Глава 9

— Что это означает, Крейген? — спросила я, едва дождавшись, пока министр нас покинет.

— Ты про турнир или фуршет?

— Сначала про предложение этого человека, — произнесла я, бросая обеспокоенный взгляд на слугу, стоявшего истуканом за нашими креслами. Он был из дома Крейгена, предан хозяину, но я читала в тех же средневековых романах, как часто золото подкупало преданность.

Или угрозы. Есть много способов сломать человека, если на кону большой куш.

— Он сказал правду? Если ты проиграешь, мы перейдём по наследству победителю? И уже он будет определять нашу судьбу? Как удобно, что ты не предупредил меня о такой малости!

Мне стало душно. Я сделала большой глоток вина из кубка, а второй рукой продолжала держать ладонь Алисы, всё так же не подающей признаков жизни. Об этом я подумаю потом.

Знала же, что нельзя доверять мужчинам, а тут поди ты, повелась на громкий титул и брутальную внешность! И сладкие речи о преданности и верности.

— Тебе надо было выступить любой ценой, вот ты и обманул нас. В этом, наверное, даже греха нет: я не драконица, не благородная, к чему соблюдение клятв?

Крейген молчал и смотрел на меня, и это молчание, которое я принимала за признание его вины, меня только больше распыляло. Я вкладывала в свой гнев обиду на него и саму себя за то доверие, что я ему оказала. И совершенно напрасно!

— Вероника, выслушайте меня! Я боялась вас потерять. Это меня не извиняет, но всё же.

Крейген посмотрел на Алису. Подошёл к ней и сел рядом.

— Я обещал защитить тебя и маму. Я не проиграю. Даже если случится непредвиденное, то о вас позаботятся мои друзья.

— И эти друзья могущественнее фаворитки короля и первого министра? — горько улыбнулась я, опуская голову.

— Никакие министры и фаворитки не смогут вас у меня отнять!

Я ощущала на себе его умоляющий взгляд, я понимала, что не будь рядом Алисы, он бы сказал мне больше слов, от которых у женщины кружится голова и замирает сердце. И я жаждала услышать их, любой женщине, особенно той, кто долго была лишена любви, хочется потерять голову.

Видеть обожание в глазах достойного и приятного ей мужчины. Чувствовать его прикосновения, поцелуи на коже, переходящие в жаркие ласки…

Так, стоп!

Всё это известное драконье обояние, и я стала его очередной жертвой! Когда мы окажемся в разных мирах, оно перестанет на меня действовать. Когда окажемся.

Сначала следовало разобраться с ценой, что придётся заплатить.

— А если вы женитесь на этой леди Эстер? Это поможет? Хотя бы пообещайте!

— Драконы не дают обещаний, которые не собираются выполнять! — Крейген оскорбился. Алиса вырвала у меня ладонь и вложила её в руку дракона.

— Я обращусь ящером, и мы победим. Веришь? — произнесла она вполне серьёзно.

— Конечно, малышка! Вам пора, представление окончено, а королева Клод не любит ждать. Я провожу вас, приём не продлится больше пары часов, и я приду за вами.

Стоило выйти на свежий воздух, как к Крейгену подлетела его тётушка.

— Я нашла её! Пойдём скорее, пока миледи не занята разговорами с многочисленными поклониками. Они так и вьются возле неё, не понимают, что низкородность не замажешь красивой мордашкой и учтивыми манерами.

Этот намёк был адресован нам с Алисой, но сейчас мне было не до обмена шпильками с престарелыми леди.

— Сначала мне надо проводить леди Веронику с дочерью. Их ожидают у её величества.

Тётушка Эйприл на это ничего не ответила, и мы ушли, оставив её с приоткрытым от удивления ртом.

— Зачем нас позвали?

— Вероятно, слухи о внезапном приобретении мной драконьего гнезда достигли ушей королевы. Она как всякая женщина любопытна. Спросит тебя о том, откуда вы, как вам нравится драконий турнир, и отпустит.

— Там будет кто-то ещё?

— Фрейлины. Приближенные королевы, обычно её вечера довольно скромны.

— Она не дракон?

Сколько всего надо знать, чтобы не попасть впросак! Я рассчитывала, что вскоре все дамы посмотрят на меня, решат, что они лучше, и забудут ловкую провинциалку, охмурившую дракона.

— Нет, драконам запрещено занимать трон. Я приду за тобой.

— А как ты узнаешь, что всё закончилось? — спросила я на прощание, когда Крейген оставил нас у входа в богато украшенный шатёр.

Крейген молча указал взглядом на кулон, скрытый под платьем. Мне показалось, что он видел его даже под одеждой, и от этой мысли стало жарко.

Но раздумывать было некогда. Герольд представил нас королеве — маленькой молодой темноволосой леди с усталым взглядом и вечно опущенными уголками губ.

Всё шло по сценарию. Королева в пышно расшитом золотом платье, в котором её фигура казалась ещё более хрупкой, поинтересовалась тем, откуда мы. Выслушала мой рассказ и пожелала хорошо повеселиться.

— Надеюсь, миледи Клермонт, мы подружимся. Когда хозяин вашего гнезда выиграет турнир, а мы будем болеть за него, вы будете бывать у нас чаще.

— Благодарю, ваше величество.

Я склонила голову, Алиса сделала тоже самое.

И мы получили право полакомиться пирожными, выпить прохладного лимонада и познакомиться с другими приближенными. Мне всё это казалось ненастоящим, сном, от которого я никак не могу очнуться, но Алиса проявляла ко всему такой живейший интерес, какой никогда не выказывала в нашем мире.

Не считая рисования.

— Вы вдова Клермонт? — окликнул меня приятный молодой женский голос. Я обернулась и столкнулась нос к носу с миловидной брюнеткой с такими тёмными и пылающими глазами, что не оставалось сомнений: передо мной драконица.

— Точно так, миледи.

— Нас не представили, но мне очень надо с вами поговорить. Я Серцилия Истринс, милорд Тристан Истинс из Жабьих лощин, мой отец.