейном, наполнил мой бокал. Терпкий аромат специй щекотал ноздри.

— Но… — продолжила я его фразу.

— Нет никаких «но». И в этом проблема.

— Ты слишком серьезно смотришь на вещи, — я взяла из его рук горячий бокал.

— Наверное. Пока по–другому не получается. Я не умею говорить красиво, прости. Короче, я не хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни. Но мне кажется, ты это можешь сделать.

— Все-таки ты произнес это проклятое «но», — рассмеялась я. — Ты противоречишь сам себе. Это ты пригласил меня сюда, уже зная, что между нами произойдет. Это ты научил меня отключаться от проблем.

— Правда? — искренне удивился Кирсанов.

— Конечно. Кто вытащил меня на природу, кто смотрел со мной на звезды? — снова рассмеялась я.- Так отключись от проблем и ты. Я не собираюсь сбегать от тебя. Ты мне тоже очень нравишься, даже, пожалуй, больше… — запнулась я, и тут же поспешно продолжила. — В отличие от тебя я скажу, что думаю — я в тебя влюбилась. Видишь? Я смогла сказать это. Даже если у тебя нет ко мне ответных чувств и прошлая ночь была лишь сексом, она была прекрасна.

Кирсанов сел на пол рядом с креслом, положил ладонь мне на колено.

— Ты необыкновенная женщина, — он посмотрел на меня снизу вверх. — Кажется, я повторяюсь?

— Можешь повторить это еще сто раз, — я запустила пальцы в его волосы, взъерошила их. — Готова слушать это снова и снова.

— Тогда я задам вопрос, который ждал от тебя. Что дальше?

— Дальше будет жизнь, — я наклонилась и поцеловала его в губы. — Я не хочу ничего загадывать. Пусть все идет, как идет. Не хочу обманутых ожиданий и разочарований. Я это уже проходила. Поживем — увидим, что дальше. И я тоже очень не хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Только позволь мне не спешить. Ладно?

— Все, как захочешь, моя королева, — вздохнул Александр.

— Тебя что-то беспокоит, я вижу? — пытливо посмотрела я в его серые глаза.

— Как сказать? Пожалуй… — задумался он. — Многое. Ты собираешься встать у руля этого проклятого завода. Ты станешь бизнесвумен, а у меня небольшое охранное агентство…

— А, типа мы не ровня? — шутливо нахмурилась я. — Ты мужчина, а стоишь на социальной лестнице ниже? Так, что ли?

— Ну, да… — пожал плечами Кирсанов.

— Вот дурачок, — улыбнулась в ответ. — Во-первых, кто меня до руководства допустит? У меня всего четверть акций. И я не стремлюсь к этому, я просто хочу попробовать сменить работу, и все. Мне сейчас важно, чтобы я смогла усыновить ребенка. Это в приоритете, все остальное подождет.

— Тогда буду ждать и я, — в его голосе я уловила облегчение. — А с ребенком буду рад тебе помочь. Чем смогу.

— Не откажусь. Главное, чтобы все получилось.

— Получится, не сомневайся. Если что, поженимся. Фиктивно, — поспешно добавил Кирсанов. — Как усыновишь, сразу разведемся.

— А может, я не захочу? — я склонила голову набок и прищурила глаза.

— Ты сведешь меня с ума своими подколами, — рассмеялся он в ответ.

Почему мы можем говорить так просто на сложные и важные темы, почему я веду себя с Кирсановым так, словно знаю его сто лет и верю, как себе? Может, это и есть родство душ?

— Ты права, — он поднялся с пола, потянул меня за руку. — Не надо думать о глобальных проблемах. Надо жить сегодняшним днем. А сегодня ты рядом со мной, — он притянул меня к себе и обнял.

Всю сознательную жизнь меня учили быть ответственной — родители, учителя, Илья. Я принимала взвешенные решения, просчитывала риски. Больше не хочу. Я хочу быть женщиной — легкомысленной, немного взбалмошной, и чтобы мой мужчина читал мои мысли и угадывал желания, а не только я ломала голову над тем, как ему угодить. Настоящая любовь — когда люди чувствуют и понимают друг друга без слов.

Только сейчас я окончательно осознала — Илья никогда не стремился к этому. Ему было достаточно того, что я предугадываю и немедленно выполняю его прихоти. Возможно, именно это и послужило толчком к тому, что он потерял интерес ко мне.

Что прошло, того не воротить. Зачем выяснять, кто из нас был виноват? Тем более что Ильи больше нет. Он давно перестал быть моим мужем, в погоне за семейным счастьем и уютом я не увидела очевидного…